Влюбился назло в дождь

Сильная усталость и вялость накатили на парня, стоило ему только открыть глаза после долгого сна. Он ненавидел это чёртово состояние, когда тело невероятно ломило, а каждое движение отдавалось такой тяжестью, словно он перетаскивал мешки с углём на двадцатичетырёхчасовой смене без перерыва и выходных. Он еле-еле повернул голову в сторону окна, занавешенного плотной шторой, закрывая мир от него и наоборот. И его взору предстали маленькие проплешины солнечного света, что всё-таки пробрались в комнату и выделялись лишь на фоне чёрных штор. Лежавший громко и устало промычал, начиная более или менее соображать после сна. Продолжив бродить глазами по комнате, осматривая её вдоль и поперёк, глядя на белые стены, которые на самом деле были серыми, но факт ошибки в цвете обоев он признавать не хотел, да и ему было всё равно. В комнате стоял большой шкаф, в котором было всё, даже то, что там быть не должно. И рядом — компьютерный стол, к которому он, дай бог, подходил хотя бы раз за эти два, или пять, или же шесть месяцев в году. Комната сама по себе средняя, но наполнения в ней было минимальное, разве что на стенах висела куча плакатов с персонажами из игр, аниме или другой прочей дряни, что осталась от бывшего подростка, которому лень было всё это снимать. Сейчас он пытался понять смысл того, зачем вообще проснулся, делая небольшую попытку встать с кровати. Исключительно потому, что его мочевой пузырь скоро лопнет от количества жидкости в нём. Эта попытка выглядела как жалкий номер в школьной сценке. Он через силу передвинул руки к себе, опираясь на локти как на опору, из-за чего конечности сильно заныли. Парень всё же продолжил пытаться и кое-как смог сесть на кровать, а после свесить с неё ноги, вяло ища тапочки. В голову отдавались звуки часов, что противно тикали на фоне того, как он пытался пойти в сторону туалета. Шатаясь и иногда придерживаясь стены, он всё же смог дойти до соседней двери, чуть не упав два раза посреди коридора. Парень вошёл и бросил взгляд на зеркало с правой стороны от себя. Бледный, а также похожий на труп парня лет девятнадцати или больше. С сильно заплывшими зелёными глазами, что в зеркале выглядели как два пустых, стеклянных шарика с огромными синими синяками и мешками под ними. Рыжие кудрявые волосы походили на гнездо для птиц, а скулы выделялись на фоне всего этого, как ножи после заточки, острые и выразительные. Футболка цвета ржавчины была засрана чем попало. Нуждающийся в уборной, недолго смотрел на себя, подходя к туалету и стягивая с себя трусы. Справил нужду за несколько секунд — и ради этого угробил половину своих сил. Он стоял ещё около минуты, пытаясь просто сообразить, где находится, и даже напялить трусы обратно ему далось с трудом. Дойдя обратно до комнаты, он снова увалился на кровать, возвращая минимальный заряд энергии. Когда раздался телефонный звонок. Парень нахмурился и недовольно пробурчал, начиная стучать ладонью по тумбочке рядом. Найдя телефон, он выдохнул и, даже не глядя на экран, ответил на звонок. — Алло! — Алло. Вася, ты чёрт побери куда пропал?! – пробиралась речь из телефона – Я уже битый час пытаюсь до тебя дозвониться, ты там умер, что ли? — голос из трубки казался настолько громким и шумным, что Вася слегка отстранил телефон от уха и открыл глаза. — Яш, не ори, я спал. У меня мигрень уже второй день... — находя оправдания своему поступку, парень промычал и потёр свободной рукой лоб, спускаясь к носу и прижимая его слегка к лицу. — А написать?! - Возразил говорящий -Пропал он, а я тут ищу тебя. Уже хотел к тебе ехать и в квартиру вламываться! — продолжал бухтеть Яша в трубку. Вася же на его высказывания лишь тяжело выдохнул и закатил глаза: — Блять, Яш, ты как мамочка, а не старший брат себя ведёшь. Стоило мне съехать от тебя и малых, так я тебя слышу чаще, чем когда я жил с тобой! — Ты мне тут не перечь, — рявкнул Яков. — Артём тоже съехал от меня, но я в курсе, где он и с кем, а ты вечно пропадаешь — ищи тебя по всему городу. Ты таблетки пьёшь?! — Пью и антидепрессанты, чтобы приступов не было тоже, но толку ноль, — выдохнул Вася, возвращая веки в закрытое положение. — Это всё? — Нет. Ты поел?! — Да, перед тем как уснуть, съел котлеты, которые ты мне привёз. — Ну хорошо, к тебе приехать? — Нет. Мне тишина ощущается как шум, а твой голос и шебуршание в моей квартире будет ещё хуже. - Ворчал больной, брату — Ну ладно, но если станет совсем невмоготу, звони в скорую или мне, понял?! — Да, я спать хочу, Яш. — Ладно, спи. Разговор с братом наконец-то был завершён, и Вася просто положил телефон на кровать, тяжело выдохнув: голова снова начала болеть. Хотелось уже просто начать биться ею об стену или пол, но парень снова потянулся рукой до тумбочки, взял блистер с обезболивающим и закинул таблетку в рот, употребляя их уже как конфеты. Толку от них ноль, но надежда была, главное — чтобы не случился передоз. Парень убрал таблетки обратно, начиная устраиваться поудобнее на кровати, чтобы поспать дальше. Ведь обезбол скоро подействует, и он захочет спать. Вася накрылся пледом, лежавшим рядом, который он, по всей видимости, во сне выкинул в сторону в порыве агонии. — Не написал я ему! Пусть сам попробует написать, когда ты "а" от "о" отличить не можешь из боли...- Он начал слегка вертеться на кровати в поисках удобной позы. Свернувшись комочком, страдалец начал засыпать и погружаться в сон. Его ресницы редко держались, а после и вовсе прекратили. Часы всё так же тикали, а на улице солнышко стало менее заметным. Стали слышны звуки дождя, который, судя по звукам, был очень сильным и обильным. Но рыжему было всё равно: он уже начал глубоко погружаться в царство Морфея, наслаждаясь моментом нечувствительности к боли. Наконец полностью расслабившись, он уснул под звук дождя, что больше не отдавался болью в висках.