Данмаку и ацелас.

Весь следующий день Чирнослив ходил мрачнее тучи. Учеба не давалась, лекции превращались в белый шум, тут ещё и теплая желтая осень сменилась холодной серой, ветер подвывал, приходилось надевать шапку. Как сейчас ему хотелось, чтобы Всеславур показала, что забыла вчерашнюю оплошность, мем там скинула, или просто что-то написала. Но девушка молчала, слева от светловолосого эльфа-аватарки светилось грозное «была недавно».  В отчаянии Чирнослив во время одной из лекций написал Всеславуру ещё раз, уже не надеясь на то, что из их дружбы что-то выйдет. Чирнослив: Слушай, извини ещё раз. Тупая шутка была. Всеславур: Я уже извинила, все в порядке. Всеславур: Но это мило, что ты извиняешься несколько раз. Обычно от мужчин извинений клещами не вытянешь. Всеславур: Считают это слишком женственным для их гордости. Чирнослив заулыбался, увидев это сообщение. Чирнослив: Ну, такие уж мы, зумеры, сойбои изнеженные. Всеславур: Ах, где же мой миндальный матча-латте, я без него умираю! Чирнослив: Тапиоку мне! Тапиоку внутривенно! Дальше побежали смайлики и стикеры из контактовских наборов. На душе Чирнослива тихонечко начали расцветать цветы. Не всё потеряно. Чирнослив: На самом деле мы похожи. Написал и подумал: что написал? Зачем? Быстро исправил. Чирнослив: В смысле, толкинисты и тохофаги. Всеславур: Да все фандомы похожи. Все дураками полны. Чирнослив: Не, ну реально. Смотри. В России толкинисты были родоначальниками фандомной культуры, как стар трек в США. А тохо-фандом очень значим для японской додзин-культуры. Всеславур: Что такое додзин? Чирнослив: Все фандомное и некоммерческое. Инди. Всеславур: А. Чирнослив: Что в России с менестрельскими песнями, что в Японии с тохо-арранжировками был открыт чуть ли не отдельный жанр музыки. Всеславур: А тут поподробней. У тохо есть своя музыка? Чирнослив: Да ты что, музыка – это главное в тохе. Хочешь, кину фан-треков? Тебе какой жанр нравится? Всеславур: Давай не сейчас, у нас семинар скоро. Всеславур: Слушай, может встретимся на выходных? У тебя планов нет? Чирнослив: У меня никогда планов нет. Всеславур: Приезжай на Новослободскую, дом 3, корпус 2. Там у меня квартира. Вот это да. Прямо домой приглашает. Неужто на секс? Блин, блин, дурак, какой секс? Вы только познакомились! Да и она вроде как религиозная, как её Толкин, вряд ли будет до брака… Чирнослив: А что на квартиру, а не в кафе? Всеславур: Ну, можно и в кафе. А тебе сложно? Чирнослив: Не, не, я не против. Давай на квартиру, если так. У тебя соседей нет? Или родителей? Всеславур: Не, я одна снимаю. А может, и прям на что-то намекает? Нет, эта Мариса, наверное, просто очень наивная и не различает языка отношений. Не будем этим пользоваться. Чирнослив: Я тебе тогда тохо-музыки на флешке привезу. Всеславур: С радостью послушаю. У меня большие колонки как раз есть. Чирнослив: Давай тогда, пока. Всеславур: Пока! Чирнослив сам не заметил, как прижал к груди телефон. Да, похоже, отрицать не стоило. Сразу, как пригласили, подумал об «этом». Всё с тобой понятно, Чирнослив. В голове звучала песня из советского фильма: «Любовь с первого взгляда, ну что ж, я за вас рада, ну что ж, так и сбываются мечты». Похоже, отрицать сложно. Одиночка Чирнослив ощутил то, что в последний раз ощущал ещё давно в детстве. «Но мне не светит» - подумал он – «Она на меня совсем не похожа. Общается, наверное, из жалости. А я ещё выдумал себе всякого. Нет, надо не придумывать себе ерунды. Ей просто интересны фандомные штучки. Это совсем другого поля ягоды». Когда наступили выходные: а ждать их пришлось долго, пробиваясь через закрытие хвостов и студенческие мероприятия, через «пойдём выпьем» и «опять лифт сломался» - тогда Чирнослив набрался смелости и даже не так сильно думал о том, что Всеславур его просто жалеет. Настроение было слишком хорошим, чтобы об этом думать. Ещё и солнце вернулось, листья окрасились в алый, под ногами то и дело попадались каштаны в колючих шкурках. Он оделся по-простому: толстовка и джинсы, закачал на флешку с десяток своих любимых сёрклов в формате мп3, полез в гугл-карты и отправился на место. Всеславур встретила его у дома, помахав рукой. - Привет, Толян! – прокричала она задорно и… Запах корицы ударил в ноздри, что-то мягкое, как шарик-антистресс, коснулось груди, две горячие руки обвили Чирнослива, провели по спине. У него чуть не подкосились ноги от шока, он просто стоял, раскинув руки, а девушка обнимала его, сжимая, как мягкую игрушку. Теснота. Теплота. Этому моменту подошла бы песня из ремейка «Красавицы и Чудовища» - «Может мгновенье длиться вечно…». Наконец она отстранилась, и Чирнослив снова начал дышать. «Я чуть не умер» - мелькнула первая мысль. И вторая: «Хочу ещё». - Привет… -пробормотал он. – Это, ну, я… - Пошли внутрь. – Всеславур вертела ключ на пальце – А то тут немного холодновато, хоть и светит. Чирнослив кивнул, и двое проследовали в подъезд. Монотонно добрались до лифта, медленно вошли внутрь. Добрались до этажа. Всеславур ловко повернула ключ в замке и пригласила внутрь. Квартира напоминала типичную студию, была оформлена в бежевых тонах, лишь плакаты с рисунками Дженни Долфен на стенах немного оживляли её телесную сонливость. Всеславур придвинула домашние тапочки для гостей, махнула рукой: - Чай или кофе? - Да давай не сейчас. – пробормотал Чирнослив, всё ещё отходя от шока после объятия – Где у тебя руки помыть можно? После мытья рук двое продвинулись в комнату с компьютером и колонками. Чирнослив срочно хотел чем-то отвлечься от мыслей о том, как хорошо было это объятие, так что перевел взгляд на две крохотные иконы на книжном шкафу. - В Бога веришь? – спросил он. - Да, православие, хотя думаю перейти в католичество. - Из-за Толкина? – шутка вышла нехотя, Чирнослив боролся со страхом снова обидеть Всеславура. - Ха-ха, не только. – Слава Богу, Всеславур не обиделась – Ты же не против? - Не, знаешь, я сам не очень во всякое верю, но всегда думал, что вас зря обижают. Типа, когда был бум на Ларина и Поперечного, я всегда хотел как-то вас защитить в комментах. - Ну, спасибо, правда. – Всеславур крутанулась на стуле перед компьютером – Давай сюда флешку свою. Ты обещал музыку. Чирнослив протянул флешку ей. - Так, смотри. Начнём с Butaotome… Заиграла вокальная арранжировка на тему Марисы. Чирносливу казалось, что это был безотказный вариант, но Всеславур нахмурилась. - Похоже на аниме. – выдала она, прижимая палец к подбородку. - Конечно, на японском же поют. - Ты меня извини… - пробормотала Всеславур – Но я аниме не люблю. Тут Чирносливу захотелось рассмеяться. Аукнулись же ему орлы! - То есть, хочешь сказать, тоха – аниме? Запомни, Слав, сказать, что тоха – аниме, это всё равно, что сказать вам про орлов. - Ну, стиль какой-то анимешный. Вон, там и девочка большеглазая на превью… - Стиль анимешный… Аниме бывает в совсем разных стилях. Ты Тезуку видела? У него все как дисней – а аниме же! - Не знаю, мне не нравится. - Ты просто не любишь японский язык. – подвел черту гордый Чирнослив. - Да не не люблю я японский язык, я не знаю! – взвилась Всеславур. - Почему не на орлах, Слав? – съязвил Чирнослив голосом змея-искусителя, наклоняясь к уху подруги. Та отпрянула. - Ах так, да. – брови её свелись к переносице. – Тоха – аниме. - Почему не на орлах? – держал позицию Чирнослив. - Аниме! – Слава кинула в него подушкой с дивана. - Орлы! - Аниме! - Орлы! - Аниме! Всеславур опустила кресло вниз и расхохоталась. Ей давно так просто не смеялось. Подумать только, устроили какой-то детский сад, штаны на лямках из-за анимешной песенки! Может, ещё кидаться друг в друга песком, а потом петь «мирись-мирись-мирись, и больше не дерись»? А Чирнослив думал, что гики действительно взрослые дети. Даже он пришел к девушке на квартиру не ради утех и алкоголя, а чтобы послушать веселую музыку. Девушка утерла глаза и посмотрела на растерянного Чирнослива. Какой же он всё таки смешной, этот япончик. - Давай дальше музыку. – кивнула она головой – Обещаю, не буду называть её анимешной. - Дураки мы. – пожал плечами Чирнослив. - Редкостные. – Всеславур отодвинулась, позволяя другу переключить трек. Следующая песня была романтичной балладой, как перевел Чирнослив, о расставании. Всеславуру она понравилась больше. А потом пошёл метал. Метал с очень визгливым, хоть и невероятно мастерским женским вокалом. Это немного сбило с толку. Как будто вокалистка хотела изобразить какое-то чудище. - Впервые вижу человека, которому Стак не нравится. – прокомментировал Толя, когда Всеславур сказала ему об этом – Все говорят «какой голос крутой». - Это, наверное, просто не мой жанр. – утешила его Всеславур. Потом пошли оригинальные композиции. - Слишком восьмибитно. – сказала судья – Как игрушка на Сегу. - Совсем не похоже! – Чирносливу начинало казаться, что она специально мстит ему за «орлов». - Извини. – Всеславур сделала глаза щенка – Давай вон тут, там написано Waltz. - А, это. Это инструментал, не знаю, понравится ли. – Чирнослив без надежды в голосе кликнул последний трек. Зазвучала музыка, которую, если б Всеславур была насмотренной в аниме, можно было назвать похожей на мелодию из «Ходячего замка» - только более заводная, и на превью сидела та самая девочка в синем с крыльями-алмазами, которую Чирнослив так любил. Всеславур закачала головой, потом встала и начала кружиться. В душе Чирнослива снова начали расцветать незабудки. - Другое дело! – подняла большой палец Всеславур – Теперь хоть танцуй. - Я не умею… - пробормотал Чирнослив, но Всеславуру было так весело, что она решила пойти на откровенное. - Да я научу. Вот, смотри! – она схватила его за руки и начала показывать, как отставлять ноги и кружиться. Его раскрасневшееся лицо, бегающие темные глаза и запотевшие руки только веселили её. Ей хотелось как-то впустить в этого мальчика-домоседа немного позитива, как-то вытащить компьютерного ботана из мира видеоигр, и впустить в реальный мир, где «звенящий травами апрель». Ну, или шуршащий листьями сентябрь. Вон, как он удивился, когда она обняла его на улице. Бедняга вовек не чувствовал живого тепла! Всеславур хитро ухмыльнулась, потянула на себя и продолжила вести. Руку ей на талию Чирнослив так и не положил. Наверное, боялся. Ну, пусть боится. Потанцуем, как маленькие в школе. Поворот – и вдруг пошатнулась большая лампа, потная рука Чирнослива выскочила из её руки, партнёра отшатнуло, и он неуклюже шлёпнулся на пол, получив лампой по голове. Всеславур взвизгнула и по-животному подползла к нему на четвереньках. - Ты как? – озабоченно спросила она, разглядывая его. - Доплясался. – ответил влюбленно смотрящий на неё Чирнослив, а на его лбу проявилась крупная ссадина, похожая на красный росчерк ручки проверяющего домашнюю работу. «Что же я натворила!» - подумала Всеславур, кляня себя всеми проклятиями – «Вот и вытащила мальчика из игр! Глупая!» - Прости меня! – показала молитвенный жест Всеславур, нервно бегая глазами. - Да ничего, ты меня прости. Я танцую неважно. - Нет, это я же вела. Сейчас, подожди! – и Всеславур, теряя тапочки на ходу, кинулась в ванную за аптечкой. Распахнула шкаф-зеркало и на лету схватила несколько пластырей, которые часто брала с собой на ролевые игры, для себя и соигроков. Пластырь был детский, с сердечком. С ним на лбу Чирнослив выглядел немного комично. - Спасибо. – произнес он, думая, что теперь совсем в раю. Анимешная сцена: девушка исцеляет героя. Раньше он и представить не мог, что такое может случиться с ним. - Думаю, понятно, что эта музыка мне понравилась очень. – улыбнулась Слава и помогла другу встать – Прости ещё раз. - Не-не, ничего. – бормотал Чирнослив, всё ещё не веря своему счастью. - Можно я её себе перекачаю? - Можно. - Спасибо. – Всеславур игриво (или это только Толе так казалось) убрала прядь за ухо. - Ну, мне домой, наверное, скоро пора. – Чирносливу произносить это было чуть ли не физически больно: он только попал в страну чудес, а тут уже всё кончается. Но делать нечего. - Да, давай ещё в унике встретимся. Кофе попьем, или баббл-ти. Я тебя угощу. - Ой, да не надо за меня платить… - Надо! – подняла лампу с пола Всеславур, отряхивая пыль – Мне надо по-человечески извиниться. - Ну, ладно. – Чирнослив понял, что теперь на неделю попал в серию смешариков, где Совунья так много благодарила Карыча, что это вывело его из себя. Такая уж девушка попалась. Зато добрая. Он таких добрых и не встречал, вокруг одни стервы, которые феминизмом оправдывают мерзкое поведение. А тут просто какая-то аниме-девочка. Хотя, ей такое сравнение не понравится. - Спасибо за всё. – Всеславур подошла к нему и снова обняла, что сейчас вызвало у Чирнослива уже не такой яркий, но всё же прилив сил, похожий на тот, что при первом объятии. - Не за что. – расплылся Чирнослив. Взял рюкзак, чуть не забыл флешку, помахал рукой, и, как в тумане, вышел на улицу. Ну вот, а ты боялся. Это была просто дружеская встреча. Или нет? Всё же друзья так просто парой в танцах не становятся. Опять загадка. Чирнослив прижал краем сапога желтый лист в луже и задумался. Кто она для него? Просто девочка, которая дружелюбна со всеми из-за её синдрома Полианны? А может, она его специально выбрала? Главное, чтобы это всё не оказалось в конце концов насмешкой. Задумчиво пританцовывая на ходу, словно вспоминая вальс со своей принцессой, Чирнослив направился домой, сжимая флешку в кармане.