Нигиль

Было раннее утро, и в коридорах Снежной ещё горели свечи, а за окнами только начинало светать. Как всегда серо, холодно, и неуютно. Люмин и Рубедо шли по длинному коридору нагруженные свитками, которые Дотторе требовал к девяти часам. Они уже почти дошли до его лаборатории, как вдруг услышали раздражённый, с отчётливыми нотками безумного вдохновения голос. — Чёрт, сдвинь левый кристалл! Нет, не так! Я сказал, сдвинь, а не разбей придурок! — Он сам разбился! — Донёсся не менее раздраженный голос Хрофтатюра. — Ты говоришь, что он сам разбился?! — Фыркнув сказал фатуец — Да этот кристалл прожил больше, чем вся твоя родословная! Рубедо и Люмин синхронно переглянулись, и девушка после легко смешка строго кашлянула, прикрыв рот ладонью, с важным видом заходя в нутрь помещения. Лаборатория Дотторе выглядела так, будто здесь только что прошёл ураган. Столы были завалены бумагами, на полу валялись осколки кристаллов, в воздухе пахло чем-то горелым?… Сам Зандик стоял у большого, покрытого пылью зеркала в массивной раме и что-то бормотал себе под нос. — О, вы, — Сказал он, оборачиваясь. — Свитки можете оставить на столе. Если, конечно сможете найти стол… — Дотторе, что это за зеркало? — Спросила Люмин, подходя ближе. — Оно странное, ты что, почувствовал себя матерью Белоснежки? Крайдепринц перевел взгляд на окно, откуда просачивались легкие лучи солнца, и пытался не засмеяться. Предвестник лишь недовольно проворчал что-то о том какие они недалекие, продолжая: — Оно каэнри'ахское, — Сказал он. — Я нашёл его в старых руинах. Вроде бы оно способно показывать прошлое, или будущее, а может вообще просто настоящее. Я ещё не понял, как оно работает, но в процессе. Хрофтатюр, что все это время скучающе переводил взгляд с одного на другого, встал и кинув в руки красноглазого какой то фолиант, спокойно себе вышел, хлопнув дверью. Рубедо закатил глаза, буркнув что-то по типу « Ходит блять свой характер тут показывает, » и вновь обратился к Дотторе. — И ты решил проверить его, не поняв, как оно работает? — Русый поднял бровь, скрестив руки — Это называется «эксперимент», — Обиженно ответит Зандик. — Ты, как Тюдзё, вряд ли поймёшь. — Я к счастью хотя бы понимаю, что взрывать неизвестный артефакт без подготовки плохая идея. — Он блять не взорвался. Он просто...взорвался. Ладно, бывает, разберусь и с этим. Пока они беседовали старинное зеркало не подавало каких то особых признаков магии, но резко его поверхность покрылась рябью. Туман, клубившийся внутри, начал рассеиваться, и в глубине проступила фигура. Сначала нечёткая, размытая, потом ясная, как в жизни. Громкий звук треснувшего стекла был слышен по всей лаборатории, туман рассеялся, и резко заметивший что-то Дотторе, резким движением выгнал обоих в коридор, сказав что позовет попозже. — Что это с ним? — Заинтересованно спросила девушка, поправляя подол юбки. — Без понятия, ёбнулся в край наверное. — Он пожал плечам, сворачивая на право и уже уходя. ———— Ближе к вечеру в библиотеке было тихо и пыльно. Хейдзо зашёл с таким видом, будто его оторвали от чего-то важного, хотя на самом деле он просто разглядывал потолок в коридоре. — Руде, Люмин, — Позвал он, лениво облокачиваясь на косяк. — Вас зовёт Предвестник, срочно в лабораторию. — Какой именно? — Насторожилась Люмин — Дотторе который, сказал, что это не терпит отлагательств, и че то ещё.. Быстро попрощавшись с Хэйдзо, двое вышли из библиотеки направившись в сторону давно известной всем лаборатории. Руде открыл дверь, и подняв взгляд замер. Он закрыл дверь обратно, но Люмин непонимающе снова открыла её, тоже замерев и разинув рот. За столом сидел Дотторе, как всегда, с блокнотом и ручкой, с видом человека который знает больше чем говорит. А рядом с ним на стуле сидел... кто-то. Молодой парень, лет шестнадцати-семнадцати, с растрёпанными светлыми волосами и знакомыми голубыми глазами. Он был одет в странную одежду — не местную, не инадзумскую, и не похожую на традиционную снежную. Рубедо узнал его моментально, Люмин тоже. Парень был подозрительно, даже до жути похож на их Дайна, только взрослого. Люмин потянула Руде за собой. Парень вошёл, чувствуя, как земля уходит из-под ног. — Это..блять что это? — Спросил русый, глядя на Дотторе. — Ещё один временной эксперимент? — Не совсем, — Предвестник отложил ручку. — Это Дайнслейф... Но не тот, которого ты знаешь. Это его копия, которую создал старый артефакт, когда я пытался... ну, неважно. Суть в том, что он не должен видеть своего взрослого двойника. — А то что? — Спросила блондинка — А то нам всем конец. Ну не знаю, прячьте его? Главное чтобы не пересекался с самим собой. Парень поднял голову и посмотрел на Рубедо, потом на Люмин. В его взгляде было что-то узнающее, но не до конца осознанное. — Вы..кажетесь мне знакомыми, — Сказал блондин. — Как то даже слишком… Рубедо открыл рот, и закрыл обратно. Это блять реально был голос Дайна, этого эгоистичного наследника. Тот же тембр, та же интонация, только моложе. — Это не наши проблемы! — Недовольно ударила себя по лицу Люмин. — Решай их САМ. — Я так и знал, — Вздохнул Дотторе. — Тогда условие. Вы прячете его от взрослого Дайна, пока я не сделаю артефакт, который вернёт всё на круги своя. Взамен недельный выходной. — Две недели. — Пусть будут две. — Считай, договорились, — Радостно ответила Люмин. Она схватила Рубедо левой рукой и потянула к выходу, а правой 16-летнего брата. Не успела она и добавить что-то, как в конце коридора показались Скирк и..взрослый Дайнслейф. Они что-то обсуждали, и взрослый Дайн выглядел... обычным. — Нет нет нет.. — Она резко повернулась? захлопнув дверь обратно. Они успели выйти через вторую дверь в правой стороне лаборатории, оставшись незамеченными. Они успели как раз в тот момент, когда Дайн и Скирк завернули за угол. Дотторе же вышел из лаборатории и столкнулся лицом к лицу с Дайном и Скирк. — А, Дотторе, — Спокойно сказала Скирк. — Ты видел Рубедо с Люмин? Они должны были быть здесь, по крайней мере так сказал Сиканоин — Были, — Выровняв дыхание ответил предвестник. — Ушли, сказали что у них дела. Не уточнили какие. Дайн прищурился, а ученый смотрел на него с непроницаемым лицом. — Ладно, — Блондин развернулся. — Если увидишь их, скажи, чтобы зашли ко мне. — Передам, — Ответил Дотторе прежде чем скрыться за дверьми лабаратории. Библиотека встретила их привычным полумраком и запахом старой бумаги. Люмин быстро заперла дверь, прислушалась к тишине за ней и только тогда выдохнула. — Кажется, оторвались, — Отдышавшись сказала Люмин. Хейдзо, который мирно читал книгу в кресле у камина, поднял голову. Увидел компанию — Рубедо, Люмин и незнакомого парня, подозрительно похожего на человека, который сейчас стоял в коридоре и разговаривал со Скирк. Моргнул пару раз и выдал: — Это что за шкет? — Спросил он, вставая. Его голос был напряжённым, почти испуганным. — ОТКУДА ВЫ ЕГО БЛЯТЬ ДОСТАЛИ?! — Тише, — Шикнул Руде. — Если кто-то услышит... — Если кто-то услышит, что у нас в библиотеке сидит ДАЙН, которого тут быть НЕ ДОЛЖНО, потому что он уже есть в коридоре, все будут в АХУЕ. Вы вообще понимаете что происходит? — Нет. Это всё эксперимент Дотторе, — Одновременно произнесли двое друзей, Руде продолжил: — Это не совсем Дайнслейф, эм..это он, но как бы из прошлого? Копия временная короче, — КОПИЯ?! — Хейдзо, сядь, — Сказала Люмин. — Я сейчас всё объясню, или попытаюсь… Вечер в библиотеке прошёл на удивление спокойно. Люмин устроилась напротив юного Дайна и расспрашивала его обо всём: о Каэнри'ах, о тренировках, о брате Фёльнире, о том, какие книги он любит читать и снится ли ему что-то странное после перемещений. Парень отвечал сдержанно, но с каждым вопросом становился чуть более расслабленным. Дверь открылся в самый рандомный момент, зашли взбудораженные Сяо с Итэром. Сяо был напряжён — это читалось в том, как он стоял, чуть подавшись вперёд. — Вас четверых срочно ждут в лаборатории Дотторе, — Сказал Сяо, переводя взгляд с Люмин на Рубедо. Дотторе встретил их с колбой в руках, и потащив младшего за собой сказал им ждать тут. Или не ждать, Хэйдзо отправил к Аяке за новыми стеклами, а Люмин и Руде прямиком к наследнику. Они вошли тихо, стараясь не скрипнуть дверью. В кабинете Дайна было полутемно, сам же блондин сидел за столом, склонившись над бумагами, и что-то писал. Быстро, ровным и уверенным почерком. — Садитесь, — Сказал он, не поднимая головы И они сели, Люмин на край стула, Рубедо чуть поодаль, стараясь держаться непринуждённо. Дайнслейф дописал, отложил перо и только тогда поднял глаза. — Люмин, — Обратился он к сестре. — Наказана, неделя без выходов из дворца. — ЧТО?! — Недовольно встала с места младшая. Ради этого она была готова выйти один на один с Дотторе, чтобы получить двух недельный выходной?! — Но за что?! — За что, ты и сама прекрасно знаешь, Она хотела сноуа возразить, но встретилась с его взглядом и поняла: спорить бесполезно. Вдруг что-то хуже ему на ум прийдет? Она выдохнула, мысленно поблагодарив Сейтервойнена за то, что наказание ограничилось неделей, и взяла Рубедо за руку, чтобы уйти. — А его, — Продолжил Дайн, и его голос стал чуть ниже, — Я не отпускал. Люмин замерла, повернулась и жестами показала « Ахуел? » Рубедо тоже медленно обернулся, закрыв ей рот рукой когда она уже была готова сказать что-то колкое. Но все же под пристальным взглядом брата разочарованно вышла, разжимая ладони. Рубедо проводил её взглядом, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Не от страха, в от нежелания оставаться на едине с тем, кого они пытались наебать по полной. Ещё и, кажется, без успешно… Он повернулся к Дайну — и не успел сказать ни слова. Только сфокусировать свой взгляд на нём, и то ненадолго. В следующую секунду его прижали к столу, из-за чего листы и перья полетели на пол, карты смялись, а Рубедо оказался придавлен к деревянной поверхности, чувствуя, как чужая рука сжимает его талию. — Ты... — Выдохнул он, пытаясь вырваться, но тщетно. Он и продолжить то толком не успел, рот ему заткнула лента холодная, сотканная из самой сути энергии Бездны. Она прижалась к его губам, не давая произнести ни звука. — Вы двое что, в серьёз думали, что я не замечу пятнадцатилетнего себя, которого Дотторе достал Ирмин знает как и откуда? — Голос Дайна был низким, почти шёпотом, из-за чего казалось будто он готовиться преподнести тебя в жертву. — Что я не увижу, как вы мечетесь по коридорам, как прячете его в библиотеке, пока он сам в ужасе не понимаете что тут происходит? Его рука сжала талию Рубедо крепче, и по телу пробежали мурашки. « Какого хрена в его кабинете всегда так холодно? » подумал Крайдепринц, поняв, что сейчас не самое подходящее время для таких мыслей. Он провёл пальцами по ткани, затыкающей рот Рубедо, и та исчезла, оставив лёгкий холод на губах. — Откуда..ты это узнал? — Еле как произнес парень, поняв что ему сжали свободную запясть. Дайнслейф посмотрел на него долгим, оценивающим взглядом и наконец-то соизволил ответить: — Вы в курсе что все, что он запоминает, воспроизводится у меня в памяти? Мы один человек. Не важно в каком возрасте, мы в любом случае одно и тоже. А. Блять. Они проебались, подумал Руде. Но..влететь ведь больше должно Дотторе, правда? Он как никак сам это всё сделал, а они с Люмин лишь..чуть-чуть соучастники. Совсем немного, самую малость. — Я знаю, что вы его прятали. Что ты с ним разговаривал. Что он смотрел на тебя так, как смотрел бы любой парень, который только начинает понимать, что такое влечение. И прежде чем Рубедо успел ответить, Дайн прижался губами к его шее. Грубо, с прикусом, от которого у русоволосого перехватило дыхание. — Не слишком ли много времени ты проводил с ним? — Его голос сейчас ощущался так, словно полу рычащим, и его руки сжимали талию Рубедо с такой силой, что казалось хотели оставить след. — Подожди... — Рубедо сглотнул, пытаясь осмыслить происходящее, — Ты же не ревнуешь..к себе? К сожалению, ему, конечно же никто не ответил. Дайн отстранился ровно настолько, чтобы рывком расстегнуть рубашку нижнего оголив грудь. Он не смотрел в глаза, он смотрел на кожу, на ключицы, на то, как вздымается грудь от быстрого дыхания. — Дайн, — Отдышавшись продолжил русый, — Даже твой пятнадцатилетний вариант, это ты. Это нечего не меняет.. — Меняет, — Возразил упомянутый. — Он не знал, кто я, но он смотрел. И это... это заставило меня понять кое-что. — Что? — Что я не хочу делить тебя. Даже с самим собой. Руде слабо толкает Дайнслейфа в грудь, неустойчиво прикладываясь спиной к столу. Он осознавал, как из-за голубоглазого медленно теряет и здравый рассудок, и одежду. — Тебе что, так нравится доводить меня? — Еле сдерживая стоны из-за спускающегося ниже наследника произносит Крайдепринц — Конечно, мне нравится видеть тебя раздраженным. Ты в эти моменты выглядишь таким несносным, таким сексуальным. — С этими словами Дайнслейф снова поцеловал его, но в этом поцелуе уже чувствовалось похоть с голодом. Стоны и хныканья разной громкости и продолжительности наполняли комнату, пока старший помечал талию укусами, моментами случайно царапая в порыве страсти. Стоит отдать наследнику должное — он потрясающе держит себя в руках и не позволяет лишнего даже когда его твердеющий член упирается в чужое бедро, показывая, как сильно он желает человека перед собой. Последняя часть одежды Крайдепринца спадает на пол, и брюнет успевает словить восхищённый взгляд голубых глаз, перед тем как старший горячо выдыхает в чужой рот. Не замечая особого протеста, светловолосый с тихим вздохом заходит, и толкается глубже, на что русый выгибается, сжимая блондина внутри. Последний издает глубокий стон, наслаждаясь чужой узостью, пока темноволосый, не сдерживаясь, впивается ногтями в чужие плечи, но Дайн и вовсе не возражает — лишь закусывает нижнюю губу, спрашивая: — Все в порядке? — Д-да…вроде бы…— Сбивчиво отвечает младший Некоторое время, и Руде сам толкается на встречу, наконец расслабляясь. Толчки получаются более глубокими, с каждым разом набирая более быстрый темп. Капли пота стекают по телу, а в кабинете стоит тишина, разбавленная вздохами и стонами, изредка слышимыми всхлипами. Оргазм такой яркий и ощутимый, что на некоторое время Рубедо, казалось, лишается возможности видеть и слышать. Белоснежная ладонь сжимает его волосы, а пристальный взгляд не отвлекается ни на что другое. Может Дайну завтра и влетит за отчеты от Сурталоги, но это будет потом. А сейчас для него главное не отпускать любящего человека, даже если где-то там в лаборатории Дотторе разрывает ткани реальности, пока Альбедо стоит готовый ударить его по голове.