Вынужденный союз пиковару

Прошел месяц с того дня, как подписи «Стар» и «Де'карли» поставили точку в войне, от которой содрогался город. Месяц вынужденного перемирия, который стал для Пика и Вару настоящим испытанием на выносливость. Кабинет Пика в главном офисе синдиката выглядел как штаб-квартира в разгар шторма. Повсюду были разбросаны карты территорий, отчеты по поставкам и графики перемещений — теперь они должны были работать сообща, объединяя логистику «Стар» и диверсионные группы «Де'карли». Пик сидел за массивным столом, впившись взглядом в бумаги. Он выглядел уставшим, его лицо напоминало маску из серого камня. Вару, напротив, расслабленно развалился в кресле напротив, демонстративно подбрасывая в руке складной нож — привычка, которая уже тридцать дней подряд действовала на Пика как красная тряпка на быка. — Ты снова сместил сроки поставки, — голос Пика был тихим, но в нем слышался рокот приближающегося взрыва. — Мои люди не собираются ждать, пока твои «гении» из клана Де'карли решат, через какой порт им удобнее протащить контрабанду. Вару поднял взгляд, в котором плясали насмешливые искры. Он медленно убрал нож в карман и подался вперед, опираясь локтями на стол. — Мои люди делают так, чтобы товар доходил в целости, Стар. В отличие от твоих «солдафонов», которые только и умеют, что переть напролом, — Вару хмыкнул, растягивая губы в ядовитой улыбке. — Или ты уже забыл, чьи люди прикрыли вашу задницу на прошлой неделе в доках? Пик резко поднялся со своего места. Стул с грохотом отлетел назад, врезавшись в стену. Он сделал шаг к Вару, сокращая расстояние до минимума. В кабинете стало так тихо, что можно было услышать, как гудит неоновая лампа над их головами. — Мы здесь не для того, чтобы мериться тем, чей вклад больше, — прорычал Пик, нависая над ним. — Мы здесь, чтобы наш «союз» не развалился на следующий же день. И если ты не начнешь соблюдать протокол, клянусь, мне плевать на слово моего отца. Я вышвырну тебя отсюда лично. Вару не дрогнул. Он смотрел прямо в холодные глаза Пика, даже не пытаясь скрыть вызов. Наоборот, он почувствовал странный прилив адреналина — этот ежедневный танец на лезвии ножа заставлял его сердце биться чаще, чем когда-либо на задании. — Попробуй, — прошептал Вару, дерзко вскинув подбородок. — Но помни, Пик: мы заперты в этой клетке вместе. Если ты решишь меня «вышвырнуть», ты просто подпишешь смертный приговор нам обоим. В воздухе повисло тяжелое, почти осязаемое напряжение. Это не была просто вражда — это была проверка на прочность, где каждое слово, каждый взгляд и каждое прикосновение на грани ссоры становились частью их новой, опасной игры. Они оба знали, что этот месяц — лишь разминка перед настоящей бурей, которая ждала их впереди.