Come with us

      — "Нирк короля И"? Осман прищурился, стараясь убедиться что прочел название правильно. Луэлла тяжело вздохнула, указав на надпись и прочитав её уже правильно. — "цирк короля М." И не говори мне что ты не знаешь кто это.. — может удивлю, но нет, не знаю. Неонилла взяла Телемаха за руку, глядя на Луэллу, которая начала поучать лидера квеста. Это выглядело даже забавно. Дочь Аполлона обучает сына Афины.. — этот цирк принадлежит Мому, сыну Нюкты, богу насмешек, сарказма и т.д. Давным давно его изгнали с Олимпа за то, что он насмехался над Зевсом, с тех пор он освоился на земле. Знаешь Финеаса Тейлора Барнума, владельца цирка уродов? — разумеется! — так вот, Барнум — это и есть Мом. Но настал век солидарности между всеми людьми, а цирк уродов стал нелегален, так что он открыл новый цирк, только теперь он показывает полубогов, их таланты. Особенно он любит особенных полубогов, вроде тебя. Вроде Миюки. Вроде Лью. Вроде.. Эллы. Они не поднимали эту тему с тех пор как девочка погибла во время несчастного случая во время тренировки. Её ранил монстр, яд проник в кровь, и никому не удалось её спасти, даже Луэлле. — так что нам туда соваться не стоит, цирк Мома такое же опасное место, как отель Лотос. Уходим, до Афин идти ещё несколько тысяч километров, а мы все ещё в Калифорнии! Девушка потянула друзей за собой, но тут их окликнул голос. Перед ними, будто из воздуха, появился юноша, на вид ему было лет восемнадцать. И на мгновение, всего на мгновение, Осман почувствовал себя так, словно снова видит Кастора. Темные блондинистые волосы, которые были у его брата до того как он обстриг и покрасил в синий. Яркий жизнерадостный взгляд, который всегда был у Кастора, даже после того как Афина отвергла его.. Юноша широко улыбнулся и от этой улыбки у Османа пошли мурашки. Как бы Нео не тянула его за руку, он не мог пошевелиться. Даже улыбка больно напоминала старшего брата. — добро пожаловать в цирк короля М, юные полубоги! Меня зовут Менелай Фалдер, я дрессировщик! Иллюзия разбилась в ту же секунду. Кастора больше нет. Парень перед Османом — не он. Неонилла, как самая старшая, встала перед друзьями, глядя на юношу. Она щёлкнула пальцами, призывая туман. — прошу прощения, но вы обознались. Мы не полубоги, мы просто маленькие дети, которые бегут домой. Я — Ника, это моя сестра — Нина — и брат — Нино. Наши родители заждались нас. Пару минут Менелай молчал, как будто туман действительно сработал на него. После чего он рассмеялся. Так жутко и громко, что мурашки пошли по телу. — хорошо сработано, маленькая мисс, но туман не работает на меня. Видишь ли, поскольку Мом сын Нюкты, изначального божества, на него и на его детей не работают чары. Более того, я обладаю таким даром как видеть полубогов. Рад знакомству, дочь Гебы. Он снял перчатку и взял Неониллу за руку, поцеловав костяшки пальцев. Осман сжал кулаки, чувствуя как внутри бушует гнев, глаза застелила пелена, кровь бушевала в венах. В этот момент он услышал как Луэлла и Нео ахнули, а Менелай усмехнулся. Гнев отступил, взгляд прояснился, и Телемах увидел что его нити порезали столб с объявлением цирка на тонкие кусочки, как коржи у торта. — полагаю, вы можете выплатить нам компенсацию тем, что придёте на одно наше шоу. Не беспокойтесь, билеты для полубогов стоят всего две драхмы с человека! Осман посмотрел на Неониллу и Луэллу. Дочь Аполлона сверлила его недовольным взглядом, а дочь Гебы наоборот, сочувственным. Он вздохнул и достал из кармана шесть драхм, сунув их в руку Менелаю. Тот вновь широко улыбнулся — теперь эта улыбка казалась улыбкой маньяка — и протянул им три билета. Вновь надев перчатку, он пошел к шатру. — следуйте за мной! До шоу всего двадцать минут, представлю вас моей семье и друзьям! Полубогам ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Зайдя в цирк Осман не смог сдержать вздоха удивления и восторга. Он никогда не был в цирке. И он был очарован им. Столько красок, столько светов разных оттенков и цветов! Тут было чарующе.. Зрители уже собирались на трибунах, дети просили у родителей сладкую вату и пальчиками показывали на арену, а артисты готовились к шоу. Менелай ввел их не в трибунам, а к занавесе. Зайдя туда Осман почувствовал ещё большее удивление. — добро пожаловать в цирковую жизнь, дамы и джентельмен! Народ, у нас гости! Все тут же посмотрели на троицу. К ним подошла девушка лет четырнадцати, в облегающем зелёном костюме, который подходил под цвет её глаз, который она делила с Менелаем. — ты привел новых лиц? Отлично, наша труппа нуждается в новых полубогах. Я Мария Фалдер, сестра Менелая, воздушная гимнастка. Она протянула руку Осману. Её перехватила Неонилла, пожав руку девушке, но сверля её недовольным взглядом. — я Неонилла. — с греческого это значит "юность". Звучит красиво, учитывая что ты дочь Гебы. Осман видео что его подругу злило то, как эта девица читала их. Тут, неожиданно, он вспомнил слова Менелая "Видишь ли, поскольку Мом сын Нюкты, изначального божества, на него и на его детей не работают чары".. Тут он понял. — вы дети Мома. Полукровки. Менелай и Мария переглянулись с ужасно одинаковыми ухмылками. — угадал, сынок Афины. Обычно вы соображает быстрее, как ваша дорогая мама. Знаешь, она ведь обожает цирк. Сдается мне, что однажды я видела её с одним акробатиком.. Такой мускулистый, красивый, ах, ну просто! Осман знал, что Афине не понравятся оскорбительные слова девушки. Мария начинала ему нравится. К ним подошла женщина в сопровождении мужчины. При ввиде них, Осман тут же понял две вещи. Первая: это родители Менелая и Марии. Вторая: оба ребенка пошли в свою мать. Мом не передал своим детям абсолютно ничего, кроме характера и сил. Ну, и наверняка смеха с улыбкой. Пока у бога были рыжие торчащие во все стороны волосы, черные сияющие глаза и широкая натянутая улыбка, у женщины были черные длинные волосы, заплетённые в какую-то сложную прическу, название которой не знал Осман, каре-зелёные глаза как у Менелая и Марии, и мягкая, почти материнская улыбка, у которой у мальчика сердце защемило. — рад приветствовать тебя здесь, сын Афины! Я наслышан о твоем квесте, Гермес по всем трём мирам разнёс новости! Это не удивило Телемаха. Дети Гермеса те ещё сплетники, и было ясно от кого они это взяли. Он пожал руку бога. — я мистер Эм, как меня называют в пределах цирка, и как я советую называть меня вам. Это моя жена — Молли Фалдер, певица и мать моих замечательных детей — думаю вы уже знакомы с Менелаем и Марией. А ваши имена..? — я Осман Телемах Йор, сэр. Это моя подруга — Луэлла Мирокл. И моя.. другая подруга — Неонилла Кафатос. — ах, сын Афины, дочь Аполлона и дочь Гебы, какой необычный набор на квест, мистер Йор! Уверен, ваши родители безумно возмущены этим, особенно ваша мать, мистер. Осман не стал возражать. Мом был прав. Разумеется прав! Афина не одобряла дружбу своих детей с кем-либо. Она считала что друзья им не нужны.. Как и отношения. — ну, что мы разглагольствуем, Неро, принеси нашим гостям закуски и посади в ВИП-ложе! К ним подошёл мужчина лет пятидесяти. В его тёмно-коричневый волосах уже виднелась седена, но выглядел он весьма солидно, особенно учитывая его мускулы, каким могла позавидовать даже Мэй. А его глаза.. — вы сын Посейдона? Неро посмотрел на Неониллу, что задала этот вопрос. Но не ответил. Вмешалась Мария. — Неро — немой. И, да, он не полукровка. Она указала на его ноги. Опустив взгляд и прищурившись трио увидели козлиные ноги мужчины. — он сатир. Неро отвёл троицу на вверх, на самое красивое ложе, от куда было видно всё. И через пару минут принёс закуски, к которым никто не прикоснулся. Полукровкам нельзя доверять богам настолько, чтобы есть еду в их зачарованном шатре. — предлагаю валить во время выступления. Прошептала Неонилла, в упор глядя на арену, на которой началось выступление. Осман ничего не сказал. Он смотрел на шоу. Полукровок было минимум пятнадцать, максимум — двадцать. Он видел детей второстепенных и третьестепенных богов, благодоря своему разуму он понимал кто есть кто. Вот, сын Фобоса пускает настоящих пауков и прочие мерзости на трибуны. Кто-то орёт — кто-то связанный с их миром — а кто-то отбивает свои страхи, видя только шар — кто-то смертный. Или вон, дочь Энио управляет чем-то, подозрительно похожим на кровь. Осман подозревал что так и есть, но смертные зрители видели лишь воду и фокусницу. Туман тут был довольно сильным, что иногда пришлось прищуриваться, чтобы увидеть всё достоверно. Проходили минуты. Шоу подходило к концу. Тогда Нео схватила друзей за руки и потащила прочь. Но едва они достигли выхода, как им преградил путь Мом. Он улыбался. Также натянуто как и раньше, только теперь с ноткой.. чего-то вроде гнева. — куда вы собрались? В конце самая кульминация, вы обязаны её увидеть. — прошу прощения, сэр, но нам пора. — ах, как жаль, миссис Мирокл, но никто из полукровок не выходит из моего цирка. Никогда. Их окутал туман. Не волшебный, а обычный. Осман почувствовал как у него кружиться голова, он чувствовал себя так, словно на него подышал его отец, не просыхавший уже которую неделю, у которого уже пожелтели все зубы, а задние начали гнить. Кто-то взял его за плечи. Он обернулся. И неудивился что видит свою мать. — ждёшь, когда тебя схватят и превратят в цирковую зверюшку на зрелище людям? Поверь, Мом так и сделает, если ты сейчас же не возьмёшь себя в руки и не уберешься от сюда. Останешься ещё на пару минут — и станешь ещё одним редким пополнением в коллекции этого клоуна. — я сам знаю что мне делать. Мальчишкой на побегушках я быть не хочу и не буду, никогда! — Осман, я говорю серьезно. Ты не знаешь что Мом делает с полубогами. — всё, что я видел — это счастливые лица детей, которые впервые могут показать на что они способны и не услышать в ответ "ты опасен, твоя сила — опасна". — Осман. — я не собираюсь оставаться здесь. Но и слушать тебя не буду. Ты потеряла хоть какой-то авторитет у меня в глазах в тот момент, когда разорвала узы с Кастором. Афина посмотрела на него. На мгновение, Телемаху показалось что она выглядит сожалеещей. После чего на её лицо вернулась прежняя маска безразличия, и она исчезла. Вместо неё, из тумана вышел Мом. — полубоги, которых я принимаю у себя в цирке, это дети родителей, которым всё равно. Иногда это подразумевает божественных родителей. А иногда и смертных. Я видел много случаев. Кто-то сбежал из дома, из-за того что родитель не любит его или её. Кто-то, бежал из лагеря, потому что провёл там почти всю жизнь и не получил ни признания, ни славы, ни семьи. Кто-то, приходит к нам потому что не знает где и как использовать свои силы. А такие как Неро приходят в цирк не только добровольно, но и с желанием подписать контракт. Бог обошел Османа. Тот сжал рукоять своего меча. Афина никогда не даровала ему даров, скрытого оружия или чего-то ещё, так что приходилось полагаться только на свои инстинкты и надеятся что бог не нападёт. — я видел не мало полубогов с редким даров. На данный момент у меня в трупе их только восемь. Но вы можете стать особенным, мистер Йор. Видите ли, за все сорок лет существования моего цирка у меня было множество полубогов с разными способностями. Сыновья и дочери Гермеса, отпрыски Гекаты, Немезиды, даже наследники моей сестрицы Фелоты! Но ещё ни разу за все четыре десятилетия у меня не было в трупе ребенка Афины. У них всех один дар — ум — один страх — пауки, и одна роковая слабость — гордыня. Но вы.. Вы совершенно другой, мистер Йор. Осман нахмурился. Что он имел ввиду? — ваш дар — ткачество. Ваш страх — терять близких. Ваша роковая слабость — гнев. Я видел что произошло с тем столбом, о, поверьте, я видел. Ваша сила — невероятна! Мом подошёл к нему, зайдя за спину и положив руки на плечи. Перед глазами Османа появились видения: он стоит перед зрителями на той самой арене, в блестящем костюме, ему аплодируют, его восхваляют полукровки.. Он получает братьев и сестер, пусть и не по крови. Получает дом, еду, крышу. Никаких тренировках на поле боя. Никаких требований. Никакого желания показать себя перед богами, ведь его уже видят тысячи смертных глаз. — вы произведете фурор! Первый сын Афины в цирке короля М, так ещё и со способностью, которую наследуют полубоги раз в сто лет! Ваша кабина пуста, ваши братья и сестры мертвы, вы — единственный оставшийся в лагере и Афина посылает вас на верную смерть. Ваши братья и сестра погибли, идя за тем, за чем идёте и вы — за оливковым деревом твоей матери. Вспомните что случилось с другом и девушкой Кастора, мистер Йор! Остатки Беллерофонта унесли в подземный мир Керы. Люси была отравлена Василиском. — вспомните что случилось с вашим братом Патроклом! Его разорвала на кусочки Арахна. — вспомните судьбу Катрины! Его сестра сошла с ума во время своего квеста и была убита Афиной. — вспомните что случилось с Каллистой! Судьба его младшей сестры, которой на момент поиска было всего одиннадцать, заставляла Османа дрожать. — после этого, вы правда хотите умереть во имя своей матери? Вы правда хотите чтобы погибла Луэлла? Или.. Неонилла? Осман знал: он не переживет смерть Нео. Но он не смог бы пойти без неё на этот квест. — оставайтесь в моём цирке. Я дам вам всё, что у вас отняли боги. Безопасность, еду, семью.. Осман посмотрел на бога. После чего призвал к себе нити. Те обвили тело Мома, сковав его так, что бог упал. Полубог посмотрел на лежащего на земле бога, который был так спокоен, что складывалось ощущение что ему всё равно. Но Телемах чувствовал: ещё чуточку — и ему конец. — заманчиво, но — нет! После чего он выбежал из тумана, став искать Неониллу и Луэллу. Те тоже были в тумане, ими занимались копии Мома. Он вытащил их. Осман не знал что показывали его подругам, что Нео была зла, а Луэлла рыдала в голос, но подозревал. У Неониллы не ахти отношения с отцом — Чарли Кафатос буквально игнорировал существование дочери. А Луэлле, скорее всего, показали её мать — Николь Мирокл, которая сошла с ума после смерти Эллы и теперь лежала в псих.больнице. Их пытались завербовать в цирк, также как его. — ты была права, нужно убираться от сюда. На улице, они остановились у фонтана, давая Луэлле время придти в себя, а Неонилле выплеснуть гнев. К счастью, никто из них не был дочерью Посейдона. — чем он манипулировал тебя? Вдруг спросила дочь Гебы. Осман ответил не задумываясь. — смертью моих братьев и сестер. После этого диалог прервался. Им нужно было идти дальше. Но по пути Осман не мог отделаться от мысли того, что Мом вовсе не злодей. Да, он не святой. Но счастье невозможно подделать. Все полубоги горели своей работой, обожали выступать на публике. Жена Мома — Молли — выглядела безумно счастливой, её взгляд направленный на мужа был несравним. И, возможно, сложись ситуация иначе — Осман бы присоединился к цирку.