Узел судьбы

      В жизни каждого человека однажды наступает поворотный момент. Он может быть чем-то лёгким – как мимолётное решение, принятое случайным образом, так и более значимым – данной самому себе клятвой, ужасным, как стихийное бедствие, случаем, или потерей близкого человека.              Арлекино с лёгкостью могла признаться себе в том, что у неё это было ужасной смесью второго и третьего вариантов.              Потеря подруги, близкой, словно родная сестра, сильно по ней ударила. Изредка, оставаясь наедине с самой собой, она задавалась вопросом: а что, если бы всё сложилось иначе? Что, если бы она выжила?              Вопрос без ответа.              И сейчас, стоя одной ногой в могиле, Арлекино снова задумалась об этом. Сознание гасло, исчезая вместе с покидающей её тело кровью – но всё же неустанно цеплялось за тот миг.              Миг, когда её меч пронзил сердце подруги.              Миг, определивший её жизнь.              Она моргнула, из последних сил сжимая кулаки. Бой был проигран – девушка не питала иллюзий относительно своих шансов. Выжить с дырой в груди? Её регенерация с таким не справится.              Но она не из тех, кто умирал, до самого конца убегая от своего убийцы. Да, она не могла пережить этот бой – но могла укусить.              Изо всех сил, в самый последний раз.              Кровь медленно обрела форму косы в её руке. Чертовски долгий процесс – но на сей раз концентрация силы была выше, чем когда-либо прежде.              Тяжёлый, неуклюжий взмах. Новая дыра, появившаяся в животе – и чёрный, всепоглощающий взрыв.              Последний шаг, унёсший жизнь твари Бездны вместе с ней.              Тьма поглотила её взор. Принесла с собой новую волну холода, обещая покой... и тут же расступилась.              Вместо ада за отнятые жизни, вместо встречи с Ней в чистилище, Арлекино снова увидела солнечный свет.              Поле боя, ставшее её могилой, исчезло. Сменилось болезненно знакомым местом – знакомой сценой.              Клерви рванула вперёд. Подняла меч, делая ложный замах – убедительный, но для нынешней Арлекино насквозь фальшивый.              Тем не менее, её противница – маленькая Перуэр – сжалась. Нерешительно выставила перед собой меч, явно опасаясь, но и не думая делать первый удар.              Время будто бы замерло.              Боль исчезла. В её голове не проскочили и мысли о том, чтобы остаться на месте. Не имело значения, сон это, предсмертная агония, или явь.              Мир сузился до одной точки: места, где должны были столкнуться две фигуры.              К счастью, даже сейчас она была быстрее них.              Антрацитово-чёрная рука сжалась вокруг лезвия, разламывая его и отталкивая вбок. Жертвенный рывок Клерви обратился неловким вскриком. Она столкнулась не с мечом, а с грудью подруги, вместе с ней покатившись по земле кувырком.              Уголок губ Арлекино слегка изогнулся.              Клерви сориентировалась первой. Подскочила на ноги, тут же вставая перед Перуэр, и лишь с небольшой запинкой направила на незнакомку меч.              Её страх был очевиден.              Она чувствовала силу Арлекино. Понимала, что, несмотря на её раны, не имеет и тени шанса на победу.              Тем не менее, девочка не отступила.              — К-кто ты?! — с вызовом бросила она, опасно сощурившись.              Глаза Арлекино слегка сощурились. Это была её подруга. Именно такая, какой она её помнила – милая, добрая, но до жути опекающая.              Она знала, что не сможет ответить. От её лёгких остались лишь воспоминания – и дыра, занявшая их место. Тот факт, что Арлекино до сих пор держалась на ногах – более того, смогла совершить тот рывок – был чудом.              Однако она не могла не попытаться.              — Ты всегда была слишком чистой для этого мира, Клерви, — нейтрально, со странной лёгкостью произнесла она.              Звук вышел чуть хриплым – но вполне обычным. Так, будто у неё не было дыры в груди.              Проигнорировав шокированную девочку, Арлекино опустила взгляд ниже, осматривая себя. Её брови сошлись на переносице, выдавая отчётливое сомнение в происходящем.              Она больше не была смертельно ранена.              Да, осталась кровь, всё ещё виднелись раны – но не было и следа сквозных дыр, оставшихся от атак монстра. Там, словно насмехаясь над её чувством реальности, была лишь изрядно потрёпанная одежда.              Подняв руку, она прикоснулась к животу, вспоминая боль от удара. Когти создания Бездны, без труда пробившие её одежду, отчётливо запечатлелись в её сознании – но физических следов не осталось.              Тем не менее, это определённо было реальностью – боль служила хорошим ориентиром.              — ...нажать, — вырвал её из мыслей обрывок фразы. — Я... я думала об этом. Если получится оторваться, добраться до юга – нас уже не найдут! Вместе—              — В этом нет нужды, — тихим, спокойным голосом одёрнула Арлекино Клерви. — Дом Очага... недолго будет оставаться прежним.              Она не знала, что происходит. Не знала, как оказалась здесь – и почему именно в этот миг. Но подтвердив, что это реально, она собиралась воспользоваться выпавшей возможностью по максимуму. Исправить ошибки – и не только с Клерви.              Список необходимых действий с каждой секундой пополнялся всё больше и больше.              И, для начала...              — Ох, какая гостья! Вы же связаны с малышкой Перуэр, не так ли? Я знала, что проследить за этим боем лично – замечательная идея!              Сначала – Крукабена.              Обернувшись, девушка без удивления наткнулась на стоящую поодаль нынешнюю Мать. Женщину, что и столкнула их – и многих других – в смертельной схватке.              Удостовериться в том, что её смерть останется константой, было просто необходимо для будущего Дома Очага.              И для будущего Клерви.              Холодно сощурившись, Арлекино взмахнула рукой. Кулак сжался вокруг рукояти косы – а ноги медленным шагом понесли её вперёд.              Спешить было бессмысленно.              Она не потеряла уверенности в своих силах. Раны, даже без смертельно опасных дыр в туловище, оставались серьёзными – но они не имели значения. Ни они, ни всеподавляющая усталость.              Арлекино, в конце концов, была на совершенно другом уровне.              Крукабена оставалась самоуверенной до самого конца. Так и не стёрла с лица снисходительную, слащавую улыбку, даже чувствуя силу противницы. Может, её успокоили раны Арлекино, может, вера в собственные силы – но это было совершенно неважно.              Её судьба была предрешена задолго до того момента, когда она позволила Арлекино сделать первый шаг.              Фигура, внезапно появившаяся перед Матерью, не дала ей и секунды на реакцию.              Коса рассекла воздух, изящно обезглавливая монстра перед ней.              Отстранившись, Арлекино безразлично стёрла с щеки пару капель крови, что всё же на неё попали. Она не испытывала удовольствия от этого убийства; было лишь лёгкое удовлетворение от совершения необходимого поступка.              Еле заметно пошатнувшись, она развернулась. На лице отчётливо отпечаталась холодная уверенность; сейчас выжившим нужен был Отец. Фигура, за которой дети чувствовали бы себя в безопасности.              То, что она с готовностью могла предоставить.              Обе девочки к этому моменту уже поднялись на ноги, стоя плечом к плечу. Перуэр смотрела на неё с очевидной настороженностью – но Клерви... в её глазах виднелось недоверие и огромное, всепоглощающее удивление.              — П-Перуэр? — с запинкой позвала она, стоило Арлекино подойти ближе. Её подруга тут же посмотрела на неё в замешательстве, переводя взгляд между взрослой женщиной и ей.              А сама Предвестница лишь слегка нахмурилась. Она отвыкла от этого обращения – но не стала поправлять Клерви. Лишь уверенно остановилась перед девочками, вернув себе привычную, аристократическую осанку.              — Идите внутрь, — бескомпромиссно произнесла она. — Сегодня предстоит много работы.              Перуэр сжала кулаки. Воспоминания о бое ещё были свежи; и сейчас, после смерти Матери, возвращение – последнее, чего ей хотелось.              Первой в себя пришла Клерви. Она толкнула подругу в плечо, отвлекая от опасных мыслей – после чего широко улыбнулась, шагнув вперёд.              Мгновение, и вокруг пояса Арлекино обвиваются маленькие ручки, даря крепкие, требовательные объятия.              Предвестница замерла. Так и стояла на месте, молча позволяя подруге детства себя обнимать. В конце концов, некоторое время спустя, она положила на её спину руку. Тщательно контролировала своё проклятие, опасаясь навредить – и незаметно, одними краешками губ, улыбнулась.              С её точки зрения, пусть одной лишь боли и было достаточно, чтобы подтвердить реальность происходящего, объятия и сами по себе справились бы не хуже.              Пять минут спустя Клерви наконец пошевелилась, подняв голову вверх. Её глаза расширились, наткнувшись на порезы и ссадины, покрывавшие тело Арлекино.              — Н-нам нужно перевязать твои раны! — вздрогнула она, слегка отступив. Голова девочки завертелась в поисках чего-то, что могло помочь.              — Это подождёт, — оборвала её метания Предвестница.              Клерви запнулась, столкнувшись со столь безразличным тоном – но всё же кивнула, неуверенно улыбнувшись.              Следы боя на её теле не были шуткой – но Арлекино знала, что может позаботиться о них сама. Разобраться с самыми опасными, а после сосредоточиться на делах Дома, отложив лечение всего остального.              Таков был план.              Хороший, надёжный – но поработал он лишь до тех пор, пока первые, самые неотложные дела не были выполнены. Персонал Дома склонился перед ней, признав силу; отдельно взятые безумцы лишились голов – а дети, услышав о новом положении дел, отправились размышлять о своём будущем.              Она не отказалась от своих прошлых правил; любой мог уйти, пусть и заплатив «цену».              Теперь же, сидя за столом в бывшем кабинете Матери, Арлекино разбирала документы. Некоторые из «проектов» Крукабены требовали особого внимания; как и дети, прямо сейчас находящиеся на смертельно опасных миссиях.              Ей действительно предстояло много работы.              — Не слишком туго? — вырвал её из мыслей осторожный голос Клерви.              Арлекино лишь качнула головой, продолжая вчитываться в документ.              Ни Перуэр, ни Клерви не оставили её после того, как персонал признал нового главу Дома Очага – нового Отца. Наоборот, они последовали за ней в кабинет Матери. Клерви с явной, ничем на прикрытой целью заняться ранами Предвестницы, а Перуэр – из нежелания оставлять их наедине.              И теперь, несколько часов спустя, бинты и пластыри покрывали чуть ли не всю Арлекино. Глупая трата усилий, учитывая то, что она исцелилась бы за следующие сутки – но девушка не возражала. По крайней мере, это успокаивало Клерви.              Да и ей не мешало.              — Готово! — наконец заявила девочка, завершая свои труды.              Отложив бумаги, Арлекино поднялась из-за стола. Разобраться с делами Крукабены было важно – но ещё важнее показать воспитанникам приюта то, что с этого дня всё изменится. Впервые показать им себя.              И лучшего времени, чем ужин, придумать сложно.              — Спасибо, — нейтрально поблагодарила она Клерви, направившись к двери.              Девочка в ответ широко улыбнулась.              — Не за что! Мы ведь обещали заботиться друг о друге, Перуэр!              От глаз Предвестницы не ускользнуло то, как её молодое я отвело взгляд.              В этот раз, однако, она не оставила это обращение без внимания. Не из желания возвести между ними стену – а из сухого прагматизма.              — Будет лучше, если на людях ты воздержишься от привычки называть меня по имени, — спокойно заметила она. — «Отец» – хорошая альтернатива.              Улыбка медленно сползла с лица Клерви.              — Н-но...              — Или воспользуйся сокращением, Клерви, — тут же отступила она. — Две Перуэр – слишком много для Фатуи.              — ...Хорошо, — буркнула девочка, откровенно надувшись.              Предвестница благодарно кивнула.              Впрочем, несмотря на то, что эта просьба была необходима, она всё ещё принесла с собой дискомфорт. Не только самой Арлекино – но и её подруге.              К счастью, это было легко исправить.              — Скоро ужин, — нейтрально заметила она, остановившись у дверей. — Сегодня – день изменений. Будет справедливо, если дети сами выберут, что хотят съесть.              Глаза девочки возбуждённо сверкнули.              — Правда?!              Даже маленькая Перуэр, казалось, была заинтересована этой перспективой.              — В пределах разумного.              Клерви подскочила на ноги, с предвкушением развернувшись к подруге.              — Ты слышала, Перуэр?! Мы срочно должны сказать остальным!              С этим, ещё раз поблагодарив Арлекино, Клерви выскочила из бывшего кабинета Матери, потащив подругу по коридорам.              А вот сама Предвестница с их уходом вернула на лицо холодную маску, неспешно двинувшись вниз. Ей предстояло уведомить поваров о том, что от них требуется – и проследить за тем, чтобы всё было выполнено на высшем уровне.              К счастью, это не составило особых проблем. Повара, как и стражники Фатуи, с лёгкостью признали её главенство, воспринимая приказы так же, как воспринимали приказы прошлой Арлекино. Итогом этого стал незабываемый ужин – по крайней мере, незабываемый для детей приюта.              В конце Предвестница рассказала им, что будет дальше. Объяснила новые правила – и сразу назвала дату переезда.              Оставаться здесь, как и в прошлый раз, она не собиралась.              Новости приняли со смешанными чувствами. Безоговорочно рада была одна лишь Клерви – и то исключительно потому, что знала её лично.              Но Арлекино ничего не могла сделать с реакцией остальных. По крайней мере – не сейчас.              Доверие и чистая преданность воспитанников приюта была чем-то, что можно заслужить лишь в далёком будущем. Сейчас же ей предстояло довольствоваться малым – подчинением, основанным на одном только страхе.              Пока этого было достаточно.              После ужина она вернулась в свой кабинет – что неудивительно, вместе с Клерви и Перуэр. Первая, одним лишь ей известным способом, перевела всё в вечернее чаепитие – пусть Арлекино и продолжала работать, лишь в пол уха слушая детей.              Одно шло за другим – и вскоре получилось так, что девочки заночевали в её кабинете, заняв диван. Она не стала их будить; в конце концов, они ей не мешали.              Это стало ошибкой.              День, второй, третий – и вот, две недели спустя, Предвестница поняла: теперь это был и их кабинет. Дети проводили в нём лишь немногим меньше времени, чем она сама.              Само собой, это не было большой проблемой. Они ей не мешали, проводя ночи на диване – а потому и особых причин прогонять их Предвестница не видела. За одним небольшим исключением.              Клерви.              Та, будучи собой, вскоре заметила очевидную деталь: спала Арлекино мало и редко, большую часть времени проводя за работой. Это повлекло за собой соразмерную реакцию.              Она начала следить за тем, чтобы её взрослая подруга не забывала отдыхать. Ненавязчиво, мягко – но более чем очевидно.              Пресекать это Предвестница не стала. Может, из-за привязанности, может, из-за нежелания отдаляться... а может, и из-за чая, что та начала готовить ей каждый вечер.              Трудно было сказать наверняка.              Так и шли недели, медленно сливаясь в месяцы.              Аудиенция со Снежной тоже прошла штатно; Царица прагматично признала силу новой Слуги, легализовав её статус.              Арлекино вновь заняла своё место, медленно идя к тому будущему, какое знала – пусть и стараясь сделать его чуточку лучше.              В частности – для Клерви и маленькой Перуэр.              Первая, впрочем, справлялась и без неё. Решительно шла к своей цели, как увеличивая личную силу, так и жадно поглощая знания. Всего пять лет – вот сколько времени ей понадобилось, чтобы стать лучшим дипломатом Фатуи. С этим она получила именно то, чего всегда хотела: возможность путешествовать.              Хотя море она увидела значительно раньше – годы назад, всего через несколько месяцев после восхождения новой Арлекино.              Та сама отвезла их на курорт, ясно помня мечту своей лучшей подруги.