Масло и иллюзии

Готический зал тонул в привычном полумраке, но Дженнифер казалось, что все софиты мира направлены исключительно на него. Илья Ларионов стоял чуть поодаль, перелистывая сценарий выпуска, и на его губах блуждала та самая легкая, едва заметная улыбка скептика, которая лишала её покоя еще с первых съемочных дней. Дженнифер сжала в кармане мантии маленькую стеклянную бутылочку. Оливковое масло всегда помогало ей абстрагироваться, заглянуть в чужие тайны и прочитать скрытую боль. Но сейчас магия была бессильна. Ей не нужно было колдовать, чтобы знать: пульс зашкаливает, а мысли путаются, стоит Илье просто сделать шаг в её сторону. — Готовы к оглашению результатов, Дженнифер? — его голос, как всегда бархатный и спокойный, раздался совсем рядом. Она вскинула глаза, кусая губы. Как актриса, она умела играть роли, но как ведьма — слишком остро чувствовала его энергетику. Илья смотрел на нее внимательно, сканируя взглядом профессионального менталиста. Он замечал всё: мимолетный румянец, слишком глубокий вдох, дрогнувшие пальцы. — В Италии говорят, что истину нельзя спрятать за иллюзиями, Илья, — тихо, со своим легким акцентом произнесла она, заглядывая ему прямо в глаза. — Иллюзии — это моя работа, — усмехнулся Ларионов, делая полушаг назад, когда режиссер скомандовал «Мотор!». — Но в вашей магии, Дженнифер, я иногда готов усомниться. Она выглядит слишком... настоящей. Камеры включились, Илья повернулся к кадру, принимая строгий рабочий вид. А Дженнифер осталась стоять позади, согретая этим мимолетным «слишком настоящей», и точно знала, что главный секрет этой Битвы она не расскажет никому и никогда.