Голос любви

Первый раз он увидел её в парке, когда гулял после тяжёлого рабочего дня в Министерстве. На дворе была зима. Снежинки кружились, буд-то в вальсе, и падали красивыми хлопьями на землю. Мужчина туго обвязал шарф вокруг шеи и спрятал руки в карман пальто. В парке было много народу: взрослые гуляли мимо витрин магазинов, пока дети лепили снеговиков и катались с горки. Малфой вспомнил, как, он будучи ребёнком, любил проводить время на улице в зимнее время. На рождественские каникулы к ним приезжали много гостей с детьми, и Драко вместе с ними играл до поздней ночи. Мужчина тряхнул головой, отгоняя детские воспоминания, и посмотрел на городскую ель, величественно стоящую в центре парка. Возле дерева он заметил знакомую девушку. Она была одета в тёплое пальто и вязаную шапку с милым помпоном. Малфой не видел её со школы. Никто не знал, где она находится, что делает и как живёт. Драко был озадачен: он хотел подойти, поздороваться, однако они не виделись очень долгое время, и это будет выглядеть как минимум неожиданно. Не смотря на это, аристократические манеры Малфоя взяли вверх, и он направился в сторону девушки. – Привет, Грейнджер! – помохав рукой, поприветствовал девушку Малфой. Грейнджер всё так же стояла к нему спиной и не оборачивалась. Малфой встал к ней лицом и мило улыбнулся, ещё раз поприветствовав. Девушка от неожиданности попятилась назад, схватившись за сердце. Её глаза были напуганы на столько, что Малфою стало не по себе. – Грейнджер, это я, Драко Малфой. – представился мужчина. Грейнджер просто кивнула, подшав губы, и ушла в сторону выхода из парка. Малфой стоял растерянный и не понимал, что случилось.

***

Следующий раз, когда они встретились вновь, было весной, когда в Хогвартсе проходили мероприятия по случаю годовщины Битвы за Хогвартс. На этот раз Грейнджер выглядела более весёлой, чем в прошлый раз, но всё равно старалась держаться подальше от остальных. Малфой заметил, что Грейнджер всё мероприятие не отходила от Профессора Макгонагалл, даже не вышла на сцену вместе с Гарри и Роном, чтобы сказать праздничную речь. – Малфой, ты что такой задумчивый? – спросил Блейз Забини, сидевший рядом с Драко за столом в Большом Зале. Все студенты сидели за своими факультетскими столами и слушали речь Гарри и Рона, переодически аплодируя им. – А почему Грейнджер не вышла на сцену, не знаешь? – вопросом на вопрос отозвался Драко. Блейз посмотрел на Гриффиндорский стол, за которым сидела Грейнджер, а после взглянул на Малфоя и просто пожал плечами, мол, не знаю. Малфой поджал губы и вновь посмотрел на сцену. Гарри и Рон уже завершили свою речь и, под громкие аплодисменты зала, спустились со сцены. Драко было интересно, что случилось с Грейнджер, что она так избегала людей. Он взглянул на месте, где сидела Гермиона, однако её там не было. Он почувствовал неладное и решил найти девушку. – Я скоро приду. – Драко предупредил Забини и быстрым шагом направился к выходу. Драко вышел в коридор и случайно увидел, как Гермиона Грейнджер и Профессор Макгонагалл общаются друг с другом на языке жестов. Он был поражён эти фактом. Ему, с одной стороны, стало жаль девушку, а с другой – захотелось разобраться конкретнее в данной ситуации. Малфой заметил, как Грейнджер направилась обратно в зал, а Профессор Макгонагалл – в свой кабинет. Драко, прятавшись всё это время за колонной, решил узнать всё у Макгонагалл, дабы не расстраивать пока Гермиону. Добравшись до места, Драко постучал в дверь кабинета. – Профессор Макгонагалл, извините за беспокойство, можно с Вами поговорить? – стоя в проёме двери, узнал Малфой. – Конечно, Драко, проходи. – тепло ответила Минерва Макгонагалл, сидя в своём кресле. Малфой поблагодарил директора и сел за стол. Он не знал, с чего начать разговор, поэтому просто рассматривал мебель в кабинете. Драко было не ловко, он считал, что вмешивается в чужую жизнь. Когда-то давно, он выбрал правильный путь: свет, добро и любовь. Драко помог Гарри Поттеру одержать победу над злом и спасти весь мир от тёмных планов Волан-де-Морта. С тех самых пор он решил всегда помогать людям и быть их защитником. С этим посылом он взял себя в руки и обратился к Макгонагалл: – Профессор, извините за вопрос, но что случилось с Гермионой Грейнджер? Макгонагалл внимательно смотрела на Драко, а когда он заговорил, она слегка кивнула головой, будто соглашаясь своим мыслям, и сказала: – Драко, я не могу тебе сказать, ведь это секрет, однако я дам тебе подсказку. – она передала ему массивную книгу, которая стояла на полке шкафа.– Если хочешь узнать ответ на свой вопрос, прочти её. Малфой взял книгу в руки и пролеснул пару страниц. Он догадывался, что случилось с Гермионой Грейнджер, однако не знал причин, которые привели к такому развитию событий. – Когда это началось? – серьёзно спросил Драко. – Во время Битвы за Хогвартс. В Гермиону попало неизвестное заклятие, которое поражает некоторые функции организма. В её случае – потеря слуха. – Неужели нечего нельзя сделать? – с надеждой спросил Драко. – Увы, даже магия не всегда может сотворить чудо. – просто ответила Макгонагалл. Малфой долго не мог прийти в себя от услышанного. В школе Гермиона Грейнджер была жизнерадостной и приветливой, а теперь она предпочитает одиночество и не с кем не общается. Драко, ещё раз поблагодарив директора, вернулся в Большой Зал, где праздник был в самом разгаре. Он пытался найти в толпе Грейнджер, однако её нигде не было видно. Он, поняв, что она ушла, попрощался с Забини и тоже отправился домой.

***

После того случая прошёл месяц. Наступило тёплое и яркое лето. За этот месяц Драко изучил всю книгу, что отдала ему Макгонагалл, и записался на специальные курсы. Он решил, что поможет Гермионе Грейнджер и при необходимости будет рядом с ней. Малфой надеялся, что его действия не покажутся грубыми, а его намерения не посчитают неправильными. Он искренне хотел быть мостиком, соединяющим мир Гермионы Грейнджер с остальным миром. Малфой не мог объяснить своих стремлений, да он и сам не понимал, зачем это делает. Однако было понятно, что дело не только в желании помочь Гермионе Грейнджер. Во время обеденного перерыва Малфой всегда приходил в кафе, которое находилось недалеко от Министерства Магии, и заказывал салат и сок. Сегодня было подозрительно мало людей, поэтому Малфой занял столик возле окна, ожидая свой заказ. Драко взглянул в окно и увидел в нём: оживлённые улицы и куда-то опаздывающих людей. Вдалеке виднелся парк, в котором прошлой зимой Малфой, впервые за столько лет, вновь встретил Грейнджер. За этот месяц у него не было возможности хотя-бы на несколько секунд взглянуть на неё, не то чтобы поговорить. Он не знал, где она работает и чем занимается, поэтому не мог связаться с ней. Из мыслей его вернул официант, который принёс его заказ. Драко поблагодарил его, а когда официант ушёл, Малфой посмотрел на дверь кафе и увидел в ней Гермиону Грейнджер. От неожиданности он поднялся со стула, тем самым привлекая внимание. Гермиона заметила его и мило улыбнулась, помохав рукой. Она была одета в лёгкое платье и туфли, а через плечо была накинута сумка. Малфой заметил, как нервничала девушка, по тому, как она перебирала ремешок сумки. Драко подошёл к девушке и жестом пригласил составить ему компанию. Малфой проводил Гермиону к столику, помогая устроиться на стуле. – Привет, Гермиона! Рад тебя видеть! Как поживаешь? – сказал Драко на языке жестов. Гермиона Грейнджер была удивлена умением Драко говорить на языке жестов, однако потом она успокоилась и продолжила его слушать. Девушка взяла из сумки блокнот с ручкой и начала что-то записывать. После она передала блокнот Драко, который внимательно читал текст. Привет, Драко! Я тоже рада видеть тебя! У меня всё хорошо, а как твои дела? Драко вернул тетрадь Гермионе и ответил, что у него тоже всё хорошо. Малфой долгое время думал над одной идеей, которую хотел реализовать поскорей. Однако из-за того, что они с Гермионой не пересекались, и он не мог с ней связаться, Драко решил повременить. Но сейчас, когда они вновь наконец-то встретились, Малфой решил не ходить вокруг да около и спросить напрямую: – Я хотел бы узнать у тебя, не против ли ты, если я буду тебя сопровождать.– Малфой пытался правильно донести свою мысль, а когда увидел удивлённое выражение лица девушки, попытался высказываться конкретнее.– Я имею ввиду, на каких-то важных встречах, в качестве переводчика, например? Малфой очень боялся реакции девушки. Гермиона со школы была целеустремлённая и добивалась своих побед сама, без помощи посторонних. Драко надеялся, что она его не оттолкнёт и поймёт его правильно. Но не смотря на это, он ожидал и другой реакции, которая не заставила себя долго ждать. Девушка нахмурила лицо и встала из-за стола, быстрее направляясь к выходу. Малфой догнал её и попытался объяснить всё сначала: – Грейнджер, я хочу помочь тебе! Я делаю это всё с добрыми побуждениями, понимаешь? – Малфой старался правильно передать смысл в каждом жесте. На глазах девушки наворачивались слёзы, однако она стойко держалась и ответила Малфою на языке жестов: Мне не нужна ничья помощь. Я всё это время была одна, потому что не хотела, чтобы люди жалели меня. Я привыкла к одиночеству и чувствую себя нормально. А сейчас, твои намерения больше походят на желание поиздеваться надо мной спустя много лет. Гермиона посмотрела на Драко, ожидая ответ. Он злился на себя, на ситуацию, которая выходила из под контроля, и на Гермиону, а точнее на её упрямый характер. Малфой взял себя в руки: – Грейнджер, я правда хочу тебе помочь! Не надо убегать от людей, они хотят быть рядом с тобой ни с жалости, а потому что любят тебя и дорожат! Малфой внимательно следил за девушкой, а когда она вновь попыталась уйти, он поймал её руку и повернул к себе лицом. – Я выучил язык жестов только ради тебя, потому что ты мне не безразлична! Я хочу быть частью твоего мира и быть твоим проводником! Пожалуйста, не отворачивайся от меня. Ты не одна, понимаешь? Малфой не ожидал, как сам обнял Гермиону, уткнувшись носом в её волосы. Грейнджер растерялась, однако тоже обняла Драко. По её щекам текли слёзы. Малфой вытер их и поцеловал девушку в щёку.

***

С тех пор на лице Гермионы Грейнджер всегда сияла улыбка. Девушка была окружена любимыми, которые всегда были рядом с ней, даже когда она сама убегала от них. Её любили и дорожили ей. А главное – она приняла и тоже полюбила себя.