Сила искренней любви

Когда город погружается в ночную мглу, когда все люди ложатся спать, начинается самое интересное. Каждую ночь духи, призраки и прочие существа выходят в наш мир, бедные души, которые просто не знают, куда себя деть. Среди них всегда было два особенных духа. Два брата, которые некогда были довольно непопулярными певцами, а сейчас стали злыми духами, и ими теперь управляет лишь чёрная зависть. Они скитались по свету, воруя таланты других исполнителей, чтобы почувствовать хоть что-то, о чём они мечтали при жизни. Однажды один из духов, бродя вечером по парку, услышал как кто-то пел. Голос этого человека сразу же потянул духа к себе. Там на скамейке с гитарой в окружении других людей сидел красивый, щекастый парнишка по имени Хан, похожий на белку или квокку. Духа невероятно поразило умение брать высокие ноты и поэтому он захотел не смотря ни на что заполучить талант этого парня. Но подобраться к нему оказывается было довольно сложно, ведь Хан всегда находился вместе со своими друзьями, которых правильнее было бы назвать семьёй - участниками Stray Kids. А дух сейчас, как назло, был ещё и без своего брата. Это ещё сильнее подталкивало его осуществить свою затею. Злоба, жажда, зависть. Духа кидало из одного состояния в другое. Чувства сменялись одно за другим. Было ощущение, что ещё немного и его душа не выдержит, превратится в ничто без таланта этого парня. Тогда он стал следить за ним. Из-за этого временами Хан начинал чувствовать себя странно. Теперь всегда было ощущение, что парня кто-то преследует, что кто-то стоит за спиной и наблюдает. Хоть он и чувствовал себя странно, но списывал это всё на усталость и переутомление, однако в глубине души уже зарождался страх и тревожные мысли всё чаще появлялись в голове. "Неужели я настолько устал? Мне кажется... Я точно ощущал взгляд на своей спине, он... был злым, я не мог ошибиться...или мог", - всё время думал он. Но эти мысли легко отходили на второй план, ведь тренировки и репетиции позволяли отвлекаться от беспокойства. Сегодня был день рождения Хана, так что перед вечерней тренировкой все ребята решили собраться и отметить праздник. Они сидели в комнате в комнате, дурачились, шутили, делились поздравлениями, но... тот дух тоже был тут. И он всё ещё наблюдал. Смотреть на то как люди веселятся было так раздражительно, он начинал завидовать парню ещё сильнее. И Хан как будто чувствовал весь этот гнев. Он тоже веселился со всеми и делал вид, что всё отлично. Однако, тревога в его поведении всё же проскальзывала время от времени. Только Ли Ноу заметил беспокойство Хана, которое тот так тщательно старался скрыть, но расспрашивать его сейчас он не стал. После тренировки все разошлись отдыхать, но Хан почему-то решил остаться в студии и в одиночестве повторить некоторые движения, которые для него были сложными. И вот это был тот самый шанс для духа. Тогда он неожиданно из воздуха возник перед парнем. Он удивился этому явлению, но не испугался. Он сидел на полу с бутылкой воды и с интересом разглядывал это нечто перед ним. "Что за... Призрак?... Я ведь знал, что что-то тут не так. И ведь именно в мой день рождения... Что мне с этим делать?", - в голове кружил целый рой тревожных мыслей. Дух был удивлен не меньше, ведь обычно все сразу начинали кричать от страха, а этот парень смотрел на него спокойными и добрыми глазами, слишком рациональным был его взгляд. Дух не издал ни звука и уверенно направился к Хану, но как только он протянул свою белую руку, чтобы украсть талант, вокруг парня образовалась прозрачная голубоватая стена. Дух пытался пройти через неё, пытался пробить, но ничего не получалось, а на лице человека за стеной появилась едва заметная улыбка. — Какого?... Ты кто такой вообще?— голос духа звучал скрипучи, он поражал до глубины души, сразу было понятно, что этот голос не принадлежит этому миру. — Я? Всего лишь тот, кого искренне любят и тот, кто любит в ответ всем сердцем. - Стена начинала светится всё ярче. Стена любви Stay и Мемберов. Вот что это. Она всегда защищает души и сердца этих восьми парней от всех невзгод. Хан и сам был настолько удивлён, что поначалу решил, что это всё ему снится, но видя этот свет и ощущая это тепло, такое нежное и такое родное, он знал, что этот дух ничего не сможет сделать его душе. "Ребята... Stay, неужели я действительно заслужил такую любовь от вас... Ха...", - это сделало его ещё увереннее. Хан оглядел стену, а потом снова поднял взгляд на это непонятное существо. — Я ведь могу пройти через любые стены. Почему я не могу обойти эту? — Теперь голос духа звучал совсем по-другому, как будто злость сменилась обидой. На что Хан только ещё шире улыбнулся ему и ответил: — Это сила любви, неужели она тебе своем не знакома? Неудача духа и эти слова разозлили его ещё сильнее. Он не может справиться с каким-то пацаном? Тогда он решил, что с братом-то у них точно получится разбить эту стену. Дух выпустил из рук серый дым, который окутал парня и всю стену. Мгновение и... На месте, где секунду назад были они, осталось лишь мокрое от пота полотенце на полу да бутылка воды, которую держал парнишка. Теперь они находились в каком-то старом заброшенном доме. Где-то в стенах были большие дыры, сквозь которые дул холодный ночной ветер и от сквозняка то тут, то там раздавались звуки скрипящих досок. Все ценные вещи, должно быть, давно растащили бездомные и теперь тут не было ничего особенного. У стены валялись разбитые пластинки, около разломанного пополам стола лежали черновики песен, тут же было много различных книг про музыку. Атмосфера здесь была как в тех самых фильмах ужасов. Хан не знал что делать, но старался не нервничать и не показывать, что он до чёртиков напуган. Сильнее, чем его собственное положение, парня пугало только то, что у остальных ребят из-за него могут быть проблемы, этого он совсем не хотел. Он всё ещё сидел на полу за окружавшей его стеной. Его просто оставили здесь одного. От такого внезапного и странного перемещения кружилась голова. Летать на самолётах уже давно вошло в привычку, но летать в облаке дыма рядом с призраком... Хан осмотрел свои руки, а потом ткнул пальцем в щёку, чтобы доказать себе, что это не сон. Убедившись в том, что он действительно не спит, он громко вздохнул и наконец поднялся на ноги, решив оглядеть комнату. Сейчас глаза привыкли к темноте и теперь было проще ориентироваться, к тому же, через дыру в крыше в комнату попадал лунный свет. "Судьба подкинула мне идею для песни?" - Хан потянулся к карману кофты, чтобы достать телефон и записать несколько заметок для работы на будущее, но его там не оказалось. "Чёрт, телефон остался в сумке... А? То есть я даже позвонить никому не могу? Чан, Бинни и Минхо, наверное, всю студию разнесут чтобы меня найти... А Феликс и Джинни будут сильно волноваться... Не хочу. Не хочу, нужно придумать как выбраться отсюда! Но я даже не знаю, где я...", - Парень бродил по комнате, пока стена перемещалась вместе с ним, и изучал книги, которые валялись под ногами. - "Талант... Зачем ему мой талант? Я вообще не уверен, что он у меня есть. Наверное, он меня перепутал с кем-то, да". Видимо, эта общая черта всех участников Stray Kids - недооценивать себя, из-за этого мысли Хана явно стали идти не в ту сторону. Теперь он добрался до двери, осторожно потянулся к ручке и толкнул её. Дверь не открылась, так что, наверное, она была забита с той стороны очень хорошо. Он несколько раз ударил плечом, пытаясь её вынести. Тщетно. После ещё нескольких ударов, он ощутил боль в плече. — Блять,— выругался тот вслух. С дверью ничего не вышло, так что теперь он направился к окну с выбитыми стёклами. Подойдя к окну, он выглянул и с опаской посмотрел вниз, но тут же отпрыгнул к соседней стене. Это был этаж пятый или даже шестой. Неизвестная ему местность. Стук сердца усиленно начал отдаваться эхом в его ушах и ком подбирался к горлу. — ...И что теперь, Хан? У тебя есть план? — Спросил он сам у себя, стараясь успокоиться. Он не заметил как наступил на какую-то пластинку и вздрогнул, испугавшись треска. В его голове начала складываться картинка: это была какая-то студия, здесь тоже создавали песни. Хан поднимал листы с текстом, пластинки, черновики. Ему все было очень интересно. Страх сдавливал грудь, но всё же любопытство было сильнее. Тогда он решил, что нужно унять свое сердце, которое старательно пыталось выпрыгнуть из груди и убежать. Чтобы успокоить себя, парень начал напевать себе под нос какие-то знакомые песни, а потом стал подбирать новые слова и в голове, неожиданно для него самого, стали складываться новые песни. Это делало его более уверенным и его тихий голос начинал звучать всё громче. Он пел от всей души, стараясь быть громче, чем стук его сердца в ушах. В этих текстах были такие красивые слова и так много чувств. Дух, который сейчас находился в соседней комнате, понял, что никогда бы не смог создать что-то такое же прекрасное. Постепенно, сам того не замечая, Дух, который умел лишь завидовать и злиться, стал подпевать. Песня была про потерю и умение прощаться. Что нужно уметь отпускать не только других, но и себя. Голос Хана немного подрагивал, но это придавало песне особый шарм. Внезапно парень услышал тот самый скрипящий холодный голос, его ни с чем нельзя спутать. "Дух... Я слышу его... Неужели я смог... Нет, нельзя останавливаться, нужно продолжать. Наверное, он любит музыку как и я. Теперь я должен сделать из него Stay", - Хан улыбнулся своей шутке. - "Минхо, наверное, сейчас бы посмеялся надо мной". Сейчас парень понял, что делает всё правильно и продолжил петь так, как умеет только он. Хан знал много хороших и чистых песен, которые он писал сам и вместе с ребятами. Одна песня сменялась другой и так могло бы продолжаться очень долго. У Духа больше не было сил сопротивляться. Мелодичный голос Хана, холодный свет луны, падающий на кудрявые волосы парня, его лицо, полное чувств. Дух никогда так бы не смог. Впервые за долгие-долгие года он не чувствовал ни зависти, ни злости. Ему казалось, что он плачет. Душа не может плакать, но именно это чувство он испытал. — Да кто ты вообще такой?! Почему... Что ты такое?! Не может человек... Просто никто не может так как ты. Я столько раз пытался донести свои чувства до людей, а ты..., - Дух вышел из стены позади Хана, когда тот пел FNF, сложив руки на своем сердце: Я бегу без страха. Я буду скучать по тебе. Я кричу, кричу, кричу Даже если ты будешь звать меня много раз, я буду кричать снова и снова. Я застрял, как твоя тень, так далеко, так далеко. Я не могу оставаться в таком состоянии вечно. Дух сейчас выглядел более растерянно, чем сам Хан, который смотрел на него, хлопая своими ресницами. Он не знал слов, но казалось, что они проходят сквозь него, становясь единым целым с ним. Дух впервые ощутил, что у него есть сердце. И парень, который пел перед ним, заполнял его своей энергией, своими чувствами, своей любовью, как будто делил свою душу с ним. Дух был озадачен и испуган, но ему было так хорошо и грустно. Ему хотелось кричать от всех этих чувств, но крика не выходило. Он лишь подпевал, и даже Хан заметил, что голос духа стал меняться. Он стал более тёплым. "Нельзя останавливаться, только не сейчас", - думал он и продолжал петь даже несмотря на усталость и тревогу в душе. *** Феликс не успел уйти далеко от студии, когда вспомнил, что забыл свою сумку с ключами там, и ему ничего не оставалось кроме как вернуться за ними. Когда он подходил к зданию, то заметил, что свет горит, так что кто-то ещё был там. Но, открыв дверь, он увидел лишь бутылку воды, полотенце и вещи Хана, а над ними чёрную размытую фигуру. Феликс не знал, что это такое, он впервые видел что-то подобное, к тому же, он был довольно пугливым, в отличие от Хана. Он попытался сбежать, но споткнулся и сел на пол. Ёнбок сжался от страха и, отползая назад к двери, судорожно искал взглядом Хана или кого-то другого. Казалось, что сил кричать или подняться на ноги не было вообще. Неожиданно он услышал голос этого создания. Злой, очень грозный, неестественный, как будто этот звук кто-то включил на динамиках. Глаза Феликса были полны страха, его трясло, а сердце бешено стучало и ещё сильнее дрогнуло от слов этого непонятного существа: — Значит, это тут пропал мой брат? Что ты с ним сделал?! Черный дым начал окружать Феликса. Он попытался снова крикнуть и даже сам удивился, когда услышал свой голос: — Чан!... Кристофер!! Крииис... Крис!! Прошу..., — Феликс не знал, почему начал звать именно Бан Чана, но неожиданно дверь открылась и он увидел испуганное, полное злости, лицо лидера. Он появился так быстро будто специально находился где-то рядом. Он рванул к парню и попытался схватить его за руку, но успел лишь коснуться кончика пальцев и Феликс тут же растворился в этом чёрном смоге, спустя пару секунд растворился и дым. Чан рухнул на пол, пытаясь отдышаться. — Что... Нет... Нет, этого быть не может. Ёнбок..., — он был зол настолько, что со всей силы начал бить кулаком об пол, до крови разбивая костяшки. Выпустив пар, он нервно схватил телефон из кармана и начал звонить Феликсу. Но услышал лишь, что аппарат абонента временно недоступен. — Сука. Он уже собирался звонить в полицию, но вовремя остановился. Что он им скажет? Что парень растворился в воздухе прямо перед ним? Но это выглядит как бред. От злости и раздражения сводило скулы. Это был один из тех редких случаев, когда он не знал, что делать. Чан поднялся с пола и только сейчас заметил полотенце Хана, валяющееся неподалёку. — Ханни?... — голос Бана дрожал, он никогда так сильно не боялся. Сейчас у него рухнул весь мир. Дрожащие пальцы снова побежали по экрану телефона, теперь он набрал номер Хана, но тут же из сумки парня донеслись звуки звонка телефона. У Чана так сжалось сердце, что ему казалось, что он сейчас потеряет сознание: — Кажется, я задыхаюсь, — он облокотился на стол около стены. *** Феликс был так напуган, что просто не мог открыть глаза. Он сидел, обняв свои колени, и всё время повторял: — Чан... прости... прости... — В голове оставался образ Чана, ворвавшегося в комнату, он был так напуган и зол. Рой мыслей кружился в голове испуганного парня: "Почему именно так... Что это вообще... Там точно были вещи Хана. Что с ним?! Мой телефон...". Феликс нащупал телефон в кармане, но сейчас он не мог проверить, есть ли тут связь. Он вообще мало о чем мог думать в данный момент. Чёрная, темная, как смоль, дымка несла его в неизвестном направлении, прочь от друзей, которые так давно стали для парня семьёй. Феликс всегда был очень чувствительным парнем и слишком остро реагировал на происходящее. Он вытирал свои слезы рукавом, даже не понимая, сколько времени они вот так парили в воздухе. Но внезапно он услышал что-то родное. То, что сразу заставило его поднять свой взгляд. — Хан?! Голос Хана был действительно сильным. Он окутывал испуганного Феликса словно теплым одеялом. Услышав родной голос, сразу стало чуть легче, но страх всё равно не уходил, ситуация была слишком жуткой. Неожиданно черная масса просто выкинула его на пол. Он почувствовал как с размаха влетел в стену, сильно ударившись спиной. Он ахнул от боли и сжался ещё сильнее не в силах пошевелиться. Хан услышал стук, который отвлёк его. Он повернулся в сторону звука и испугался ещё сильнее. Он увидел голубую макушку Феликса, который лежал на полу, свернувшись клубком и тряссясь, как осиновый листик. Хан не думал ни секунды, сразу же рванул к парню, обнимая и успокаивая его. — Тише, всё хорошо... Всё хорошо. Ты не один. Я рядом, Ёнбок, я рядом, слышишь меня? Как, черт возьми, ты тут оказался!? Только сейчас Хан заметил, что дух был не один. Этот второй отличался от первого, он был больше, темнее и кажется намного зловещее, он выглядел словно сама бездна. Хан сильнее прижал Феликса к себе, прикрывая его собой. Хан смотрел на серого духа уже без страха. Связь, которую он смог построить с ним, рухнула в один момент. Парень был невероятно зол из-за того, что его семье причинили боль. —Зачем вам он?! Неужели меня недостаточно?! А? Я не буду убегать, сделаю, что нужно, только отпустите его. Феликс услышал эти слова и почувствовал будто в его сердце воткнули тысячу иголок, он прижался сильнее к Хану и подал голос: — Но... Я не уйду без тебя... Видел бы ты Бан Чана, не стал бы так говорить. Черный дух заскрипел замогильным голосом. В отличие от серого, его голос звучал как рокот из самых тёмных глубин океана. — Ты слишком много на себя взвалил. Ты ведь не единственный. — Он говорил, переводя взгляд с Хана на Феликса. А потом перевёл свой взгляд на брата. — Почему душа ещё при нём? Неужели и с этим не смог справиться без меня... — Прорычал он. От такого даже Хану стало не по себе. Но Феликс потихоньку успокаивался в объятьях Хана и переставал дрожать. Он покачивал головой, пытаясь не думать ни о чём. Перед глазами всё ещё был напуганный лидер, тянущий к нему руку. Хотелось лишь сильнее плакать, хотелось вернуться к нему. Подарить ему улыбку и сказать, что всё хорошо и не о чем беспокоиться. Сердца двух парней сейчас бились в унисон, они защищали друг друга по-своему. Они никогда не бросят друг друга. Хан хотел, чтобы Феликса отпустили, но знал, что тому хоть и страшно, бросить он его не сможет. Они так и сидели на пыльном полу, прижимаясь друг к другу. Наконец, серый дух подал свой голос: — А ты сам попробуй. Его охраняет что-то. Я вообще не уверен, что он простой человек. Нечто очень теплое, оно не даёт пройти мне в его душу... — Но тут он остановился и встал перед ребятами, закрывая их собой. — Да и не хочу я этого делать. Брат, он действительно особенный. Его голос, он смог что-то оживить во мне. Что-то забытое, как в те времена, когда мы с тобой писали песни до утра... У нас выходило коряво, но мы с тобой... Чёрный дух перебил его, становясь в этот момент ещё больше и темнее, чем он был. Хан сразу прижал голову Феликса к своему плечу, чтобы тот этого не увидел. — Не бойся, я ведь с тобой. Они нам ничего не смогут сделать, поверь. — Родной голос доходил до глубины души Феликса и согревал того настолько, насколько возможно. Когти черного духа нацелились на Хана, но тот даже не моргнул, лишь смотрел на него своими большими, красивыми глазами. — Не выходит, да? — С нервной улыбкой спросил тот, видя, что стена всё ещё здесь, защищает их. Стена сейчас светилась ещё ярче и казалось, что она разгоняет всю тьму вокруг. Наверное, это из-за Феликса. Ведь Феликс самый добрый и заботливый парнишка, с большой теплой душой и улыбкой, такой же яркой, как солнце в летний день. Хан стал ещё спокойнее. Сейчас он как никогда был уверен в любви Стэй к ним. Чистой, искренней любви. — Эй, Феликс, глянь-ка... — Хан осторожно отодвинулся, чтобы дать Феликсу увидеть то, что сейчас было вокруг них. Он никогда не видел парня настолько удивленным. Но чёрный дух никак не хотел сдаваться. Он так сильно бил по стене вокруг ребят, стараясь хоть как-то проникнуть внутрь, что казалось, будто содрогается весь ветхий дом. А серый дух лишь наблюдал, стоя рядом. Ему не хотелось предавать брата, но и таланты парней ему были больше не нужны. Он понял, что этот мир рухнет без них. Неожиданно для серого духа раздался голос. Голос звучал очень тепло и шел из его памяти. Серый дух совсем забыл как звучит его собственный голос и, услышав его, он вдруг начал терять свой облик. Он рассыпался на глазах. Кусок за куском, от него отваливались чужие души и таланты. Дух начал кричать, это было невыносимо больно. Черный дух остановился и, увидев, что происходит с его братом, начал забирать себе всё, что откалывалось от него. Эта жажда и зависть ощущались кожей. Как и боль серого духа. И вот спустя мгновение перед ними стоял уже не большой грозный дух, а обычный человек. Как только последняя душа покинула это тело, его окутал едва видимый свет. Выражение лица было таким безмятежным, что казалось, будто теперь он наконец испытал спокойствие. - Спасибо, что помог мне. Прошу, спасите моего... - он не успел договорить и в мгновение ока распался на миллиарды крохотных частичек, излучающих свет. Это было похоже на звёздное небо или даже целую галактику, невероятно красиво и в то же время безумно грустно. Черный дух замер от удивления. Он долго смотрел на пыль в воздухе и вдруг взвыл так громко, что, казалось, его слышит весь город. *** Чан бродил по комнате, пытаясь понять, что произошло, но в голове было пусто. Единственное, что он придумал - это позвонить Бинни. Пальцы не слушались, и только спустя несколько попыток ему удалось набрать номер. В трубке послышались гудки, а время будто остановилось. Он не хотел верить в то, что он не смог защитить тех, кого любил, и тех, кто нуждался в нём. На другом конце раздался голос: - Чан? Уже так поздно, что ты... Чан тут же его прервал своим тяжёлым дыханием, казалось, что он рычит, а не говорит. - Феликса и Хана похитили. Прямо перед моими глазами, я не успел. - Слушай, это не смешно... - А я бы, блять, стал бы так шутить?! Чанбин замолк на некоторое время, подбирая слова. Джинни, Айен и Сынмин, игравшие в приставку, тут же отвлеклись от своего занятия и повернули головы в его сторону. — Ты уже позвонил в полицию? Что они говорят?! От громкого голоса Бинни даже Минхо, мирно спящий в кресле, открыл один глаз, пытаясь понять, что происходит. — Нет, - коротко ответил Чан. — Тогда какого хуя, Чан, почему ты не звонил в полицию? Тебе что, угрожают? — Нет, выслушай, пожалуйста. В это слишком сложно поверить. Чанбин включил громкую связь на телефоне, на лицах ребят уже появлялось беспокойство. — Феликс был в студии. Я не успел понять, что произошло, но он растворился прямо у меня на глазах. И Хан... Его нет ведь в общежитии? Всё, что я успел увидеть, это огромная, чёрная, как смоль, тень... Я не успел схватить его... Он так испугался. Феликс дрожал, а я блядь не успел, мне не хватило шага. Все были шокированы тем, что только что услышали. Они не понимали, что произошло, но это точно не было шуткой. Минхо, который уже окончательно проснулся, тут же попытался позвонить Хану, но услышал, как телефон друга зазвонил в трубке Чана. - Его телефон у меня. Все его вещи здесь. А телефон Феликса недоступен. Я... Я блядь не знаю как их спасти... Как... Куда идти за ними... У Чанбина хорошо получалось сохранять спокойствие, в то время, как парни уже сильно нервничали и ходили по комнате из стороны в сторону. Джинни уткнулся в плечо Бинни, обнимая его со спины, потому что только это сейчас могло помочь держать себя в руках. — Слушай сюда, дурака кусок, — Чанбин как будто начинал злиться. — Быстро взял себя в руки. Если ты сейчас не придёшь к нам, то мы сами придем к тебе. Не делай себе больно, Чан. Мы должны придумать как помочь им. Подумай, тогда мы будем готовы. Нам нельзя разделяться сейчас, вдруг эта штука вернётся за кем-то из нас. Мы сейчас придём к тебе. Не бросай трубку, ты меня понял? Чан всё ещё сидел на полу, смотря на то место, где стоял Феликс до того как пропал. Его как будто молнией ударили слова Чанбина о том, что это может явиться ещё за кем-то из них. — Бин, если увидишь что-нибудь странное - бери всех и убегай. Пожалуйста. — У тебя там как с головой, Чан? Я защищу каждого из вас, я никому не позволю вам вредить. Ты меня слышишь? — Прости, я знаю. Если бы ты видел это, то тоже бы сошел с ума... — Мы вместе, они все со мной. А наш боксёр Лино хоть кого поколотит, ты же не забыл про это? Чанбин старался сменить тему, пока они добирались до студии. Они шли, держась друг за друга и боясь отпустить хоть кого-нибудь. Ни у кого не хватало смелости подать голос, они не знали, что сказать. Идти до нужного места было недолго, и всё это время Чанбин старался поддерживать Чана. Войдя в помещение, они увидели вещи Хана, валяющиеся на полу, сумку Феликса и его шапку у входа. И Чана, стоявшего посреди комнаты, такого бледного, что становилось страшно, и такого потерянного. Когда он увидел ребят, то тут же бросился к ним, сгребая их всех в охапку. Всё это время он не находил себе места из-за того, что они вдали от него, и только сейчас мог немного успокоиться. — Вы пришли! Я так волновался. Почему он забрал именно Феликса, а не меня? Наш Ханни сильный, но, наверное, ему тоже страшно... А вдруг их уже... - он не успел договорить, так как тут же получил удар от Минхо, который с яростью посмотрел на него. — Не смей этого произносить! Лидер, приди уже в себя! Ты пугаешь младших! Посмотри на себя. Руки все разбиты в кровь, а лицо с белой стеной сливается. Если бы тебя сейчас Феликс увидел, он бы явно не обрадовался. — отчитывал Чана Минхо, а Чанбин кивал головой в знак согласия. — И так... Значит, у нас нет ничего, кроме того, что это что-то чёрное и то, что оно видимо не из этого мира... Какой же бред... — произнёс Чанбин, отстранившись от Чана и начав осматривать место. Лино и Йени сходили за аптечкой и, расположившись вокруг Чана с бинтами и антисептиком, стали обрабатывать его руки. Джини боялся даже посмотреть на кровь, он сел на диван вместе с Сынмином, который на удивление молчал и просто наблюдал за своими хёнами. — Чан, ты это видел? — Чанбин заметил что-то на месте, где был похищен Хан. Чан дал ребятам закончить с его руками и тут же подошёл к нему. Ему стало гораздо легче от их присутствия рядом. Он посмотрел на пол и действительно заметил то, чего раньше не было. — Я не видел этого... Это что, послание? На полу была надпись на корейском. Это был какой-то адрес. Серый дух был в долгу перед Ханом за своё спасение и записка с адресом - это всё, что он мог сделать для него, это было последним желанием духа. Это был адрес того самого заброшенного дома, куда духи увели Феликса и Хана. — Это похоже на ловушку, — сказал Минхо, подходя к Чанбину. — И что, ты предлагаешь это проигнорировать? Это единственная зацепка, - сказал Чанбин, глядя как Бан Чан уже набирает адрес в поисковой строке телефона. Неожиданно для всех раздался звук нового сообщения. На экране телефона появилась надпись "Абонент вновь в сети". — Феликс... Его телефон. Он с ним, он точно с ним. Позвоним?! Джинни, держась за голову, отрицательно помотал ей. — А если мы сделаем хуже, если он от этого пострадает? — В этих словах была логика. Никто не знает как всё может обернуться. — Ты ведь звонил ему? Значит нужно ждать от него звонка, а пока нам нужно поехать на тот адрес, — сказал с уверенностью Айен, смотря на старших. Все сошлись во мнении, что нужно ехать вместе. Больше никого нельзя было в это втягивать, сейчас только они могли спасти свою семью. Вызвав такси, они поехали туда. Путь был дальний, навигатор показывал маршрут длинной в два часа. Все нервничали и напряжение будто бы ощущалось кожей. Все молчали, погрузившись в свои мысли, и это было действительно страшно, ведь они никогда не вели себя так тихо. Даже водителю периодически приходилось оборачиваться, проверяя, всё ли хорошо. Задавать какие-либо вопросы он им не решался. Они были похожи на какую-то банду: все в чёрном, с полностью закрытыми лицами, и от них веяло невероятным страхом и злобой. *** Чёрный дух неистово рокотал. Казалось, что в нем сверкают молнии. Вдруг Феликс почувствовал вибрацию в своем кармане. "Телефон!", — осенило его, когда он находился в объятиях Хана. Дух не видел его рук, поэтому он очень медленно, стараясь не привлекать внимания своими движениями, достал телефон из кармана куртки и судорожно начал читать. "Бан Чан... 78 раз. Боже, прости меня, пожалуйста... Сегодня день рождения Хана. Оно уже сегодня, а мы здесь. Я ведь хотел попробовать новый рецепт брауни и подарить ему...", — мысли в голове никак не хотели успокаиваться. Хан почувствовал копошения Феликса и очень удивился, когда увидел рабочий телефон. Он подвинулся так, чтобы прикрыть парня и чтобы тот смог написать Чану. Звонить было слишком рискованно. Дух метался будто сейчас взорвется, ребята лишь бросали свои короткие взгляды то на него, то обратно на телефон. Феликс очень быстро печатал, выбрав сразу английскую раскладку. "Чан, со мной все хорошо. Хан рядом. Мы в порядке. Прости, что испугал. Тут нечто злобное, оно выглядит очень странно. Я не знаю адрес, но это большое здание, заброшенное. Судя по всему, далеко от города. Мы выберемся, всё будет хорошо. Хан смог справиться с одним из этих духов. Остался ещё один". - Как только Феликс отправил сообщение, телефон сразу же выключился. — Феликс, нам придется кое-что сделать, — шепнул Хан тому на ухо. — Я знаю, что тебе очень страшно, но мы должны. Иначе мы не выберемся. Постарайся, хорошо? — Он ткнулся своим носом в щеку парня, чтобы подбодрить его. — Ты наверное подумал про ту же песню, что и я? — Спросил Хан, посмотрев в испуганные, но полные решимости глаза Феликса. — The Sound? — Да, она. Ты же помнишь её?— — Ну конечно помню, Хан. Но... Он ведь действительно не тронет нас? — Нет, ты же видел как нас с тобой защищает стена? Они встали с пола, всё ещё обнимая друг друга. И начали петь. Сейчас дух не мог себя контролировать и это был идеальный момент. Посмотри на меня, посмотри на мою нервозность. Гимн, поющий в небе. Толпа последует за нами, подавай. Давайте зажжём, сейчас я буду кричать об этом. О, ничего хорошего. Да, ничто не имеет значения. Освещая тьму, В центре внимания, солнечный прожектор. Это звук, это наш звук, Он находит отклик в моём сердце. Начинайте двигаться под радостные возгласы. Это звук, это наш звук. Соединись с миром, Соответствуй нашим голосам, подними его вверх. Стоило им только начать, и вдруг свет стал исходить из их сердец. Казалось, что они поют именно ими, а не голосом. Теплый свет поймал черного духа, он сковывая его движения. Он слышал их голоса, слышал как сильны их сердца. Это было что-то запредельное. Их энергия, доброта и сила - все сплелось воедино. Черный дух продолжал рычать, а ребята пели песню за песней, не отпуская друг друга из объятий. *** Тишину в машине нарушил звук пришедшего уведомления. Чан тут же схватил свой телефон и, увидев имя отправителя, прижал телефон к своему сердцу, прошептав: — Прошу, пусть ты будешь цел. Чанбин сидел рядом и, увидев это, положил свою ладонь на плечо Чана, с другой стороны сидел Ени и он сделал тоже самое. — Прочитай. Мы с тобой, Чани-хён, ты не один. — Не томи, покажи нам, что там. — Это от Феликса. Он пишет, что они живы и целы, — на этих словах у парня дрогнул голос, ком стоял в горле. Он проглотил его, еле сдерживая слезы, и продолжил читать сообщение от Ёнбока. — Хан с ним. Они справились с одним, как я понял, но там есть что-то ещё. — Чани-хён, то, что он смог написать означает что всё хорошо. — Чан, мы почти приехали. Мы заберём их домой. — Влился в разговор Сынмин, впервые за вечер он что-то сказал. Спустя ещё некоторое время, они приехали. Бан расплатился своей личной карточкой и водитель, оставив парней у этого старого развалившегося здания, очень быстро постарался убраться оттуда. Они посмотрели наверх, понимая, что им придется обыскать тут все. Чан и Чанбин выломали заколоченные двери входа. Они решили, что разделяться не стоит, ведь это было слишком опасно, хоть так и было бы быстрее. Лидер сейчас был готов их всех засунуть за пазуху лишь бы защитить каждого. Пока парни внизу пытались узнать, где находятся эти двое, Хан и Феликс продолжали петь: Ты знаешь, всякий раз, когда есть шанс Я скажу тебе, что ты удивителен такой, какой ты есть Потому что, когда ты смотришь на меня Я уверен, что вижу вселенную в твоих глазах Черный дух начал распадаться. Кусок за куском с безумным грохотом падали на пол. Свет луны, казалось, стал немного теплее, от чего стало видно лицо духа. Это был мужчина лет тридцати. Он, как и его брат, выглядел ужасно измученным и истощенным. Месть и зависть настолько поглотили его, что глаза мужчины были пустыми. В них ничего не было кроме тьмы. Восставший может погрузиться в бездну, а погрузившийся в бездну, может вновь восстать. "Где кончается безумие и начинается реальность?" - В голове Хана совершенно случайно промелькнула эта мысль. Эта тьма, которая наполняла ревом и рокотом темноту вечной ночи... Человеческое существо в своей порочности всегда страшнее любого нечеловеческого. Хан и Феликс поняли это только сейчас. Дух постепенно стал исчезать и вот, спустя мгновение, на его месте осталась только пыль. Рёв стих, парни перестали петь и вокруг стало невероятно тихо. Они рухнули на пол, пытаясь отдышаться. Их сердца так быстро и сильно бились, что казалось, сейчас выпрыгнут из груди. Внезапно они рассмеялись, ещё крепче обнимая друг друга. — Хан, ты такой крутой! Спасибо большое, что стал моим щитом. — Ёнбок, не говори ерунды. Если бы тебя здесь не было, вся моя смелость моментально бы улетучилась. За окном начало лениво выползать солнце и освещать эту комнату со старыми пластинками, фотографиями двух братьев, их песнями. Освещая их прошлое. Хан смотрел на фото перед ними. Феликс тоже обратил внимание на него. —Ни смерть, ни душевные или физические муки не могут породить такое отчаяние, какое вызывает утрата собственной индивидуальности. Обратившись в ничто, мы обретаем забвение, но осознавать себя существующим, одновременно зная, что ты лишён собственного «Я» и более не являешься единственным и неповторимым, чем-то отличным от всех других — вот он, истинный апофеоз ужаса. Как... Как хорошо, что у нас получилось... А эти ребята... они просто хотели писать музыку. Феликсу стало их жалко. Он решил взять их фото с собой и может потом навестить могилы этих братьев. За дверью раздался грохот из-за чего они оба испугались. "Неужели ещё какая-нибудь потерянная душа?!" - одновременно пронеслось в их головах. — Они тут! — Навались! Ребята услышали родные голоса, и их лица тут же осветила улыбка. Бан Чан и Чанбин выломали дверь, влетая в комнату. Все шестеро бросились обнимать парней. — Хан, Феликс, умоляю вас, больше никогда... Никогда меня так не пугайте. Я не смогу без вас. У меня столько вопросов. Но сейчас самое главное. С днём рождения, Хан. Спасибо вам, спасибо, что вы целы! Эти восемь ребят с чистыми сердцами и великими талантами были одним целым. Они готовы всегда бороться друг за друга. Они делают сердца людей немного добрее, передавая свет своих душ им. И пока они есть друг у друга, пока они держатся вместе, этому миру ничего не угрожает. Ведь сердца и любовь Stay будут оберегать их до последнего вздоха. Ведь когда-то давно парни дали обещание, что будут выступать перед Стэй даже в инвалидных колясках, ведь никогда не скажут "прощай". А Стэй пообещали быть рядом так долго, как длится вечность. Эту огромную семью ничто и никогда не сможет разделить.