Закрой Глаза

С того момента многое произошло, но мы остановимся на основных событиях, которые и положили начало тому, что случилось в конце. За такой промежуток времени невозможно пережить многое - сказали бы эксперты. Но это далеко не относилось к юноше и демону, которые к своему удивлению свели дружбу. После той ночи разговоры были почти постоянными. И Субин даже делал исключение, появлялся не только ночью, а когда зовут с вопросом. На самом деле он не хотел, чтобы его новый друг страдал бессоницей или недосыпом из-за него. Слишком многое ему итак приходится пережить в таком возрасте. Иногда смешили такие мысли, ведь сам он пережил достаточно многое еще в аду, откуда выбрался с великой помощью. Но почему-то человека было все еще жалко, до боли внутри, в немой пустоте. Может ли вообще пустота болеть за того, кого знаешь не так давно? Сам не знает, так что просто остается рядом и старается уделить ему все время. Время до рокового дня, до дня выписка, когда надо будет принять важное решение. И никто не знает, получится ли это воплотить. Не все планы должны сбываться идеально, возможно поэтому в конце все так изменилось и разрушилось. Никогда не стоит решать за других, не строить планы настолько далеко. В один из дней они сидели вместе на кровати, о чем-то говорили. Вопрос о исполнении желания все еще присутствовал, но лишь фоном, потому что ответ к сожалению демона не менялся. Более того, разговоры заставляли его думать иначе, не поступать как подлец для него и себя. – Как давно ты здесь, в этой больнице? - с интересом спрашивает слепой, облокачиваясь на стену позади кровати и почти не двигаясь. – Больше, чем ты думаешь. На самом деле нас тут достаточно много, но меня как более слабого отправили сюда. – Потому что тут наверняка есть надежда выжить. Разве не хорошо? – Нет, - запинается, пытаясь найти подходящие слова, - для нас это не хорошо. Всем ведь хочется заключить договор, подняться выше. – Ты тоже этого хочешь? Поэтому пытаешься уговорить меня принять твое предложение? – Не хочу. Мне просто правда хочется тебя помочь. Другие бы не медлили. После этих слов демон опускает голову и вздыхает, проводя по своим волосам. И вправду, другие бы воздействовали на этого человека не только уговорами и вопросами, но и внушали бы что-то с помощью своих сил. Он слышал многое о таких демонах. Им стоило лишь сказать и шепнуть, как человек почти тут же сдавался, загоняя себя в ловушку и обрекая на вечное горение в аду. Интересно, какие бы муки переживало это создание рядом или сам Субин? Честно сказать, он пережил там многое, так что вряд ли бы сильно страдал. Возможно, в этом месте, полном проклятых душ и адских созданий, Тэхена бы ждало еще больше испытаний и мучений за то, что он отдал часть души. Демоны бы издевались, вырывали глаза, которые только недавно начали бы видеть. Наверное, плюсов заключать сделку и вправду не было, если знаешь, какова цена. После этого разговора они молчали, просто сидели рядом, этого было достаточно. Пока он тут и может обозначить свое присуствие, человеку было спокойно. Иногда он думал, что сошел с ума, что не должно быть так, что он чувствует чужие прикосновения или может прикоснуться сам. Так что в реальности происходящего он перестал сомневаться. Даже если никогда не верил в таких созданий, то после того, как ослеп, быд готов поверить всему, что слышит от остальных. Сбивало с мыслей только то, что тот, кто находится рядом, имеет человеческий облик. Наверняка неспроста, но пока он отложил этот вопрос. Возможно в будущем он сможет его разговорить и узнать больше. Потому что очередь его вопросов закончилась. В следующий раз вопросы настигнут его. Они привыкли так изучать друг друга, задавать вопросы по очереди. Это будто давало шанс, что никто не обманет и расскажет про себя правду. Конечно, верить чужим словам на сто процентов глупо, но раз он рассказывал правду, то надеялся, что демон поделится тем же. И что его слов о том, что он хочет лишь помочь, а не подняться выше, не являлись ложью. Еще в тот день заходили родители. Они подметили в своем ребенке явные перемены, что начал радоваться их приходу и был разговорчив. Это одновременно настораживало и радовало. Мама не уставая следила за ним, за его состоянием, потому что знала, что люди могут меняться не просто так. Есть обстоятельства, которые заставляюь их оставлять более яркий след в жизни других. Это немного пугало, заставляло усомниться в психическом состоянии своего ребенка, но прямо сказать такое тоже было бы бестактно. Она итак говорила о том, что чьи-то ночные вздохи это галлюцинации или проходящие мимо врачи с пациентами. Так что оставалось только верить, что все хорошо и оставаться рядом. Сидя на больничной койке, ел принесенный виноград, иногда сбиваясь и пытаясь найти его, так как одну сторону веточки он полностью сьел. Родители не двигались, просто смотрели. Давали ему шанс найти самому, быть тем, кто станет самостоятельным в будущем. Слишком уж наседать не хотелось, ведь если оказать помощь даже в столь маленьком деле, можно наткнуться на стену в будущем. Конечно, он не видит, но старается найти то, что ищет. Даже показывал, как может идти. Мама обещала подарить ему маленькую тросточку в день выписки, чтобы он смог ориентироваться, постукивая ею по полу или земле при хотьбе. Ведь на улице не везде будут стены или фонари, чтобы от них идти в нужную сторону. Да и приведут ли они тебя туда, куда изначально сам хотел? Ушли они поздно, врач со смехом провожал их из палата, напоминая, что приемные часы закончились еще около десяти минут назад, а они все еще тут. Помахав вслед уходящим, он остался один. Потому что не чувствовал чужого присуствия рядом с собой прямл сейчас. Во всей комнате было пусто и тихо, ни одного лишнего звука. В другой день они сидели вместе уже ночью. Кажется, после прошлого разговора демону потребовалось время, чтобы прийти в себя и подумать о том, что же делать. О своих планах он не рассказывал, но даже сейчас задал тот же вопрос, получив ли отрицательное покачивание головы собеседника. Казалось, что скоро человек не выдержит этого вечноно вопроса, но не жаловался. Просто продолжал мирно отказывать, будто не желая вообще связывать себя с чем-то таким. Наверное, его желание уже стало совсем другим, не тем, каким предпологалось. Сейчас его мысли сосредоточенытна другом, но вряд ли скажет вслух и попросит об этом. – А как ты узнал об этом спорте? Тебе правда с самого начала нравилось? - спрашивает, разрывая тишну между ними. – Не то, чтобы нравилось. Но когда я видел матчи по телевизору и после побед, то хотел продолжать. Знаешь, просто хочется показать, что ты лучший в этом деле. Субин замечает, как чужой голос становится более тихим на последних словах. Конечно, вряд ли после того, что случилось, получится стать лучшим. Но и возвращать зрение он не хотел, будто понимал, что этим только навредит себе. Даже зная, что ковыряет чужие воспоминания и заставляет тосковать по тому, что было, продолжает спрашивать. Слишком интересно узнать того, кто не желает идти на уступки, кто бросает свою мечту, хотя может все исправить. Для него люди часто были теми, кто искал выгоды, они порой даже сами провоцировали эти сделки, хотя по сути в них не нуждались. Но были и те, кто вел себя как этот слепой. Упрямились, не желали связывать себя с чем-то сверхъестевственным. И это заставляло даже немного гордиться ими. Жизнь достаточно коротка, в ней можно попробовать все, даже идти на риск, но они оставались верны себе и своей судьбе. – Есть же команды в игре, да? А сколько у вас человек было? С кем-то дружил? Я никого не увидел, кроме твоих родителей. – Скажем, что мама решила, что мне так будет легче. Без напоминаний о прошлом, считает, что ребята могут сильно давить. Хотя без общения туго, а вечно говорить только с родителями утомляет. Я их понимаю и люблю, но огорождать от всего меня не стоит. – Они просто заботяться. – Я ценю это и принимаю. Но знаешь, излишняя забота может навредить. Демон задумчиво кивает. Да, возможно так оно и есть, просто ему не понять. Его родители забыли о нем сразу же и не искали с ним встречи, так что такое внимание к людям от собственных создателей было ему чуждо. Но одновременно с этим он хотел испытать чужую заботу о себе, о том, как же он чувствовал себя все это время. Логика человека тоже была понятна, ведь если не остановить вовремя, то будут опекать во всем. Так и разучиться делать что-то самостоятельно станет очень легко. Важно иметь баланс, это золотое правило, о котором не многие догадываются и пытаются скатиться из крайности в крайность. Тэхен задумчиво ощупывает прикроватную тумбочку, нащупывая фрукты, которые опять принесли утром. Казалось, что весь его рацион состоит из одного и того же, но грех жаловаться. Когда он занимался баскетбол, то тоже придерживался определенного плана питания и не возникал. Так что тут был тот же принцип. На дне тарелки нашлась малина. Аккуратно выскребая ее себе в ладонь, задумчиво поворачивается в сторону. Не знает точно, правильно ли повернулся, но ощущение присутствия идет именно из этого угла. – А демоны что-то едят? Из обычной пищи. – Едят? Не думаю. Обычно мы питаемся чужими эмоциями и переживаниями, достаточно вкусно. – Как энергетические вампиры? Я знаю таких даже среди людей. – Наверное да, - весело отвечает и улыбается. Кажется, разговоры приносят ему что-то легкое в пустоту. Будто заполняют ее чужиии словами, строят что-то новое, чего не может объяснить. Конечно, человек не знал всех тонкостей их мира, но его слова заставляли в этом усомниться. О вампирах сам демон мало что слышал, а ему все рассказывают. Интересно, сколько таких историй еще можно узнать, пока еще осталось время? Взяв всю малину и сев обратно, юноша протягивает ладонь с ней к Субину. Тот сначала непонимающе смотрит на ягоды, но после неуверенно берет их в руки. Конечно, это не отрава, но точно ли можно? Наверное, вкуса он не почувствует, потому что всего лишь пародирует людские повадки и внешность, не более. Взяв одну, кладет ее в рот и жует. На удивление, вккс чувствуется. Чуть кисловатая, но сладкая. Удивленно улыбается, будто не верит в то, что такое вообще возможно. Никто не говорил ему о том, что можно есть людскую пищу и даже чувствовать вкус. Это радовало, хотя явно не утоляло голода. – Ну, как тебе? - заинтересованно спрашивает юноша, склоняя голову набок и ожидая ответ, будто и вправду смотрит на демона сквозь эту повязку. – Мне нравится! Не знал, что человеческая еда тоже может иметь свой вкус, - радостно и поспешно говорит. Услышав это, Тэхен улыбается и протягивает еще немного. К счастью, о себе он тоже не забывает и ест, о чем-то думая. Даже увидев его сосредоточенность, отвлекать не хотелось. Казалось, что если собьешь с мысли, то он больше ничего не скажет. Молчание не было натянутым, оно было обычным, словно этим двоим комфортно просто сидеть вместе. Даже если никто не рассказывает глупые истории или о своей жизни более подробно - в голове они будто общались между собой. Закончив с поеданием ягод, юноша неловко оббивает руку об руку, будто это поможет избавиться от сока на них. Заметив эти движения, Субин потянулся к тумбочке и вновь нашел там влажные салфетки. Взял одну и протянул ее человеку, чтобы тот решил все сам. Лишний раз прикасаться к нему казалось слишкос странным. Будто это нарушение каких-то установок в его собственной голове. – А ты бы..мог уйти из этой больницы? Этот вопрос заставил демона замереть, хотя он уже тянулся забрать грязную салфетку. Уйти из этой больницы? Звучало как бред сумасшедшего. Он ведь привязан к этому отделению и двинуться отсюда не может. Улицы видел только с окна, о каком перемещении отсюда вообще могла идти речь? Некоторое время молчит, явно пытаясь осмыслить вопрос. Зачем такое спрашивать? Конечно, он бы мог понять тоску человека по странному существу под кроватью, но явно не до конца осознавал это. Это ощущалось как стать домовым, который вечно под рукой. – Зачем? Мне и тут прекрасно живется. – А если бы это было мое желание для сделки? На этом разговор резко прерывается. Субин почти подскакивает с кровати, ошеломленно смотря на человека перед собой. Ему повязка передавила не только слепые глаза, но и мозг? Как это вообще могло стать желанием, если есть возможность вернуть зрение. Такой бред ему непонятен. Он знает, что люди существа непредсказуемые, ход их мыслей не всегда понятен. Но это предложение пугало и заставляло отходить чуть в сторону. Променять зрение и душу на разговоры с каким-то маленьким чертенком? Звучало как бред. Заметив чужую растерянность и явную попытку отдалиться, Тэхен махнул рукой, будто прося забыть эти слова совсем. Словно ничего до этого не было. И сразу после этого он ложиться в постель, укрываясь одеялом, не желая ничего обсуждать. А это бы сейчас не помешало. Пускай и сам демон не хотел говорить об этом, но разобраться надо было. До выписки оставалось не так долго. Что еще предстоит услышать, как изменяться желание этого человека? Внутри теплилась надежда, что он одумается и просто исчезнет из его жизни, забудет о том, кто беспокоил его ночами и донимал разговорами. Заметив, что дыхание выровнялось, отворачивается. Значит, ничего они сегодня не обсудят, даже если это действительно нужно. Потому что в его пустоте не было понимания, зачем заманивать к себе домой демона. Бессмысленная трата желание, максимум десять лет жизни, а затем ощущение агонии в аду. Нет, он не хочет выполнять это. Но он придумает то, что будет идеальным вариантом. Каким бы эгоистом он не был, но думать о чужих желаниях он хотел. Надо выполнить их так, чтобы больше никогда никто из них не терпел ничего. Чтобы боль не сопровождала их на каждом шагу от осознания того, какой выбор сделали в прошлом. В темноте медленно исчезает силуэт человекоподобного существа, которое исчезает в свой мини мирок. И лишь тогда на кровати слышится шевеление. Он точно не отбросит это желание в сторону, потому что слишком долго об этом думает. Казалось, что идеальнее варианта нет. Разве это не хорошо, что тот будет привязан к нему? Ведь с настоящими людьми он вряд ли вообще вновь сойдется характерами или попытается узнать их ближе. Это утомляет и наверное заставит многое объяснять. Самым лучшим вариантом для него и вправду был шанс остаться лишь с этим демоном. Тот хорошо его понимает и пытается помочь, даже если не во всех делах, то во многих. Говорит и слушает, не перебивает вопросами о том, как юноша себя чувствует. Потому что акцент на его недостатке был бы сильным ударом прямо под ребра. Вряд ли люди из настоящего мира не будут на него глазеть, не смогут пропустить мимо такой феномен. Пусть хоть тысяча человек будет страдать этим, никто не перестанет обращать на это внимание и удивлятся. Знает на собственном опыте, ведь стоит увидеть человека с протезом - раньше бы глаза на лоб полезли. Но сейчас он понимает их чувства. И лучше бы он понял их раньше, без таких обстоятельств. Ночь окутывает палату, заставляя в конце концов и вправду уснуть, перестать бредить о том, чему не суждено сбыться. Не всякие желания можно выполнить так, как хочется и без вреда себе. Снов нет, он слишком устал. А если бы и были, то он мало что понял был. Ведь почти с самого начала он постоянно падает в пропасть в абсолютной, расплывчатой темноте, которой нет конца и края. Они так и не поговорили про то желание, но на следующий день сидели вместе. Медсестры уже редко заходили в палату, только если не подозревали чего-то, проходя мимо. Разве человек может сам с собой разговаривать? Конечно, им на это вряд ли ответят, потому что друг сразу становился невидимым при необходимости. – А ты..почему принимаешь форму человека? - теперь была его очередь задавать вопросы. И он начал с того, который волновал больше всего. – Чтобы не пугать, наверное. Хотя я часто в этой форме, даже когда не сижу с тобой. Хочу понять, каково это. – Быть человеком? Достаточно проблематично. У тебя есть другая форма? – Конечно есть. Но я ее не люблю. Перестал к ней возвращаться после того, как научился укреплять этот облик. Мне он нравится больше. А тебе? После этогой вопроса Субин мгновенно замолчал и опустил голову. Ну конечно, а как слепой ему скажет о том, нравится ли ему внешний вид того, кто сидит рядом? Он не видел его раньше, а сейчас и подавно. Но кажется, тот не обижается, наоборот поворачивается на звук голоса. Его холодная ладонь ложится на щеку, заставляя чуть отпрянуть, но тут же вернуться на место. Тэхен аккуратно ощупывает его лицо, касается носа, губ, обходит стороной глаза. Рука плавно перемещается к растрепанным волосам, которые уже ни один мастер не исправит. После этого спокойно кивает. – Мне нравится. Я не вижу, но чувствую, что ты выглядишь хорошо. Все гармонично распределено. Демон улыбается на эти слова. Слышать о себе такое - навес золота. Он слишком долго старался над своим новым обликом, а остальные его не особо то и ценили. Говорили, что быть похожим на тех, кого они обманывают - глупая идея. Хотя в некоторых случаях для убеждения наверное полезно. Чтобы показать, что ты тоже человек, а не странное существо. Вот только перед юношей особо и притворятся не надо. Кажется, будто бы он чувствовал в нем что-то хорошее даже в его истинном облике. – Ты не передумал? - вдруг отвлекаясь от всего разговора, спрашивает. Пациент качает головой. Он вряд ли откажется от своего желания, которое пришло к нему так спонтанно. Но все-таки, иметь рядом такого друга было бы неплохо, наверное, они бы ещу многое могли узнать о чужих мирах. Вздыхает, понимая, что даже если попросит отказаться, то в день выписки все пойдет не так. Но ведь он может просто не прощаться с ним и больше не появляться. Остался один день, не надо больше выходить и говорить, не надо подчиняться чужому желанию, которое может быть просто бредом. Ведь если людям дать возможность что-то получить, то они могут выбрать спонтанный бред. Миллиардеры часто тратили деньги впустую, так о них рассказывали в глубинах места, где он был. Так что все это нормально, желание может измениться, а вот отменить его уже не получится. В тот вечер пришлось исчезнуть раньше, пришли родители. Они радостно говорили о ремонте, о том, что Тэхену осталось переночевать тут две ночи и они смогут его забрать уже послезавтра утром. Последний день уже был на носу, надо было что-то решать. И он мог лишь молиться о том, чтобы его решение не было ошибкой, что все пройдет хорошо. – Как думаешь, твои друзья придут тебя навестить? Я даже позвала их к нам! Думаю, они будут рады тебя видеть, - говорит мама воодушевленно, видя улыбку на губах сына. Тот лишь кивает. Пускай приходят, он просто останется в своем воображаемом мире, где только он и его новый друг, которого отпускать не хочется. Даже если он не согласится выполнить желание, в его голове все еще останется этот голос, расплывчатый образ черной тени, ранее имеющей человеческую форму. Отец на все идеи матери просто кивал, иногда говоря, что его комнату они обновили и он точно не посчитает все углы в доме в первые же часы. Хоть что-то хорошее уже намечалось. Но понравится ли ему пустое пространство, которого не увидит? Ориентироватся в той комнате, которая раньше была его самой любимой, станет проблематично. Потому что ничего не запомнит, лишь положение кровати. После этого уходят, оставляя ребенка и желая добрых снов. Кивнув на прощание, поворачивается в сторону окна. Подходит ближе, открывая его. Даже если не видит, то чувствуеь свободу и ветер, которых больше не сможет почувствовать. Свобода всегда будет находиться под чужим, тщательным контролем. Воздух дает шанс освежить свои мысли и понять, что последнее его желание никогда не будет шуткой. Потому что ему нужна поддержка от невидимого существа, даже если он на самом деле не человек и не будет им. Если бы не он, то юноша бы вряд ли начал опять говорить с родными. Или все сложилось бы куда хуже. Следующая ночь стала особенной. Не потому, что для этого создана атмосфера, а потому, что интрига желание все еще витала в воздухе. Демон сидел рядом, рассказывая истории и будто пытаясь отвлечь от того, что крутилось на языке у человека. На самом деле он уже был готов к любому исхода. Знал, как сделать так, чтобы не страдал ни один из них. Но на это нужно согласие и полное доверие. А точно ли с ним согласятся провести остаток вечности, находясь рядом постоянно? Тэхен поворачивается к нему неожиданно. Не резко, нет, просто будто внимательно смотрит сквозь повязку, хотя и не может этого сделать. Тяжелый вздох ползет по темной палате, растворяясь в тишине. Его руки тянутся к куску ткани, который кажется до этого времени был приклеен и даже не падал. Повязка падает на кровать, открывая глазам демона пустой взгляд. На него не смотрели в ответ с той же внимательностью, но что-то внутри будто задрожало и захотело, чтобы этот человек никогда не отводил взгляд ослепленных глаз от него. Казалось, что даже сейчас он пытается что-то разглядеть в нем, но глаза оставались стеклянными, пусть и широко открытыми. Субин втягивает воздух, собираясь с духом. Он берет руки Тэхена в свои, смотрит на него, не отводя взгляд в сторону, будто заметил намного больше, чем до этого. – Ты все еще хочешь исполнить свое желание? – Да, - голос глухой, слишком тихий. В нем нет страха, только лишь ожидание и легкое напряжение о того, что он показал, что хоть за повязкой все те же глаза, все того же цвета, зрение не вернуть. – Закрой глаза. Это последнее, что слышит перед тем, как действительно это сделать. Больше никаких звуков, только ощущение легкости и того, что остатки мыслей покидают его голову. Чужие руки сжимаются сильнее, будто желают даже сейчас остаться рядом. В то утро в палате не оказалось ни человека, ни демона. Лишь одна повязка осталась на кровати, служа напоминание того, что тут кто-то лежал. С тех пор существует легенда о слепом юноше и его демоне, которые исчезли вместе и остались в своем мире, продолжая говорить, оставаясь вместе всю вечность, которая впереди.