Крошка Сюзи

Michael Jackson — Little Susie. Сюзи была чудесным и очень умным ребёнком, несмотря на то, что ей пришлось пережить. Мама умерла, когда малышке было всего два года, а отец ушёл из семьи, не справившись с гибелью жены, и девочка осталась жить с бабушкой и дедушкой. Она всё понимала, но не хотела расстраивать стариков, поэтому старательно делала вид, что верит им, когда они сказали, будто мама и папа уехали ненадолго по «взрослым» делам, но совсем скоро вернутся. Сюзи знала: мамы больше нет, а папа не придёт. Но она не злилась — ни на него, ни на бабушку с дедушкой. Малышка верила, что они любят её, и папа тоже любил, просто ему было слишком тяжело. Сюзи любила петь. В полдень она садилась у окошка вместе со своим котом Принцем и напевала мелодии, которые сами рождались в её светлом разуме. Пушистый друг был её неизменным товарищем и всегда оставался рядом. Они были неразлучны. Шли дни, и Сюзи понемногу подрастала. Когда ей исполнилось шесть, в доме напротив появился мальчик с кудрявыми волосами и добрыми глазами. Его звали Майк. Однажды девочка вышла во двор, чтобы погулять с Принцем. Кот очень любил греться в лучах закатного солнышка, и они часто лежали на траве вдвоём. Вдруг тишину летнего вечера нарушил чей-то звонкий смех. Это был Майк. Мальчик казался старше — ему было около тринадцати, — и Сюзи всегда хотела с ним заговорить, но боялась, что он не станет с ней общаться, ведь она ещё совсем маленькая. Поборов нерешительность, она поднялась с травы и подошла к забору, чтобы посмотреть на соседа. Неожиданно он сам помахал ей и широко улыбнулся. В ответ девочка тоже замахала рукой, и внутри у неё разлилось теплое чувство: оказалось, это вовсе не страшно. Возможно, Майк и правда станет ей другом. Так и случилось. Поначалу они лишь махали друг другу издалека, но спустя полторы недели мальчик подошёл к её дому и представился. Он рассказал, что очень любит животных, но родители не разрешают ему взять питомца, потому что не выносят шерсть. А ещё новый знакомый признался, что ему безумно нравится Принц — он считает кота невероятно милым, как и саму Сюзи. Бабушка с дедушкой разрешили им играть во дворе и устраивать пикники по субботам, так что ребята стали видеться чаще. Майк с нетерпением ждал следующего дня, и оттого ещё тяжелее ему приходилось прощаться со своей маленькой подругой на ночь. Он стал приходить помогать её дедушке — то починить старый автомобиль, то повозиться в саду, — и скоро сделался для Сюзи настоящим старшим братом. Им было очень здорово проводить время вместе: Майк рассказывал девочке о книгах, которые любил, и даже научил её читать. С горящими глазами он описывал, как интересно учиться в школе и сколько всего замечательного ждёт её впереди. Как-то раз после уроков Майк пришёл очень расстроенный. Он мялся на крыльце, не решаясь войти, а потом признался, что мальчишки стали дразнить его из-за кудрявых волос. Тогда Сюзи крепко обняла его и серьёзно, как взрослая, сказала: — Не расстраивайся. Твои волосы невероятно прекрасные. Я бы всё на свете отдала, чтобы у меня были такие же. Пролетело полгода, и близился день рождения Сюзи. Дедушка с бабушкой задумали устроить настоящий праздник: старушка вместе с внучкой испекла её любимый морковный торт, а глава семейства колдовал над праздничным ужином. Разумеется, малышка сразу же пригласила Майка. Когда дедушка узнал, что мальчик мечтает купить для Сюзи подарок, он стал давать ему немного денег за каждую помощь по хозяйству, и Майк был безумно благодарен за такую возможность. В заветный день Майк торжественно вручил Сюзи книгу — это был «Маленький принц». Они много смеялись, пили горячий шоколад и уплетали морковный торт, а потом весь день напролёт читали историю о мальчике с далёкой планеты. Когда они дошли до сцены прощания, Сюзи заплакала — ей казалось, что Принц и Лис были лучшими друзьями, и она никак не могла понять, зачем им разлучаться. Всхлипывая, девочка просила: — Пожалуйста, не покидай меня. Майк бережно вытер её слёзы и сказал: — Иногда так случается. Но Лис навсегда останется в сердце Принца. А я… я буду дружить с тобой всегда. До самой старости. И никогда-никогда тебя не забуду. Казалось, все горести остались позади. У Сюзи была любящая семья, Принц вырос, но, несмотря на это, по-прежнему оставался рядом с девочкой, оберегая и даря ей всю свою нежность. Майк приходил почти каждый день, и они часами играли, читали книги, слушали музыку и говорили — обо всем на свете. Наступило лето, наполнив дом звонким предвкушением скорой осени, и Сюзи понемногу начала готовиться к школе. Майк терпеливо учил ее выводить первые буквы, дедушка объяснял таблицу умножения, а бабушка занималась с ней музыкой, и их старенькое пианино оживало по вечерам. Ничто в доме крошки не предвещало беды, но однажды дедушка сильно заболел, и его увезли в больницу. Бабушка, всегда сдержанная и улыбчивая, теперь много плакала, как и сама Сюзи. Они каждый день ездили в больницу. Врачи заговорили о микроинсульте, и девочка, знавшая, что это как-то связано с сердцем, отчаянно молилась о здоровье дедушки, шепча свои просьбы по ночам, когда никто не слышал. Майк был рядом. Он поддерживал ее, обещая, что дедушка обязательно поправится, ведь он сильный мужчина, а значит — справится. Спустя месяц врачи сообщили, что больной и правда идет на поправку, и через пару дней его можно будет забрать домой. Несмотря на страшную усталость и болезненный вид, бабушка решила приготовить праздничный ужин: она, как и внучка, светилась от счастья, что муж наконец вернется домой. Стены вновь наполнились запахом выпечки, чтобы встретить его теплом. В ночь перед возвращением дедушки Сюзи долго не могла уснуть. Ее мучили липкие кошмары из которых невозможно выбраться. А когда ранним утром она, наконец, проснулась, то увидела на кухне бабушку. Та сидела неподвижно, сгорбившись, и горько плакала, прижимая к груди рамку с фотографией дедушки. Стекло под ее пальцами запотело. Его не стало. Сюзи не понимала, что могло произойти, ведь ему же стало лучше. Она сотрясалась в плаче, захлебываясь вопросами, на которые не было ответа, и даже Майк, обнимавший ее что есть сил, не мог облегчить эту боль. Именно тогда всё изменилось. После похорон дедушки бабушка слегла. Здоровье её резко ухудшилось, и она была вынуждена обратиться за помощью к своей второй дочери — тёте девочки, сухой и строгой Шанталь, чтобы та помогла с воспитанием маленькой Сюзи. В день приезда этой женщины над домом семьи словно зависли грозовые тучи, а внутри поселился холодный, промозглый мрак. Бабушка теперь почти не разговаривала и не покидала своей комнаты. Когда Сюзи приходила к ней, старушка лишь брала внучку за руку, удерживая тонкие пальчики в своей ладони несколько долгих минут, а затем оставляла на них лёгкий поцелуй. После она отворачивалась к стене и горько, беззвучно плакала, вздрагивая под одеялом. Шанталь сразу сменила шторы на тяжёлые, тёмные, и теперь их всегда держали наглухо задёрнутыми. Любая музыка в доме оказалась под строжайшим запретом. Но страшнее всего было другое: тётя велела Майку больше не приходить. Дни Сюзи стали серыми и одинаковыми, словно бесконечная лента пасмурного неба за окном. Каждое утро являлся репетитор и занимался с девочкой подготовкой к школе до самого вечера. За ним следовал молчаливый ужин — и ранняя, как наказание, постель. Принцу было запрещено выходить из комнаты своей хозяйки. Они больше не валялись в траве, не щурились на солнце. Кот дико боялся злую женщину и каждый раз взъерошивался, встречая её шипением, а Шанталь всякий раз цедила сквозь зубы, что однажды просто выкинет животное на улицу, пока Сюзи будет в школе. По ночам девочка много плакала, прижимая пушистого друга всё крепче к груди. Принц, спасая её от тоски, старался убаюкать маленькую хозяйку мерным мурчанием. Так, в обнимку друг с другом, они и засыпали. Сюзи очень скучала по Майку. Больше всего она боялась, что он её забудет: ведь если их разлучили, он мог найти себе другого друга — например, в школе. Но в глубине души девочка верила: Майк её любит, и он обещал, что никогда не забудет. Каждый раз, думая о нём, она тихо плакала, уткнувшись в подушку, и мечтала лишь об одном — поскорее отправиться в школу, чтобы наконец встретиться. Она представляла, как они будут идти домой по одной дороге, держась за руки, и никто не посмеет им помешать. Первый учебный день начался буднично и совсем не торжественно. Тётя Шанталь отправила её на учёбу, ничего не пожелав, лишь сухо бросила, чтобы та запомнила дорогу, ведь она не собирается тратить время на то, чтобы водить её туда и обратно. Сюзи молча согласилась, но внутри у неё всё потеплело: она подумала, что, возможно, теперь они будут возвращаться домой вместе с Майком. А если он станет освобождаться позже, крошка будет ждать его у школьных ворот. Предчувствие не обмануло. Едва завидев Майка у входа в здание, она бросилась к нему. Они крепко обнялись, и у обоих на глазах выступили слёзы. Друг тоже отчаянно скучал и был счастлив хотя бы ненадолго снова побыть вместе. Ей нужно было подождать его всего пятнадцать минут — это ведь так мало! Тётя даже не заметит столь короткой задержки, а может, и вовсе будет рада не видеть племянницу лишний час. После последнего урока Сюзи, едва сдерживая нетерпение, помчалась в школьный двор. Ей так хотелось скорее рассказать Майку, как прошёл её первый день, услышать его голос, расспросить о новых книгах и просто сказать, как сильно она соскучилась. Она смотрела на большие часы над входом, и стрелка двигалась мучительно медленно. Майк появился ровно в обещанное время, и они отправились домой. Всю дорогу дети без умолку разговаривали и смеялись. Девочка взахлёб рассказывала, как ей понравилась математика и как учитель хвалил её за быстрое чтение и грамотно написанные буквы, а она с гордостью заявила мистеру, что читать её научил лучший друг. Слушая это, Майк светился от гордости, он много хвалил малышку, а потом поделился историей о книге, которая его потрясла. Там рассказывалось о мальчике Гавроше, Он был невероятно добрым, с огромным сердцем, но погиб, так и не узнав нормального детства. Майк признался, что плакал, когда дочитал, только ему это казалось глупым… и было стыдно в этом признаваться. Сюзи лишь мягко поддержала его и серьёзно, совсем как взрослая, объяснила, что он не должен стыдиться своих чувств, ведь он живой человек. Если сердце плачет, значит, оно у него есть — огромное, как у Гавроша. Время до дома пролетело незаметно, и Сюзи была безгранично рада, что теперь у них есть эти драгоценные минуты. Но всё её тихое счастье разбилось о грозный, полный ярости взгляд тёти Шанталь, которая ждала на пороге с ремнём в руке. Тогда малышка ещё не знала, что последует за этим немым предупреждением. Они с Майком торопливо попрощались, и девочка поспешила к дому, спиной чувствуя его долгий, тревожный взгляд. Переступив порог дома, Сюзи даже представить не могла, что столкнётся с такими ужасными последствиями из-за того, что задержалась. Тётя Шанталь выпорола её ремнём и запрещала плакать, усиливая удары за каждый всхлип. Сюзи умоляла её остановиться, но та лишь била сильнее, оставляя багровые следы на хрупких ногах девочки. Затем женщина поклялась, что, если племянница опоздает ещё хоть на минуту, на ней не останется живого места, и запретила Майку приближаться, пригрозив, что в ином случае пойдёт к его родителям. Сюзи горько плакала. Ей уже было всё равно на ноющую боль от рубцов — эта телесная мука казалась ничтожной по сравнению с тем отчаянием, что теперь поселилось в её душе. Она больше не сможет дружить с Майком. А если ослушаться, накажут и его, а этого она совсем не хотела. Она отправилась в свою комнату, оставшись без ужина в наказание за проступок. Сделав уроки, девочка забралась в кровать и обняла Принца. Кот прижимался к ней всё сильнее, чувствуя, как содрогается от немых рыданий её маленькое тело. Сюзи знала, что это ненадолго, и её обязательно ждут хорошие дни. Она убеждала себя: тётя Шанталь просто расстроена тем, что больше нет дедушки, а бабушка болеет. Женщина не знает, как справиться с тем, что творится внутри неё, и поэтому поступает плохо. Но Сюзи ошибалась. Вскоре вслед за дедушкой из жизни ушла и бабушка. Дни малышки превратились в бесконечный ад. Тётя Шанталь избивала её за каждый не понравившийся взгляд, за каждое слово, произнесённое не в том тоне. Сюзи замкнулась в себе и перестала разговаривать. В школе над ней смеялись, называя ненормальной. Дети были жестоки: дёргали за волосы, высмеивали и оставляли объедки под её партой. Попросить защиты ей было не у кого. Девочка знала, что тётя не станет разбираться, поэтому лишь плакала ночами в объятиях Принца и просила Бога о том, чтобы это прекратилось, чтобы Он помог детям понять, что они поступают неправильно и причиняют боль. Майка она видела нечасто. Лишь на входе в школу они успевали быстро обняться и прошептать о том, что помнят друг о друге, что всё обязательно наладится и они совсем скоро снова будут проводить время вместе. Сюзи верила, что скоро всё будет хорошо. Через несколько дней — её день рождения. Она загадает желание, и оно обязательно исполнится. Ей не нужен был торт или праздник, она просто хотела, чтобы всё снова стало как раньше. В тот день, вернувшись из школы, Сюзи, как обычно, поприветствовала тётю и, почистив обувь, поспешила в комнату к Принцу. Шанталь не произнесла ни слова, и уж тем более речи не шло о заветных словах «С днём рождения». Сюзи и не надеялась. Она лишь подумала о том, что если тётя не тронет её хотя бы сегодня, этот день уже станет особенным. Дверь в комнату была распахнута настежь. Кота внутри не оказалось. Сердце девочки зашлось в бешеном ритме. Принц никогда не покидал своего убежища, и уж тем более он не смог бы сам открыть дверь и выйти к тёте. Сюзи метнулась к лестнице, чтобы сверху осмотреть гостиную и незаметно забрать любимца. Она панически боялась, что женщина причинит ему боль. Замерев у перил, девочка увидела то, от чего её сердце оборвалось. Принц съёжился на полу, прижав уши, дрожа и жалобно мяукая. Тётя Шанталь с перекошенным от ярости лицом грубо схватила кота за шерсть и с громким криком отшвырнула в стену. Сюзи закричала. Этот крик вырвался из самой глубины души. Она бросилась бежать вниз по ступенькам, чтобы прикрыть беспомощное тельце собой. Из-за спешки нога соскользнула. На одно бесконечное мгновение девочка потеряла равновесие, мир перевернулся, и она кубарем покатилась вниз, глухо ударяясь о жёсткие ступени. Боль была резкой, оглушающей, а затем наступила тишина. Шанталь не сдвинулась с места. Она стояла и смотрела, как по полу медленно расползается тёмно-красная лужа. Затем женщина перевела взгляд на ошарашенного кота, грубо схватила его за шкирку и, распахнув входную дверь, швырнула на холодную улицу. Принц жалобно мяукнул, ударившись о мёрзлую землю, но дверь уже захлопнулась, отрезав его от той, кому он был нужен больше всех на свете. Крошечное тело девочки лежало неподвижно. Из уголка закрытого глаза бежала дорожка последней слезы, а голова была в крови. Так не стало Сюзи Пай. Девочка, в сердце которой было столько любви и доброты, погибла по вине ужасной, озлобленной женщины. С самого детства она переживала чудовищные моменты, но всегда, отчаянно и самоотверженно, надеялась на то, что скоро всё будет хорошо. Она верила, что её любовь поможет не сломаться и не стать злой. Этот светлый, чистый и невероятно добрый ребёнок покинул мир жестоких людей в свой собственный день рождения. На похороны никто не пришёл. Хоронили Сюзи равнодушные работники кладбища: Шанталь было абсолютно плевать на смерть племянницы, теперь, как ей казалось, она сможет зажить спокойно. Майк пришёл на могилу один. Он долго плакал, гладя холодную землю, просил прощения за то, что не смог её спасти, и без конца повторял, что никогда не забудет свою милую Сюзи и будет любить её всегда. А когда он, обессиленный, ушёл, к свежему холмику подошёл Принц. Худой, взъерошенный, с застывшей грязью на лапах, он улёгся прямо на холодную землю, прижался к ней всем телом и тихо замурчал.