Until you love me

Артём ещё некоторое время сидел в кресле, уставившись в монитор. В голове крутились обрывки фраз Никиты: «Я всегда тебя страхую», «Ты всегда чуть смещаешь прицел вправо», «Ты вчера до трёх ночи сидел». Он попытался отогнать тревожные мысли, убеждая себя, что Никита просто очень внимательный друг. Ну, бывает же такое—люди с фотографической памятью, которые запоминают каждую мелочь. Но внутри что-то противно скребло, как будто он пропустил что-то важное. Он закрыл стим и открыл браузер. Рука сама собой потянулась ввести в поиске ник Никиты. Артём зашёл на его страницу в инстаграм—фотографии и скечи. Всё выглядело максимально обычно. Но было в этом что-то странное. Артём сам не понял, почему он так решил. Но у Никиты не было практически никакой личной жизни на страницах. Никаких фото с друзьями, никаких историй о том, как он провёл день. Только редкие посты, которые выглядели как..декорация. Как будто аккаунт существовал только для того, чтобы кто-то мог на них подписаться, но ничего не узнать о самом человеке. Артём открыл их общий чат в Телеграме и начал листать историю переписки вверх. Он искал что-то, но сам не знал что. «Привет, как дела?» «Хорошо, а у тебя?» «Тоже норм, сегодня же будет стрим?» «Да, в 7» «Отлично, я зайду» Всё обычно. Сотни сообщений. Но чем выше он листал, тем больше замечал одну странность. Никита практически никогда не писал первым. Он всегда отвечал мгновенно, как только Артём отправлял сообщение. Даже в три часа ночи. Даже когда Артём писал просто «спокойной ночи». Ответ приходил через секунду: «И тебе». Артём задумался. Он часто писал первым просто потому, что хотел поделиться мыслями, скинуть мем, пожаловаться на что-то. И Никита всегда был там. Всегда. Как будто только и ждал, когда Артём напишет. Он зашёл в приватку. Артём открыл список участников. Несколько человек. Всё как обычно. Его взгляд зацепился за один профиль. Аватарка—девушка с тёмными волосами, стоящая на балконе. Её лица не было видно. Она смотрела вдаль на светящиеся города во тьме. Никнейм Суа. Артём нахмурился. Почему-то этот профиль показался ему странным. Будто неживым. Он нажал на аватарку и открыл профиль. Подписан на канал с прошлого года. Участвовал почти в каждом опросе. Но Артём никогда не видел этого человека в чате. Ни одного сообщения. Он закрыл канал, но подозрение засело. Он снова открыл переписку с Никитой. Он решил проверить её ещё раз. Вдруг он что-то не пропустил. Артём решил начать с голосовых. Он открыл их диалог и нажал на раздел с ними. Список уходил вниз на сотни записей. Большая часть была отправлена Хоки. Различные истории и сны, которые Никита всегда охотно слушал. Артём начал слушать голосовые брюнета одно за другим. «Артём, доброе утро. Я хотел сказать, что не против коллаба. Спишемся, когда проснёшься в 12»—обычное голосовое про коллаб. Ничего странного. Парень нажал на следующее голосовое. «Привет, Артём. Хотел спросить тебя насчёт одной игры, которая сейчас в тт форсится. Думаю, можно устроить коллаб и сыграть в неё. И ты сегодня хорошо выглядишь на фото, которое в тгк выложил. Мило улыбаешься. Ну, в общем, буду ждать от тебя ответа»—мило. Раньше Артём даже не замечал, как странно это звучит. Почему Никита вообще упоминал его фотографию в голосовом про коллаб? «Ты снова не выспался, я слышу по голосу. Ложись пораньше сегодня, ладно? А не как обычно в 3 часа ночи»—из другой записи. «Я сегодня нашёл ту самую игру, про которую ты рассказывал год назад. Ты говорил, что она тебе понравилась. Я скачал её, чтобы понять, что тебе в ней нравится. И знаешь, в ней есть за что зацепиться..»—Артём замер. Он рассказывал об этом в одной из своих старых трансляций для подписчиков в приватке. Просто мельком. И Никита запомнил. Запомнил название игры, которую он упомянул один раз, и скачал её. Как он вообще мог узнать про неё, если его нет в приватке? С каждым голосовым становилось всё больше вопросов. Он снова открыл приватку и нашёл профиль «Суа». Пальцы дрожали, когда он нажал на аватарку и открыл полную информацию. Дата регистрации—год назад. В тот же месяц, когда Артём создал этот канал. И ещё одна деталь, которая заставила его задуматься: в профиле была указана дата рождения. 29 июля. У Никиты день рождения в тот же день и месяц. Это точно он. Слишком подозрительно. Он резко закрыл канал и открыл переписку с Никитой. Хоки решил написать прямо. Без каких-либо намёков. - Никит, у тебя есть фейк-аккаунт в моей приватке? Ответ пришёл не сразу. Секунда. Две. Три. Артём видел, что Никита онлайн, но тот молчал. Долгим ответом он убедился, что всё-таки прав. Спустя минуту брюнет всё же ответил: -Что? Нет. С чего ты взял? -Профиль «Суа». Там дата рождения—29 июля. Как у тебя. -Это совпадение. Мало ли людей с такой датой. Я же не один родился в этот день и месяц. -Он подписан на канал с первого дня его существования. И ни разу ничего не написал. Ты упоминал, что скачал игру, про которую я мельком говорил на стриме для приватки. Скажи мне, откуда ты мог про неё узнать, если тебя там нет? Никита замолчал. Тишина затянулась. Артём смотрел на экран и чувствовал, как в груди разрастается неприятный холод. -Артём, не надо искать то, чего нет. Ты просто устал. Нет меня в твоей приватке. А тот аккаунт, скорее всего, просто стеснительная девочка, вот и в чат ничего не пишет. -Никита, ответь честно. Это твой аккаунт? Никита напечатал что-то, потом удалил. Напечатал снова. Удалил. Артём видел, как появляется и исчезает статус «печатает...». Наконец-то он всё-таки что-то ответил: -Да. Но я могу объяснить. Артём перечитал эти слова несколько раз. Он смотрел на них и не мог поверить. Зачем ему его приватка? Да даже если просто так, почему он создал фейк-аккаунт и следил через него? Он закрыл глаза, сделал глубокий вдох и снова открыл их. Сообщение никуда не исчезло. -Объясняй. -Я просто хотел быть ближе к тебе. Ты сам понимаешь, мы в разных городах. Я не могу просто прийти к тебе или позвать гулять. Я не могу видеть тебя каждый день. Поэтому я сделал так, чтобы хотя бы быть в курсе твоей жизни. Чтобы знать, как у тебя дела. Я просто хотел быть рядом. -Рядом? Ты следишь за мной. Ты знаешь, когда я сплю, когда я заходил в игры, ты запомнил все мои привычки. Ты скачал игру, которую я упомянул мельком на стриме. Это не просто желание быть рядом. Это.. это уже смахивает на сталкирство. -Это не сталкирство, Артём. -А что тогда? -Любовь. Артём замер. Экран перед глазами поплыл. Он прочитал это слово ещё раз. И ещё. -Что? -Я люблю тебя, Артём. Так сильно, что готов часами сидеть и смотреть твои стримы, запоминать каждое твоё слово, каждое движение. Я хочу знать всё о тебе. Я хочу быть частью твоей жизни, даже если ты не знаешь об этом. Это не странно, я понимаю. Но это просто..я так чувствую. Артём не знал, что ответить. Пальцы дрожали, когда он пытался набрать сообщение. Он смотрел на слова Никиты и не мог поверить в то, что читает. -Ты должен был сказать мне об этом по-нормальному, Никита. А не следить за мной через фейковые аккаунты и записывать мои привычки. Это пугает. -Я знаю. Но я боялся. Боялся, что ты отвернёшься от меня. Боялся, что ты не поймёшь. А так... я хотя бы был рядом. Артём не ответил. Он закрыл чат, положил телефон на стол и уставился в одну точку на стене. Через минуту на экране загорелось уведомление: -Артем, ответь, пожалуйста. Не молчи. Артем закрыл глаза. Он не знал, что чувствует. Гнев? Страх? Жалость? Всё смешалось в один ком, который стоял в горле. Он открыл профиль Никиты и нажал на три точки в правом верхнем углу. Палец завис над кнопкой «Заблокировать». Он думал о том, как Никита смотрел его стримы. Как запоминал каждую мелочь. Как слушал каждые его кружки и голосовые. Как ждал его сообщений. Заблокировать. Артем начал блокировать Никиту везде, где только мог. Начиная с телеграм-канала, заканчивая инстаграмом. Он понимал, что, скорее всего, у него есть фейк-аккаунты для любой его соцсети, но сейчас он хотел хотя бы заблокировать основные, а уже потом искать фейки. Когда он закончил, в комнате стало тихо. Только гул системного блока нарушал тишину. Артем откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Он чувствовал пустоту. Но где-то глубоко внутри–грусть. Да, они не были лучшими друзьями. Но все равно Никита занимал не последнее место в его жизни. И понимать, что он все это время тайно следил за ним. Просто отвратительно. Артем вспомнил про их завтрашний коллаб. После всего, что он узнал, делать вид, что ничего не произошло, будет невозможно. Он взял телефон и зашёл в общий чат, где они планировали завтрашний коллаб. -Ребят, я не смогу завтра прийти. Сори, объясню потом. Ответы от Аляски и Банана пришли почти сразу, но Артем не стал их читать. Он выключил телефон и отложил его в сторону. Он сидел в тишине и пытался понять все произошедшее. Ему явно понадобится много времени, чтобы переварить все это. Никита сидел в темноте своей комнаты, уставившись в экран телефона. Он видел, как Артем заблокировал его в телеграме. Зелёная точка «онлайн» исчезла, и вместо аватарки остался только серый силуэт. Он не мог поверить, что вся их дружба разрушилась только что из-за него. Он понимал, что, скорее всего, Артем заблокировал его не только в телеграме, так что он даже не стал проверять. Никита сидел неподвижно. Его руки дрожали, но он не плакал. Он просто смотрел в одну точку, переваривая случившееся. Он открыл заметки. Ту самую папку с досье на Артема. Тысячи слов, сотни мелочей. Он перечитал всё, что когда-либо записал, и понял: теперь это бесполезно. Артем больше не хочет его знать. Никита медленно закрыл заметки и отложил телефон. В комнате было тихо. Слишком тихо. Он огляделся. На стене висела фотография Артема, которую он распечатал и повесил над рабочим столом. Рядом–скриншот с одного из стримов, где Хоки улыбался в камеру. А на кровати, рядом с подушкой, лежала та самая серая худи. Та, которую он забрал после стримхаты. Никита взял её в руки, прижал к лицу и вдохнул. Запах почти выветрился. Остался только слабый аромат духов и пота. Вся его жизнь была построена на Артеме, а сейчас все, что у него осталось от Хоки, это фотографии, миллион информации и это несчастное худи. Он не знал, что делать дальше. Никита лёг на кровать, обняв худи. Слёзы текли по лицу, капая на серую ткань. Он всхлипывал, вцепившись в худи настолько сильно, что костяшки на руках побелели. Дни шли. Никита перестал есть. Он почти не вставал с кровати. Иногда он брал телефон и заходил на страницу Артема через другой аккаунт. Он смотрел на его фото, на его посты, но никогда не мог прокомментировать. Он просто смотрел. Иногда он открывал стрим Артема. Смотрел, как тот улыбается, смеётся, общается с чатом. Прошло две недели. Никита похудел, под глазами залегли тёмные круги. Он почти не выходил из комнаты. Друзья писали ему, звонили, но он не отвечал. Он просто сидел в своей комнате, сжимая в руках серую худи, которая уже не пахла Артемом, но он всё равно не отпускал её. Он не знал, сколько ещё сможет так жить. Но он знал одно: он никогда не сможет отпустить эту ситуацию. Она будет с ним всегда. Каждый день. Каждую ночь. До тех пор, пока он не перестанет дышать. Никита прижал худи к груди и закрыл глаза. -Я буду ждать тебя, Артем–прошептал он.–Всегда. И в комнате снова стало тихо. Только тихие всхлипы нарушали тишину. Никита лежал на кровати, обнимая единственное, что у него осталось, и не мог остановиться заливаться слезами.