Дуглас

Фасады прячут свои внутренности: в некоторых холлах шедевры, в других устрашающие руины. Мимолетный взгляд пробегает по фасадам и человек оставляет их в своей памяти. Некоторые здания впечатляют и врезаются так, что не высечь и не выбросить, как горы, которые в сочетании с ландшафтом захватывают дух и проникают под кожу мелкой дрожью момента - человек перед природой, человек в секунде до обрыва, человек в контрасте с нечто созданным до него и до конца непостижимом в своем великолепии. Каждый архитектор хотел бы увидеть, как вспыхивает восхищением взгляд горожанина или приезжего перед его зданием… а за фасадом… за фасадом все по-разному и даже там, где кажется почти природная гармония… Медицинский центр в Париже - современный ансамбль зданий, стиль - между хай-теком и ар-деко, фонтаны, дорожки с пандусами и слегка закругленной зоной паковки. Женщина в черной машине поднимает взгляд на центральное здание - его проект десять лет назад, после общественных слушаний приняла мэрия города и уже семь лет, как он был реализован. Короткие три года жизни и… По окнам пробежало солнце, создав полосу света на тех, которые принадлежали отделению ортопедии. Отстукивает по рулю несколько нервных ритмом, в машине тишина такая, что слышна парковка электрических, почти бесшумных, соседей. Откидывает зеркало и ведет помадой - внешний вид ее устраивает более того, что бушует внутри - если кого-то ненавидишь так сильно, что… Хлопок, резко поднимает глаза - электрический Рено вмазался бампером в припаркованный рядом с ее машиной Ягуар. «Случайность…» - заключает про себя - «страховые, оформление по протоколам… суета… обыденное событие». Выходит из своей машины и смотрит на женщину из Рено, бегающую около своей и чужой машины: «не виновна.. не.. ох… какая же... оплошность». Совсем не сочувствующий взгляд на женщину, почти такую же, как она сама - от тридцати до сорока в деловом парижском стиле… Закрывает машину и бредет к зданию, на входе долго стоит, пропуская всех - входящих и выходящих, потом едет в лифте, потом переходы - ей известны все от и до и каждая часть этого здания… Приветствует врача с которым имела ранее не одну беседу, получала себе пропуск, допуск, все, что требует теперь современность - формальности, которые позволяют заглядывать за фасады. — Мадам Уорд, как ваши дела? — Идут, доктор Буше. - тяжело вздохнула, - А ваши? — Операция прошла очень успешно. Вам больше не о чем волноваться… «Не сдох пациент и ладно… » - думает мадам Уорд, пытается выдавить из себя улыбку, которая должна бы выражать то, что называется у нормальных людей благодарность. У нее сейчас микс из разных чувств и больше другого то, что она не хочет встречаться с ненавистным ей пациентом лучшей ортопедии во Франции. Постояла около палаты еще несколько секунд и толкнула дверь. — Привет, - выдавила то, что можно назвать улыбкой, - Встретила твоего врача, у тебя все прошло успешно и ты вылетишь отсюда через пару месяцев и съедешь с моего обеспечения. — Рад тебя видеть, - парень пробежался здоровой рукой по отросшей щетине. — На, - открыла сумку и вытянула пакет «Макдональдс», - В следующий раз заказывай себе доставку. Лучшего-то дерьма не придумал есть? — Фло… - покачал головой, - это же была твоя идея переправить меня во Францию… — Я бы разорилась на твоем лечении в Штатах, нормальной страховки нет, нихрена нет в двадцать-то… — Двадцать один. Усмехнулась: — И что имеешь? Раздробленную ногу и руку, расстратил деньги, доставшиеся от родителей и повис на мне… Крутой результат, Дуглас! — Уильям. Не растратил, а вложил - у меня есть маленький кофейный бизнес и была музыкальная группа, Фло. — Нет, Дуглас, нихрена у тебя нет. Только придурок бросает учебу в шаге до степени бакалавра… — Уилли, Фло, я выбрал второе имя, так меня называли наши родители… — А я говорю Дуглас. Самолеты такие есть - оп и мордой в землю, как ты сейчас… — Я же не сам, Фло, это грузовик снес меня… ты же знаешь… Фло, ты могла бы быть чуть более… — Милой? А ты видел счета за лечение? — Я отдам, Фло. — Мне плевать на счета. Я не злюсь на тебя, Дуглас… я пытаюсь не делать этого… окей? Перекурю, вернусь и попытаюсь быть с тобой чуть более… милой, - оставила сумку на диване, взяв из нее сигареты и кошелек. «Не злиться-не злиться-не злиться» - идет уверенным шагом в сторону больничного фуд-корта. Каблуки стучат слишком быстро. Огромные окна - чудесная планировка - всегда солнечно - ромбы и проникающий везде свет Парижа, именно это нужно для «надежды», в презентации проекта этого медицинского центра было: «открытые пространства из света и геометрии и неба, как части природы дают пациентам силы, вдохновения на выздоровление» - какие глупые слова, теперь Флоранс Уорд выдумала бы другие, она стала более умной даже по части того, чтобы форму преобразовывать в слова. Оплатила кофе за стойкой, обернулась. На нее посмотрел рыжий мужчина в белой рубашке сочувственно, не врач - нет халата, быть может такой же посетитель родственников, как и она. Забрал кофе в картонном стаканчике и пошла к самому дальнему столику от этого «целительного, природного счастья - света и неба Парижа, ей-то известно, что само здание так спроектировано, что не укрыться на этом фуд-корте. Никак. Разве что только, когда падают сумерки» - заняла самый дальний столик и принялась пить кофе, прокручивая в голове то, как изменился Дуглас Уильям Уорд. Щетина отросла, стал еще более похож на нее, а в другом - не сносный парень, от которого одни проблемы, все ее проблемы. Не злиться-не злиться-не злиться…». Тарелка опустилась рядом. На ней круглое пирожное. — Мадам Уорд… - сказал тот самый рыжий мужчина, - Луи Виаль. Вы меня не узнали? А я вас… Присмотрелась, вопросительно подняла бровь, а потом опустила и уже более заинтересовано посмотрела на мужчину: — Вы заказывали строительство загородного дома, а потом отказались от моего проекта. — И пожалел об этом. Я видел, как мой дом показывали в новостях с какой-то архитектурной выставки, как пример… — Я все продумала… Мистер Виаль, я не могла тогда вам совсем снизить цену - сам проект, материалы… — Понимаю… теперь-то когда мой дом сильно вырос в цене… — Я сожалею, что не смогла вам его реализовать, - тепло улыбнулась, вспыхнуло воспоминания пары встреч с Виалем и его семьей, - Вы… психиатр… и здесь работаете? — Даже ездил смотреть… тот дом… мой дом… ваш дом… Да-да… тут работаю… А вы тут… — Посещаю одного человека. Не слишком мне близкого. Рыжий мужчина внимательно на нее смотрит. Теперь они поменялись ролями - если секундами до у нее появился перед глазами проект загородного дома, вместе с ландшафтом, стилем между хай-тек и ар-деко - успокаивающее и приятное воспоминание, то сейчас… «Черт… чертовы психиатры считывают, когда им врут? Это их профессиональный навык». — Мой брат попал в автокатострофу, на него наехал грузовик, у него повреждения руки и ноги, но он теперь в порядке. Доктор Буше провел серию операций. Все плановые, ничего критического… критическое было до… со мной все отлично, - подняла кофе, - мы все в некоторой степени волнуемся за… должны волноваться за родственников… — У меня закончились часы работы и я свободен, мой кабинет тоже… мы может с вами обсудить… ваши переживания, как знакомые люди… без какой оплаты — Я же не построила ваш дом. — Но вы его построили, он мне понравился. И это не имеет значения, если я вижу, что моя профессиональная помощь… — Черт… доктор Виаль, я всячески старалась, чтобы цена не была такой высокой, но есть то на чем нельзя экономить… — Мадам Уорд, - убрал руку в карман, вернул на стол и протянул визитку, - это мои контакты, если не сейчас, то в какое-то ближайшее время вам… Когда я обратился в вашу маленькую фирму в ля Дефансе мы с вами быстро нашли взаимопонимание… а теперь вы тут и я вижу, что вам… — Какой вы бы мне поставили диагноз? Вы же поставили! — Утрата близкого. — Нет… - отпила кофе, - Вы подошли ко мне не потому что сразу узнали, а потому что вы определили, что мне требуется помощь… о мой бог, все врачи, как архитекторы одинаковые, дай им поле и построят… черти что… вы правы, но на половину, на какую-то часть правы… мне не требуется помощь, у меня есть муж и он мне в полной мере оказывает всякую там поддержку… Вы не думайте, что я плохой человек, я никому никогда не делала ничего плохого… почти никому… черт… я американка, которая за два десятилетия тут превратилась во француженку по эмоциям… — Ваш брат жив, мадам Уорд? — Да. — У него есть травмы, но ему провели операции. Это случается, что паника и ужас наступает после. Это отложенные эмоции, мадам Уорд. Вы впервые сегодня его увидели после операции или быть может его травмы сильно повлияют на его… профессию, жизнь и кажутся вам катастрофой? — На жизнь? Нет… но… это важно? — Конечно. Вы сегодня впервые его увидели после операции? — Да, но… ох, черт, не в этом дело. Не в нем, доктор Виаль. Не в нем, - помолчала, постучала пальцами по столу, - Ничего в его виде нет устрашающего - бинты и отросшая щетина, даже если он не будет ходить без хромоты, его дурацкий кофейный бизнес в вагончиках не пострадает… Прогнозы нормальные, он полностью восстановиться. Мой муж тоже врач и он держит всякие диагнозы и операции под контролем… он педиатр… - опустила голову, вновь постучала пальцами по столу и изменила тон, - Со мной все в порядке и помощь мне не требуется, но я вам признательна за то, что вы предложили. — Хорошо, - придвинул пирожное, - у вас нет аллергии на лактозу? — Нет. — Пирожное, - придвинул, - хотя бы съешьте сладкий крем сверху. Это немного помогает. — Спасибо, доктор Виаль, - улыбнулась краем губ, - если надумаете еще об одном доме, то… - протянула руку, пожала руку собеседнику, демонстративно съела две ложки сладкого крема и выскользнула из-за стола вместе со своим картонным стаканчиком. Бежала прочь, отсчитала этажи по лестнице, потом нырнула в переход между зданиями, предъявила пропуск посетителя и вышла из маленького здания исследовательской лаборатории по ортопедии. На улице тихо, озеленение точно такое, как она там, давно планировала. Все воплотилось, все-все… выпустила дым и приказала себе: «не злиться-не злиться-не злиться… Утрата близкого... каждый раз сталкиваясь лицом к лицу с Дугласом она себя утрачивает и не может не ненавидеть и простить не может. Ничего не может… Даже собраться в выверенность своего зеркального образа - приятная на лицо и фигуру брюнетка, которая умеет нравится людям и умеет презентовать свои проекты, любить мужа и возвращаться домой из поездок по странам к нему - вечному ценителю архитектуры… они просто познакомились друг с другом и влюбились в друг друга - все просто… Но что он о ней знает? О той утраченной, безвозвратно и ненавистной части ее существа… Не злиться-не злиться-не злиться - вернуться в палату - поговорить с Дугласом - уйти - не встречаться - никогда с глазу на глаз… Она за всю свою жизнь ничего плохого никому не сделала, почти никому… » Возвращалась в палату, концентрируясь на дыхании. Потеря контроля над эмоциями - ужасно. Она продумывала в голове другой диалог от того, состоявшегося - думала - скажет: «Привет, Дуглас, протянет пакет с бургерами, а потом добавит пару слов: «поправляйся, это не страшно, прогнозы классные, увидимся после твоей выписки и перед отлетом в Штаты…», а вышло… «не злиться-не злиться-не злиться… Дуглас не виноват… ему не нужно припоминать такие несущественные мелочи, кому бы другому припомнила? Брошенный университет? Ненужные оправдания перед ней - он хотел услышать что-то другое и позвонил ей тогда сказать, потому что больше некому - родители-то умерли и они ужасно поговорили на их похоронах. А она ответила, оборвав на полуслове: ты - жалкий придурок, который бросил университет, не доучившись год». Выровняла дыхание и уперлась взглядом в дверь палаты, в едином стиле со всем зданием - какая прекрасная форма полос и какая геометрия и гармония и на фасаде и тут, в холле… У нее это все получилось, первый крупный проект, неожиданная удача у вчерашней студентки и это огромное здание, которое ей доверили, вчерашней американке… она что-то стоит только в этом - геометрия, форма, линии, а вне… Девушка вылетели из палаты Дугласа ей на встречу - посмотрели друг на друга - проводила глазами - девушка-брюнетка, неопрятна, наспех причесана и наспех собран хвост, кроссовки с огромными язычками и майка, торчащая из под толстовки… посмотрела на часы - отсутствовала более 1,5 часов… Что делала и где она потеряла эти часы? Толкнула дверь и вошла вовнутрь - четыре шарика болтались, прицепившись к потолку - дурацкие и разноцветные, а Дуглас дергал их за ниточки здоровой рукой. — Кто такая к тебе забегала, Дуглас? - прошла до дивана и села, посмотрев на свою оставленную сумку. — Кора. Мы с ней играем в группе, поддерживает меня… приехала из Нью-Йорка. Я писал тебя в сообщениях. — А… твоя девушка? — Хотелось бы… но если я играть не буду, то… лучше пусть найдет другого гитариста, я же пока не придумал, как так приспособить гитару под одну руку, ждать когда все заживет долго… — Эта Кора приперла из Нью-Йорка, чтобы поддержать тебя? — Ага… — Где живет? — В хостеле, тут рядом, она преподает онлайн английский. — Ясно… у тебя есть группа поддержки… - села на диван, нащупала ручку своей сумки, вцепилась покрепче - поправляйся, Дуг… Уилли, я поговорила с твоим врачом, внесла оплату за палату, операции и процедуры, тебе не нужно ни о чем волноваться. Окей? Ты будешь в порядке, так говорит доктор Буше! В полном порядке, пара месяцев и вернешься к своей жизни! — Через три месяца, Фло, так говорит Итан. — Мой муж? Зачем он это тебе говорит? — Мы созваниваемся. — Ты с моим мужем, Дуглас? Что за бред? Давно созваниваешься? — Как родители умерли, Фло. Мы же там виделись… мне же хочется о тебе знать… как ты… всякое, то знаешь сайт твоей фирмы и социальные сети… Это как-то не очень, а моих сообщений ты не читаешь, Фло. — Не читаю… жив и ладно. Дуглас… ты не можешь понять, что мне на тебя все равно? В детстве было все равно и теперь… я тут почти двадцать лет живу, ты там… Мы чужие люди, Дуглас. У нас с тобой разные языки и разные судьбы. Я оплачу тебе, что угодно, но… ты мне не нужен. — А ты мне нужна. Еще сильнее вцепилась в сумку ручки и побледнела более, чем стены. — Ты придурок и не понимаешь до какой степени ты мне не нужен. — Понимаю, Фло. — Понимаешь… окей… тебе было два и ты чуть не умер, потому что я не давала тебе таблетки от жара. Думала - круто - избавлюсь от тебя хоть так. Я тебе дала эти таблетки в последний момент перед приходом родителей. Я пыталась, Дуглас, от тебя избавиться. Теперь понимаешь, что я за дерьмо? Я не та, кто строит классные здания, я та… Я ненавижу себя и тебя, Ду-г-лас! Провел здоровой рукой по гладкому подбородку, притянул к себе с потолка желтый шарик и посмотрел на смешную рожицу на нем. — Что я могу сделать, Фло, чтобы ты чуть меньше меня ненавидела? — Ты не расслышал, придурок? Я тебя несколько раз чуть не убила. Это не метафора, Дуглас. Ты отобрал у меня родителей и детство. Я - зло. — Я каждый год пытался поступить в Манхэттенскую музыкальную школу и проваливался, заворачивал за угол в свой Колумбийский, в ненавистную мне экономику, в которой для меня все просто и бросил бакалавриат недоучившись, потому что меня взяли… Я не придурок, Фло и ты не зло… — Ты придурок, Дуглас! Ты меня не слушал?! Я пыталась не один раз тебя убить! Я такое произношу вслух первый раз в жизни. Услышь меня, Дуглас! Мать твою! — Сморю на нее. Фло, я же знаю… — Что? — Ты сказала, Фло - мать твою. Я сказал, что я смотрю на тебя. Я же тоже злился на тебя и мне потребовалось много часов математики, чтобы переварить это… и в Колумбийском все было с легкостью, потому что злился… а потом… ну знаешь, перевариваешь всякое, передумываешь… не так меня учили наши родители… твои родители, Фло... моя бабушка… — Боже… - рухнула на диван, закрыла голову руками, - Набожная сука сказала тебе?! Она же мне обещала... — Итан сказал мне, Фло. Мать... бабушка мне ничего не сказала, она ему рассказала… — Боже… - встала с дивана и села на край кровати, - я совсем ничего не чувствую к тебе, Дуглас… Уилл… как ты хочешь… я себя ненавижу, - скинула туфли и придвинула к себе ноги, парень провел прикоснулся к середине спины женщины и чуть отодвинулся, освобождая ей рядом место. — Эй… Фло... - протянул руку - большой ладонью вверх, нащупал локоть, - я совсем не похож на того парня… я сравнивал… — Дуглас… - придвинулась еще ближе, свернулась в клубочек рядом, - не продолжай говорить… не сегодня, я не переварю… — Мы с тобой счастливчики, Фло. Тот парень вышел через десять лет, а потом изнасиловал и убил четырнадцатилетнюю девочку, твоего возраста, Фло… теперь у него пожизненное, он не выйдет, а нам с тобой повезло, - забрал руку в свою, - мы же живы… я нормальный - ты нормальная… я на все проверился и со мной все в порядке, я не он, Фло… Не бросай меня совсем, а… у меня же никого…