my samurai .

Идти нужно тихо, а то стражники услышат, не просто так же во дворец через крышу лез. Почти настоящий самурай, не считая порванного о шпиль крыши кимоно. Но всё же почти самый настоящий. В огромном императорском дворце темно и прохладно. Через огромные окна проникает рассеянный лунный свет, он холодными лучами падает на пол и стены. И тихо. Только шаги отдаются гулким эхом. Наверное, сегодня напасть на императора не получится. Нужны союзники, нужно ополчение. Нужно время. Лёня должен свергнуть его. Вся эта территория – его, город – его, каждый камень в Кёкуто принадлежит ему, настоящему императору. Просто правитель страны решил, что передать власть другому роду будет хорошим решением только из-за того, что единственный наследник настоящих правителей наполовину рус. Даже волосы светлые. Ну, почти. В соседнем зале было так же тихо. Всё то же самое, шаги отдаются таким же стуком. Где этот чёртов император? На другом конце зала распахнулись двери. Леня видел лишь фигуру входящего человека, судя по всему, слуги. Фигура остановилась на миг, пригляделась, осознала, что к чему, и ринулась бежать. Нельзя, чтобы кто-то узнал, нельзя... Лёня бросился за ним. Фигура бежала медленно, путалась в полах длинного кимоно, оглядывалась, и, наконец, упала. Самурай опустился сверху, прижал катану к его горлу. Ему не раз приходилось убивать людей, чтобы выжить. Фигурой оказался молодой парень, ещё совсем юноша. В темноте было трудно разглядеть его черты лица, но в слабом лунном свете были заметны яркие, непривычные для одинаково черноглазых азиатов, лазурные глаза. — Кто ты? — спросил Лёня, надавливая катаной сильнее. На шее жертвы выступили капли крови. — Отвечай! — Парень сглотнул и дрожащим голосом прошептал: — Я... Слуга императора. Отпусти... — в голосе было слышно, что он чуть не плачет. Лёне было не менее страшно. Не каждый день убиваешь людей, знаете ли. Но всё же, собрав все остатки нервов в кулак, он цыкнул: — Где император? — — Он... Он уехал... К своей сестре, в Кита-а-ай... — парень застонал от боли из за давления на горло. Если его сейчас не убьют, то он точно задохнется. Лёня поднялся с пола и убрал меч. Впрочем, этот слуга может быть полезен. Если собирать восстание, то он может быть кем-то вроде шпиона. — Не убьёшь меня? — поднимаясь, спросил парень — А так хочешь? — — Не надо. — Луна ответила лицо парня, и в темноте блеснули его яркие глаза. Он ещё совсем молодой, не старше самого Лёни. Высокий, с острым лицом и темными-темными кудрями, которые слегка отливали синим. Впрочем, симпатичный малый. — Как тебя зовут? — спросил Лёня, подумав — Вова, — тихо ответил он — Я собираю восстание против императора. Мне нужны люди, много людей. Последуешь? — Парень сглотнул и коротко кивнул. — Расскажешь кому-то – убью. Я найду тебя, не сомневайся — кивнул юноша, уходя. Уже вставало солнце. Да, он провел здесь слишком много времени. Но теперь у него есть маленькая часть ополчения. Двое всегда лучше, чем один.