Change

В деле Фиска наконец пошло движение. Лидия смогла выйти на одну из группировок, которые продавали наркотики и отдавали Кингпину часть прибыли. Она смогла этого добиться благодаря Дексу. В очередной вторник он был не осторожен и не заметил, как из его кармана выпал листок, где были пометки о датах собрания «дани», как она выяснила уже потом. Они следили за этими встречами и смогли раскрыть одну из банд. Это была не просто ниточка — это был узел, стягивавший десятки мелких сделок в одну большую сеть. Она долго собирала данные: ночные наблюдения, перехваченные сообщения, старые отчёты, где мелькало имя Винстона — главы группировки. И когда пазл сложился, она пошла к спецназу. Операция прошла жёстко. В штабе по фасовке наркотиков воздух пах ацетоном, пылью и страхом. Люди Винстона не сдавались просто так: кто-то пытался прорваться, кто-то бросался с ножом, а кто-то просто кричал, надеясь, что это поможет. В суматохе Лидия не сразу почувствовала боль — только когда рукав пропитался чем-то тёплым, она поняла, что получила порез на предплечье. Лезвие скользнуло по коже, оставив длинную, неглубокую, но неприятную рану. Теперь она сидела в больнице, где равнодушный, усталый врач накладывал швы. Белые нити стягивали кожу, а Лидия смотрела на свои руки и думала не о боли, а о том, сколько ещё придётся заплатить за каждый шаг к Фиску. Тем временем в офисе Кингпина всё было подчёркнуто спокойно: тяжёлые шторы приглушали дневной свет, массивный стол выглядел как алтарь власти, а сам Фиск сидел за ним, будто судья, который уже вынес приговор, но ещё не озвучил его. — Кто-то из ЦРУ начинает мутить воду, — процедил Фиск, не поднимая глаз от бумаг, — Они взяли один из штабов Винстона. Найди, кто это сделал, и разберись. Декс стоял напротив, расслабленно прислонившись к стене, и попивал банановый милкшейк из прозрачного стакана. Пузырьки медленно поднимались вверх, лопались на поверхности, и этот обыденный, почти детский жест странно контрастировал с тем, что сейчас обсуждалось. — Легко, — ответил он, делая ещё один глоток, и поставил стакан на край стола с лёгким стуком. Он быстро узнал, что Лидия была там, среди спецназа. Её имя мелькнуло в отчётах, в описаниях, в чьих-то торопливых показаниях. Декс не удивился — он будто ждал, что она рано или поздно сделает ход. И теперь он знал, где её искать. Отследив её, он приехал к больнице. Лидия вышла на улицу с повязкой на руке. День был серым, промозглым, и даже солнце не могло пробиться сквозь плотную завесу облаков. К ней тут же подбежал Стив — тот самый парень из управления, который всегда старался быть рядом. — Ты в порядке? Может, тебя подвезти? — тараторил он, в его голосе слышалось столько искреннего беспокойства, что Лидии на секунду стало стыдно за то, что она никогда не относилась к нему всерьёз. — Нет, спасибо, всё хорошо. Я поеду на такси, — сказала она, стараясь говорить ровно, хотя внутри всё дрожало. Декс наблюдал за этой картиной из машины, и это показалась ему подходящим моментом. Когда пара переходила дорогу, он специально дал по педали газа и остановился в сантиметре от Стива. Двигатель взвыл, шины скрипнули, и Стив от неожиданности рухнул на асфальт, даже не успев понять, что произошло. Лидия испуганно отступила на шаг, споткнулась о бордюр и тоже упала, больно ударившись коленом. Декс вышел из машины. Его лицо было совершенно непринуждённым, будто он только что случайно задел бампер о столбик, а не чуть не сбил человека. Он посмотрел на Стива и с улыбкой сказал: — Прости, не заметил тебя. Затем он подошёл к Лидии и протянул ей руку. Девушка не могла отойти от шока и не сразу поняла, что сидит на асфальте. Она поднялась, игнорируя протянутую руку, и подбежала к Стиву. — Ты в порядке? — Да он даже не коснулся меня, я просто испугался, — хохоча, сказал Стив и поднялся, отряхивая брюки. Декс подошёл резко сзади и прижал к себе Лидию за талию, словно демонстрируя, что она принадлежит ему. — Я заждался тебя, — проворковал он, показывая Стиву свою собственность. Меченый почти сразу наклонился к девушке и поцеловал в щёку, а затем прошептал на ухо так тихо, что слышала только она: — Я вырежу ему на веках твоё имя, если не подыграешь. И нутро девушки задрожало, как натянутая струна, готовая лопнуть от малейшего прикосновения. — Извини, что так долго, — попытавшись скрыть дрожь в голосе, сказала она. — Стив, кажется? — уточнил Декс, улыбаясь так, что у парня по спине пробежал холодок. — Да, всё верно, а ты? — неуверенно спросил Стив. — Зови меня Декс, — ответил он и повёл Лидию к машине, открывая дверь. — Увидимся, Стиви. Декс сел в машину, и с рёвом мотора они уехали, оставляя Стива стоять на тротуаре, смотреть им вслед и гадать, что только что произошло. Как только машина тронулась, Декс положил руку на бедро девушки и поднял её неприлично высоко, прямо под юбку. Лидия боялась сделать или сказать хоть что-то, что может ему не понравиться после той угрозы, которую она слышала. Они ехали молча. Город мелькал за окнами: неоновые вывески, мокрые тротуары, усталые лица прохожих. Всё это казалось Лидии каким-то чужим, далёким, будто она смотрела на мир сквозь толстое, мутное стекло. Наконец она набралась смелости и сказала: — Сегодня ведь не вторник. — Я соскучился, — ответил он, перекладывая руку с бедра девушки на затылок, и его пальцы сжали волосы чуть сильнее, чем нужно. Они подъехали к какому-то многоэтажному дому в центре города. Здание было современным, но безликим — одно из тех, что сливаются с горизонтом и не запоминаются. Декс открыл дверь для Лидии и, взяв за руку, повёл её за собой. Лифт поднимался медленно, отсчитывая этажи тихим механическим голосом. Когда двери открылись на последнем этаже, Лидия почувствовала, как воздух стал гуще, тяжелее, будто здесь было меньше кислорода. Они подошли к двери, и Декс достал ключ. — Где мы? — спросила она, стараясь, чтобы голос не дрожал. — У меня дома, — ответил он, открывая дверь и пропуская её вперёд. Он закрыл дверь, и звук защёлкнувшегося замка прозвучал как приговор. — Садись, — сказал Декс, показывая на стул на кухне. — Что я здесь делаю? — спросила она, игнорируя предложение. — Сядь, — приказным и пугающим тоном сказал он, и в этом слове было столько угрозы, что спорить не хотелось. Сглотнув, девушка села на стул. — Есть разговор к тебе, — произнёс он, снимая куртку и оставаясь в одной футболке. Ткань плотно облегала мышцы, а старые шрамы на руках выглядели как карта его жестокости. Он подошёл к ней сзади, оперся на стол и наклонился так близко, что его дыхание касалось её волос. — Кто нашёл здание, где проводилась фасовка наркотиков? — спросил он, и от этого вопроса по её спине пробежал ледяной холод, — Обещаю, убить его быстро, мне нужно только имя. Не заставляй меня убивать всех по одному, пока не признается кто-то другой. — Это была я, — перебила она его, глядя прямо перед собой, чтобы не видеть его отражения в тёмном окне. Лидия почувствовала, как дрожат колени, но не стала прятаться. Она не из тех, кто трусливо прячется за невиновными, спасая свою задницу. Декс склонился к её лицу, прижимая свою щёку к её щеке. Его кожа была горячей, почти обжигающей. — Ты? — усмехнулся он, словно не ожидал совершенно такого ответа. — Ты уверена в своём ответе? — Да. Декс резко развернул стул вместе с девушкой к себе лицом и опёрся о подлокотники, словно закрывая ей путь к побегу. Он смотрел в её глаза, изучая, будто хотел прочитать по ним — врёт она или нет. Для Лидии посмотреть в эти глаза было хуже смерти. В них не было ничего человеческого: только холод, расчёт и удовольствие от чужой боли. Декс лишь пустил смешок и выпрямился. — Я не убью тебя, — сказал он, и взгляд девушки резко упал на него. Почему? Он сказал, что убьёт того, кто виноват, но, узнав, что это была она, он передумал? — Я убью этого, как его… Стиви, — сказал он, доставая нож из ножен и прокрутив его в руке. — Это будет тебе уроком. Взгляд Лидии был полон отчаяния. Стив ей не нравился, но он не должен умирать из-за её ошибок. — Не трогай его. Я… я сделаю что угодно, пожалуйста, — протараторила она истерично, и голос её сорвался. — Он нравится тебе? — спросил Декс и вонзил нож в стол. Дерево треснуло, лезвие вошло глубоко, и этот звук прозвучал как финальный аккорд. — Нет, просто не хочу, чтобы из-за меня пострадали невиновные… Декс ещё несколько секунд разглядывал её, а в итоге поднял брови и пустил смешок. Он взял другой стул и сел перед девушкой, по-хозяйски раздвинув ноги. — Что ты можешь мне предложить за его жизнь? — спросил он. Она начала быстро перебирать варианты в голове. Что она может предложить из того, что ему нужно? — Я могу отдать тебе все свои наработки, по которым нашла это место, — попыталась предложить девушка. — Нет, мне это не интересно, — тягуче сказал он, показывая свою скуку. — Скажу иначе… — проговорил он, и его голос стал тише, опаснее. — Убеди меня. Лидия поняла, чего он хочет от неё. Она не делала этого ни разу с тех пор, как они впервые попробовали, и чувствовала неподдельное смущение, которое смешивалось со страхом и отвращением. Девушка мешкалась, и из раздумий её вывел его голос: — Давай, — приказал он, и в этом «давай» не было места для отказа. Она медленно встала со стула и опустилась на колени перед ним. В этот момент она чувствовала себя не сильной оперативницей, не охотницей на Кингпина, а просто загнанной в угол жертвой, у которой не осталось выбора. Декс взял её за подбородок и притянул ближе, его пальцы впивались в кожу, оставляя невидимые следы. — Ты знаешь, что делать, — прошептал он, и в его глазах читалось удовольствие от её беспомощности. Лидия пыталась не думать ни о чём, кроме одного: как спасти Стива и всех остальных. Она старалась не смотреть на него, не видеть этой ухмылки, не чувствовать его дыхания. Лидия медленно расстегнула замок с пуговицей на штанах мужчины и достала уже твердый член из боксеров. Это было так давно в последний раз, что она чувствовала себя как в первый раз, не зная что делать. Декс просунул большой палец в рот, открывая его. Таким образом он притянул её рот ближе к головке и надавив второй рукой на затылок, заставил девушку вобрать в рот головку. Девушка двигалась аккуратно и не спеша, но дексу хотелось больше, он надавил на затылок сильнее заставляя её взять полностью член в рот, отчего он откинул голову назад, и на его лице появилась улыбка, полная самодовольства. — Как там горячо, — улыбаясь ответил он. Декс начал сам двигать её голову вверх-вниз, задавая темп и когда терпение лопнуло, он взял её за волосы и оттащил за собой к стене, упирая голову Лидии в нее. Декс резко вставил член обратно девушке в рот и принялся трахать его самостоятельно. При каждом толчоке член входил до самого конца, растягивая глотку и для него это было непередаваемое чувство, поэтому спустя несколько минут он вошел до упора и кончил девушке глубоко в горло. Когда послышался глоток, Декс вытащил член, убирая его обратно и застегивая молнию. Декс сел на стул и заговорил, глядя на девушку, которая теперь сидела на полу, стараясь стать как можно меньше. — Я убью любого, кто прикоснётся к твоему телу. Я единственный, кто у тебя когда‑либо был и будет. Поэтому, если хочешь, чтобы Стиви дышал дальше, сделай так, чтобы я не видел его рядом с тобой, — сказал он, закидывая лодыжку на колено, будто обсуждал расписание встреч, а не человеческие жизни. Девушка встала с пола и вытерла уголки губ. — Ты поняла меня? — спросил он, приподнимая бровь. — Да, — осторожно ответила она. — И не лезь в дела Фиска, — добавил он. — Мне с тобой весело, но если ты будешь мешать и он скажет убить тебя — я убью. На его лице не было ничего, кроме маниакальной улыбки. Для него она была просто вещью, и её жизнь не играла для него никакой ценности. Лидия теперь чётко понимала это. Он отвёз её домой и даже вышел, чтобы проводить до двери. Когда она открыла дверь, он резко прижал её к стене подъезда и поцеловал, держа за подбородок. Оторвавшись от её губ, он лишь улыбнулся и, глядя в глаза, прошептал: — До вторника, — сказал он и ушёл, оставив её одну. Девушка лишь прикрыла глаза, пытаясь понять, что ей делать дальше и стоит ли делать что‑то вообще. В голове крутились одни и те же слова: «Я единственный, кто у тебя был и будет». И от этого становилось не просто страшно — становилось пусто.