Ледники растают

Скрежет . . . Барси только-только подошёл к катку. Утро было раннее: часов 7, не больше, однако даже в такое время сквозь ледяную тишину прорывался тихий скрип. Санчез, кто же ещё. Юный фигурист во всю прокатывал свою программу, как всегда. Барси, кажется, мог узнать её даже с закрытыми глазами: хруст – прыжок, через несколько мгновений глухой удар, приземлился, чистый тулуп, после этого затишье – скользит, готовится к следующему прыжку. В этой симфонии звуков Барси был как дома. Скрежет сменялся едва слышимым свистом при вращении и так по кругу. И вот снова! Очередной прыжок, а вслед за ним скрип, протяжный, словно обречённый, и тишина. На этот раз Санчез остановился. —Не докрутил! – Слова эхом отозвались, когда Стас выходил на лёд. —И тебе доброе утро, сам знаю. –Санчез обернулся, бегло окинув товарища взглядом. —А ты у нас как всегда ни свет ни заря здесь, хоть разогреться успел или опять сразу на лёд? —Тебя это волновать не должно. —Ладно-ладно, молчу. Чего злой такой, Саш, я может из искреннего беспокойства интересуюсь. —Издеваешься? Санчез поднял бровь в вопросительном жесте, посмотрев на собеседника, как на умалишённого. Действительно, глупый вопрос. Барси лучше чем кто-либо другой знал, почему товарищ на взводе. В последний раз они виделись на соревнованиях. Санчез был безупречен: волосы частично собраны в хвост, а вместо тренировочных балахонов одет он был в тёмно-синий концертный костюм. У Стаса каждый раз сердце в пятки уходило, когда он видел Сашу на льду в полной готовности, каждое его движение отдавало уверенностью, выработанной за годы тренировок, при этом он не был лишён грациозности и плавности, Санчез словно был одним целым со льдом. К сожелению, каждый раз его преследовала одна и та же беда. «Не докрутил». Не дожал, снова оказался недостаточно хорош. Санчез всегда стремился прыгнуть выше головы, все всегда его предупреждали: чем выше ты поднимаешься, тем больнее будет падать, говорили что проще оставить профессиональный спорт, и всё равно он пытался дальше. Так и в этот раз. Одна и та же ошибка из-за которой он вновь позади. Санчез понимал с самого начала, что спорт жестокий по своей сути и золото он скорее всего увидит только в своих снах, но разве попытка того не стоила? Плевать сколько раз он разобьёт колени в кровь, плевать сколько раз он захочет бросить всё, он зашёл слишком далеко, чтобы идти назад. И глядя, как в него верит Барси, как верят остальные, иногда Санчез правда надеялся, что у него есть шанс. Но больно всё равно было. . . . —Извини. —Наконец прервал тишину Барси. —Не надо –Санчез глубоко вздохнул. —Ты тоже прости. Сам знаешь, я могу немного вспылить. Просто обидно, я ведь почти смог тогда, Стас, ты же видел! —Видел, Саш, видел. Ты молодец, правда, я тобой горжусь. —..Спасибо. Не знаю что делал бы без тебя, иногда уже просто хочется бросить всё это к чёртовой матери. Куда мне четверной аксель, если я тройной стабильно приземлять не могу. —Всё будет когда-нибудь, зато тулуп четверной у тебя отличный, и флип тоже ничего. —Да это ерунда, таким никого уже не удивишь. —Ну, всё равно неплохо, справедливости ради 4А на тренировках-то почти никто не делает, что уж там про выступления говорить, так что не относись так критично к себе. У меня вот проблемы и с элементами попроще бывают. —Врёшь и не краснеешь, в прошлый раз между прочим хорошо откатал. —О? Так ты смотрел. —Конечно, а ты сомневался? У тебя чисто всё, не прикопаешься. Не понимаю только, почему ты не хочешь добавить элементы посложнее, на тренировках ведь делаешь, я же вижу. Ты ведь тогда бы наверняка серебро минимум взял. Барси лишь пожал плечами. Санчез каждый раз удивлялся его спокойствию. Порой он абсолютно не мог понять этого человека, но как же безумно он им дорожил. Кто бы мог подумать, что в безумном течение жизни самого близкого человека Санчез найдёт среди соперников и непримиримых врагов. Он и сам не заметил, как уставился на друга, зато Стас чужой взгляд почувствовал почти мгновенно. Барси лишь тепло улыбнулся в ответ, и Саша, наконец осознав неловкость ситуации, торопливо отвёл взгляд. Именно в этот момент Барси отъехал к бортику. Санчез только хотел спросить, что тот делает, как краем уха услышал мелодию. —Это ты таким образом решил атмосферу разбавить? Не припомню у тебя такую программу. —Это и не моя, под эту чаще в парном катают. —С каких таких пор ты решил в парное податься? Гиблое это дело, Стас, упаси Господь. Да и не поздновато ли тебе переквалифицироваться хотеть? —Твоя правда, специализаю менять мне поздновато, но кто сказал, что я собираюсь этим заниматься. —Но тогда зачем? —Просто так —Барси, хитро улыбнувшись, протянул руку, едва склонив голову в приглашающем жесте, и нарочито вежливым голосом заговорил. —О великий и прекрасный, соизволите ли вы составить мне компанию? ~ —С ума сошёл? Я последний раз вместе с кем-то катал ещё в средней школе, и ты, кстати, тоже. Я с тех пор вообще ничего не помню. Хочешь чтобы мы вместе разбились и потом в травме оказались? —Ну чего сразу в травме, я же от тебя не профессионального уровня требую, просто импровизируй. Расслабься, Саш, давай повеселимся хоть немного? —Нет у меня времени на развлечения –Воспротивился Санчез, но руку в ответ зачем-то протянул. Ноги двинулись сами собой, и вот они вдвоём движутся по кругу в такт музыке. Это было странно и абсолютно бессмысленно, но почему-то от этой детской глупости на душе становилось так легко. Очевидно их танец на льду не отличался особой грациозностью, всё-таки что Барси, что Санчез в основном занимались в одиночку, но именно в этой простоте было что-то освобождающее. Никто не требует от тебя идеального исполнения, ты не ограничен в выборе приёмов, тебе не нужно контролировать каждое движение, можно делать что хочешь. В голове только чужие руки, мерное течение музыки, ваше совместное движение. Забавно, Санчез думал, что будет сложнее, нужно следить за тем, чтобы случайно не наехать на партнёра, синхронизировать движения с ним, но на деле это не обременяло, а наоборот. Может они с Барси знакомы так долго, что слишком хорошо знают и чувствуют друг друга, им не нужны были слова, хватало одного взгляда, одной улыбки, чтобы уловить мысль в чужой голове. Мелодия плавно развивалась, становилась быстрее, энергичнее, и вместе с тем они тоже набирали скорость. И вот, наконец, кульминация! Санчез даже не замечал, как близко находились их тела: он чувстовал дыхание совсем рядом, мог видеть, как вздымается чужая грудь. Секунда – другая, и вот каток снова погрузился в тишину, к этому моменту они оказались в самом центре, как положено закончив прокат. С небольшой задержкой Барси отпустил партнёра, позволяя ему отстраниться. Санчез действительно самую малость отъехал назад, чтобы смотреть собеседнику по крайней мере в лицо, а не в нос. По телу пробежал холодок, терять источник тепла, однако, не очень приятно. —А сам ворчал "разобьёмся, времени у меня нет" –Барси спецаильно пародировал слова друга с такой интонацией, что Санчез не знал, хочется ли ему больше врезать или просто посмеяться. —Ой, да завались. –И всё же вопреки словам на лице Санчеза расцвела плохо сдерживаемая улыбка, и эта улыбка, пожалуй, была дороже золота. —Да я же вижу, что ты едва смех сдерживаешь. Признайся, тебе этого не хватало. —Ну, может быть в этом ты прав. Мне правда не хватало чего-то подобного. —Ты себя совсем не бережёшь. Я понимаю, что нельзя пренебрегать тренировками, но нужно хоть изредка находить время и на себя. —Знаю я. Но ты ведь сам понимаешь, здесь иначе никак, это спорт. Либо ты тратишь всё свободное время, либо так и остаёшься никем, третьего не дано. Ты ведь тоже проходил через это, мы с тобой в одной лодке, Стас, так что не тебе меня учить. —... Ты прав, пожалуй не мне это говорить. Просто постарайся не переусердствовать, ты слишком часто ставишь перед собой недостижимые цели. —Конечно, ставлю, зачем иначе всё это? Каждый хочет внести свою лепту в историю, если ни к чему не стремиться, то ничего и не выйдет.. Но всё равно спасибо тебе, не знаю как ты это сделал, но мне стало лучше. —Обращайся, я всегда к твоим услугам. —Услужливый ты мой, тогда будь добр делом займись. Я, между прочим, из своего кармана плачу за наше время здесь. —Попрошу, вообще-то мы платим. —Нуу, не цепляйся к словам, ты ведь итак всё понимаешь. Время – деньги, а мы тут с тобой уже достаточно этого времени потеряли, так что вперёд. Барси закатил глаза, но уголки губ невольно поднялись вверх. Последующие часа два каждый провёл сам себе на уме, лишь изредка они перекидывали парой фраз, после чего продолжали. Так время медленно подошло к 9, пора заканчивать. Друг за другом они покинули каток и отправились в раздевалку. Происходило всё в тишине, в большей степени потому, что после активной тренировки обоим нужна была передышка. Спешить было куда, но торопиться вовсе не хотелось, потихоньку фигуристы приходили в себя и собирались с мыслями. Барси достал термос с чаем, после выхода на лёд всегда хотелось согреться. Сделав глоток, он по инерции передал термос Санчезу, тот не отказался. —Вечером тоже с тренером будешь? —Ага, как тут иначе. –Санчез, немного отпив, вернул термос Стасу. —Ну, значит увидимся ещё. Ты, кстати, в воскресенье свободен? —Хочешь встреться? —Не возражал бы. —Тогда так и быть, во второй половине дня для тебя я свободен. —Лично для меня? Я польщён. —Ой, только не зазнавайся. Барси чуть усмехнулся, за что Санчез легонько задел его плечом. Всего через пару минут они вместе покидали здание, снова погрузившееся в тишину.