Я ревную!

В кабинку туалета залетает тушка парня, сильные руки большее сильного и высокого мужчины прижали к стене, наспех закрывая щеколду. Яркий свет золотых глаз смотрит с высока, суровым взглядом. - Бать, ты чего...? Голос осип, парню было страшно говорить. - Чего Я? Это надо у тебя спросить. Ты тут бордель организовал, я посмотрю! Союз не дышал. Он рычал через зубы, стараясь выговаривать каждое слова четко. - Что? Я-я...Ты просто не вовремя зашел! Дай объяснить! Союз отпустил парня, сложив их на груди. - Да, конечно, ты полностью прав! Я не вовремя зашел. Помещал тебе на Рейхе поскакать! - Батя! Парень не выдержал и закричал на родственника, его голос раздался эхом в приличных размером уборной. - Я почти оглох, не ори. Нас и так ждут для объяснений. - Сам начал. А теперь послушай меня внимательно. Союз изогнул рыжие брови в немом вопросе и не сильно заинтересованном взгляд на белобрысого парня. - Бать, мне нужен был бланк, которые положили у немца. Рейх и его подручные отказались мне его давать. Он сделал паузу, чтобы набрать воздуха в легкие и продолжил. - Я подошёл, но не дотягивался. В голову пришла идея, Рейха за вредность проучить, вот и встал над ним. Я же на колени к нему не сел. Пытался объяснить хронологию произошедших событий. Союз как казалось внимательно его слушал, хотя Россия заметил, как глаза первого иногда окидывали его взглядом с ног до головы. - Когда Беларусь сказала, что я вышел, ты сидел у него на... Союз старался собраться и не показывать своих эмоций, словно той вспышки ревности и вовсе не было. - Бать, я едва равновесие держал, этот придурок задвинул стул до упора, мне места едва хватило между ним и столом протиснуться. - Ну да, такая задница не везде залезет. Союз ухмыльнулся. Россия покраснел, но заметил на полу двигающиеся тени. Их подслушивали. Россия подскочил к отцу, закрывая ладонью рот. Взглядом указывая на тени. - Пап, они все слышат. Союз кинул взгляд на пол и хмыкнул. Он взял Россию подмышки и прижал к себе, обвив тело руками, крепкими объятьями. Так как Россия был ниже, он рефлекторно закинул ноги на пояс старшего, прижимаясь. - Так пусть послушают, как папа, сынка любит. Шепот опалял жаром нежное ушко. Россия понял, что он в полной пизде, другими словами, свою ситуацию он описать не мог. Его отец собрался взять его прямо при посторонних странах, во время саммита. Советский не бросает слов на ветер, Россия не сомневался в правдивости. - Стой, подожди! Ты ведь понимаешь, что будут проблемы? Бать ну давай дома, прошу! Россия был не против отцовской любви. Так сложилось, что они давно вместе. Они прошли все стадии, от отрицания к принятию, и вот уже несколько месяцев скрывают свои отношения. Россия очень боялся, что об их связи узнают. Больше все переживал, что это дойдет до родственников. А вот СССР словно подменили, стал дерзким, похотливые шутки, лапал в публичных местах. Но это не главное, вот дома, наедине, бедному Россу некуда было деться. За дверь их комнаты такое творилось, что непонятно кто чаще приезжал. Полиция, вызванная на "притон проституток" соседскими бабушками. Или же скорая помощь, которая приезжала на выезд по вызову Союза. Причина неизменна, "Сын занимался само утехами с игрушками и переборщил" Россия в такие приезды молчал, был серьезным и холодным. Союз наоборот, вел себя как заботливый папа, не обращая внимания на удивление врачей. Те не спрашивали, делали работу, получали от Комсомольца сверху и восвояси. Россия не жаловался, в принципе его все устраивало. Были некоторые нюансы. Союз был сильно активен на его взгляд в ухаживаниях, контроле, его ревность была просто ужасна, и как уже стало понятно, в постели он перебарщивает. Россия не жаловался, о нем заботились, Союз сохранился как отец, но и стал для него новым. И вот эта новая личность, а точнее молодой Союз лихих 60-80 годов, его сейчас удовлетворял против его воли в уборной. Союз держал парня на весу, так, что младший обхватил его шею руками, чтобы не упасть. Старший чуть наклонился, прижимая парня к стене. Из-за такого положения Россия висел без возможности помочь, Советский буквально штамповал белобрысого, как советский станок. Четкие, ритмичные движения, с одинаковым интервалом, а самое главное глубоко. Россия старался как мог держать рот на замке. С каждым толчком, в него входили глубже. Толчки доходили до чувствительного места. Спина начал ныть от повторного захода. С вчерашней ночь спинка России не успела полностью отдохнуть. - Па-ап! Моя спина... Россия скулил как маленький ребенок, спина его и вправду ныла не по-детски. Союз прижался губами к ушной раковине сына, не сбивая темпа. Нежно шептал ему грязные словечки о его теле, о предпочтениях парня в постели, о его просьба во время их ночных игр. Россия с румяными щеками, оставалось радоваться лишь тому, что его коммунист не стал говорить всего этого в слух. Лёгкими порывами горячего воздуха Союз обжигал его ушки. - Ах-хи... Ай! Россия продолжал держать зубы крепким капканом, не позволяя себе издавать постыдные звуки. - Мх-х! Не смотря на его усилия, притаившиеся за дверями уборной, все-таки слышали странные звуки из помещения.