CODE: MORS

Рейс отложили снова. Уже во второй раз. Он не может уехать из этого чёртового города. Не может вернуться в дом — контракт закончился, а деньги нужно экономить. Уже два дня он не может покинуть город из-за резко ухудшившихся погодных условий. Вероятно, дядя сильно волнуется. Ну, а как иначе. Дядя был первым человеком, который приехал на похороны матери, состоявшиеся в конце июня. И именно он согласился приютить Нила у себя. Из-за обстоятельств дядя уехал в конце июля. Он должен был приехать к нему в августе — десятого числа. Но сейчас уже двенадцатое. Уже два дня Нил застрял в аэропорту, питаясь готовой едой с заправки. Дяде он говорит, что снял комнату в отеле и нормально питается. На деле — просто ждёт когда всё изменится. Диспетчеры говорят, что если всё наладится, они смогут вылететь уже сегодня ночью. Он очень на это надеется. Мать Нила погибла в автокатастрофе, когда ехала из Лос-Анджелеса в Сан-Диего. По пути она столкнулась с машиной. Полиция считает, что это был джип. Почему считают? Потому что когда скорая и полиция приехали, машины уже не было. Была только его мать и её машина. Мэри — так звали его мать — пролежала в коме два дня. На третий утром она скончалась. Что-то в тот момент определённо умерло и в нём тоже. Но он так и не понял что. Нил не любил города, в которых они с матерью жили. После побега они с матерью часто переезжали. Сначала почти год прожили у дяди. Потом перебрались в Чикаго. Спустя полтора года — в Майами, где прожили ещё год. После этого оказался Ньюпорте штат Орегона. Там они задержались всего на полгода, а затем переехали в Нейплс. Там Нилу нравилось, но и этот город вскоре остался позади. И вот они приехали в Сан-Диего. В город, который позже отнял у него мать. Да... Чудная история. Нил посмотрел на время. Было уже время ужина. В аэропорту еда стоила слишком дорого, поэтому Нил выбирал путь хоть и долгий, но экономный. Он ходил до ближайшей заправки. Магазинов поблизости не было — только заправка в нескольких милях от аэропорта. Сегодня там он купил куриный сэндвич и «Пепси». На всякий случай прихватил ещё протеиновый батончик. Кассирша оказалась милой. Она быстро пробила покупки и так же быстро пожелала ему хорошего вечера. В аэропорт Нил вернулся около девяти вечера. Ничего не изменилось. Устало вздохнув, он лёг сразу на три свободных сиденья. Достал из кармана потрёпанные наушники, купленные на первую зарплату два года назад. Тогда, работая грузчиком, параллельно учась и помогая матери, он заработал свои первые деньги. Он до сих пор помнил, как тогда улыбалась его мать. Он включил любимые песни Siouxsie Sioux и погрузился в музыку. Спустя какое-то время громкоговоритель ожил. — Дорогие пассажиры, начинается посадка на рейс 221 Сан-Диего — Портленд. Просим пассажиров пройти к выходу на посадку. Через несколько минут Нил уже сидел у окна самолёта. В наушниках играла A Forest. Рядом лепетала старушка и её такой же пожилой муж. Полёт был не таким долгим, но его безумно радовало, что он наконец покинул этот проклятый город. Почти всё время в полёте он проспал, а в остальное слушал музыку. В аэропорту Портленда его встречал дядя Стюарт с огромным плакатом. «Жду моего единственного племянника (почти сына)». Стюарт выглядел взволнованным. Заметив Нила, он расплылся в мягкой улыбке. Для дяди это многое значило. В машине было душно. Погода в Портленде оказалась полной противоположностью погоде Сан-Диего. Теперь они держали путь в Асторию — город, где жил дядя. Туда где он будет жить последний год. — Я рад, что ты здесь, Нил. Последний раз ты был здесь, когда вы с Мэри только сбежали. Лет семь назад. Помню, как ты обрадовался, когда я подарил тебе игрушечного кролика на Рождество. Ты тогда так сиял от счастья. Нил почти не помнил то время. Но ему было приятно слышать, что дядя вспоминает его с теплотой. Поэтому он просто слушал. Через несколько минут Стюарт оглядел его и вдруг спросил: — Кстати... это твой обычный вид? — Это стиль, дядя. Нил немного помолчал и добавил: — Я гот. Стюарт натянуто улыбнулся, но ничего не ответил. Спустя некоторое время он снова заговорил: — Я надеюсь, ты не будешь убегать из дома на кладбище? — Не могу обещать. Остальную часть дороги они ехали молча.

***

Астория встретила их пасмурной погодой. По словам Стюарта, такая погода обычно предвещала дождь. Здесь это не было чем-то необычным. Скорее рутиной. Дом дяди находился на окраине города. Обычный двухэтажный американский дом. Из отличий — только очень большой задний двор. Внутри дом довольно просторный. Большая кухня объединеная с залом и вытянутая призожая. Ванная и лестница наверх. Стюарт проводил Нила в его комнату. — Ты жил здесь, когда был маленьким. Сейчас ты, скорее всего, этого не помнишь. Его губы тронула грустная улыбка. — Я ничего здесь не менял. Только всегда поддерживал порядок. Тут даже твои вещи сохранились. Я ничего не выбрасывал. — Спасибо. — Не за что меня благодарить. Он немного помолчал. — Пойду приготовлю что-нибудь. Стюарт оставил его одного. Все вещи лежали в одном большом ящике. Они находились здесь не первый год, но всё было в полном порядке. Первым взгляд Нила зацепился за кролика. Того самого, о котором говорил дядя в машине. Белый, местами уже слегка порозовевший от времени, с голубыми глазками и галстуком-бабочкой на шее. Милая игрушка. Рядом лежали деревянный солдатик, железная дорога, детские книги и старый плеер для музыки. Полезная вещь. Осмотрев всё, Нил устало лёг на кровать. Он наконец здесь. Ещё немного — и ему больше не придётся ходить в школу. Ещё немного — и он, так и быть, исполнит свою главную мечту. Мечту, которая появилась после смерти матери. Остался год. Снизу доносились голоса из телевизора и слабый, но отчётливо слышимый голос дяди. — Нил, милый, иди есть! Стюарт хорошо готовил. На столе Нила ждали гамбо, яичные маффины, кусок тыквенного пирога и апельсиновый сок. У дяди было почти то же самое, только вместо сока он пил виски. По телевизору крутилась какая-то программа, где люди зарабатывали деньги, угадывая слова. Её название Нил не запомнил. — Ты будешь ходить здесь в школу, — неожиданно сказал Стюарт, когда Нил потянулся к своему куску тыквенного пирога. — Я знаю. Я ведь из-за этого и приехал. Из-за учёбы. Больше они ничего друг другу не сказали. Нил ушёл к себе в комнату, а Стюарт остался внизу смотреть телевизор. Начинало смеркаться. Поэтому Нил решил, что стоит осмотреть окрестности. Поздним вечером людей на улицах почти не было. Многие уже готовились ко сну. Чтобы не привлекать лишнего внимания, к новой персоне в городе, Нил специально выбрал такое позднее время. Он обошёл несколько ближайших парков, улиц и магазинов. Дорога сама привела его к кладбищу. Нилу было интересно, каким оно окажется. Его всегда интересовала тема смерти, а кладбища он особенно любил посещать. В Нейплс он часто ходил на кладбище вместе со своим знакомым Уиллом. Нил скучал по нему. С Уиллом никогда не было скучно. Жаль, что Нилу пришлось уехать. Нил много о чём жалел за эти годы. Он шёл медленно, иногда останавливаясь, чтобы прочитать имена умерших. Вот какая-то Джоанна. Вот братья Барки. Вот старик Винсент рядом с женой Райли. Вот маленькая девочка Диана и её братик Джордж. Возможно, при жизни все эти люди были хорошими работниками, членами семьи, гражданами. А возможно — наркоманами, алкоголиками или неудачниками. Но все они оставались людьми. Нил остановился возле скамейки из тёмного дерева. Рядом с ней стояла небольшая статуя ангела. Ангел. Нил сел. Что чувствует человек, когда умирает? Свободу?Опустошение? Или что-то совершенно иное, чего живому никогда не понять? Нил сомневался, что учёные когда-нибудь найдут ответ на этот вопрос. Он был таким же недостижимым, как само понимание жизни и смерти. Что вообще делает человека живым? Хороший вопрос. Нил задавал его себе уже два года и ответа не было. Рядом послышались шаги. Кто-то сел рядом на скамейку. Нил повернул голову. Сидевший рядом парень был бледным, почти как сама смерть. Даже сквозь тьму его не здоровую бледнеть было видно. Из-за темноты было трудно разглядеть цвет его волос. Кажется, светлые. Почти такие же светлые, как его кожа. На нём были широкие металлические браслеты, пирсинг в губе и ушах. Интересный человек. Что же он забыл на кладбище? Незнакомец рядом закурил сигарету. По запаху — слишком приторную. Они долго молчали, но первым заговорил именно незнакомец. — Не каждый день встретишь здесь кого-то. — Ты единственный, кто ходит сюда ночью? Постоянный посетитель, что ли? — с лёгкой насмешкой спросил Нил. — Можно и так сказать. Моя семья не любит такие места. А вот я — очень даже. — Угостишь? Нил кивнул на сигарету в его руке. Незнакомец молча протянул её. Нил взял сигарету, но не закурил. Лишь вдохнул сладковатый запах. Воспоминания о матери нахлынули сразу. Приятные и не очень. — Зачем тебе сигарета, если ты не куришь? — Мне нужна не сигарета. Нил ещё раз вдохнул запах и тихо закончил: — Мне нужен дым. Он молча растоптал ещё тлеющий окурок. Собираясь уходить, однако почувствовал как холодные пальцы осторожно коснулись его запястья. Будто боялись спугнуть. Не кожа, а лёд, — подумал он. — Как тебя зовут? — Нил. Нил Джостен. — Приезжий? — Верно. Приехал к дяде. Теперь буду учиться здесь. Незнакомец ничего не ответил. Но Нилу показалось, будто тот едва заметно улыбнулся. Он и сам не понимал, зачем вообще рассказал всё это человеку, которого видел впервые в жизни? Вдруг тот окажется психом? Или кем похуже? Не то чтобы Нил боялся, но лишние проблемы ему были не нужны. — А тебя?.. Телефон зазвонил. На экране высветилось: Дядя. Чёрт. — Мне пора. Нил поднялся и ушёл, оставив бледную фигуру сидеть в одиночестве. За ночную прогулку дядя его отчитал. Не сильно. Скорее так, чтобы Нил понял: что за него действительно кто-то переживает. И этим кто-то был дядя. Что ж, первый день прошёл вполне спокойно. Посмотрим, что будет дальше.