Полетаем?

Гул птиц разносится вокруг стен колледжа искусств, большинство студентов это раздражает, но это точно не касается Хан Джисона – он в очередной раз пришел на одинокую серую крышу колледжа дабы послушать птиц и записать эту нежную мелодию на диктофон. Парень делал это и в прошлом году, правда никто не знает зачем да почему. Но в это полугодие наличие одиночек на крыше заведения пополнилось. После пар Джисон, одетый в темное оверсайз худи с черными расклешенными джинсами, и кудрявыми небрежными волосами, в очередной раз пришел на крышу, чтобы подумать о жизни и послушать волшебных птиц, правда на этот раз что-то было не так. На его любимом месте для полежаек сидел парень с фиолетовыми волосами в мрачной футболке, которая явно была ему не по размеру, да и не по погоде. Он сидел в наушниках и смотрел то на город, то на людей. Хан решил что это лишь сегодня, он не будет валяться тут каждый вечер. Незнакомец заметил брюнета, лицо знакомое, вроде видел в коридорах учреждения. Парниша забил на кучерявого, пока не увидел что тот сидит недалеко от края крыши и на телефон записывает... пение птиц? – Псих... – тихо пробурчал старший и продолжил свое занятие. Прошел еще день, сразу же после пар младший попрощался с друзьями и побежал на крышу. – Что за черт? – пробухтел Хан, когда заметил паренька с сигаретой . Он спокойно сидел и рассматривал кто куда идет, что делает. Буквально через пару секунд он повернулся к младшему – его фиолетовые прямые волосы развеялись по ветру вместе с сигаретным дымом. Темненький застыл как вкопанный, держа телефон и серый шарфик в руках. Он был поражен красотой постороннего – слишком уж чужой смахивал на кота, словно талантливый скульптор слепил его. – Че ты тут лазишь? – грубым тоном вопрос вылетел из уст фиолетового – Иди домой, уже все пары закончились. Джисон явно был в недоумении от этой ситуации: – Это не ты должен задавать вопросы – обиженно ответил Джисон и шмыгнул носом – я мешать не буду, ты меня не трогай только, договорились? Незнакомый задумался на пару секунд и вскоре ответил лишь коротким кивком, что означало "да". Вечер на крыше прошел как и прошлый, только вот теперь старший не мог отвести глаз от загадочного мальчишки, который снова смотрел на птиц – разве это вообще интересно..? Первым ушел старший, не сказав ни слова странному юноше. Хан лишь смотрел вслед и думал про грубияна, который так зацепил его. В светлом коридоре колледжа, стены которого были украшены рисунками учеников с факультета Джисона, стояла тройка ребят, бурно обсуждающих что-то. – Иду я значит в столовку и тут из ниоткуда на меня вылетает ангел, спустившийся с небес.. – драматично высказался Феликс и расплылся в улыбке, приложив руки к поцелованным солнцем щекам. Чонин и Джисон молча слушали Ли Феликса, тот в очередной раз потерял голову от случайного парня. Друзья не понимали, как такому очаровашке не везло в любви, уж слишком сие солнышко мечтало стать любимым. – Ли, хватит болтать. Гляди какой Хан задумчивый, влюбился что-ли? – весело вылетело изо рта Чонина. Он легонько постучал по плечу брюнета дабы обратить его внимание. Хан лишь растерянно посмотрел на улыбчивых приятелей: – Вы что-то говорили? Простите, я задумался... – прозвучала неуверенная фраза Джисона. Он почти всегда говорил негромко, спокойным тоном, который расслаблял как никогда. – У тебя что-то случилось? Птички не прилетели? – рыжий лис по-дружески хихикнул и продолжил: – Не хочешь с нами пойти прогуляться? Нужно же куда-то еще выбираться. – Нет, спасибо, но я не особо хочу. – Хан надеялся что друзья поймут его правильно – Птицы прилетели... и не только. – при одном воспоминании о грубияне младший дулся, бесит этот кот. – В смысле? – неразборчиво пробубнил Ликс, наконец-то забыв про прохожего-красавчика – Туда не только ты ходишь? Джисон немного помялся и начал свой рассказ о прекрасном наглеце, которого кудрявый надеялся встретить снова, но это, конечно, не входило в историю. – Чувак, это точно Минхо с третий курса. Только у него тут фиолетовые патлы. – как-то агрессивно произнес Чонин – Когда я только поступил, меня попытались задирать местные хулиганы, вот только их компания быстро распалась. Конечно, если бы они попытались мне навредить, я б их быстро порешал. – рыжий самодовольно закончил, представляя как бьется с негодниками и обязательно побеждает в драке. – Минхо?... – никто не услышал этого вопроса, брюнет весь учебный день размышлял о том, как же сильно незнакомцу шло его имя. Пары закончились, все студенты шли по своим делам и лишь двое одиноких парней шли к любимому месту дабы отдохнуть. Хан пришел ровно в 16.37, с другого выхода на крышу вышел и Минхо. Тот стоял с бутылкой дешевого, но очень крепкого алкоголя в левой руке, а в правой держал белые запутанные наушники, перемотанные черной изолентой. Почти синхронно они пошли друг другу навстречу. Минхо явно волновался, ведь очень хотел познакомиться с чудаком, причину он почему-то не мог объяснить даже самому себе. – Привет.. Ты теперь сюда каждый день будешь ходить? – Хан шмыгнул носом. – Да.. Наверное. Ты извини если я вчера не то что-то сказал, был не в настроении. – извинения были не совсем искренними, Хо лишь хотел разгадать тайну мальчишки. – Ну.. Ничего страшного? Меня Джисон зовут, Хан Джисон. – последняя фраза прозвучала явно дружелюбно. На лице младшего появилась милая улыбка-сердечко, которая явно располагала. – Я Минхо, приятно познакомиться – старший по-пацански протянул руку новому знакомому, положив наушники в карман. На жест ответили не сразу. Медленно мягкая ладонь брюнета отреагировала нежным касанием: Хан пожал руку. – Взаимно. Может пойдем посидим? Хочу посмотреть на птиц. – Хорошо, как раз составишь мне компанию) – старший улыбнулся по-кошачьи и немного приподнял стеклянную бутылку. Мальчишки сели на излюбленное место, они молча смотрели на птиц, поющих и летающих вокруг. Минхо не совсем понимал смысл этого занятия, знал лишь одно – уходить совсем не хотелось. Бутылку со спиртным парни делили на двоих, совсем забыв про брезгливость. Напиток ярко обжигает горло, пахнет техническим спиртом. Сразу после глотка лицо морщилось на пару секунд, пробивали мурашки на коже. Это лишь помогало расслабиться и добавляло атмосферы в такой прекрасный момент. Со временем серое небо потемнело, температура понизилась, но это вообще не чувствовалось. Ребята были почти что в стельку: голова совсем не работала. Старший медленно повернул голову к Хану, на чудесный профиль его лица. Минхо пронзило странное чувство – они знают имена друг друга от силы пару часов, но присутствует ощущение дружбы длинной в бесконечное количество лет. Юноша пристально рассматривал Хана: его длинные ресницы, будто по-волшебному закручены вверх, и эти глаза не давали покоя. Будто звезды, смотрящие прямо в небо и сверкают дальше чем видят, а губы... Губы придавали еще больше шарма: выглядят сочно, форма необычная, но аккуратная. Различные мысли про губы брюнета лезли в голову к Минхо, но благо он смог переключиться на звездные небеса. Джисон чувствовал, как алкоголь окончательно затуманил мысли, оставляя лишь приятную легкость во всем теле. Ему совсем не хотелось шевелиться, говорить или куда-то идти. Ночной холод постепенно пробирался под одежду, но сидеть рядом с Минхо было на удивление тепло — и дело было вовсе не в погоде. Младший оказался тем еще мерзляком – он накрылся своим серым вязаным шарфиком и поджал к себе ноги, обнимая их небольшими руками. ​ Иногда Хан краем глаза замечал на себе чужой, непривычно внимательный взгляд. От этого по коже пробегали странные, но приятные мурашки. Ему и самому безумно хотелось повернуться и рассмотреть профиль старшего подольше, но какая-то внезапная, робкая скромность заставляла его лишь крепче сжимать свои колени. Между ними, парнями, которые почти ничего не знают друг о друге, сейчас рождалось что-то такое, чему Джисон не мог найти названия. Это было уютное, манящее притяжение, стирающее любое смущение. ​ Он едва заметно выдохнул, чувствуя, как их плечи соприкасаются при каждом легком движении. Это мимолетное тепло ощущалось ярче всего на свете. Брюнет слегка улыбнулся своим мыслям, чувствуя себя абсолютно спокойно и защищенно в этой звенящей тишине. Откинув голову назад, он мягко облокотился на стену и снова устремил свой взгляд вверх, растворяясь в бескрайнем мерцании ночного неба. Алкоголь уже не дурманил голову, лишь оставлял после себя легкую, глухую отстраненность от всего мира, который остался там, внизу, под подошвами их кроссовок. Нежный голос нарушил тишину, младший явно забылся и стал говорить лишнее: ​– Иногда мне кажется, что я тоже просто... лечу, — тихо, почти шепотом, добавил Хан, не оборачиваясь. Его голос звучал ровно, почти без эмоций, растворяясь в гуле вьюги. — Но не так, как птицы. Я просто падаю в этой пустоте, но все вокруг думают, что я парю, держусь. Знаешь, это странное чувство, когда вокруг столько людей, а тебе даже не за кого зацепиться взглядом, чтобы не упасть окончательно. – Ханни удивился самому себе: даже близким друзьям он не может открыться настолько сильно. Возможно, он пожалеет о своем внезапном рассказе, но ведь нужно жить в моменте? Реакция старшего заставляла задуматься: – Красивая история – на удивление искренне сказал фиолетовый, снова начиная пилить Хана взглядом – Правда можно легко замерзнуть если лететь одному. Свобода – это хорошо, но только тогда, когда тебе есть куда вернуться. Младший наконец-то повернул голову к говорящему: почти что космические волосы Ли развевались на ветру, путаясь в минималистичных сережках. Щеки были немного красные, губы пухлые и влажные, запах алкоголя тоже давал о себе знать. – Возможно... – не отводя взгляд ответил Хан – но у меня не к кому идти. От одного осознания как же все плохо, у младшего появлялся ком в горле, появлялась небольшая тахикардия. Родителям точно все равно на их мальчика! Они сейчас скорее всего гуляют у кого-то на квартире и позорят Джисона. Отношений у юноши тоже было мало, точнее лишь одни. В старшей школе ему доводилось встречаться с одноклассником, в тайне, чтобы никто не узнал, но секрет раскрыли. Про любовь пара забыла сразу, ведь где такое писано чтобы парни друг с другом встречались? Когда-то у кудрявого все наладится, по крайней мере он так себя успокаивал. Слезы наворачивались на блестящие круглые глаза кудрявого от одиночных воспоминаний, но определённо не хотелось бы показаться настолько слабым. – Не расстраивайся, пошли лучше по домам? – Минхо нетрезво пробубнил еще что-то, надеясь подбодрить нового друга и сделал попытку встать: через секунду он плюхнулся на пол, сильно веселя младшего. Пространство залилось громким смехом. Парни с горем пополам дошли до общаги, там их нашел привлекательный сосед фиолетового. Он быстро сориентировался и помог пьяным одиночкам дойти до места жительства Хо. Они явно ничего не понимали и забив на все, просто уснули на полу в комнате Ли, сонно обнимаясь. Хенджин, сосед нашего хёна, сделал милую фотку пьяных мальчишек и пошел искать того, кто поможет найти дом белки, которая всем телом лежит на соседе, не давая пошевелиться. – Ну и кадры... – с ухмылкой прошептал шатен, рассматривая фото в телефоне. Вдруг по спине растеклось неприятное болючее чувство, кто-то, кто любит побегать, врезался в него. Развернувшись, Хенджин увидел милого парня, с веснушками и красивыми светлыми волосами. Именно он сегодня в открытую пялился на пострадавшего в стенах колледжа. – Извините.. – тиран потер лоб и поднял глаза, от осознания кто его жертва, Ликс мгновенно говоря удивился – А, ой.. эээ.. Привет! – Привет. Куда бежишь? – Я друга ищу, он должен был вернуться еще часа два назад. Сейчас фото покажу. – грустные ноты слышались в низком голосе цыпленка, он как раз тянулся за своим телефоном дабы показать фотографию пропажи. Хенджин опередил его и снова включил гаджет, показывая снимок: – Не этот случайно? Ликс облегченно вздохнул. Хотя стоп!! Джисон с кем-то обнимается?! Он выхватил телефон и приблизил фото, дабы точно убедиться, что тот не ошибается. – Ахуеть!! Это точно тот, я ищу именно его – не отводя взгляда от картины маслом он продолжил – где он? Старший, очарованный мимикой блондинчика, рассказал где и как они валяются, но будет ведь смешнее если они проснутся там же? Младший поддержал решение Хенджина. Ночь еще не поздняя, так что найдя общий язык, шутники пошли гулять и болтать. Так прошла ночь, юноши были явно очарованы друг другом, вся ночь разговоров пошла на пользу дружеским отношениям. Оказалось, у них много чего общего, похожие ситуации в жизни и увлечения. После такой встречи ощущение близости долго преследовало знакомых. Утро субботы. Пташки за окном уже поют волшебные песни, виднеется ранняя роса на траве и яркие весенние цветы уже потихоньку просыпаются. Но это все за окном маленькой комнаты, где все еще нелепо лежат две прилипалы. Помещение слишком напоминало квартиру перед заездом. Светлая, но дешевая мебель, серые обои, аккуратно сложенные вещи в закрытых фасадах. Единственной яркой вещицей в этой комнатке являлся разноцветный пушистый ковер в форме кота, именно там лежал неопознанный объект: Две фигуры, которые неосознанно пытались слиться в одно единое. Первым проснулся Ли и от увиденного он чуть не подскочил: Волосы Джисона заполняли половину обзора, он мягко обнимал фиолетового, лежа на нем всем весом, тихо сопя. Хан весил не так уж и много, но тело Хо ныло, ведь все сильно затекло от такого положения. Мысли были абсолютно разные, старший напрягал все извилины мозга, дабы по кусочкам сложить вчерашние воспоминания. Когда он достиг успеха в этом сложнейшем деле, он не знал как реагировать, кудрявого он толком не знал, хотя это лишь подогревало безмерный интерес к нему. За вчерашней дискуссией про жизнь старший был уверен – его собеседник глубокая и душевная личность. Именно такого человека ему не хватает, Хо никогда не мог найти того, кто по настоящему примет и поймет его. Парень имеет лишь несколько друзей по типу Хенджина, а раньше он часто попадал в плохие компании, ведь дружить не с кем. Несмотря на это, нужно не переходить грань, вдруг новый друг все-таки окажется очередным мудилой? Пора заканчивать романтизировать его. Время вставать и разгребать последствия своих возможно глупых действий. – Эй.. – негромко вылетело изо рта нижнего, он несильно покачал Джисона свободной рукой. – Просыпайся, Чудик. Попытки не увенчались успехом, так что парень просто привстал, нагло поднимая свое "одеяло". Джисон тихонько что-то промычал, когда его лишили привычной опоры и неохотно открыл немного опухшие глаза. В них не было ни капли стыда или паники от того, в какой позе они пролежали всю ночь. Лишь спокойный, пугающе пустой взгляд сверлил старшего. Хан медленно сел, потягиваясь прямо как кот, и лохматые волосы упали на заспанное лицо. – Привет. Не шуми так с самого утра.. – С самого утра? – старший фыркнул и попытался скорчить недовольство – Я из-за тебя двигаться нормально не могу. – Тебе было неудобно? – ответа не последовало. – Мог бы просто скинуть меня, я бы не обиделся. Хо знал, что не скинул бы, только вот почему... Он поднялся на ноги и попытался сделать что-то по типу разминки, дискомфорт в теле явно не помогал. Младший последовал примеру и встал. Разминаться он не стал, лежать на собеседнике не принесло ему никаких трудностей. Тот непринужденно подошел к окну и открыл его полностью, спершись на идеально белый подоконник, он немного высунул голову. Брюнет внимательно разглядывал изящность весенней погоды. Ему точно нравился текущий сезон. – Тебе бы растений в комнату, кроме окна не на что посмотреть. – фраза прозвучала совсем без упреков, будто Хан дает искренний совет. – Ойй.. – фиолетовый заканчивал мучительную разминку. – Мне и так нравится, ничего лишнего. Настоящий минимализм. – тон был гордым. – Когда убираешь все лишнее, иногда оказывается, что нужного тоже не осталось. Реплики чудика снова поставили Минхо в ступор. Он застыл возле двери на кухню, внимательно всматриваясь в его спину. – Чай будешь, философ? Джисон спокойно повернулся, на лице играла почти незаметная, загадочная улыбка. – Буду. Хочу черный и без сахара. У тебя ванная справа? – Они жили в одной общаге, просто на разных этажах, и планировка всех квартирок была похожая. Через десять минут ребята в тишине сидели на кухне и пили чай. Старший пялился на собеседника, пока тот разглядывал интерьер. Он сильно отличался от дизайна Хана. Стены снова серые и пустые, недорогой, но ухоженный диван стоит под стеной, несколько светлых деревянных шкафов находятся в конце прямоугольной комнаты. Часть с кухней была похожей: светлые закрытые стеллажи, аккуратно разложенная посуда, несколько белых полотенец висят на ручке ящика. – Тебе тут хорошо, Хён? – все еще хриплым голосом фраза прервала молчание. – Что, прости? – Тут пусто. Я думаю это не совсем идет тебе. Ты явно не от мира сего, а дизайн схож на дом какого-то офисного работника-холостяка. – Кто тут еще чудак? – насмешливо вылетело из уст Ли. – Так всегда было, почему мне может быть плохо? – Я точно прав, когда-нибудь ты это поймешь. – Хан не специально опять заставил собеседника задуматься. – Мне уже нужно идти, хочу переодеться. Спасибо за времяпровождение и спальное место. Было мягко. – небольшая улыбка появилась на лице парня. Он помыл свою кружку и поставил на стол, собираясь наконец-то попасть к себе. – Стой. – хён немного помедлил – когда ты придешь на крышу? – В понедельник. – Мы сможем встретиться? – Хо надеялся на положительный ответ, ведь чудак нескоро выйдет из его головы. – Приходи, я буду ждать. – Хан даже не попрощавшись закрыл входную дверь с обратной стороны и поплелся к себе на второй этаж. Уже три часа дня, а у Минхо все только начинается, похмелье немного проходит, но лучше купить минералки. Юноша зашел к себе в комнату дабы переодеться и сходить в круглосуточный возле общаги. Он помедлил на входе в свое укрытие. Тут и вправду слишком грустно и пусто, нужно заскочить в цветочный. Парень открыл шкаф, пробегаясь взглядом по идеально сложенным вещам. Выбор пал на лимонно-желтый свитшот, купленный по советам Хенджина, и прямые черные джинсы. Ли собрал свой минималистичный черный шопер и надел солнцезащитные очки, от алкоголя глаза чуть опухли. Вдохновленный Ханом он не взял с собой наушники, хотел послушать окружающие звуки. Тот мальчуган не выходил из головы, настолько странных взаимосвязей у Минхо еще не было. Хотелось разгадать все тайны подозрительно похожей на белку персоны. В окружении своих мыслей парень быстро дошел до парка, прямо за ним был продуктовый и да, недалеко стоял цветочный магазин. Юноша разглядывал этот уголок зелени – власть хорошо вложилась в него, слишком тут хорошо. Вдруг что-то привлекло внимание нашего мальчика. Какой-то тип лежал прямо на траве, раскинув руки и ноги в форме звезды. Осознание пришло не сразу, но это, черт возьми, снова Джисон. Тот лежал лицом к солнцу в серых широченных спортивках, немного спущенных к пятой точке, чтобы мир глядел на черное белье модника. Сверху было немного короткое поло голубого цвета. Глаза старшего были по пять копеек, только что думал про этого чудака, а он тут как тут. Как говорится, вспомнишь лучик – вот и солнышко. Возможно Ли подумал про другую интерпретацию фразы, но этого мы уже не узнаем. Фиолетовый решил лишь краем глаза понаблюдать за мальчишкой: тот продолжал спокойно лежать и греть свою немного оливковую кожу на весеннем солнце. Через минут семь юноша встал и направился к лавочке, захватив с собой небольшую сумку. Это немного напрягло старшего, ведь тот уж слишком долго наблюдает за Джисоном, интересуясь, что же будет дальше. А дальше Хан достал небольшой белый скетчбук и принадлежности, чтобы поделать скетчи парка. Не зря же он учится на художественном факультете. " Хватит уже пялиться, придурок" – про себя подумал зевака и наконец-то пошел по магазинам. Домой Хо пришел с небольшим пакетом продуктов и конечно же растением. Он купил фикус с крупными глянцевыми листьями. Растение смахивало на хозяина: простой, но живой. Пакет остался на столешнице, ведь мальчишка пошел ставить свою первую зелень на белый подоконник. Комната сразу преобразилась, зеленое пятно добавляло чуть больше жизни в хмурую реальность. " Ладно, чудик, твоя взяла. Нужного стало немного больше " Хан тем временем шел к себе, заполнив свои потребности в ощущении свободы. Да, у него были странные повадки. Парень уже не один год мучается с жестокой дереализацией – это защитный механизм психики. Мозг включает его при сильном стрессе, чтобы снизить эмоциональную перегрузку. При этом мир вокруг кажется ненастоящим, как в кино или во сне. Окружающие предметы или люди могут выглядеть плоскими, слишком яркими или тусклыми. Звуки искажаются, а время течет странно. Часто при этом возникает ощущение, будто вы смотрите на всё со стороны. Иногда это сопровождалось паническими атаками. Последние два месяца Джисон ходит к психотерапевту, Феликс смог его заставить. Каждое воскресенье утром Хан сидит в кабинете у приятной девушки, которая пичкает его какими-то таблетками и задает неудобные вопросы. Результат есть, но парень не уверен что это именно то, что нужно. Да, он немного реже чувствует себя "зрителем" своей жизни, но в голове все равно происходит конфликт: Хан не может найти смысл в своей жизни, юноша лишь существует. Просто мешок мяса, который пытается оставить что-то после себя. Кстати об этом, мальчишка – настоящий художник. Именно во время рисования он может быть в моменте с собой. Именно тогда он знает что и зачем делает, контролирует все. Картины Джисона не могут не вызвать реакции, ведь юный художник вкладывает все свои силы дабы передать эмоции. Не четкость линий и попадание в реализм, а именно эмоции! Стиль картин находится где-то между импрессионизмом и абстрактным экспрессионизмом. Если говорить про ту самую весеннюю росу, то Хан будет рисовать ее немного размазанно и хаотично, показывая полное ощущение свежести и тихого счастья. Кудрявый умиротворенно шел домой. Он жил в квартирке с мятными обоями и деревянным полом. На кухне, Совмещенной с гостиной, были коричневые фасады с золотой фурнитурой на ручках ящиков, удобные мягкие стулья и куча растений. Еще больше жизни в комнате добавляла их с Ликсом совершенно разная посуда: блондин был помешан на ярких нелепых кружках и некоторые дарил соседу, но любимцем Хана всегда оставался прозрачный стакан-неваляшка, парень мог залипать на него часами. В стороне так называемой гостиной стоял большой и очень мягкий диван коричневого цвета, а рядом два пуфика, предназначенные для двух соседей. На полу располагался большой ретро-ковер, похожие висят у бабушек на стенах. Подоконники в их квартире были специально опущены ниже: богатые родители блондина сделали все, дабы он и его лучший друг Джисон чувствовали себя комфортно. Так вот, подоконники так же были с деревянным узором, а на них лежали зеленые подушки разных форм и оттенков. По всей квартире раскиданы разные лампы и гирлянды, парни редко включали верхний свет, ведь обожали эффект от теплого сияния разных лампочек. Джисону явно повезло с соседом, сам он не смог бы оплатить ремонт их квартиры. Заходя в спальню брюнета, перед глазами открывается настоящее королевство: стены все так же мятные, но возле спального места висит несколько набросков художника. Тепло-желтая гирлянда приклеена по периметру потолка, добавляя уюта. Кровати там нету, лишь большой толстый матрас с белым постельным бельем, но это ведь только территория возле двери. Рай начинался от окна: подоконник все также низкий с деревянным орнаментом, на нем лежит пачка дешевых сигарет, теплый плед и пара подушек в форме белки. Сразу перед окном стоит немного грязный от красок мольберт из темного дерева, возле него широкий стеллаж с принадлежностями для рисования. Кто-то назвал бы такую комнату сплошным хаосом, но именно это место отвечает за самочувствие и настроение Хана. Джисон наконец-то пришел, он бывал дома сразу как ушел от Хо, но соседа дома не было. Сейчас же все изменилось: только хан открыл дверь как на него налетел комок светящихся волос. – Джисон-аа!! Где ты был, ненаглядный мой? – крепко обнимая Хана пищал блондин – Но ты ведь не переживал? По тебе видно. – ухмылка появилась на лице младшего – Я был в безопасности, клянусь. Спал в тепле на мягком фиолетовом ковре. – он помедлил – Не мог бы ты отойти? – Хехе, знаю я какой у тебя там ковер, поэтому и не особо парился. – Ли Феликс наконец-то сдвинулся с места, ведь сосед не любил разные тактильности. – Хочу знать все, у меня тоже есть что рассказать. Вечер в компании двух давних друзей прошел незаметно: старший рассказывал о встрече с ангелом из колледжа, завтра они снова идут гулять и Феликс думает над стратегией соблазнения. А младший поведал историю про ворчливого кота, уже не скрывая интереса. Хан видел в Минхо опору, которой ему так не хватало. Во время сторитайма мальчишки занимались своими делами: Ёнбок готовил чимтак – тушёная курица с овощами и стеклянной лапшой. Младший лежал на том самом огромном диване рисуя наброски из головы, но почему-то каждый портрет напоминал ему Минхо. Воскресенье порадовало Хана легким весенним дождем и запахом свежести. Джисон проснулся в семь утра, дабы пойти на прием к своему врачу. Дорога занимает примерно двадцать минут, можно спокойно добраться на метро. Мальчишка любил слушать звуки природы, но гул метро раздражал как никогда. Он надел белые проводные наушники и включил какую-то грустную песню – " Хеллоу (Life) – Татьяна Казючиц ". Еще пару минут и вот парень тут, стоит перед светлой дверью кабинета. От ощущения, что в его голове снова будут копаться, появлялись мурашки по коже. Брюнет зашел в бежевый опрятный кабинет, вяло присел на мягкое кресло, впрочем, он каждый прием сидел именно там. – Здравствуй, как ты? – с наигранной теплотой пронеслось из уст девушки-врача. – Сойдет. Прием проходил как обычно, парень не мог полностью открыться и рассказать о своих мыслях в полную меру. Доктор снова спрашивала про таблетки, похоже она собирается приписать ему дозу побольше. Все было как обычно, пока юноша не рассказал про нового друга. Девушка внимательно слушала его, записывая что-то в цветочный блокнот – Знаете, я постоянно ищу в вещах какой-то смысл, пытаюсь зацепиться за жизнь... Но когда он смотрел на меня на крыше или когда мы молча пили чай, мой туман в голове будто рассеялся. Он будто очень прочно стоит на земле, понимаете? Его заземленность будто якорь для меня, с ним я по-настоящему чувствую себя живым. – Ты влюбился? – вопрос заставил Хана задуматься. – Не знаю... Наверное нет, мы знакомы всего ничего. – пациент легонько усмехнулся – Даже если так, это не та симпатия от которой кружится голова. Я будто нашел своего человека, он помогает не улетать в свои мысли и жить в моменте. Мне кажется, с ним я смогу найти ответы на все вопросы. – Ох, это же прекрасно, Хан. Возможно пойдешь на поправку. Прием шел к концу, а наше фиолетовое счастье тем временем только просыпалось. Он закончил все утренние дела и собирался идти в гараж Хенджина, его они делили на двоих. Шатен имел крутой черный мотоцикл, специально для него был куплен этот немного убогий гараж. Так же, там лежали все принадлежности для юного скульптора. Именно эту специальность выбрал Хо, он с детства мечтал реставрировать предметы прошлого. У парня был серьезный долг по учебе: к понедельнику нужно было закончить и сдать академический портрет. В гараже пахло сырой глиной, гипсом и старым деревом. Минхо накинул рабочий фартук, подошел к станку и стянул влажную ткань с заготовки. В голове до сих пор крутились обрывки мыслей о вчерашнем утреннем госте. Ли взял в руки стеки и принялся за работу, пытаясь сосредоточиться на правильных пропорциях, анатомических линиях и симметрии. Однако пальцы словно жили своей жизнью. Вместо привычных, строгих и безликих черт натурщика, глина под его руками начала приобретать совершенно иные формы. ​ Минхо опомнился лишь спустя пару часов, когда спина уже дико затекла. Он злился на самого себя, но, сделав шаг назад, просто замер. Из серой массы на него смотрел знакомый, аккуратный и необычный контур губ, плавная линия подбородка и легкий, неуловимый профиль. Это был Джисон. Портрет дышал той самой странной, воздушной энергетикой кудрявого чудика. Хо тяжело вздохнул, понимая, что переделывать всё с нуля уже нет времени, да и, если честно, не хотелось. Этот парень засел у него в подкорке слишком глубоко. ​ Чтобы хоть немного перевести дух, Минхо вытер испачканные в глине руки о тряпку, достал телефон и сел на старый диван. Пальцы сами вбили в поиск знакомое имя. ​ Профиль Джисона в соцсетях оказался таким же, как и он сам – загадочным и скрытным. Никаких селфи, никакого пафоса, всего около пяти публикаций. Это выглядело как закрытый личный архив, который вели исключительно для себя. Минхо медленно листал ленту, вчитываясь в короткие подписи к размытым кадрам. ​ «Слишком много пространства вокруг. Легко потеряться, если не смотреть под ноги», – гласила надпись под фото весеннего неба, где ветки деревьев казались почти прозрачными от тумана. Чуть ниже висело короткое трехсекундное видео с качающейся веткой за окном и подписью: «Иногда в тишине слишком много шума». ​ Минхо нажал на аудиозапись, прикрепленную к одному из постов. Из динамика послышался мягкий шелест ветра, далекий гул города и отчетливое, завораживающее пение птиц, записанное на диктофон. «Они поют так, будто точно знают, зачем проснулись сегодня», – оставил подпись Хан. ​ Старший слушал этот звук, разглядывая глиняное лицо Джисона в полумраке гаража, и внутри разливалось странное чувство. Этот парень не просто искал смысл в окружающем мире — он отчаянно пытался зацепиться за реальность через эти звуки и краски. И Минхо, смотря на свой телефон, впервые поймал себя на мысли, что безумно ждет этот чертов понедельник на крыше. День в колледже шел долго и нудно, наконец-то наступил обед и ученики шли в разных направлениях для отдыха. Теплое солнце проходило через окна учреждения, создавая неимоверный уют. Минхо не пошел на перекус, он сидел в пустом кабинете, готовя презентацию своей скорее всего лучшей работы. Да, именно та скульптура с Джисоном. Юноша допускал мысли о том, чтобы показать другу это чудо, но были сомнения. Что если не понравится? Ли не хотелось обижать Хана... Решение все таки принято, если Минхо найдет младшего за пятнадцать минут, то обязательно покажет творение, но если не сможет, то молча сдаст свою работу. Тот сразу вышел из кабинета и пошел гулять по колледжу, подсознательно надеясь найти своего друга. И о боже, тот сидел недалеко от выхода из его корпуса. Возле лавочки стояли двое друзей Хана, они внимательно слушали очередной философский вкид парня. Хо неуверенно подошел к ребятам, ведь собирался нагло забрать их умника. – Привет. Джисон, можешь пойти со мной? У Феликса и Чонина чуть не отпали челюсти: первый наконец-то увидел новую пассию соседа, красота парня правда поражала. А второй ярко вспоминал как тот самый парень год назад стоял вместе с хулиганами, совсем не реагируя на буллинг к Чонину. – Это этот твой Минхо?! – без раздумий вылето из уст рыжего, он был немного обижен – Я думал тебя остановил мой рассказ про жестокость этого крашеного. – Успокойся, он не мой. Извините, я найду вас позже. – Хан без всякого стыда встал и подошел к Минхо. – Идем. Под возмущения лиса они молча дошли до класса, Хан почему-то даже не задавал вопросов, он просто шел за старшим. А тот, в свою очередь размышлял почему фраза Джисона заставила сердце немного кольнуть. Дверь открыл Минхо, пропуская гостя как настоящий джентльмен. – Я это.. Показать тебе хотел работу свою, ты не суди строго, хорошо? – ответа не послышалось и Ли снял белую ткань со скульптуры. Она стояла под лучами солнца, проходящих через окно, и заставляла Джисона смущаться. – Как красиво... Сколько же ты её делал? – пораженный подошел к фигуре и начал рассматривать каждую детальку: все было продумано до мелочей, даже едва заметная родинка виднелась на щеке инсталляции. Как скульптор смог сотворить настолько точную работу? – Ты хорошо справился, глаза красивые. Минхо внимательно наблюдал за действиями младшего: тот проводил пальцами по статуе, негромко подмечал самые сложные и четкие детали. Парень совсем не заметил как сам оказался совсем рядом с другом. Джисон замер, он почувствовал тихое дыхание позади него. Юноша аккуратно развернулся – между парнями осталось всего несколько сантиметров, а в тишине просторной мастерской расстояние казалось еще меньше. Минхо сосредоточенно рассматривал немного красное лицо младшего: его глаза напоминали глубокий омут, а губы были слишком гладкие, будто идеальный фарфор. – Рад, что тебе понравилось. – прозвучала чрезмерно добрая и искренняя интонация в голосе, что не совсем характерно для Минхо. В исследовании лица его вдохновения парень заметил торчащую прядь кудрявых волос Хана, она немного портила прекрасный вид. Рука будто сама потянулась заправить локон за красноватое аккуратное ухо Джисона. Реакция последовала сразу: тот несильно дернулся, поджал губы и залился заметным розоватым румянцем. В сердце брюнета что-то кольнуло, он отвел взгляд и теперь смотрел куда-то в пол. Ли в очередной раз вытянул его из тумана собственных навязчивых мыслей, заставив почувствовать яркие и горячие эмоции. Скорее всего, мальчишка не хотел быть пойманным со смущенным лицом от действий собеседника, но бежать было некуда. Минхо сперся на стол двумя руками, создавая для Хана что-то отдаленно похожее на стены. Да, Джисон явно был смущен, но он не отдалялся, а наоборот, незаметно потянулся ближе. Минхо такая реакция порадовала, но останавливаться он не собирался: старший решился аккуратно переплести его пальцы с длинными мягкими пальцами Хана. Хатка была уверенной и крепкой – словно инициатор без слов хотел показать что готов стать устойчивой платформой для младшего. – Что ты делаешь? – Хан немного напрягся, облизнул свои губы. Он не хотел отстраняться, но здравый смысл был сильнее. – Тебе не нравится? – абсолютно спокойная интонация, но старший отчаянно надеялся услышать нет. – Не то чтобы... Просто что происходит? Зачем? – кудрявый набрался смелости посмотреть в глаза скульптору. Какое же облегчение разлилось по телу Ли, теперь он знает, что Джисон разделяет его желание быть рядом. Минхо на мгновение замолчал, продолжая всматриваться в эти большие черные глаза. В пустом кабинете, залитом солнцем, этот вопрос повис плотной тишиной. Ли вообще не любил объясняться, предпочитая не слова, а поступки, но сейчас Хан смотрел слишком прямо и серьезно. ​ Минхо чуть ослабил хватку, давая Джисону выбор, но младший ладонь не убрал. Он лишь слегка склонил голову набок, и в его взгляде проскользнуло что-то непривычно мягкое, без капли привычной иронии. ​– Зачем? – Минхо негромко хмыкнул, будто вопрос был глупым, хотя оба понимали, что это не так. – Наверное, потому что ты вечно где-то летаешь. А мне просто надоело смотреть, как ты пропадаешь в своей голове. Джисон моргнул, переваривая услышанное. Слова старшего не звучали как громкое признание, но в них было столько приземленной, спокойной уверенности, что внутренний туман Хана окончательно рассеялся. Напряжение в плечах исчезло. Здравый смысл, который секунду назад заставлял его смущенно прятать взгляд, просто отступил перед этим чувством реальности. ​ Кудрявый опустил глаза на их переплетенные пальцы и сам, уже без тени сомнения, крепче сжал ладонь Минхо в ответ. ​– Понятно, – тихо буркнул Джисон, чувствуя, как к щекам все еще приливает тепло, но уходить ему больше не хотелось. Вообще. – Значит, решил поработать моим заземлением? – Кто-то же должен, – спокойно парировал Минхо, и на его губах появилась едва заметная, довольная ухмылка. ​ Он наконец отпустил руку младшего, разбивая этот слишком интимный момент, но атмосфера осталась прежней – легкой и надежной. Ли кивнул в сторону старой двери, возвращаясь к своему обычному рабочему тону: – Мне нужно нести работу к преподавателю, ты же придешь сегодня? – Обязательно. Хан в очередной раз повторил свою иногда раздражающую окружающих привычку: ушел и не попрощался. После себя он оставил лишь шлейф духов с запахом чистейшей свежести и парочку приятных воспоминаний. Минхо был наедине со своими мыслями. Он сам не понимал что только что сделал. Юноша знал только то, что не сможет так легко прекратить общение с Ханом, нужно идти дальше и пробиваться в одинокую колючую душу парня. Остальные пары шли вечность. Оба парня думали лишь о долгожданной встрече на крыше. Первым пришел Хан, он держал листы с новыми эскизами для сдачи работы. Вдруг ни с того ни с сего подул сильнейший ветер, он развеял рисунки Джисона по всей крыше, некоторые улетели бесследно. Юноша сразу же принялся собирать их. Хо пришел и картина перед глазами вызывала искреннюю улыбку: младший ползает на четвереньках и громко матерится, собирая свои бумажки. – Эй, чудик, куда делась вся твоя эстетика? – издевки были дружеские ведь фиолетовый помог Хану собрать уцелевшие листы. – Че тут вообще нарисовано? – Это называется искусство, мне нужно нарисовать картину на тему разрушения, а это всего-то скетч. – Ладно ладно, понял. – парнишка помог другу собрать листы. – Я нам плед взял, мягче будет. – Спасибо, Хоша. – саркастично выдал Хан, хотя Минхо явно засмущался от такой шуточки. Парни постелили темный плед на холодный бетон. Ли уже разлегся на новом месте и достал из рюкзака две банки с газировкой, купленные специально для их вечера, а Джисон загадочно стоял спиной к знакомому. Правда почему-то ближе к краю крыши чем обычно. Разговор начался будто сам собой, но Хан не поворачивался, рассматривая небо, полное птиц. – Ликс теперь уверен, что ты какой-то злодей и держишь меня в заложниках. Скоро выдаст план по моему спасению. – Пусть только попробует. – звучит как очередной сарказм, но Ли был серьезен в своих высказываниях. – Этот парень слишком громкий. Кстати, как там... Чонин, да? Он меня боится что-ли? – Обижен. Не нравишься ты ему сильно. Я сказал ему что ты просто ворчун, но не плохой. – Может я и вправду выгляжу как хулиган? – Ты точно не выглядишь как тот, кто лепит чужие губы по памяти. Минхо резко подавился газировкой, громко закашляв. Младший повернулся на звук, невольно улыбнувшись. Через пару секунд Ли вернул свое каменное лицо и продолжил: – Это был лишь академический интерес к твоим анатомическим особенностям. Вечер проходил неимоверно: парни сидели рядом друг с другом, иногда якобы случайно соприкасались плечами. Ребята давно выпили свои напитки и начали разговаривать по душам. Оказалось, что они две противоположности, которые вечно тянутся к несовместимому. Холодный ветер рассекал воздух, листья разных деревьев время от времени залетали к ним на крышу, птицы все еще кружили рядом, но уже без своих песен. Мальчишки поузнавали друг у друга про увлечения, музыку и даже задели тему прошлого, но Хан почему-то не стал рассказывать дальше. У парней даже завязался спор когда младший показывал фотографии своих картин. Хо утверждал, что мазня Джисона лишь показывает лень автора и безразличность к деталям, а кудрявый наоборот, он считал что слишком идеальные скульптуры Минхо не вызывали ничего, кроме пустоты. Уже ночь на дворе, возле парней лежит маленький фонарик Джисона, почти ничего не видно. Мальчишки уже кажется обсудили все на свете и нужно было расходиться, но младший погрустнел, закарабкался в свои тревожные мысли. Он поджал колени, крепко обхватив их худыми руками и уставился в случайный бетонный выступ в другой части крыши, парень мысленно улетел, совсем забыв про нового знакомого. Перемены Хо заметил сразу, но не спешил отвлекать, давая хоть немного свободы другу. Правда когда брюнет перестал реагировать на любые фразы Минхо, второй сократил дистанцию между ними, достал из шопера дешевый черный маркер и взял собеседника за руку. Через пару секунд на ладони вырисовывался мультяшный рисунок котика с надписью " не спать! ". Джисон вздрогнул от неожиданных прикосновений и полностью направил свое внимание на рисунок. Как же вовремя! Старший точно сделал правильное решение, вытащив чудика из тумана. – Не забывайся, Хан. – Хо с надеждой на понимание смотрел прямо в глубокие глаза собеседника. – Художник из меня так себе, но я просто хочу чтобы ты не забывался. Ты сейчас со мной, тут, на грязной крыше. Хан готов был расплакаться от благодарности. Как же ему не хватало такого человека как Ли последние несколько лет. Перед ним сидит парень с самыми искренними намерениями, он правда желает добра чудику. Глаза говорили все за него, они приятно блестели, смотря прямо в душу. – Эх, Джисончик, пора закругляться. Завтра снова на учебу. – устало и с ноткой грусти фраза вылетела из уст старшего. Юноши медленно шли по пустым улицам, слушая невероятные рассказы друг друга о жизни. Конечно, больше говорил Хан. Каждая история была наполнена философскими мыслями и разными тайнами. Старший лишь внимательно слушал, стараясь запомнить каждую деталь. Они иногда устраивали безобидные споры, легонько били друг друга в плечо и время от времени обменивались теплыми взглядами. Время шло быстро и они наконец-то пришли в общагу. Она была небольшой, но очень даже престижной. Имела в себе три этажа, аккуратные коридоры и достаточно большие комнаты. Сюда попадали либо дети очень богатых родителей либо самые лучшие ученики. Хан относился ко второму типу, никто не оплатил бы ему настолько престижное общежитие. А Ли наоборот не был гением в своем деле, но за счет хороших отношений с родственниками, смог получить тут местечко. Уже десять вечера. Джисон решил подняться с Ли на третий этаж и проводить его, ведь прощаться совсем не хотелось. Подойдя к дверям квартирки, парни не знали что сказать друг другу, слишком много идей крутилось в голове. Действовать решил Хан, он подошел к старшему поближе и нежно, с особой аккуратностью обнял друга. Момент длился не секунду и не две, младший будто пытался раствориться в Минхо. Ли на мгновение замер от неожиданности, но руки будто сами по себе легли на спину инициатора, притягивая его еще ближе. Мир остановился и все внимание было направлено лишь на этих двух. Это не было быстрым или формальным жестом – Минхо обнимал крепко и уверенно, словно создавая вокруг младшего защитный барьер от всего внешнего мира. ​ Джисон уткнулся носом в плечо старшего, вдыхая знакомый запах сырой глины, текстиля и прохладного весеннего ветра. В этот момент весь внутренний хаос Хана, все его тревожные мысли и ощущение оторванности от реальности просто отключились. Было только осязаемое тепло чужого тела, мерный стук сердца Минхо где-то совсем рядом и плотное, надежное кольцо чужих рук. Младший слегка сжал пальцами ткань куртки Ли на спине, безмолвно прося продлить это мгновение еще немного, чтобы окончательно прийти в себя и запомнить это чувство абсолютной безопасности. Время было позднее так что кудрявый нехотя отстранился. Его челка была немного растрепанной после таких долгих объятий. – Я уже пойду... – Хан снова стоял с красноватыми щечками, он не мог скрывать свою реакцию на такие взаимодействия. – Спокойной ночи. – Сладких снов, Хани-и. – Хо подмигнул и улыбнулся. Конечно, это искренняя реакция, но если бы что-то пошло не так, старший смог бы перевести все в шутку. Джисон больше ничего не сказал, просто развернулся и пошел к лестнице. Хо не видел его лица, но там уже сияла фирменная улыбка-сердечко. Младший не мог поверить, что все идет так плавно и хорошо Ли смотрел вслед другу пока не убедился что тот благополучно добрался до лестницы. Улыбку старший тоже не скрывал, он просто сиял от радости и бабочки в животе не давали покоя. Слово «друг» вдруг стало казаться Минхо слишком тесным и каким-то неправильным. У него были знакомые, были приятели по колледжу, но то, что происходило между ним и Ханом, не укладывалось ни в какие привычные рамки. Минхо больше не хотелось быть просто парнем, с которым можно посидеть в тишине или поспорить об искусстве. Ему хотелось иметь право обнимать Джисона без повода, забирать его из любой компании и знать, что этот кудрявый парень принадлежит только ему. Статус простого друга начал откровенно злить, требуя чего-то гораздо более честного и глубокого. После всех раздумий он наконец-то зашел в свою квартирку: на мягком бежевом диване располагался Хенджин. Он легал на животе и лыбился в телефон, размахивая ногами как настоящая принцесса. Парень даже не заметил громкий хлопок захлопнувшейся двери. – Эй, ты че лотерею выиграл? – Минхо знает, что шатен часто переигрывает с эмоциями, но чтобы настолько... Сосед не обращал внимания на прибывшего Ли. – Алло! Что с тобой? Наконец-то на него обратили внимание. Хенджин улыбался во все тридцать два, глаза сияли, а в телефоне виднелась какая-то переписка. – Минхошкаа-а! – на такое обращение фиолетовый скривился, но без всякой злости. – Я тебя скоро на свадьбу приглашу, готовь наряд! – Че ты несешь... – Знаешь же Феликса? Друг твоей белки. – шатен сделал акцент на определенное слово и подвигал бровями вверх-вниз дабы его точно поняли. – Охх, какой же Ликс хороший. Мой абсолютный типаж, я уже хочу от него пятеро детей!! – Хахах... Хван, вы оба парни, не забывай. – Тц, портишь всю романтику. Моя булочка тоже постоянно меня из себя выводит, но в другом плане, если ты понимаешь, о чем я. – Фу, я не хочу больше ничего знать! Ты это... Предохраняйся только. – реакция последовала сразу же: прямо в лицо Минхо прилетел тапок соседа. – Айй, хахах, успокойся ты уже. – Будто у тебя с белкой такого нету, я ж вижу как ты поменялся в последнее время. А еще Феликс мне рассказал, что этот пацан постоянно про тебя трындит, не замолкая! Минхо был приятно удивлен: вопрос о взаимности Джисона время от времени беспокоил его. – Его зовут Джисон, Хан Джисон. Я пойду к себе, спокойной ночи. – Хехе, ну иди, иди. Тебе дать салфеточек под кровать? Или Хан не настолько сильно вскружил тебе голову? – Обмен тапками прошел успешно. С точностью во все девяносто девять процентов в нос Хенджина прилетел его же черный тапок адидас. – Заткнись. – Ли захлопнул двери в свою комнату, но спать он не собирался. Точнее не мог, ведь мысли о Джисоне снова не давали покоя!!