Квартет на конец Света

            Уродливая тварь, забившаяся в угол, смотрела на двух подростков в черном одеянии с нескрываемым ужасом. Это был теплый вечер в Дез Сити, везде одиноко подсвечивали улицу мигающие фонари, но в переулке было темно. Сквозь всхлипы и вздрагивания можно было услышать вполне человеческие мольбы, но они давно знали: это уловка, фальшивый плач о раскаянии. Этот отвратительный взгляду нeчеловек прижался всей спиной к холодной глади каменной стены сзади, и его глаза горели лихорадочным, безумным огнем.       " Да оградит нас от падений греховных.."       Он плавно принял очертания острой, длинной косы. Его напарница сделала изящный, ритуальный взмах полотном:       ".. да научит нас истинному покаянию.."       Руки, танцующие на косовище, прочертили полукруг, и коса метнулась прямо к шее одержимого:       " ....да избавит нас от пленения диавольского и всякого воздействия духов нечистых".       Вязкая и алая кровь брызнула горячими пятнами на их лица, одежду. Она цокнула своим язычком, рассматривая обезображенное пончо. Он лишь облизнулся, занятый светлой, парящей душой в его руках. Эфемерная масса слегка подрагивала, выдавая муки еще недавно одержимой твари.       - Твоя очередь стирать форму, в прошлый раз это была я. - Она брезгливо отряхнула пончо для вида, хмуря тонкие бровки бледного лба.       - Ага, конечно, - он снова облизнулся, и на миг можно было увидеть ряд острых, акульих зубов, - у меня особые привилегии, ты же знаешь. Не оружейское это дело - тряпки стирать.       Она лишь кинула на него мертвый взгляд и продолжила соскабливать ногтем маленькие красные пятнышки.       Это был теплый вечер в Дез Сити, и одинокие фонари подсвечивали пустую улицу. Фонари мигали, отражались в алых пятнышках на пончо, в лицах худощавых и бледнолицых подростков, на тротуаре у переулка, где лежала неправильной и непонятной кучей тело, состоящее из костлявых конечностей в мешковатой, рваной одежде. Завтра этого тела уже не будет, и знающее, хохочущее солнце начнет отражаться в лужах рядом, но никак не в горячих, потемневших пятнышках, которых больше не было на тротуаре, словно это было такое же эфемерное явление, как дрожащая душа очередной испорченной твари в его руках.

***

             Часы неохотно показывали семь часов утра, когда толпа шкодливых старшекурсников вывалилась в столовую, тут же занимая места, поближе к раздаче завтрака: все знали, что самые съедобные куски доставались первым на очереди ребятам. Особо буйный студентишка с синими, взлохмаченными прядями на лбу очень нетерпеливо толкал в плечо более худого однокурсника.       - Еще медленнее нельзя? Тут позади тебя целая орава голодающих! - Блэк★Стар ойкнул, когда его пнули локтем в ответ. Золотистые глаза отливали холодным ядом на лице его друга.       - Твой Святой отец Сид не учил терпению и покаянию? - Кид, этот худощавый парниша с иссиня-черными волосами, лениво ставил на свой поднос тарелку салата. Блэк★Стар только что-то промычал в ответ, но сдаваться не собирался, и все давил плечами соседей.       - Когда-нибудь Стара утащат в карцер за поведение.       Мака Албарн сидела чуть поодаль от основной толпы, а рядом, напротив нее, сидел ее напарник - Соул Эванс. После удачного задания они успели выхватить печеный картофель и теперь делили одну порцию на двоих: знали, что еды на всех не особо хватает, а они уже взрослые, могут и поменьше есть. Мака Албарн, истощенная девушка с горящими изумрудными угольками вместо глаз даже гордилась тем, что пропускает обеды и ужины. Особенно она гордилась своей дисциплиной: недостаточно искренне молилась, думала о стирке формы вместо высокого и духовного нечто во время совершения скорбной тайны - и вот она отдает свою порцию супа какому-то тихому младшекласснику.       - Честно, давно пора, - чавкая, заметил ее напарник, отчего та кинула на него осуждающий взгляд. - Я не знаю, как Кид терпит все это.       - Мы можем многому научиться у Кида, - мечтательно заметила Мака, пока ее живот урчал из-за пропущенного завтрака.       Соул промолчал, ковыряя вилкой какие-то подгоревшие кусочки картофеля.       - Народ, чего такие кислые? – Блэк★Стар громко шлепнул своим подносом по столу, сев рядом с Соулом. – Что у тебя тут? Картофель? – он нагло сунул свою лапу с вилкой в тарелку к Соулу и Маке (все-таки тарелка все еще была общей), но Соул лишь угрюмо шлепнул его по ладони и уже был готов выплюнуть в адрес Стара пару ласковых о его поведении, но тут к ним тихо подсел Кид.       - Я слышал, вы только вернулись с ночного дежурства и даже успели очистить одну душу? – он говорил тихо, вкрадчиво, но сама атмосфера, волновые, «околобожественные» частоты души вокруг него заставили всех троих сразу обратить на него внимание.       - Да, Кид, - тут же ответила Мака, - Отец Штейн похвалил нас. Нам осталось еще пара душ, чтобы Соул мог стать Его Косой Смерти. – при словах напарницы Соул слегка откинулся на спинку стула, и не его лицо выползла ухмылка «крутого парня», которую он так любил демонстрировать в минуты своей крохотной славы.       - Ага. Я буду самым молодым среди всех Кос. Не люблю шум, но, думаю, в коридорах семинарии от девчонок не будет прохода. – Мака тут же ущипнула его за бок, услышав в ответ тихое «Ауч!»       - Это очень похвально. Но ты должен сосредоточиться не на крутости и славе, а на божественном смысле твоей великой миссии. Тебе дарована судьба соли земли, и ты не должен ее растрачивать на материальное бытие.       Блэк★Стар показательно зевнул, похлопав Соула по спине:       - Не слушай его. Я, может, и не Коса, но желания удивить богов у меня хоть отбавляй. Вот поймаю душу настоящего Кишина и... – он выпятил грудь, тыкнув большим пальцем себе в грудь. – Слава обо мне будет жить веками.       - Удивительно, что таких выскочек, как вы, еще не вышвырнули за ворота Академии. – вмешалась Мака, бессознательно вертя салфетку в своих руках. – И вообще, скоро занятие, а вы тут сидите. Ну-ка, убирайте за собой и бежим!       Половина компании недовольно застонала, беря свои подносы.

***

             Аудитория по смертесловию была самой прохладной в Академии, так как ее окна не выходили на солнечную сторону. Мака куталась в свой китель, но не пропускала ни одного слова, сказанного Святым отцом Штейном - инспектором семинарии, который также был преподавателем нескольких дисциплин на ее потоке. Справа от нее Соул очень старательно делал вид, что слушает, хотя его заинтересованное выражение лица пускало слюни последние 20 минут.       -... Многие, я уверен, согласятся со мной в том, что литургия, как и все Его учение, находится в состоянии кризиса. Так или иначе все актуальные вопросы фокусируются на богослужении. - Штейн медленно обошел свой стол, слегка опершись рукой о дубовый угол. - Так происходит потому, что именно эта область - сердце Его учения. Но не столько богослужение духовное, сколько богослужение практическое, если вы понимаете, о чем я.       Инспектор слегка откашлялся - постоянное преподавание в холодной аудитории дает о себе знать.       - В связи с этим хочу похвалить воспитанников Албарн и Эванс за успешное выполнение задания. - сухой голос Штейна едва ли выдавал крупицу истинного восторга, что, впрочем, принималось за извечный контроль над эмоциями, что ценилось среди студентов. - Чем короче Его список, тем светлее мир, который мы с вами строим. - По всей аудитории гулко пронеслись пару аплодисментов. - Но, общем-то, продолжим...       Мака криво улыбнулась, а внутри она думала о том, что ей нужно доделать конспект по экзегезу, а сроки сдачи горят и, вообще, надо не забыть про вечернюю литургию... Конечно, очень приятно на момент почувствовать себя отдельной частицей от материального мира, ощутить, как сердце наполняется радостью с каждым шагом к Его свету, но, увы: такие отличные студенты, как Мака Албарн, не могут вечно витать в облаках. Поэтому ей предстояла трудная, изматывающая работа над собой в будущем, и при этих мыслях она не могла не почувствовать легкий мандраж от возложенной на ее плечи миссии.       - Вы можете спросить, а для чего вообще нужна литургия? Зачем мы молимся, зачем мы едим Плоть Его и Кровь? – продолжал инспектор. – Другой вам ответит, что литургия сближает причастных, делает нас единством, но и это достаточно ошибочное суждение. Богослужение сближает нас с Ним, а через Него – уже нас всех, друг с другом. Мы должны понимать важность Его присутствия в наших жизнях. Когда вы молитесь, когда вы действуете – все это приближает вас к Его свету. Вы открываете сердце, душу для того, чтобы понять Его символы.       «Конечно, - мысленно соглашалась с профессором Мака, - символы – самое главное в нашей службе. Мы должны чтить их, ведь именно они помогают нам быть к Шинигами-саме ближе», - она была горда тем, что полностью понимает важность слов инспектора. Не зря именно ее партнер – будущая Коса Смерти. Она зажмурилась, позволив себе хотя бы на секунду представить такое будущее: Соул – успешная Коса, которая день изо дня борется со злом, а Мака – преподавательница в Семинарии, которую любят дети. Она могла бы учить их добру, уважению к Таинству и богословию, любви к Шинигами-саме...Она открыла глаза и посмотрела на Соула, который видел уже пятый сон. «Нас ждет большое будущее с ним» , - на ее губах застыла задумчивая, но теплая улыбка, когда она снова сконцентрировалась на лекции.       - ...Таким образом, нам следует не только продолжать работу по возрождению литургии, - уже заканчивал лекцию Штейн, - но и попытаться заново прийти к пониманию того, что такое литургия в самом широком смысле этого слова. – Он сделал жест рукой, и все ученики встали, чтобы прочесть молитву по окончании лекции.

***

             После обеда у студентов было несколько свободных часов. Блэк★Стар стремглав занял свое самое любимое место на спортивной площадке, где отрабатывал удары. Рядом с ним, прислонившись к дереву, сидел Кид, который наполовину был погружен в чтение Жития.       - Твои удары слишком хаотичны. – он отставил книгу, наблюдая за тренировками друга.       - А какими они еще должны быть? – раздраженно фыркнул Стар и не прекращал избивать грушу.       - Осознанными, Стар. Мы же семинаристы, любое наше действие должно быть наполнено осознанием того, для чего мы это делаем. Молитва – для веры, удары – для очищения.       - У тебя там что, методичка Отца Сида? Я уже наслушался его выговоров. Но я не зол, я просто хочу стать сильнее, понимаешь?       Кид покачал головой.       - Я не спорю, но это ведь не главное.       - А что главное, а? Ты хочешь, чтобы я с этими тварями сюсюкался? Ну уж нет. – Стар резко остановился и развернулся к Киду, пронзительно глядя тому в глаза. – Мне не за что с ними нянчиться. Они нелюди, Кид. И моя главная цель тут не в том, чтобы пустословные молитвы читать, а чтобы они были наказаны. И я хочу удивить Его, может, даже стать лучше Него...       - Что ты говоришь? – Кид с ужасом посмотрел на него. – ты богохульствуешь прямо сейчас, передо мной...!       - А что ты сделаешь? Сдашь меня за то, что я хочу служить все эти богослужения, как говорил инспектор? – Блэк★Стар устало провел рукой по волосам. – Мои методы могут отличаться от общих, но цель-то одна. Разве она не оправдывает средства?       Кид замялся, перебирая в пальцах корешок книги.       - Я понимаю, почему ты так настроен.. твои родители..       - Это неважно. Я благодарен Отцу Сиду за все, что он мне дал и чему меня научил. – он накинул пончо обратно. – Во всяком случае, я и для тебя стараюсь. Жду не дождусь, когда ты станешь крутым Богом или типа того.       - О, глупости. Мне еще далеко до Отца. – Кид неосознанно расслабил плечи, чувствуя, как тема разговора вернулась на безопасную почву.       - Ну, может быть ты и послабее меня будешь... – он нахально улыбнулся ему. – но удар держишь отличный. Нас ждет большое будущее вместе, а?       Кид лишь молча улыбнулся ему.

***

             Новое задание Соула и Маки было похоже на остальные: в районе Дез Лэйк были многочисленные жалобы на одинокого мужчину, который пугал горожан около местной церквушки. Через полчаса напарники уже стояли около прицерковного фонтана, оглядываясь по сторонам.       - Да уж.. в последнее время слишком много безумцев на улице.. отбирают у меня единственные свободные часы на неделе... – проворчал Соул, потягиваясь перед трансформацией.       - Ты бы эти часы плашмя в комнате провел, а так хотя бы пользу приносишь. – огрызнулась Мака, прислушиваясь к волнам душ поблизости. Интенсивные занятия с Отцом Штейном дали свои плоды: она могла с легкостью слышать души на расстоянии до 5 километров, что высоко ценилось при выполнении заданий.       Где-то за углом она почувствовала частоты души, не похожие на остальные. «Слишком сильная вибрация частот.. Слишком много ненависти и злобы в этой душе..» - подумала Мака, тут же подавая Соулу знак превращаться в косу. Когда холодное косовище коснулось ладоней повелительницы, она тут же дернулась в сторону подозрительных волновых частот. Мака осторожно заглянула за угол.       Мужчина средних лет качался из стороны в сторону, сидя на промоченной из-за недавнего дождя картонке. Его вид был неряшлив, но было понятно, что он не всегда был таким: ветровка казалась новой, пусть и сильно испачканной, а обувь крепкой, с еще не расклеившейся подошвой. Ему было около сорока, не больше, но в висках уже прослеживалась седина. Его глубоко посаженные глаза тут же устремились на студентку напротив, и он сразу все понял. Мужчина всхлипнул, дернулся для того, чтобы встать, но Мака больно придавила ему ладонь ботинком.       - Нет смысла убегать. Мы пришли, чтобы помочь Вам, сэр.       Мужчина завыл и истерически начал толкать ее в сторону.       - Вы чудовища! Вы убили ее! Она была ни в чем не виновата! Монстры! Монстры! – мужчина откинулся назад, чтобы свободной ногой ударить студентке по голени. Застигнутая врасплох, Мака ахнула и отступила.       - Ах ты ж...!       Обезумевший тут же вскочил на ноги и хотел побежать в сторону, но смуглая рука оружия, уже превратившегося обратно, цепко ухватилась за воротник его ветровки. Соул обхватил шею мужчины так, что глаза того выпучились. Он было попытался рвануться вперед, чтобы глотнуть воздуха, но тут же захрипел.       - Вы не понимаете, что творите.. вы убиваете не тех.... – мужчина цеплялся пальцами за хватку Соула, но тот лишь сильнее сдавливал ему шею.       - Это ты не понимаешь.       Из руки Соула появилась черно-красная коса, ярко светившаяся в лучах закатного солнца. Резким, топорным движением он перерезал тому горло, и голова с глухим стуком упала у ног Соула, брызжа кровью прямо на разгоряченный асфальт. Он с отвращением отбросил от себя обмякшее тело и стал вытирать куском пончо свои руки. Мака все это время стояла рядом, с удивлением и почти восхищением смотрела на напарника.       - Это было...       - Читай свою молитву и дай мне уже сожрать эту гребанную душу. – огрызнулся Соул, рассматривая в руках духовный сгусток. Она искрилась светло-голубым свечением, отдаваясь мелкой вибрацией в ладонях оружия. Ни темных пятен, ни трещин – обычная душа, коих миллионы. Соул не дал этой мысле развиться – мало ли, как зло научилось прятаться за маской человеческой души?       Молитва была произнесена, и Соул моментально проглотил душу, чувствуя, как эфемерная масса отдает холодом прямо в его глотке. Но резкая боль сильно ударила по его его стенкам черепа, готовая вот-вот взорвать его мозг в клочья. Он прижал ладони к вискам, словно пытаясь сдержать две половинки головы вместе. Мака тут же кинулась к напарнику навстречу, хватая за локоть:       - Соул! Соул! Что с тобой?       - Мне.. нехорошо.. – прошептал Соул, ощущаясь тряпичной куклой в руках напарницы. – Дай мне отдохнуть немного..       - Не смей, слышишь? Потерпи немножко, я отведу тебя в лазарет!– Маке все тяжелее удавалось держать его на ватных ногах.       Голос его напарницы слышался издалека, словно сквозь густой туман. Образы перед глазами извивались, растворялись в общем шуме, пока он окончательно не упал навзничь – так же, как и тот мужчина парами минутами ранее.