Остаться до завтра 2.0

Разговор с Минги длился до самого рассвета. Юнхо не заметил, как пролетели часы. Он рассказывал о своей жизни — о тихих днях в Мире Б, о друзьях Сонхва и Чонхо, о работе, которая никогда не приносила удовлетворения, о странной тоске, поселившейся в груди задолго до того, как он увидел сны Джина. О том, как он чувствовал себя призраком в собственном мире. Минги слушал. Не перебивал, не задавал лишних вопросов. Только смотрел своими серо-зелёными глазами, в которых плавали золотые искры, и иногда кивал, будто подтверждая: «Я знаю. Я понимаю». Когда Юнхо замолчал, уставший и опустошённый, Минги налил ему чего-то тёплого, с привкусом мёда и трав. Напиток обжёг горло, но внутри разлилось приятное тепло, возвращая силы. — Ты задавал вопрос, — сказал Минги, ставя перед ним чашку. — Ты спросил, что это за место. Юнхо кивнул. — Это место для тех, кто не принадлежит ни одному из миров, — начал Минги. — Они не могут вернуться. Или не хотят. Здесь есть свои правила. Свои опасности. И здесь есть я — чтобы помогать таким, как ты, не сгинуть в первые же дни. — Таких, как я, много? — спросил Юнхо. Минги покачал головой. — Нет. Ты первый, кто пришёл по доброй воле. Обычно это просто те, кто сбился с пути. Те, кто нечаянно провалился в трещину между мирами. Они теряются. Некоторые находят дорогу назад. Некоторые остаются здесь навсегда. Юнхо задумался над его словами, но Минги вдруг изменился в лице. Его взгляд стал острым, как лезвие, а тело напряглось. — Тебе пора уходить, — сказал он резко, поднимаясь. — Что? — Юнхо не понял. — Сейчас же, — голос Минги потерял всю мягкость. — Уходи через чёрный ход. Не оборачивайся. — Почему? Вместо ответа Минги толкнул его в плечо — сильно, настойчиво. Юнхо споткнулся, но удержался на ногах. Он обернулся и увидел, как дверь входа распахивается с глухим ударом. Внутрь ворвались четверо. Они были в чёрном, с закрытыми лицами, но Юнхо почувствовал их намерение раньше, чем увидел движение: в руках одного из них мелькнул блеск металла. Минги прыгнул вперёд, заслонил собой стойку, и в то же мгновение Юнхо показалось, что воздух в баре сгустился, стал плотным, как вода. Свет замерцал, стеллажи с книгами дрогнули, а незваные гости будто натолкнулись на невидимую стену. — Беги! — крикнул Минги, не оборачиваясь. — Чёрный ход, за занавеской! Юнхо рванул. Он не думал, не анализировал. Тело слушалось быстрее разума. Он перескочил через стул, отодвинул бархатную занавеску и оказался в узком коридоре. Сзади послышался звук удара — тяжёлый, глухой, как падение тела. Он не остановился. Коридор вился, как лабиринт. Вокруг мелькали двери, свет тускнел с каждым шагом, и воздух становился всё холоднее. Юнхо бежал, слыша только стук собственного сердца и отголоски чужой борьбы. Когда он вылетел наконец на улицу — в другой, незнакомый переулок, — ночь уже начала сереть рассветом. Он прислонился к стене, пытаясь отдышаться. В груди кололо, в висках стучало, а в голове крутилась только одна мысль: Минги. Он вернулся? Он сбежал? Кто были эти люди? И почему Минги вступился за него — незнакомца, который появился в его жизни всего несколько часов назад? Юнхо не знал ответов. Но он знал одно: он не может просто уйти. Не после того, как Минги заслонил его собой. Он подождал, пока дыхание выровняется, и двинулся обратно к дверям. Но когда он вышел на улицу, где находился бар, двери не было. На её месте была глухая стена. Стёртая, старая, покрытая слоями краски. Словно заведения никогда и не существовало. Юнхо растерянно провёл ладонью по шершавой поверхности. Ни намёка на вход. Ни следа. Он вытащил из кармана визитку, которую нашёл в пальто. Перевернул её в руках. Она была тёплой. И в центре символа, на том самом месте, где пересекалась линия с бесконечностью, появилась маленькая точка. Метка. — Ты ждал, что я вернусь, — прошептал Юнхо. Он сунул визитку обратно и, развернувшись, пошёл обратно в квартиру Джина. Шаги были тяжёлыми. Каждое движение отдавалось эхом пережитого страха и тревоги за Минги. Но где-то в глубине, под слоем усталости, прорастало что-то новое. Решимость. Он впутался в эту игру не случайно. И он не собирался выходить из неё проигравшим. --- Ночь в квартире Джина была беспокойной. Юнхо метался во сне, снова и снова видя одно и то же: лицо Минги, его глаза, полные тревоги, и звук глухого удара. Он проснулся на рассвете, весь в поту. Часы показывали шесть утра. Комната была пуста. Тишина звенела в ушах. Но на подушке, рядом с его головой, лежала записка. Аккуратный, каллиграфический почерк: «Ты в порядке. Я тоже. Следующая встреча — на мосту. Ты узнаешь, на каком». Юнхо сжал записку в руке, прижал к груди и выдохнул. Впервые за долгое время он чувствовал, что живой. Что кто-то ждёт его. Что он нужен. Это было пугающе. И это было прекрасно.