И теперь мой шёпот громче её крика

Февраль 1573 год

Бурса

Солнце, только поднимающееся над городом, ласкало крыши домов и голые ветви деревьев, обещая им скорое тепло весны. Природа готовилась показать всему миру свою красоту и краски. Пора, которая, казалось бы, должна радовать горожан, не трогала только одну душу - Махидевран. Сегодня должны были заложить последний камень в усыпальницу её сына и она испытывала странное облегчение. Ей думалось, что только по завершению строительства, хотя бы он, наконец, обретёт покой, которого заслуживает. Ибо Махидевран уже не надеялась обрести его. Ей была безразлична своя судьба, цены не было и жизни. Каждый день она молила Аллаха избавить её от мук, успокоить тело и душу, и ждала того дня, когда это случится. Строение было не особо больших размеров, но достаточно обширное внутри. Стены исписаны изразцами и аятами из Корана, а сквозь решётки и стёкла струился яркий солнечный свет. Ступая по саду, вслушиваясь в шуршание камня под ногами, женщина медленно шла к Тюрбе, уже не сдерживая слёз. Её драгоценный сын, её Мустафа... Задушен как предатель, сын, которому не поверил собственный отец, предпочтя правде смерть своей крови и плоти. Каждый день Махидевран молила Всевышнего упокоить душу сына. Она так надеялась, что там, на небесах, он обрёл покой. И сама надеялась обрести его рядом с ним. Тишину усыпальницы нарушали только шаги матери покойного. Махидевран встала напротив гроба, покрытым тёмно-зеленым сукном, и остановила взгляд на установленном на нём белом тюрбане. Хоть и по вине Хюррем погиб шехзаде, она была благодарна султану Селиму за то, что он позаботился о старшем брате, оплатил её долги. Привыкшей не беспокоиться о финансах, Махидевран было тяжело после всех тех событий, но золотые монеты никогда не смогут вернуть ей ни свою душу, ни жизнь Мустафы. Сломленная годами траура, женщина опустилась на колени, возводя руки в молитве. Она просила Аллаха позаботиться о душе её шехзаде, просила сжалиться над ней и позволить ей предстать перед ним, воссоединившись с сыном. Иногда, как сегодня, очень тихо, но просила его дать ей шанс всё исправить, не отпускать его в тот роковой день, и будь, что будет. Проведя какое то время в тишине, она поднялась, приложила ладонь к гробу и развернулась, медленно побрела к выходу. Но, не успев сделать даже несколько шагов, схватившись за сердце, упала ниц, прямо подле сына...