мёртвые писем не пишут

Весть о смерти Розалины повергла в шок всех, а особенно владелицу дома Очага, на руках которой осталась малютка, что лишилась матери не успев даже повзрослеть.

" — я отправлюсь в инадзуму, для переговоров. скараммуча уже навёл там шуму, думаю этого достаточно для нашего плана. — обязательно отпразднуем твою победу, когда ты вернёшься. третий и удачный сбор Гнозиса точно поднимет тебя в глазах Царицы, хоть ты и уже на вершине. — о, милая, ты льстишь мне. я уверена, ты ничуть не ниже, чем я. но я и правда хороша, скорее даже уже вошла во вкус. что ж, долго беседовать я не смогу. пора собираться. я обязательно привезу для Вас с Одеттой сувенирчик. — мы будем ждать. - сказала Пируэр, на прощание обнимая и целуя свою возлюбленную. " тогда, Арлекино даже не могла предположить, что переговоры окажутся неудачными, и теперь свет её очей навсегда угас в стране Грёз и Вечности, оставив её гроб и могилу пустой. весточка до неё дошла первой, ещё бы она не узнала об этом первой. в тот момент, казалось, земля ушла из под ног, а весь мир потерял смысл. она остолбенела глядя на доложившего об этом человека, и её глаза перестали быть живыми. в них пропал тот самый жизненный блеск, а лицо застыло в нечитаемой гримасе. теперь внутри неё зародилась та самая пустота, которую когда-то смогла заполнить восьмая предвестница, а сейчас.. Арлекино просто не могла в это поверить, скорее даже не хотела. на моменте когда её холодный вид и стены из толстого льда, что она всегда строила ото всех кроме "Синьоры", начинали таять. но показывать здесь эмоции нельзя, ни в коем случае. никогда. поэтому сказав короткое: " — вы можете быть свободны. " она быстрым шагом добралась до своего кабинета, где заперлась. сначала, она даже не могла заплакать. шок и полное недоверие происходящему не давали этого сделать. но, спустя пару секунд, горячие слёзы наполнили пустые глаза, она прижалась спиной к закрытой двери, опустилась на колени, и расплакалась, как девочка, который отказал парень в признании. она просто не могла поверить, она буквально недавно, пару дней назад, обнимала и целовала её, а сейчас от её тела даже пепла не осталось. единственный человек, которому она смогла довериться, которым она дорожила больше собственной жизни, теперь превратился ровно не во что. предвестница даже не знает, что же чувствовала её возлюбленная в момент своей смерти, да и что вообще могло произойти, приведя к необратимым последствиям. пока светловолосая пыталась прийти в себя и успокоиться, раздался тихий стук в дверь, а затем десткий до боли знакомый голосок — отец, там Лини и Линетт потеряли Фримене во время пряток, найти не могут, можешь помочь?? — .. сейчас, милая, подожди пару минут, отцу нужно закончить некоторые дела. - "блять.." пронеслось в мыслях девушки. нужно срочно перестать лить слёзы и наматывать сопли на кулак, а взять себя в руки. смерть все равно было неизбежна и когда-нибудь настигла бы их двоих. но ключевое слово, "их двоих". а сейчас.. сейчас, нужно принять это как факт, жить дальше, и заниматься воспитанием детей. особенно, нужно как-то объяснить маленькой девочке, что её приёмной матери больше нет. это гораздо тяжелее сказать, чем признать. ведь она лишилась родителя во второй раз.

***

время.. время утекало, как песок сквозь пальцы. а малышка выросла, выросла и стала почти копией того, кого не застала. Арлекино замечала это в решениях девушки, в манере её общения, в повседневности, но и искрит гордилась ей. особо воспитывать малютку ей не приходилось, этим занималась Розалина, а четвёртая лишь давала советы. и вот сейчас, Одетта стала тем, кем хотела с самого детства. на каждом её выступлении, скрытно или нет, но присутствовала слуга. и после каждого, она обязательно осыпала свою дочь комплиментами, говоря, что она была невероятной на сцене, и что Синьора бы гордилась ей, хотя нет, Синьора гордилась ею всегда, и, наверное главным желанием восьмой, чтобы та исполнила свою мечту, в чем ей скромно помогла Пирэур. она продолжила её чуть не только манерам, элегантности и грамоте, но и защищаться, использовать оружие. так же ей мило помогали другие дети дома очага, в частности Лини, Линетт, Фремине. с ней у них сложились прекрасные взаимоотношения, хоть и о них, эта тройка предпочла бы умалчивать.

***

— Госпожи Розалины больше нет. — ох.. - девятый, что только что умирал от безделья, поправлял свои кольца и вдруг замер. — ..когда она погибла? — вчера. во время исполнения приказа в Инадзуме по сбору Электро гнозиса и переговоров. — вот оно что.. а когда собираются похороны? её Величество Царица уже знает об этом? — да, Господин Делец. её Высочеству тоже должны были доложить об этом. — что насчёт первого моего вопроса? — тела нету. захоронить ничего, от этого и возникли трудности. но, Госпожа Арлекино взялась за их оплату. церемония захоронения должна пройти в четверг. — ясно.. ясно. сообщите, что я обязательно приду почтить её. — есть Господин Делец. - рядовой фатуец отклонялся, а после покинул приделы кабинета. смерть его верной подруги, стала очень, даже сликшом печальной новостью для него. конечно, не настолько, чтобы месяц просидеть в трауре, но достаточной, чтобы всплакнуть. и как же удачно, его "коллега" решил навестить его. второй предвестник в привычном для себя репертуаре, без стука вломился в кабинет Банкира, слава богу хотя бы закрывая дверь за собой — доброго вечера, моя сумерская розочка, уже слышал о смерти Синьоры?? — да вот.. почти только что узнал. — честно, с её то характером, я не сомневался, что этот момент наступит скоро. да и не зря байки гуляли о Электро Архонте, только вот ещё поговаривают, что не она правит сейчас страной, а её кукла. ты ведь знаешь, что наш странник тоже не человек? - жаль, но всю его речь Вексель пропустил мимо ушей, вдумчиво глядя на свои кольца одно из которых являлось символом их дружбы. со смертью близкого человека можно смириться, но иногда это очень тяжело. не услышав ответа на свой рассказ, который вышел для пустоты, он вздохнул и уселся на кресло для посетителей, удобно устроившись, почти развалившись словно у себя в резиденции, и снимая маску, взглянул прямо в душу своего возлюбленного, своими алыми глазами. такой взгляд не заметить тяжко, поэтому делец снимая с лица фальшивую улыбку, что стала частью него и его жизни, поднялся с дорого кресла усаживаясь не то, что рядом, а прямо на колени Дотторе. не совсем готовый к этому синевласый издал сдавленный стон, на который Феофан не отреагировал. он прижался к нему, обнимая и ложа голову ему на плечо. именно в этот тёплый и очень греющий потрёпанную душу момент, слёзы сами стали наворачиваться на глазах, а Сергеевич потихоньку начинал всхлипывать. Зандик снял дорогие очки с его лица, откладывая их в сторону, а после поудобнее обнял любимого, прижимая к себе. только его слёзы он мог видеть, и не чувствовать отвращение к слабости. только его он был готов успокаивать хоть целую вечность, что им суждено прожить. да, Девятому предвестнику становилось потом немного стыдно после своей слабости, но Второй ему всегда отвечал "твои слёзы стоят больше, чем что либо можно было бы купить в мире. они бесценны, и то, что ты доверяешь их мне, значит настолько много, что на описание этому не существует слов." - именно эти слова всегда трогали разнеженую и открытую только для сумасшедшего учёного душу, Панталоне.

***

смерть настигла его незаметно, в погоне за становлением тем, кого они ненавидели. может быть, в этом и была вина Девятого? он не то, что не остановил, даже слова против ни единого не произнёс. если его возлюбленному захотелось стать богом, то он станет его преследователем. а если его возлюбленному вздумается вдруг стать маленькой милой ящеркой, то он без раздумий проспонсирует его затею, и будет ухаживать за этой ящеркой, пока та не скончается. но не один из этих исходов он не рассматривал серьёзно, и уж точно, никогда бы не подумал, что все именно так и будет. "Срочные газетные новости! сам Второй Предвестник Фатуи был разгромлен в Нод Крае "великим" Путешественником, не без помощи лунной богини и других лиц, о которых не удалось собрать достаточной информации" - первое, что он узнал во время командировки своего мужа. сначала, он даже глазам не поверил, и поперхнулся утренним кофе. — "погиб?.. что.. да быть такого не может!" - руки тут же судорожно опустили дорогую кружку, а руки сами выкинули эти бредни. ноги сами понесли его к окну, где бушевала метель. холодная, словно царапающая собственное сердце, метель. взглянул на луну, которая веднелась сквозь тучи, сегодня она была особенно яркой.. навсегда отпечатавшись в памяти Банкира.

***

— ты солгал мне. - послышался голос, у самого входа в лабораторию. Дотторе поймали с поличным. он не умер, он сбежал, как трус, но выжил, пока все вокруг твердят о его смерти. — ох.. Лоне.. - раздался голос Зандика. почему-то именно в этот момент он дрогнул. вся уверенность и прежние самолюбие улетучилось куда-то далеко, было загнанное в угол, лишённое права на слово. — ты, солгал, мне. - повторил Банкир. отчиканивая каждое слово. его обиде не было придела. как он вообще мог соврать ему, после стольких часов, дней, месяцев, годов, которые они провери вместе бок о бок. после всех совместных моментов, планов на жизнь. — я хотел навестить тебя, но мне нельзя высовываться, понимаешь любимый? - начал оправдываться тот, хотя это было не совсем оправданием, а частичной правдой. но как он незаметно пробралась сюда? — нет, не понимаю. - он не стал долго оставаться в конце лаборатории. он быстрым и уверенным шагом преодолел расстояние между ними, и прижал его к столу, у которого он стоял, а тот в свою очередь не мог не повернуться лицом к Феофану. тот взял его прямо двумя руками, сильной хваткой, за воротник синей полу расстёгнутой рубашки, — я провёл несколько бессонных ночей, в переживаниях и терзаниях, пока ты ждал "подходящего момента". хотелось возразить, начать говорить, что Феофан просто не понимает его, но, он как раз-таки и был единственным человеком, что понимает его. — .. план был почти завершён, он был идеален и безупречен, без единого намёка на ошибку! — похоже он был недостаточно хорошим. но, ты просто.. - он замолчал всего на долб секунду, но это молчание сказало больше всяких слов. не выдерживая эмоций, которые он привык всегда контролировать, просто вышли из под контроля. такое могло происходить только в компании второго предвестника. слёз он не сдержал, пару слезинок словно бриллианты скатились по его лицу. Дотторе не сопротивлялся его действиям, а заметив то, к чему привело его молчание и бесследное исчезновение, сердце в груди невольно сжалось. он аккуратно обхватил его лицо двумя руками, предварительно снова снимая очки, пока его ненаглядный пытался взять эмоции под контроль, и языком слизал эти слёзы. столь резкое (хотя в некоторые моменты привычное) действие заставило разум Векселя вернуться на землю. — что ты.. Зандик! - недовольно, слегка хрипло сказал Сергеевич. он очень не любил, когда тот начинал так делать. хоть вслух и никогда не признавался в этом. этот засранцев даже такой момент умудрился испортить. его засранец. иногда слишком ослеплённый собственным самолюбием и самоуверенностью, иногда слишком грубый и нетерпеливый, агрессивный, нелюдимый, но его. не потому, что он "купил" его или присвоил себе, а потому, что так и было, ведь они оба давно признали друг другу эту правду.