Красный флаг

Фак. Ночь. Сколько то времени. Ночь не принесла облегчения. Я проснулся — тело горело, каждая клетка будто пульсировала в такт сердцу. Это был не тот жар, что бывает при температуре. Другой. Глубинный. Тот, что разливается под кожей и не даёт покоя. Внизу живота всё тянуло, тело ныло от напряжения. Я стянул джинсы — стояк болезненно давил на ткань, и когда я наконец освободился от неё, на белье уже проступило влажное пятно. Я снял всё и медленно провёл ладонью по члену, выгибаясь на постели. Прикусив губы до лёгкой боли, глаза закрылись. В голову врезались воспоминания. Вчерашний день. Туалет. Кабинка. Его колени подо мной. Его дыхание у моего уха. Я задумался о том, что было бы, если бы я не остановился. Я представил, что сижу на нём. На этом наглом парне с каштановыми волосами. Что я начинаю тереться о его бугорок, чувствуя, как он твердеет подо мной. Горячая кровь разливается по телу, растекается липким жаром по венам. Я смотрю в его глаза — в них нет насмешки. Только желание. Я перевернулся на живот, приподнял поясницу и начал тереться о кровать, представляя его руки, его дыхание у моей шеи. Но тут я случайно задел ногой телефон, и тот с грохотом рухнул на пол. Звук эхом разнёсся по комнате, вырывая меня из сладкого плена. Я замер, сердце бешено колотилось, дыхание сбилось. — Черт... — выдохнул я в тишину. Я встал и побежал в ванную, включил холодный душ и встал под ледяные струи. Вода обжигала кожу, но жар внутри не уходил. Я закрыл глаза и закончил дело уже без фантазий — механически, быстро. Стоя под душем, я впервые за долгое время почувствовал себя потерянным. Я не понимал, что со мной происходит. Я не понимал, почему этот парень, этот наглый придурок, который даже не назвал своего имени, занял все мои мысли. Было понятно одно: если бы не моя инициатива, мы бы, наверное, там и попрощались с моей девственностью. Конечно, я утрирую — всё-таки школа, это было бы слишком даже для меня. Но от этой мысли по телу пробежала дрожь, и я поспешил выключить воду. Утром я проснулся разбитым. Тело было тяжёлым, голова гудела, а под глазами залегли тени. Настроение было паршивое. Я встал с кровати, почистил зубы, поднял с пола телефон и на загоревшемся экране увидел уведомления от Элишки. Чат с Элишкой: — Кими, солнце, как ты? Ты меня уже день игноришь? Всё в порядке, я сегодня с утра буду ждать тебя у академии, не опаздывай. Я смотрел на экран и чувствовал пустоту. То, что раньше вызывало улыбку, теперь оставляло меня равнодушным. Наши отношения давно стали больше рутинными, чем особенными. Эли больше подходила для роли старшей сестры. Сегодня я решил одеться просто: спортивные штаны и лонгслив «Мерседеса». Никакой вычурности — я просто хотел быть незаметным. Спустившись вниз, я никого не застал — мама уже увезла Мэгги в садик. На холодильнике висела записка: «Кими, машина в гараже. Будь осторожен. Люблю». Я улыбнулся уголками губ и взял ключи. Сегодня я сам за рулём. В гараже меня ждал подарок на шестнадцатилетие — Mercedes AMG GT 63 S серии Motorsport Collectors Edition. Чёрный, хищный, с серебряными вставками. Я провёл пальцами по капоту, сел внутрь, завёл двигатель, и его низкий рокот разлился по всему гаражу, отдаваясь вибрацией в груди. Машина — единственное место, где я чувствую себя по-настоящему свободным. Когда я подъехал к академии, у входа стояла Элишка. Светлое пальто, улыбка, лёгкий ветер играет с её волосами. Она всегда умела выглядеть идеально. Я припарковался и вышел из машины. Она тут же подбежала ко мне, обняла за шею и поцеловала, встав на мысочки. — Кими, милый, ты не представляешь, как я испугалась! Почему ты сегодня сам за рулём? Где мама? — Эли, — я мягко отстранился, — сегодня распределение по классам. Я приехал пораньше, мне нужно зайти к директору. Давай всё обсудим после. Она нахмурилась, но быстро вернула улыбку: — Хорошо. Тогда сегодня вечером наберу. Я кивнул. С ней всегда было легко — именно поэтому наши отношения и держались. Она не лезла в душу, не требовала лишнего. Но в последнее время мне казалось, что мы существуем параллельно, не касаясь друг друга по-настоящему. Наши отношения будто остановились. Мы целовались, но в этом не было того огня, что раньше. Мы говорили, но слова казались пустыми. И я не знал, когда это началось. Я просто однажды понял, что смотрю на неё и не чувствую ничего. Думаю она сама это понимала, но пыталась поддержать «идеальные отношения». — Милый, я хочу проводить тебя, — она взяла меня под руку. — Не просто же я приехала. Можно хоть посмотреть, где ты учишься? — Без проблем. Она обхватила меня за руку, и мы направились к главному входу. Её пальцы сжимали мой локоть, и я чувствовал, как привычно это ощущение — и как пусто внутри. — Кими, как хорошо, что ты учишься здесь. У меня даже повода для ревности нет, — она рассмеялась. — Конечно, если ты не начнёшь ходить на тусовки без меня. — Эли, ты знаешь, я не люблю это. Я посмотрел на часы. Оставалось двадцать минут. — Милая, мне нужно к директору, — я наклонился и поцеловал её в щёку. — Целую. Она улыбнулась, помахала мне рукой, но я уже развернулся и пошёл в здание. Я не оглянулся. И в этом не было ни капли грусти. Я подошёл к кабинету директора и занёс руку, чтобы постучать, как вдруг чья-то ладонь накрыла мою. Большая, тёплая. Я обернулся. Он стоял в полуметре. Каштановые волосы, растрёпанные. Наглые глаза с хитрым прищуром, и эта его полуулыбка. — Оказывается, у нашего золотого мальчика есть девушка, — протянул он. — Как я тебе уже говорил. Неоднократно. И какой к черту «золотой мальчик»? — я закатил глаза, стараясь не показывать, как сильно стучит сердце. — Милый, ты сегодня, похоже, плохо спал? — он слегка наклонил голову, и его улыбка стала ещё шире. — Что же мешало тебе выспаться? Он говорил так, будто знал, что присутствовал в моих фантазиях, конченный идиот. По моей спине пробежала холодная дрожь. — А ты, похоже, сталкер? — парировал я. — Следишь за мной? — Просто проходил мимо, — он пожал плечами. — И случайно увидел, как наш золотой мальчик целует свою девушку на входе. Как мило. Это явно был сарказм. Я поднял на него взгляд. Впервые за всё время я посмотрел ему в глаза снизу вверх, и от этого жеста мне стало не по себе — потому что в его взгляде мелькнуло что-то. Что-то, что я не мог прочитать. — Послушай, — я выпрямился, — то, что произошло вчера, останется вчера. И вообще, скажи спасибо, что я спас тебя от Дерека. Если бы он нас застал, так просто не отделались бы. Ты ведь новенький, поэтому не знаешь, что здесь можно делать, а что — нет. Он не слушал. Он просто смотрел. Как будто я был картиной. Его взгляд скользил по моим волосам, по губам, по шее. — Знаешь, — вдруг сказал он, и в голосе его исчезла насмешка, — когда ты злишься, ты такой... милый. Я замер. — Идиот — я моментально покраснел Сердце остановилось на мгновение, а потом забилось с бешеной силой. Я развернулся, толкнул дверь кабинета директора и скрылся за ней. *еба* — Кими, дорогой, почему ты не стучишься? Тото Вольф поднял на меня удивлённый взгляд из-за стола. — Доброе утро, господин Вольф, — я постарался взять себя в руки. — Извините, что не постучался. Мне нужно расписание, нам вчера сказали подойти к вам. — Понял, — он улыбнулся и протянул мне папку. — Здесь двадцать экземпляров. Ты в группе А. Раздай, пожалуйста, всем. Я уже забирался идти, как меня окликнул директор. — И ещё, Кими, будь другом. Проведи экскурсию нашему новому ученику. Его зовут Оливер Берман. Только ты сможешь показать академию во всех красках. И да, он будет в твоей группе. Я кивнул, стиснул зубы и вышел из кабинета. Когда я закрыл за собой дверь, первое, что я сделал — огляделся по сторонам. Коридор был пуст. Только далеко в конце мелькнула чья-то фигура, но не та, которую я искал. Я выдохнул. Его нигде не было. Он ушёл. Что то не приятно кольнуло. Когда я зашёл в класс, там уже было полно народу. Все сидели по своим местам. В группе А я не увидел никого из своих старых знакомых, кроме Хаджара, который стоял в центре класса и что-то эмоционально кому-то рассказывал. — Прошу садиться, — учитель вошёл в класс с громким стуком указки по столу. Я сел на предпоследнюю парту у окна. Рядом оставалось свободное место. — Итак, дети, здравствуйте! — учитель обвёл класс взглядом. — Прошу приветствовать нового ученика. Оливер Берман. Я поднял глаза к доске. И перестал дышать. У доски стоял он. Каштановые волосы, наглая улыбка, глаза, которые смотрели прямо на меня. Оливер Берман. Тот самый парень. Воздух вырвался из лёгких одним коротким, сдавленным звуком. — Блядь... — прошептал я одними губами, почти беззвучно, но достаточно громко, чтобы сидящий рядом Хаджар покосился на меня с удивлением. *блядь. блядь. блядь* Я прикусил язык, чувствуя, как кровь приливает к лицу. Глаза Оливера встретились с моими, и на его губах заиграла та самая дьявольская улыбка. Он тоже меня заметил. Идиот, он все знал, делал из меня дурака. Я опустил голову, уставившись на парту, и почувствовал, как пальцы сжимают край стола так сильно, что побелели костяшки. Оливер Берман. Переведённый ученик. И он будет в моей группе.