Нулевой контакт

В лёгких тяжело осел дым, и Юра с удовлетворением выдохнул. Зима выдалась теплой, но всё же кожаные шорты – определённо не самая выигрышная комбинация, если не хочешь отморозить себе задницу. Машину Виктор притормаживал так далеко, что Юра и не мечтал погреться. Но иногда ему всё равно нравилось фантазировать, как салон приятно обдаст теплым воздухом, и как весело будет ехать, прихлебывая из канистры. Парень в кожаной куртке выглядел одуряюще хорошо и, кажется, два раза уже посмотрел в его сторону. В идеале установить контакт глазами, но Юре такое и не нужно, когда шорты так красиво очерчивают его бока. Он восхитительно тонкий – это всегда привлекает внимание. А если выгодно подчеркнуть, шансов выпутаться из его объятий нет никаких. Улыбнувшись, Юра двинулся навстречу – сигарета полетела в сторону, на миг блеснув красноватым огоньком. – Привет, – мурлыкнул Юра, бесстыже устраивая руки на чужих плечах. – Выглядит так, будто тебе не хватало моей компании. Не хочешь пройтись? Я знаю одно хорошее место, где можно расслабиться. Меня Юрой зовут. Виктор научил. Больше слов в минуту, и собеседник сам не заметит, как согласится. Особенно, если мимолётно закинуть руку собеседника себе на талию. – Отабек, – сухо ответил юноша. На вид ему было лет двадцать. Виктор обычно просил моложе, но, если парень подходил, возраст становился лишь цифрой. Отабек казался очень подходящим. Его тяжелый взгляд отдавался приятной щекоткой на кончиках пальцев – или Юра совсем замерз. Приподняв лицо, Юра потянулся за поцелуем, но на его губы внезапно лег теплый указательный палец. – Сколько тебе лет? – Семнадцать, – беззастенчиво соврал Юра. – Через месяц будет восемнадцать. – Значит, какого ты года рождения? – произнёс Отабек настолько ровно, словно это был не вопрос. Он звучал так же отстранённо, как и выглядел. – Я… – Юра запнулся, пытаясь мысленно вычесть три года, и понял, что секунда промедления выдала его полностью. – Да блин. Какая разница? Паспорт тебе, что ли, показать? – Покажи. Юра слегка опешил. По-хорошему пора бы ретироваться отсюда, да искать другую рыбу, вот только рука Отабека по-прежнему лежала на его талии. – Ты что, мент? Больше на узбека похож, – сказал Юра. Отабек пропустил комментарий мимо ушей. – Так сколько тебе? – всё таким же ровным тоном продолжил он. Теперь его рука казалась почти смущающей. – Пятнадцать, – огрызнулся Юра, наконец, отстраняясь. – И что? Нам это как-то помешает? – Очень даже, – кивнул Отабек, скользнув взглядом по его дрожащим ногам. – Тебе нечего делать на улице в одиннадцать. Еще и в таком районе. В двадцать лет ментами не становятся. А парню явно не больше двадцати одного. И всё равно ситуация неуловимо напрягала – сгущалась в животе странным, подвижным беспокойством. Как будто так сложно просто поцеловать его! Или он всё напутал, и Отабек в принципе по девушкам. А рассматривал тогда зачем? – Самый правильный нашёлся? – спросил Юра насмешливо. Обычно этот тон давался ему куда проще, но сейчас смех был больше защитной реакцией. – Всё равно уже заценил, не отвертишься. – Не заценивал, – покачал головой Отабек, закладывая руки в карманы. – Просто смотрел по сторонам. Не нарывайся на неприятности, Юра. Тебе надо быть дома, делать уроки и готовиться ко сну. Под ребра въедливо кольнуло: Юра и был этими пресловутыми неприятностями. И пока его караулил Виктор, ничего бы не случилось. Правда, он не спешил подъехать на машине и избавить его от этой ситуации. Виктор очень редко вмешивается – предпочитает, чтобы его не видели. Юра вновь окинул нового знакомого взглядом: Отабек выглядел, как человек, который может вызвать полицию. Свяжутся с опекой – а там тут же скажут, что дедушка уже не в том возрасте, чтобы за ним присматривать. И всё пойдет по пизде из-за одного долбанного неравнодушного мудака. – Ладно, пойдем, – широко улыбнулся Юра, позволяя себе пробежать пальцами по чужой шее. В ответ на игривое движение Отабек решительно расстегнул куртку. Юра ощутил приятное предвкушение – вот, совершенно другое дело! Стоило сделать вид, что он готов отправиться восвояси, как Отабек тут же передумал. Правда, раньше, чем Юра успел поманить его за собой, Отабек накинул свою куртку ему на плечи. – Не ходи в таком виде, замерзнешь, – резюмировал он. Кожаная куртка зимой – нарочно не придумаешь. Но она была теплой, потому что Отабек приятно нагрел её своим телом. Удивительное сочетание – кожа и сладкий парфюм. Если бы только Отабек оказался более сговорчивым, для Юры это мог быть довольно приятный вечер. Но он, очевидно, был занозой в заднице, поэтому пришлось развернуться и с недовольным видом направиться к дому. Отабек шёл чуть сзади, словно секьюрити. Может, реально охранником работал? Хотя… для такого сейчас нужна была лицензия, в двадцать её не получают. Краем глаза Юра следил за тем, не появится ли какое-то движение. Может, Виктор поедет за ними, чтобы понять, почему они отклонились от маршрута… – А ты сам чего тут шляешься, если район такой неблагополучный? – не выдержал Юра. Очень хотелось если не целоваться, то хотя бы беседу продолжить. – Спортзал дешевый, – спокойно объяснил Отабек. – Я ж не миллионер. – Да, машины нет, и курточка видала лучшие дни, – насмешливо произнес Юра, стараясь не думать о том, что от холода чешутся ноги. – А годков тебе сколько? Мой внутренний радар говорит, что двадцать. С тех пор, как Виктор припахал его работать, Юра выучился определять возраст «на глазок». – Не верно говорит радар. Мне восемнадцать, – покачал головой Отабек. Краем глаза Юра заметил, что он хмурится. – Только держался бы ты подальше от тех, кто тебя старше. Это же конченные всякие – кто хочет с малолетками целоваться. – Много ты понимаешь, – с легким недовольством ответил Юра. Отабек не позволил развить тему. – Здесь особо понимать не надо, – отрезал он. – На мой взгляд всё довольно просто: тебе надо домой, согреться под душем и сесть за уроки. – Будешь думать о том, какой я в душе? – не сдержался Юра – разговор в равной степени вызывал негодование и любопытство. Отабек будто даже скривился. Не презрительно – просто еле заметная тень прошла по лицу. И это почему-то снова заставило задуматься о том, как он целуется. Двор встретил гостеприимной тишиной. Летом площадка до самого утра принадлежала алкашам, а вот зимой, даже в глубокую ночь, можно было встретить колупающихся рядом с горкой детей и поздних родителей. Юра всегда с любопытством рассматривал их, пока дожидался Виктора. – Пришли, – сказал Юра, прислонившись спиной к двери подъезда, и снова поддразнил. – Заведешь меня в квартиру? – Нет, – проговорил Отабек. – Не надо, чтобы посторонние люди знали, где ты живешь. – А как удостоверишься, что я вошел? – напирал Юра. Ему почти хотелось, чтобы Отабек завёл его в подъезд, как маленького, но он только устало растер переносицу. – Не знаю. На слово поверю. – А если я тебе сообщение отправлю. Кругляшок? – спросил Юра вдруг. Ему показалось, что Отабек должен снова прогнать какую-то высокоморальную муть о том, как опасно давать свой номер незнакомцам, но он лишь задумчиво кивнул. Может, мысленно уже собирался в какое-то другое место. Оторваться с кем-нибудь, кто считался… социально-приемлемым? – Кругляшок будет в самый раз, – согласился он. – Тогда запиши мой номер! И отправь мне стикер, чтобы начать диалог, – засуетился Юра. Наверное, не стоило давать настолько точную инструкцию, но у Юры появилось опасение, что Отабек может кинуть его. Ему ведь ничего не стоило выдумать цифры из головы, чтобы закончить их общение здесь и сейчас. На экран вылетело уведомление – Отабек отправил ему приветливо машущую ладонь, и Юра тут же вбил его номер в телефонную книжку. Вот и первая победа за вечер. – Куртка, – запоздало произнёс он, набрав код и дернув входную дверь. Свет в подъезде был тусклым и ещё – густым. Юра всегда чувствовал, что дом буквально глотает его. На мгновение ему показалось, что Отабек сочтёт это предлог достаточным, чтобы подняться с ним вверх по лестнице. – Оставь себе, – пожал плечами Отабек и, наконец, окинул его взглядом. – Тебе больше идет. – Нет, тебе идет больше, – честно сказал Юра. В груди зудело какое-то странное нетерпение. Вот оно – прощание. На прощание надо целоваться. Но Отабек его точно не поцелует. Он увидел, как во дворе мигнули фары – Виктор приехал и остановился рядом с аркой. Следовало спешить, но Юре почему-то хотелось продлить эту минуту – зрительный контакт с Отабеком. И это странное, невысказанное, что повисло между ними в остывающем воздухе. – Заберешь потом, – бросил Юра и промелькнул в парадную. Сердце вдруг ускорило свой бег. Перепрыгивая через ступеньки, Юра поднялся на свой этаж, прокрался в прихожую и тут же снял себя на телефон, демонстрируя подранные обои и пожелтевшее зеркало. Под ноги бросился кот, и Юра тут же перевел камеру на него. «Это Пётя», – приписал он, отправляя кружочек Отабеку. Как и все кошатники, Юра очень гордился присутствием кота в своей жизни. Дедушка дремал у телевизора – не мог и подумать, что внук явится так рано. Это вообще было что-то невероятное. Будить его Юра не стал – осторожно прокрался к окну, чтобы понаблюдать. Тут же убедился, что Отабек уже вышел к арке, и немедленно спустился вниз,. Теперь машина Виктора стояла у самых дверей, блокируя выезд. Ожидаемо. – И что это было? – спросил Виктор, когда Юра плюхнулся на переднее сиденье. – Долбанутый попался, – ответил Юра быстро и посмотрел на Виктора, невольно ища поддержки. – Не захотел сосаться и домой меня проводил. Типа настолько я школяр. Виктор изогнул бровь, словно такая мысль ему в голову не приходила. – А это что? – Виктор окинул взглядом куртку. – Отдал. Типа, чтобы холодно не было, – проговорил Юра и сбился, ощущая неловкость из-за того, что пришлось объяснять. – Я ему верну потом как-нибудь – заодно, как раз, позову к нам... – Он не подходит, – сказал Виктор. Юра открыл было рот, чтобы возразить, но Виктор только рукой махнул, как и всегда, не позволяя пререкаться. – Нет. Мало того, что не подходит, так ещё и потенциально опасен. Так что оставь куртку и благополучно забудь. Купит новую. Машина тронулась с места, и не успевший пристегнуться Юра невольно дёрнулся. – Погоди, мы куда? – спросил он настороженно. – Работать, – сухо ответил Виктор. – Почти двенадцать, – зачем-то сказал Юра и подивился собственной глупости. Почти двенадцать – когда бы это его остановило? Виктор засмеялся. – Ну, хлебни из фляги для настроения. Забавный ты такой. Голос Виктора звучал, как обычно, но почему-то вызвал неуловимое недовольство. Впрочем, оно быстро прошло, когда алкоголь камнем упал в желудок.