Damn

.Невероятно громкая музыка оглушала, мешая Джисону собраться с мыслями. Он пришёл сюда именно за этим, но сейчас шум только раздражал. — Малыш, как насчёт того, чтобы уйти отсюда вместе? Я вижу, ты совсем раскис, — прошептала на ухо невероятно красивая блондинка. Честно говоря, Джисон абсолютно не помнил, как она оказалась так близко и почему так вольно полулежала на нём. Алкоголь не помогал, музыка бесила. Чёрт. Херово продвигался этот день. А ведь Джисон ждал этой пятницы больше всего на свете. После очередной рабочей недели он не на шутку вымотался — в последнее время у него вообще не оставалось времени на сон. Этот серый город душил. Переезд, устроенный родителями еще в подростковом возрасте, буквально сломал Хану жизнь. В старой школе у него были друзья, родственники, была настоящая жизнь. А возможно, он просто был тогда счастливым ребёнком. По приезду сюда всё померкло, мир вокруг обрёл блёклые краски, как в старых фильмах. Хан стал скрываться за огромной одеждой и наушниками, вечно сидел за учебниками и… курил. Сигареты оставались единственным, что хоть как-то возвращало его в строй. Он настолько погряз в депрессии, что позволял себе медленно себя убивать, а вечные упрёки родителей лишь сильнее давили на его и без того ужасное состояние. Настойчивая девчонка вновь бесцеремонно выдернула Джисона из мыслей. — Ну, зайчик... — протянула она, явно не собираясь отступать. Джисон смертельно устал. Навалилось всё и сразу, и сейчас ему хотелось лишь одного — заглушить эту усталость хоть чем-то. Он перехватил красотку за подбородок, заставляя посмотреть на себя. Её глаза азартно блестели; она явно предвкушала продолжение вечера. Хан ощутил, как её тело едва заметно напряглось в ожидании. — Киса... Ты такая глупая, — хрипло выдохнул Джисон и резко прильнул к её губам. Это был поцелуй-забвение — глубокий, тягучий, почти агрессивный. Джисон не искал романтики; он просто высасывал из чужого рта кислород, пытаясь заглушить гул в собственной голове. Его пальцы грубовато запутались в её блондинистых прядях на затылке, притягивая ещё ближе, пока губы с влажным скольжением терзали чужой рот. Девчонка послушно выгибалась в его руках, шумно дыша сквозь поцелуй и плавясь от этой неожиданной грубости. Вокруг кричали друзья, взрывались басы, но Хан чувствовал лишь этот липкий, горячий вкус чужого поцелуя, в котором он отчаянно пытался утопить свои мысли. Было ли ему хорошо? Лишь частично... Он не чувствовал удовлетворения или долгожданной эйфории. Если бы Хан встретил её раньше, до того как получил все свои ментальные травмы, он определённо бросил бы к её ногам весь мир. Она ведь действительно была невероятно горячей и красивой. Джисон отстранился, только когда почувствовал, что девчонка окончательно теряет голову и ей не хватает воздуха. Она ошарашенно смотрела на него, часто хлопая ресницами, её губы влажно блестели. Чёрт, нет. Она для него слишком приторная. *** Стоило Джисону переступить порог собственной квартиры, как маска горячего, уверенного в себе и труднодоступного мужчины мгновенно спала. Хан наскоро разулся и буквально полетел на балкон. Щелчок зажигалки, первая затяжка — и он наконец-то расслабился. Мыслям внутри потяжелевшей башки сразу стало легче крутиться. Он ведь мог бы сейчас привезти эту девчонку к себе или снять отель на ночь... Мог бы, она ведь так умоляюще просила его об этом. Но её прикосновения так ничего внутри него и не зажгли. И, чёрт, это ведь далеко не первый раз. Такое происходило постоянно. С кем бы и когда бы он ни проводил время, всё неизменно заканчивалось именно так. Джисон, мать его, экстраверт, но он физически не мог долго находиться рядом с людьми. Разве это вообще нормально? Потерявшись в этих невесёлых мыслях, он незаметно прокурил три сигареты подряд. Луна сегодня была невероятно красивой, а редкие звёзды идеально дополняли эту меланхоличную картину ночного неба. Джисон искренне любил своё одиночество. Любил, несмотря на то, что в глубине души всё ещё безумно сильно жаждал настоящей любви. — Добрый день! — послышалось совсем близко, буквально в паре метров от него. Джисон вздрогнул от неожиданности, едва не выронив сигарету. Чёрт, какого..? На соседнем балконе стоял мужчина. Совершенно ему неизвестный... Да, определённо чужак, ведь Хан точно запомнил бы эти глаза. Тёмные, как сама грозовая ночь, гипнотически блестящие и... глубокие до безумия. — То есть... Добрый вечер. Или ночь, не важно... — незнакомец вдруг мягко улыбнулся, заметив на себе ответный, слишком открытый и ошарашенный взгляд Джисона. — Кхм... Добрый... — Хан выдавил из себя приветствие, совершенно не понимая, как реагировать на ночного гостя. — Ли Минхо, — глаза мужчины напротив в полумраке показались ещё темнее. — Джисон... Хан... — неспешно, словно пробуя слова на вкус, отозвался он. — Покурить дашь? — с лёгкой, обезоруживающей наглостью спросил новый знакомый. Вообще, этот Минхо выглядел слишком правильно и ухоженно для того, кто балуется табачным дымом среди ночи. Спортивное, явно подкачанное тело, волосы уложены волосок к волоску... На лице угадывался даже лёгкий сценический макияж. — Ещё чё дать? — Хан вовсе не планировал дерзить, фраза вылетела сама собой. Парень напротив слишком сильно туманил и без того уставший разум. — Ну, сначала покурить, а потом можно и о другом договориться, — Минхо лукаво подмигнул. Джисон шумно поперхнулся слюной. Чё он несёт, блин?! Смутившись, Хан молча достал из пачки сигарету и, стараясь не смотреть Минхо в глаза, протянул её через невысокую перегородку между балконами. Минхо перегнулся через перила, забирая её, но уходить не спешил. Его пальцы замерли в ожидании. — А... — парень явно желал чего-то ещё. Джисон вздохнул и послушно вложил в его ладонь зажигалку. Чёрт, этот Ли Минхо точно какой-то ненормальный... Джисон заворожённо стоял и наблюдал за тем, как мужчина курит. Его красивые, жилистые руки с тонкими пальцами держали сигарету так изящно, словно она была его личным, тщательно подобранным аксессуаром. Минхо медленно выдыхал сизый дым, который на секунду мягко обволакивал его лицо. Холодный свет луны выгодно очерчивал безупречный профиль. Он был потрясающе, до непозволительного красив. Когда Минхо закончил, он повернулся и протянул Джисону зажигалку. — Телефон можешь дать? — буднично, будто вместо «спасибо», произнёс он.. — Может, мне ещё раздеться и одежду тебе отдать? — фыркнул Хан, скрестив руки на груди. Нет, этот парень его реально бесил своей самоуверенностью. — Раздеться можешь, я не против. Но давай не сейчас, пока я заперт на балконе, — Минхо сыто улыбнулся, став ещё больше похожим на чеширского кота. — Чего? — Джисон от удивления даже проигнорировал первую, откровенно флиртующую фразу. — Эх... Я оставил свой телефон в машине. Это квартира моей тёти, я должен был забрать её вещи... Но дверь на балкон захлопнулась и не открывается. По-моему, замок окончательно сломался, — Минхо по-прежнему улыбался, будто рассказывал весёлую историю, а не признавался в том, что попал в засаду. — Ох, чёрт. И давно ты тут торчишь? — Джисон только сейчас до конца осознал, в какой абсурдной ситуации находится его новоиспечённый сосед. — Достаточно, чтобы окончательно озвереть, — Минхо улыбнулся на удивление мягко и открыто. — Я вижу... Может, оставить тебя тут и дальше куковать? — Джисон неожиданно для самого себя поймал волну этого лёгкого стёба. Ему вдруг стало так комфортно, будто он знал этого парня всю свою жизнь. — Если перелезешь ко мне, я, так и быть, согласен остаться здесь подольше, — Минхо опять лукаво подмигнул. Хан лишь покачал головой, не в силах понять, что вообще движет этим сумасшедшим. — Ну уж нет, спасибо, — фыркнул Джисон.Он протянул мобильник через перегородку балкона. Дождавшись, пока Минхо заберёт аппарат, Хан поспешил скрыться в тёплой комнате. Не прошло и минуты, как Хан исчез со своего балкона. Минхо даже сообразить ничего не успел, как Джисон уже оказался по ту сторону его собственной балконной двери — прямо внутри тётиной квартиры. Настала очередь Ли удивляться. — Ты дал мне заблокированный телефон... — громко крикнул Минхо через стекло, демонстрируя загоревшийся экран. — Пароль — дата рождения твоей тёти! — Джисон победно улыбнулся, глядя на него из тёплой комнаты. Минхо шутливо закатил глаза и наугад ввёл четыре нуля. Экран тут же послушно разблокировался. Ли только хмыкнул, так и не догнав, в чём прикол этой шутки, пока искал нужный номер.Но пока он возился с контактами, Джисон времени зря не терял. Со стороны балкона на двери действительно не было ручки, и Минхо мог разве что попытаться выбить пластик ногами. А вот у Хана изнутри был полный доступ к заклинившему механизму.Джисон уверенно подошёл к раме, от души ударил ладонью по стыку заевшего пластика и проделал пару быстрых махинаций с фиксатором. Ему понадобилось всего несколько секунд, чтобы упрямый замок послушно щёлкнул, и балконная дверь наконец распахнулась, впуская Минхо обратно в дом. — Ты мой спаситель, Хани! — Минхо уже был готов от души обнять Джисона, но вовремя притормозил, сообразив, что для первого знакомства это может быть слишком смело. — А ты мой должник, — Джисон ухмыльнулся, скрестив руки на груди. Только сейчас Хан заметил, что губы у Ли были откровенно синими от холода. Несмотря на то что на дворе стояло лето, ночной ветер сегодня выдался на редкость ледяным. Оставалось только гадать, сколько времени этот бедолага провёл в балконной засаде. — Замёрз? — зачем-то спросил Хан, чувствуя, как внутри просыпается банальное сочувствие. — А ты согреть решил? — тут же парировал Минхо. Честно, Джисон искренне надеялся, что эти дурацкие недоподкаты закончатся, стоит им оказаться в одной комнате. Но Минхо, видимо, был именно такой натуры. Джисон лишь фыркнул в ответ на очередную колкость. Но, вопреки здравому смыслу, почему-то совсем не спешил покинуть чужую квартиру. Хотя, если подумать, чужой она для него вовсе не была. Хан был знаком с тётей Минхо очень близко. Эта одинокая, но невероятно добрая женщина стала для него настоящим спасением чуть позже, когда он наконец-то съехал от родителей в собственную квартиру, доставшуюся ему в наследство от бабушки. Тётя Минхо быстро стала для него чуть ли не самым близким человеком в этом доме. Он часто помогал ей разбираться с рабочими проектами на компьютере, а она в ответ поила его горячим какао, подкармливала домашней выпечкой и часами рассказывала уморительные истории из своей молодости. Она была единственной, кто по-настоящему замечал его депрессивное состояние, но никогда не лезла в душу с упрёками, в отличие от матери с отцом. Джисон искренне любил соседку. В последнее время её квартира пустовала — женщина уехала в затяжную командировку, — и Хан преданно приглядывал за жильём: поливал многочисленные цветы на подоконниках и, самое главное, ухаживал за её котами. Их было трое. Шумные, ласковые и вечно голодные Суни, Дуни и Дори. — Хорошие мои, наверное, проголодались, — Минхо словно услышал мысли Джисона и перевёл всё своё внимание на пушистую троицу, которая уже вовсю тёрлась об его щиколотки.Ли шустро зашагал на кухню, попутно мягко увлекая Джисона за собой за рукав толстовки. — Будем пить чай. Если он тут, конечно, есть... — пробормотал Минхо, принявшись хаотично открывать все верхние шкафчики подряд. По-хорошему, Джисону давно следовало вернуться к себе и наконец-то лечь спать после изматывающей рабочей недели. Но находиться рядом с этим парнем было слишком... любопытно. Внутренний магнит держал Хана мёртвой хваткой. — Чай тут, — Джисон уверенно подошёл ближе и открыл нужный шкаф, где в идеальном порядке ровными рядами стояли жестяные баночки с разными сортами. — Откуда ты... — Минхо замер, так и не опустив руку. Он был искренне удивлён. — Я экстрасенс, — с абсолютно серьёзным лицом соврал Хан, даже не моргнув. — Не гони... — Минхо прищурился и сделал медленный шаг навстречу Хану. — Я просто догадался. Ну, знаешь, интуиция, — опять соврал Джисон, отступая назад, пока не упёрся поясницей в край кухонной столешницы. Ещё один шаг со стороны Ли. Минхо плавно поднял одну бровь, сканируя его лицо насмешливым взглядом. — Я... — Джисон уже открыл рот, чтобы сказать правду и признаться, что знает его тётю, но шутка зашла слишком далеко. Минхо оказался непозволительно, опасно близко. Хан отчётливо чувствовал исходящее от него тепло и едва уловимый шлейф клубного парфюма, смешанный с запахом сигаретного дыма. Сердце предательски пропустило удар, а в животе, как у глупого влюблённого подростка, диким роем запорхали бабочки. Минхо наклонился к Джисону ещё ближе, почти касаясь его губ своим ледяным дыханием, как вдруг Хан громко, на одном выдохе выпалил: — Я знаком с твоей тётей!Джисон тяжело и рвано дышал — в тишине кухни это было невозможно не услышать. Минхо слегка наклонил голову набок, не отстраняясь, и замер, внимательно слушая.Джисон упёрся ладонями в грудь Минхо, готовый в любую секунду оттолкнуть его, если что-то пойдёт не так. И вообще... Какого хрена тут происходит?! Они ведь знакомы от силы минут десять! — Мы с ней... очень близки. Она оставила меня приглядывать за квартирой, — торопливо добавил Хан, пытаясь вернуть остатки самообладания. Минхо ничего не ответил. Он продолжал стоять вплотную, а его глаза в полумраке казались такими тёмными и нечитаемыми, будто перед Джисоном замер опасный дикий зверь, выслеживающий свою добычу. Минхо плавно выпрямился, и на его губы мгновенно вернулась прежняя, абсолютно беззаботная улыбка, будто секунду назад он и не прижимал соседа к столешнице. — Что ж. Ладно. Теперь можешь не переживать, я сам за всем прослежу, — Ли аккуратно отодвинул Джисона в сторону, слегка коснувшись его талии, и как ни в чём не бывало принялся доставать чай.Хан так и остался стоять на месте, пытаясь унять бешеное сердцебиение. Этот парень менял маски с такой пугающей скоростью, что за ним было просто не угнаться. Чай они попили в потрясающей, на удивление уютной обстановке. Минхо оказался невероятно интересным собеседником — они успели обсудить, кажется, абсолютно всё на свете. Джисон впервые за долгое время чувствовал себя настолько комфортно, что болтал без умолку, как не в себя. Минхо очень красиво смеялся, забавно жмурился, когда улыбался, его грудь мерно и плавно вздымалась при каждом вдохе, и даже чай он пил как-то особенно эстетично... Ладно, это уже явный перебор. Хану на секунду стало искренне страшно от своих собственных мыслей.Когда Джисон наконец-то попрощался с главным виновником своих внезапных «бабочек», он наконец-то смог шумно выдохнуть. Правда, Минхо перед уходом умудрился напоследок по-актерски взъерошить Хану волосы, как какому-то маленькому ребёнку, и мягко попросил заходить ещё.Джисон вернулся в свою квартиру, зашёл в комнату и без сил рухнул на кровать прямо в одежде, мгновенно проваливаясь в сон. В его голове крутился один лишь образ Ли Минхо, и это по-прежнему пугало. Но, признаться честно, сейчас это пугающее чувство ему даже начинало нравиться. С этими мыслями он и уснул.