Our Love is Gravity

— Держи меня, — пробормотал Уэйд, утыкаясь лицом в бок Питера, из-за чего его голос прозвучал глухо. — Что? — Питер был сонным, его глаза блестели в лучах раннего утреннего солнца от слёз, которые от вытер рукой, стараясь прогнать остатки сна. — Пожалуйста? То есть, у тебя, конечно, есть выбор. Всегда.. но пожалуйста.. — голос Уэйда стал высоким и плаксивым, он сделал прерывистый выдох, и Питер не мог сказать было ли это печалью или желанием. — Что происходит в твоей голове, дорогой? Чего ты хочешь? — Питер потянулся вперёд и провёл рукой по шрамам на макушке Уэйда и вниз к затылку, успокаивающе выводя круги большим пальцем на пахучей железе. — Просто.. — он всхлипнул. — Держи меня, пожалуйста, Боже, не отпускай, — Уэйд прижался к Питеру, простонав и прильнув к касаниям своего Омеги. Альфа покраснел от собственной очевидной мольбы и уверенного толчка Питера, который просунул ногу между его бёдер. — Что тебя так завело, Уэйд? — спросил Питер, окончательно просыпаясь, и в его голосе звучало беспокойство — но из-за того, как Уэйд продолжал тереться о его колено, было сложно сосредоточиться на чём-либо ещё. Уэйд ответил сдавленным стоном, сильнее раскачиваясь бёдрами, стремясь к трению с неприкрытой нуждой. — Ох.. Альфа.. — Питер выдохнул и немного подвинул ногу, помогая добавить больше трения. — Я с удовольствием буду держать тебя, — мурлыкнул Питер, пробегая глазами по покрасневшему лицу Уэйда и стеклянным голубым глазам, широко раскрытым от желания. — Будешь держать меня тоже? Уэйд издал задушенный звук и вздрогнул, Питер ухмыльнулся, чувствуя расплывающееся по ноге тепло там, где их тела соприкасались. — Всегда. До конца жизни. Пожалуйста.. — он судорожно схватил ртом воздух, наконец-то поднимая голову, чтобы посмотреть Питеру в глаза. — Готов к большему? — спросил Питер, утягивая Уэйда полностью на себя. Довольный выдох сорвался с его губ, когда Уэйд мгновенно кивнул, уже снимая свои боксеры и кидая их куда-то на пол. Концентрированный запах заполнил комнату — скользкий альфа, сладкий и острый, словно пряный какао — и инстинкты омеги взбудоражили Питера доказательством того, под каким влиянием находился Уэйд. — Приподнимись, вот так, — Питер спустил пижамные штаны до бёдер, его член уже был твёдрым и пульсировал от одного только взгляда на то, как его альфа рушится. Уэйд подполз ближе, его лоно уже сочилось густыми выделениями, и он перенёс свой вес на Питера, заполняя себя одним ровным толчком. Они оба застонали от воздействия, Уэйд сразу начал раскачиваться вперёд и назад, его клитор постоянно тёрся о волосы на лобке Питера, а его внутренности сжимались, словно тиски. — Боже.. Альфа, пожалуйста, ещё, — Питер запрокинул голову назад и простонал, его руки вцепились в бока Уэйда, регулируя темп. Это подействовало на его партнёра, как рычаг, чтобы он по-настоящему начал прыгать на его члене, его влагалище непристойно хлюпало при каждом толчке. Питер едва удержался, чтобы не толкнуться вверх, но позволил Уэйду задавать темп. — Питер.. Блять. Ах! — задохнулся Уэйд, когда из-за этих отчаянных толчков головка члена Питера задела его точку G, и он вбивался в неё снова и снова, наказывая эту восхитительную точку, доводя себя до слёз. — Такой хорошенький для меня, — пропел Питер. — Такой идеальный.. — он был просто очарован великолепным Альфой над ним, и при каждом движении по его спине и ногам разливалось удовольствие. В какой-то момент Уэйд схватил запястья Питера и поднял их над головой, вжимая в матрас и используя в качестве опоры. Его мощные ноги подпрыгивали и, благодаря гравитации, он насаживался на Питера всё сильнее. Это было слишком, Питер заёрзал, когда собственническое прикосновение довело его, его бёдра качнулись вверх, и он кончил в своего альфу. Уэйд замедлился, двигая бёдрами, продолжая доить Питера стенками влагалища и наклоняясь, чтобы поймать его губы в глубоком поцелуе. Питер вздрогнул от гиперстимуляции, но не остановился, высвободив правую руку из ослабевшей хватки Уэйда и просовывая её между ног, чтобы яростно начать ласкать всё ещё возбуждённый клитор своего партнёра. Движения были торопливыми, когда его пальцы легко скользили по бугорку от того, что сперма его альфы растеклась по их коже. Уэйд вздрогнул, заёрзал, и из его горла вырвались новые стоны прямо в рот Питера. Их зубы столкнулись, когда Уэйд окончательно потерял себя в удовольствии его второго оргазма этим утром. Они замедлились, когда нахлынувшая волна оргазма их отпустила, лениво целуясь, пока сперма стекала из дырочки Уэйда вниз, на их переплетённые ноги. Питер низко заурчал и вышел из своего Альфы одним медленным движением, открывая глаза, чтобы увидеть Уэйда, смотря на него так, будто он самое прекрасное существо в мире. — Ты красивый, — наконец заговорил Питер охрипшим от напряжения голосом. Уэйд расплылся в смущённой улыбке и съязвил: — А ты болван. — Сказал мужчина, который разбудил меня, умоляя о– — Ладно, ладно, заткнись. Питер рассмеялся, поднимаясь на ноги с помощью Уэйда. Вдвоём они направились в ванную комнату. Питер включил душ, а Уэйд взял полотенца. Он посмотрел на него и подумал: “Я самый счастливый болван на свете.”