Десять золотых

Как только я попыталась сделать вздох, мои легкие стянуло, словно вывернуло наружу. Я прокашлялась и резко поднялась, пытаясь понять где оказалась. Длинный коридор, черные бархатные стены, приглушённый тёплый свет и красная дверь в конце пути. Как только я поднялась, то вспомнила то, что видела перед тем как безмолвно заснуть. Меня везли к клиенту, в этот раз стояло странное предчувствие, будто по пути должно что-то случиться. Стекла были затонированными, по середине столика, внутри автомобиля, одиноко стоял бокал красного вина, на вкус горького, отдающего сладкими нотками. Как по инерции я его опустошила, делала я так каждый раз, зная, что мой сутинер вряд ли допустит мою продажу, а если и допустит, то бежать мне все равно некуда, меня тут же схватят или застрелят одним холостым выстрелом в затылок. Через пару минут я заснула, даже того не заметив. Неизвестно сколько времени прошло с того момента, где я находилась, кто меня окружает. Меня явно переодели. Вместо белого короткого платья с вульгарным открытым бюстом, в которое я наряжалась перед выходом, нарядили в длинное темно-красное платье, напоминающее по своей структуре одеяния греческих богинь. На шею и голову была накинута шёлковая накидка, величесвенно ползущая за мной по полу. А на лицо явно нацепили маску под цвет платья, украшенную перьями и мелкими и редкими жемчужинами. Через страх и волнение я открыла дверь и вошла в новую комнату. Неизвестный словно издевался надо мной. Новое помещение было квадратной формы, с тем же приглушенным светом и пустотой внутри. Но приглядевшись, я заметила далее узкий проход, через который были видны свечи и сидящий мужчина, поверный спиной ко входу, мой странный и специфический клиент. Я была готова его обслужить, тут же выпрямила спину и медленным шагом двинулась навстречу. Ничего сейчас не было слышно кроме моего дыхания, цокания каблуков и сердцебиения. Я решила действовать без слов, подошла сзади и остановилась, жаждуя поскорее приступить к отработке долга. Судя по антуражу, клиент явно любил ожидание, а не быстрый безидейный секс, как любило большинство моих заказчиков. Мужчина даже не шолохнулся, лишь сказал: – Присаживайся. Как только я исполнила просьбу, то заметила на его лице маску, черную, более пышную и обьемную в отличии от моей, кричащую об иерархии и важности соблюдать каждое пожелание ее хозяина. Взгляд у клиента был изучающим. Осматривал то мои руки, то скользил по приоткрытым плечам и шее, к которой наровил прикоснуться, но мастерски умело сдерживался, то возвращался к пышному столу, на который я смотрела голодными глазами. Комната наполнилась моим напряжением, а затем и его. Я часто замечала такое за клиентами, поэтому была готова отдаться прямо здесь и сейчас, прямиком на этом столе, смахув аппетитные праздневства, исполнить любую просьбу и принять любую роль, желаемую этим мужчиной, лишь бы поскорее получит вознаграждение и вернуться домой. Мне хотелось расспросить о том где я, кто он, и где мы находимся, но как только открыла рот, он успел заговорить быстрее меня: – Сыграем несколько партий. Каждый отбитый ход - исполнение одного желания,– произнес томным спокойным голосом, перебирая колоду игральных карт меж пальцев, явно молодых, не сморщенных и не потресканых. Радовало, что это был не старик или не неопрятный мужчина, от которого бы за километр несло перегаром, а обычный молодой мужчина со странными искаженными фантазиями и желаниями. Карты напротив, всем своим видом выдавали свой возраст. Черная, с обратной стороны, печать слазила белыми царапинами, изгоняя с себя алые тонкие сплошные полосы рисовки. Я кивнула и взяла шесть карт в руки, словно благородный веер. Благо, играть я умела. Но никогда бы не представила, что такое неочивидное умение поможет мне на работе. – Первый ход твой. Я выложила две семёрки- крести и черви, успела заметить довольную ухмылку, а затем две опущенные на стол карты - восьмёрку черви и крестового валета. Ход был отбит, а значит желание за клиентом. Я тут же скинула двух валетов - пики и червового. Мужчине не оставалось ничего, кроме как взять неотбитые карты себе. В тот момент под столом я игриво вятянула ногу, касаясь лодыжкой его икр, клиент приглушенно улыбнулся и поднял заинтересованный взгляд на мои глаза- единственное, что он видел под маской. – Это считается проигрышем?– я игриво пополнила колличество карт из еще толстой колоды. – Нет, только отбитая партия. Я смекнула и выложила на стол две десятки, которые он явно мог отбить вальтами, позволяя позже самой себе отбиться. Почти сразу после произнесенного мною "бито" я услышала пожелание. – Назови свои имя. – Кэтсуми. – А фамилия? – Это уже следующий отыгрыш, мой господин. Ход ваш,– мои слова восполнили азарт. Перед собой я увидела те самые два вальта, которых мне скинули ранее. Один из них был скудно пропечатан, весь вышаркан, но не менее прекрасен и узнаваем. Попыталась отбить, но подкинутые короли и девятки заставили меня забрать карты себе. Благо, следующий ход был мягок, и я легко сумела отбиться. – Сними с себя маску,– но он противился. – Кроме маски. – Сними с себя пиджак, а затем растегни несколько пуговиц,– я произносила свое пожелание на тон тише, манящим спокойным, но при этом повеливательным голосом. – Это уже два действия. – Прошу меня простить,– словно ненароком я отодвинула ткань, перекинутую через мою шею, едва в сторону, обнажая новую часть декольте на короткий промежуток времени под видом того, что хотела просто поправить волосы. Мой ход он совершенно точно и без замедлений отбил. – Сними с себя накидку,– бордовая ткань тут же с грохотом упала на пол, обнажая мои плечи. Клиент ненароком прикусил нижнюю губу и мигом положил карту на стол. – Скажи, где мы находимся. – У меня дома. – Где находится твой дом? – Ты не загадывала мой допрос, Кэтсуми. Я неудовлетворенная и рассерженная ответом пополнила свою коллоду и кинула карты, которые мужчина быстро отбил. – Развяжи верх своего платья,– он нашел опору в своей согнутой в кулак, представленной к виску руке перед тем, как довольствоваться зрелищем. А как после того, как я развязала узел и позволила верху платья грациозно скатиться вниз, остановиться на талии, клиенту предстало зрелище на мою грудь. Среднего размера, упругую, со стоячими вожделеющими розовыми сосками, сделавшую его взгляд более голодным. – Ход ваш, господин,– следующее желание следовало за мной,– я хочу, чтобы вы дали мне новый приказ. Посмотрев снова на мой пышный бюст, клиент нашел ответ. – Сядь мне на колени. Я поднялась и вальяжной походкой уселась, словно оседлала его. Через ткань брюк ощущался твёрдый возбухший член клиента, вожделеющий и вероятно мокрый, наровящий поскорее проникнуть внутрь меня до основания. Я намеренно потерлась, не стыдясь раньше времени качать бедрами туда-сюда. – Как мы теперь будем продолжать играть?– руки легли поверх его плечей. – Загадай еще одно желание. – Возьмите меня, мой господин. И в тот момент он наконец-то сумел коснуться моей шеи, целуя страстно и желано, затем и заветной груди, обслуживал каждую поочередно. Язык проходился по соскам, зубы слегка прикусывали их, вызывая за мной приглушенный стон, свойственный возникшей атмосфере. Горячее дыхание заставляло меня намокнуть еще сильнее. Пока мужчина был увлечен моей грудью, я сумела распутать рубашку. Одна из его татуировок, выбитая на ключицах, в виде римских цифр, заставила меня напрячься, смутититься, я его узнала, странно что не по голосу и не по тембру речи, который ни раз заставала на тв, осознание заставило на время отстраниться. Но он, увлеченный моей грудью, и вероятно, знавший такой исход, стал еще решительнее. Следующим его действием стала усадка меня на пустой комод, который идеально вылизанный от пыли, все это время стоял сзади нас. Я оставалась в лёгком замешательстве, казалось, все портил стыд, но позже меня захлестнуло возбуждение, ранее не подвластное с другими клиентами. Звякнула пряжка ремня, брюки и белье наконец обнажили его член, по которому он разгонял естественную смазку, а меж пальцев левой руки держал неоткрытый пакетик с презервативом. Я его перехватила. – Позвольте мне,– опустившись на пол, на корточки, я зубами разорвала обертку и улыбнулась, а его серьёзный взгляд, украшенный чёрными перьями, внимательно следил за моими действиями. Презерватив я натягивала медленно, заодно подрочив и коснувшись пару раз губами головки. Сверху я услышала стон в подтверждение того, что я все делаю правильно. Руки жестокой хваткой овладели моими волосами, меняли темп, насаживали мою голову сильнее, глубже, грубее. Я начала задыхаться, стараться высвободиться, но контроль уже был упущен. – Встань,– после этих слов я наконец-то была свободна, едва успела подняться, подышать полной грудью, меня резко развернули спиной. Было больно, углы комода упирались мне в живот и резали кожу. Клиент не стал медлить и резко вошел. Трахал меня грубо, совсем не жалея. Перенимал любую попытку за что-то ухватиться, воспротивиться. Но позже я сдалась, понимая свой долг ублажить своего владельца. Стонала так, как учили меня ранее, держалась и возбуждалась, выгинала спину и оставалась покорной. С губ сорвался крик от резкого и сильного шлепка по ягодицы, кажется на них остался красный след. Клиент схватил меня за горло, заставил посмотреть в его глаза невинным и покорным взглядом, придушил сильнее, как только мои стоны сменились хрипами, бросил назад и постарался максимально ускорить темп. Из-за пустоты, высоких стен и огромного пространства, шлепки и стоны эхом разлетелись повсюду. Кажется, его это возбуждало еще сильнее. Я всеми своими внутренностями ощущала, что он на пике. Член пульсировал, становился более твердым и осязаемым. Даже через презерватив я ошущала все венки и неровности на нем. Его природную влагу и рвение. После нескольких ослабленных движений клиент излился в меня. Не стал прижиматься, трогать за грудь или шептать что-то на ухо, вместо этого вынул член из меня и ушел. То, что меня заперли, я поняла не сразу. Пыталась стучаться, кричать, но все попытки были напрасны. Прошёл час, два, никто за мной так и не вернулся. Тогда я подумала, что это очередная прихоть заказчика. Я должна уснуть, и тогда меня так же тайно вернут домой. Из утешений был огромный стол, усыпанный блюдами. Устрицы, мидии, дорогой алкоголь, жаркое из оленины. Я поддалась голоду, едва улавливая восхитительный вкус этой еды. А после трапезы заснула. Но за мной так никто и не спустился. Вместо этого, по пробуждению, я заметила манекен в конце комнаты, наряжанный в новый карнавальный костюм, более открытый и роскошный.