Пролог
7 июля 2026 г., 10:55
— Я не пойму — зачем внедряться? — раздраженно спросила я у Ирины. — Несколько перекрёстных допросов и ученички или преподы-окультисты сами расколятся.
— Если всех допросить, то исполнители затаятся и мы ничего не узнаем, — противным менторским тоном ответила Ирина. — Внедриться, чтобы понаблюдать, сблизиться с кем надо, послушать, понюхать. Допрос по-любому ничего не даст. И вообще, пока непонятно, что происходит. Поэтому внедрение.
— Все с тобой понятно. — Махнула я рукой. — Вышла из декретного, соскучилась по работе, создаёшь суету на ровном месте.
— Ты похоже уже забыла случай при строительстве подземной галереи на Баумана, — спокойно парировала Ирина. — А зря.
— Это то тут при чём? — поинтересовалась молчавшая до этого Вика.
Ирина вместо ответа бросила на стол пачку фотографий.
— Хм, руна вызова, — задумчиво произнесла я. — Нарисована коряво и, похоже, без вливания силы.
— Ого, а ты шаришь подруга, — похвалила меня Вика.
— Линии прорисованы нечётко, как будто рисовали в спешке, — я продолжила анализировать снимки. — Плюс если бы влили силу, то все равно что-то да произошло бы. Например стену снесло или рисующего разорвало на мелкие кусочки. Но раз таких снимков нет, значит пронесло.
— Пока пронесло, — подняла палец Ирина. — Теперь ты понимаешь, почему нам необходимо контролировать ситуацию на месте?
— Вызова кого? — уточнила Вика.
— Пока непонятно. — Я сморщила нос, потерла переносицу и с надеждой посмотрела на Ирину. — Надо по каталогу посмотреть.
— Начала штудировать, ещё не нашла, — ответила начальница. — Можем поделить определитель на троих и искать вместе.
— Может нужно искать не идентичную руну, а хотя бы похожую? Потому что она нарисована с ошибкой? — задумчиво произнёс я.
— И мне эта мысль пришла в голову — похожих тоже не нашла.
— Не хочу быть учительницей, эти озабоченные подростки, мне же придется читать все их пошлые мысли обо мне, — простонала я. — Может вы перестраховываетесь после Баумана? Времени совсем нет, у меня ведь учеба в меде, плюс клиника.
— На Баумана мы проморгали удачный призыв демона, естественно не хочется повторения. К кому-то явно неопытному попалась рукопись с рунами. И нам нужно этого кого-то найти раньше других заинтересованных сторон… — начала объяснять Ирина.
— Думаешь это кто-то из учеников? — перебила еë я.
— С высокой вероятностью да.
— Блин, я тоже не хочу быть училкой, — Вика тоже решила поныть. — Пусть Лёшка идёт, мне в моем положении вообще нервничать нельзя, — она погладила живот, который в принципе даже не начал округляться. Конечно, для девятой недели беременности рановато.
— Будет подозрительно, — поджав губы, ответила Ирина. — Мужчины в школе почти не работают.
— Вот именно, что почти, — не унималась Вика. — Есть же физруки и эти, как его, обжшники.
— Лёшка физрук! — не удержалась и хмыкнула я.
— Этих вакансий в данной школе нет. К тому же нам нужно ваше присутствие именно в кабинетах истории и биологии. Окно одного выходит на стену, где была нарисована руна, окно другого выходит в глухой двор, есть вероятность, что там тоже что-то нарисуют. Все, вопрос закрыт! — слегка повысила голос Ирина, среагировав на ск умоляющее лицо Вики. — От тебя не требуется силовая поддержка, скорее моральная и функция наблюдателя. К тому же у вас с Мариной сработавшаяся пара. Плюс вы будете не одни, оборотни будут на подхвате.
— А почему Марина будет историчкой, а я биологичкой? Почему ей всегда достается всё самое лёгкое? — сменила тему для нытья Вика.
От этого закидона мы с Ириной зависли почти на минуту.
— Я что-то не так сказала? — с претензией уточнила Вика, прервав молчание.
— Вообще, ваше образование больше связано с биологией, чем с историей, поэтому твои претензии непонятны. Плюс окна кабинета биологии выходит на ту стену, где была нарисована руна, нам кажется, что там уже ничего малевать не будут. А окна кабинета истории выходит на другой глухой двор, с точки зрения аналитиков перспективный для, кхм, творчества, — терпеливо объяснила Ирина, разжевав приведённые выше аргументы.
— Вика, ты же понимаешь, что за нас уже всё решено? — устало сказала я.
— Да, это приказ, — снисходительно улыбнулась Ирина.
— Вот возьму и лягу на сохранение! — продолжила капризничать Вика.
— Нет, пожалуйста, мне не хочется отправляться без поддержки в этот филиал ада! — для убедительности я сложила руки в умоляющем жесте.
— Ну ладно так уж и быть, — закончила ломаться Вика.
— Почему почти каждый мой разговор с вашей парочкой в конце концов превращается в фарс, — покачала головой Ирина.
Уже через час мы сидели в кабинете директора школы. Та, недовольно поджав губы, рассматривала разложенные на её столе снимки.
— С каких это пор ФСБ начало заниматься делами связанные с мелким хулиганством? — наконец спросила она. — Мне, конечно, очень не нравится, что какие-то вандалы испортили стену школы, но этим вполне может заняться инспекция по делам несовершеннолетних. Проведут профилактические беседы со своими подопечными…
— Раз мы здесь, значит для этого есть основания, — перебила её Ирина и многозначительно постучала ногтем по руне на фотографии.
— Какой-то иероглиф, — непонимающе протянула директриса.
— Руна вызова, — поправила её Ирина.
— Вызова кого? — до нашей собеседницы никак не доходила суть проблемы.
— Демона или иной потусторонней сущности, — нетерпеливо влезла в разговор Вика, за что удостоилась неодобрительного взгляда от Ирины.
— Пф-ф, — фыркнула директриса. — Неужели вы верите во всю эту чушь?
— Марина, — скомандовала мне начальница, и я, всё это время читавшая мысли нашей собеседницы, выдала краткую выжимку того, что мне удалось выудить из головы директрисы.
— Галина Сергеевна Полянская, специализация учитель русского языка и литературы, занимает пост директора школы с 1993 года, после того, как предыдущий директор ушёл на пенсию. Воинствующая атеистка, в магию и мистику не верит. К нарисованному на стене отношения не имеет, кто это сделал — не знает.
— Любой здравомыслящий человек не верит в эти глупости, — откинувшись на кресле, произнесла Галина Сергеевна. Мой спич не произвёл на неё никакого впечатления. Будучи человеком старой закалки, она считала, что ФСБ знает всё и обо всех, решив, что данные взяты из досье, заведенного на неё нашей конторой.
— А вы крепкий орешек, — нейтрально сказала Ирина и кивнула мне, требуя провести более убедительную демонстрацию магических способностей.
Пачка фотографий взмыла над столом, сложилась в аккуратную стопочку и спикировала в папку, та захлопнулась и веревочки сами собой завязались в аккуратный бантик.
— Вы что фокусницы? — удивленно спросила Галина Сергеевна и поводила рукой над папкой, чтобы убедиться в отсутствии над ней каких-либо хитрых, но невидимых приспособлений.
— Отнюдь, — улыбнулась я, под моим воздействием дверца одного из шкафов открылась, оттуда вылетела початая бутылка вина и два фужера. — Мне кажется вам надо успокоить нервы. Я за рулём, Вике на прием к врачу, а вот Ирина Степановна вполне может вас поддержать.
— Но… как? — ошарашенно спросила директриса.
— Магия, — развела руками я.
Директриса налила себе полфужера вина, залпом выпила и пододвинула бутылку Ирине, предложив заняться самообслуживанием.
— Хорошо, — выдохнула она. — Допустим магия есть, и у нас на стене нарисовали некую руну. Чем это чревато и что делать?
— И главный вопрос — кто виноват? — не удержалась от шпильки Вики, за что опять удостоилась недовольного взгляда от Ирины.
Следующие минут десять мы в общих чертах рассказали наш план. Ещё пару минут Галина Сергеевна размышляла и первая её фраза была.
— Учителя истории и биологии будут недовольны.
— У вас в школе как раз недобор по этим предметам, — удивилась Ирина.
— Зарплаты в сфере образования низкие, поэтому люди берут дополнительные часы, — пояснила Галина Сергеевна.
— Мне, в принципе, не нужна учительская зарплата, могу отказаться в пользу вашего преподавательского состава, — предложила я.
— А вот мне лишние деньги не помешают, — взбрыкнула Вика.
— Марина права, — осадила её Ирина. — Ты же будешь получать зарплату в ведомстве, а за эту операцию я вам премию выпишу, — Вика на это кивнула головой, безуспешно пытаясь удержаться от довольной улыбки.
— Кроме денег есть другие аспекты, — заметила Галина Сергеевна. — Например дресс-код. В джинсах и водолазках вести уроки не рекомендуется, — добавила она, многозначительно пройдясь взглядом по мне.
— А в чем рекомендуется? — тут же уточнила я.
— Платья ниже колена, никаких оголённых плечей и спины. Если юбка, то тоже ниже колена, сверху блузка или кофта, но лучше блузка. Можно брючный костюм, — перечислила Галина Сергеевна.
— У тебя же есть брючный костюм? — уточнила у меня Ирина.
— Да, и не один, но, пожалуй, в школу я их не одену, — задумчиво ответила я, представив похотливые взгляды школьников на моих, обтянутых тканью ягодицах. Наверное то, что джинсы нельзя даже хорошо.
— Ну, из остального перечисленного у тебя точно ничего нет, — заметила Вика. — Платья или короткие, или с открытыми плечами, или с оголенной спиной.
— Похоже придется пробежаться по магазинам, — проворчала я.
— Ура, шопинг! — обрадованно воскликнула Вика. — Куда поедем?
— Тебе лучше знать. — Я пожала плечами, мне до сих пор не нравилось гулять по магазинам, юбкам предпочитала джинсы, а платья одевала по большим праздникам. — Только, пожалуйста, без лишнего фанатизма, — добавила я, заметив хищный блеск в Викиных глазах.
— Кто кроме меня будет знать о внедрённых сотрудниках? — уточнила Галина Сергеевна.
— Никто, — ответила Ирина и кивнула мне головой, и я тут же достала из рюкзака свиток о неразглашении.
— А чтобы вы случайно не проболтались — заполните, пожалуйста, этот бланк и распишитесь.
— Это все хорошо, но как я всё объясню возмущенным учителям, чьи ставки займут девушки? — спросила Галина Сергеевна, аккуратным почерком заполняя пустые поля свитка.
— Скажете, что они устроились на полставки, плюс РОНО увеличило финансирование, так что на их зарплатах появление моих подопечных никак не отразится.
— А сейчас не пугайтесь, потому что… — попыталась я предупредить директрису, но не успела.
— Ой! — подпрыгнула та в кресле, когда после подписания свиток вспыхнул и исчез.
— … артефакторы, к сожалению любят дешевые эффекты.
— Да уж, это было неожиданно, — выдохнула Галина Сергеевна.
***
— Всё-таки ты выбрала именно этот образ, — сказала Вика, следующим утром садясь ко мне в машину. — Да, в первый учебный день решила одеться поконсервативнее, — пожала плечами я, трогаясь с места. — Поконсервативнее? — переспросила, усмехнувшись, Вика. — Свободная плиссированная юбка в пол создает эффект широких бёдер, приталенный пиджак зрительно уменьшает талию и увеличивает грудь. Получается классическая фигура «песочные часы» и огромный простор для фантазии, с коей у подростков проблем нет. Минимум косметики и конский хвост молодит, и ты выглядишь ненамного старше своих будущих учеников. — Спасибо за занимательную лекцию, — сухо поблагодарила я и преобразила хвост в косу. — Так лучше? — Ну… — Вика сделала неопределённый жест руками. — Ладно, — обречённо сказала я. — Ехать домой и переодеваться всё равно некогда, почитаю мысли малолетних извращенцев и узнаю насколько ты была права. — Бедняжка, тебе же ещё и мысли сегодня читать, — пожалела меня Вика. — Смотри куда прëшь, сучий потрох! — заорала я на подрезавшего меня водителя девятки. — Успокойся, мы никуда не спешим, — погладила меня по плечу подруга. — К тому же он тебя всё равно не слышит. — Просто бесит! Как я на Паджерике — все ведут себя как ангелочки, а как на Матизе — каждая тварь норовит подрезать! — Ну ещё бы, — усмехнулась Вика. — Ты теперь городская легенда — «сучка на Паджере». Какой дебил захочет с тобой связываться? — Поэтому Ирина и запретила на нём ездить, пока мы внедрены, — вздохнула я. Около школы проблем с парковкой не было. Поставив машину на сигнализацию, я чуть прибавила шаг, чтобы догнать Вику. — Девушки вы куда? — окликнула нас вахтерша. — К директору, мы ваши новые учительницы, — мило улыбнувшись, ответила Вика. — Я провожу, — обратилась к вахтерше проходящая мимо пожилая женщина. — Спасибо, но в принципе, мы знаем куда идти, — сухо поблагодарила я. — Хамида Абдулловна вас всё равно без сопровождения не пропустит, потому что видит первый раз, — снисходительно улыбнулась наша собеседница. Вахтерша встала перед нами, решительно уперев руки в бока. — Тогда проводите нас, пожалуйста, — вновь мило улыбнулась Вика. Собеседница зачем-то посмотрела на меня, я заглянула ей в мысли. — Да, пожалуйста, если вам не трудно. — Оказывается ей мой ответ показался дерзким, и поэтому она хотела поставить меня на место. И да, она тоже была непричастна к рисунку, как и вахтерша. — Меня зовут Елена Григорьевна, и я завуч по математике этой школы, — представилась женщина, пока вела нас по коридору. — Марина. — Вика. — Очень приятно, а как по отчеству? — уточнила Елена Григорьевна. — Просто называть вас по имени при учениках, значит принизить ваш авторитет, а подростки к этому чувствительны. — Виктория Михайловна, — представила я подругу. — Марина Ахатовна, — сделала ответный жест Вика. — А вы подруги? — спросила Елена Григорьевна, на что мы почти синхронно кивнули. — Давно дружите? — Пять лет, — быстро ответила я. — Четыре, — уточнила Вика и язвительно добавила. — Первый год я к тебе приглядывалась, оценивая достойна ли ты моей дружбы. — Не ожидала от тебя такой мелочности, — сощурив глаза, сказала я. — Ой, а вы всегда такие забавные? — расхохоталась Елена Григорьевна. — Марина была зажата в начале, словно закрытая в своей ракушки, но во время вашей пикировки раскрылась. — Она всегда такая, когда волнуется, — махнула рукой Вика. — У неё урок, — она взглянула на часы. — Через двадцать минут. — Какой предмет ведёшь? — спросила у меня Елена Григорьевна, резко посерьезнев. — Историю. — О боже, 10 Б, сразу на амбразуру, — сочувственно покачала головой завуч. — Давайте ускоримся, Галина Сергеевна наверняка захочет вас представить другим учителям. Около директорской двери Елена Григорьевна тепло обняла меня, а потом пожелала нам обеим. — Удачи, не дайте им себя сожрать. — Ну как, готовы к боевому крещению? — вместо приветствия спросила Галина Сергеевна и одновременно оценила наш внешний вид. — Немного перебор с закрытостью, — сказала она мне. — На грани фола, — прокомментировала Викину обтягивающую юбку с разрезом до бедра. — Марина волнуется, — ответила Вика на первый вопрос. — Да уже вроде поменьше, — ответила я. — Даже интересно стало, что это за великий и ужасный 10 Б. — Проблемный класс, за две недели с начала учебного года успели довести половину учителей, — ответила Галина Сергеевна, отводя взгляд. — Мне кажется, что вы испытываете чувство вины за этот класс? И можете не отводить взгляд, ваши мысли я больше читать не буду, по крайней мере, без вашего спроса, — я решила дожать директрису, мне нужно было больше информации по этому классу. — Да это я его сформировала. Большая часть учеников дети обеспеченных родителей — учиться не хотят, а хотят без проблем до сидеть до выпуска, чтобы потом папаши и мамаши засунули их в престижный вуз. — А зачем же вы его сформировали? — спросила наивная Вика. — Нужны были деньги на ремонт школы, плюс нам обновили оборудование в компьютерном классе, — вздохнула Галина Сергеевна и взглянула на часы. — Так, нам нужно бежать, быстро представлю вас коллегам и пойдем с Мариной к 10 Б. В учительской сидели несколько женщин, которые сменили нас любопытными и оценивающими взглядами. — Девушки, в нашем преподавательском коллективе пополнение: Марина Ахатовна — учитель истории и Виктория Михайловна — учитель биологии. Ну мы побежали знакомиться с 10 Б, а вы пока введите в курс дела Викторию, у неё пока уроков нет, — Галина Сергеевна взяла один из журналов с полки и пошла на выход, тяня меня за собой. — Удачи, — пожелала мне худощавая брюнетка, сидящая у окна. — Она вам понадобится. Я заглянула ей в голову. Конечно же, никакого пожелания удачи там и в помине не было, а было злорадство и предвкушение того, как меня размажут на первом уроке. — Перед каждым уроком будешь заходить в учительскую и брать журнал нужного класса, после урока приносишь обратно. Если забудешь, то можешь послать за ним старосту, но всё же старайся делать это сама. — У меня есть к вам одна просьба и один вопрос, — сказала я в свою очередь. — Просьба — не надо меня представлять в своей излюбленной манере: «Здравствуйте, ребята, это наш новый учитель, будьте к ней снисходительны, она только что после вуза». После такого меня точно сожрут. — Ты же говорила, что не будешь читать мои мысли, — возмутилась Галина Сергеевна. — Я и не читала, — улыбнулась я. — Зато получила в голове других учителей. Большинство помнят ваши представления новеньких и практикантов наизусть. — Вот ведь, — проворчала директриса. — Надо что-нибудь новое придумать. А что за вопрос? — Кто у них в классе заводила? — Горохов, для чего тебе? — Вырабатываю тактику первого урока, — усмехнулась я. — Ну-ну, — снисходительно ответила Галина Сергеевна и остановилась у нужной двери, оглядела меня с ног до головы, стряхнула какую-то пылинку с моего пиджака, и мы вошли в кабинет.
