Возвращение грандмастера

«Старейшина Илина, капитан команды Золотой пион, таинственный игрок в маске, наконец-то открыл лицо на пресс-конференции. Им оказался Сюэ Ян, студент Университета Гуйчжоу. Поприветствуем обладателя трех титулов MVP, гениального стратега и, не побоюсь этого определения, основателя темного пути. Господин Сюэ, ваш соперник Ханьгуан-Цзюнь в этом сезоне в прекрасной форме, вы все еще планируете взять реванш на карте Безночного города?» Вэй Ин, натянув капюшон безразмерного худи, сидела в самом дальнем углу интернет-кафе. Картинка на большом экране потеряла резкость, и Вэй Ин в очередной раз смахнула злые слезы. Пухлощекий ведущий трансляции киберспортивных новостей забрасывал Сюэ Яна неудобными вопросами, а новый игрок Золотого пиона, клыкасто ухмыляясь, парировал чужие атаки. Сенсация. Именно этого не хватало менеджерам команды и именно это дал им новый игрок, не скрывавший, в отличие от прежнего владельца аккаунта, свое лицо. Точнее, Вей Ин усмехнулась уголками губ, не только менеджерам чего-то хотелось. Цзинь Цзысюню, племяннику главного спонсора команды, ввалившемуся в лифт после пятничной попойки очень не хватало очередного трофея в постели. Вэй Ин в тот день задержалась до десяти вечера на тренировке в спортзале и поднималась с цокольного на тринадцатый этаж в том же злополучном скоростном лифте. Находиться в замкнутом пространстве с пьяным и оттого еще более задиристым Цзинем Вэй Ин опасалась, поэтому, вежливо кивнув на прощание, выскочила на пять этажей ниже, чем нужно, и, удостоверившись, что неуважаемый господин продолжил возноситься по направлению к семидесятому этажу, где находились видовые апартаменты семьи Цзинь, свернула на лестницу. Дополнительная кардионагрузка, с ее преимущественно сидячим образом жизни, ей не помешает, только маску надо опустить так, чтобы она не закрывала нос, иначе можно задохнуться. В наушниках играл саундтрек из нашумевшего аниме Благословение небожителей, башня Jin Entertainment давно стала ее домом, поэтому она спокойно вышла с лестничной клетки в ярко освещенный коридор, который через два поворота выводил к комнатам членов команды Золотого пиона. Завернув за угол, Вэй Ин не ожидала, что ее сумку сорвут с плеча, а запястья прижмут к ледяной стене, и именно поэтому в первые мгновения не сопротивлялась. Она отмерла, когда Цзинь Цзысюнь облизнул и без того слюнявые губы, и склонился так, что лицо обожгло сивушное дыхание. К горлу Вэй Ин подкатила желчь, и она закашлялась в рвотном позыве. От ощущения чужой руки, забравшейся под юбку и поднимающейся по коже бедра, ее трясло крупной дрожью. Предки, эта Вэй никогда больше не оденет проклятую форменную юбку! Никогда не зайдет одна в замкнутое пространство! Никогда не свяжется с Цзинями! Только помогите, кто-нибудь! — Помогите, - прорвался наружу крик, — пожар! — Заткнись, надменная сучка, - рявкнули на нее так, что она услышала даже через шумоподавляющие наушники, и от пощечины онемела левая щека, а во рту, помимо горечи, появился металлический привкус, - а ты ничего, сойдёшь. Всегда хотел узнать, что там под маской, думал, ты уродка. Вэй Ин забилась в чужой хватке, пытаясь освободить руки. Она не заметила, в какой момент с нее сорвали медицинскую маску, под которой она, отговариваясь слабым здоровьем, скрывала лицо последние три года, но плевать на лицо. Ее хлопушка, спрятанная как раз на случай нападений, видимо, вылетела из расстегнутой сумки и тускло поблескивала у противоположной стены. Вэй Ин бы только добраться до нее. Грузное тело навалилось на нее, выбивая воздух из грудной клетки. В голове звенело, а в ушах, создавая жуткий контраст с реальностью, все еще играл саундтрек «Неразделимы», поставленный на повтор. — Помогите! — крик оборвался, но эхо прокатилось по коридору и где-то вдалеке открылась, но тут же захлопнулась дверь. Вэй Ин хотела снова заорать «пожар», но звук затих, не родившись - Цзинь Цзысюнь впечатал ее затылок в стену. На секунду Вэй Ин ослепла от кроваво-красной боли, вспыхнувшей под веками, но именно боль прояснила ее мысли или, наоборот, добавила в них безуминку. И испуганная девчонка отступила, спряталась в глубинах сознания, уступая место грандмастеру, не проигравшему ни одно PvP. В отличие от пальцев, идеально скоординированных долгими тренировками, тело гораздо хуже слушалось ее намерений, но Вэй Ин заставила себя обмякнуть и прикрыть глаза. И всё-таки чуть вздрогнула, когда дыхание Цзинь Цзысюня коснулось ее горла, но, на ее удачу, опьянение снижало внимание противника. Запястья дернуло вверх, однако между телами наконец-то появилось пространство и Вэй Ин, согнув колено, изо всех сил ударила Цзиня в пах, а когда тот согнулся от боли, отпуская ее запястья, рванулась в сторону, хватая хлопушку. — Ах ты шлюха, — Цзинь Цзысюнь сделал маленький шаг в ее сторону и остановился, потирая пострадавшее место, — ты будешь рыдать от боли, маленькая дрянь! И вымаливать прощение во всех позах! Вэй Ин подняла свое оружие на уровень чужой груди. Губы скривились в широкой улыбке, а указательный палец, не дрогнув, нажал на кнопку так же твердо, как нажимал на левую кнопку мыши в игре. — Рыдать буду не я, — тихо пообещала она, рывком закидывая сумку на плечо и отступая на пару шагов, чтобы контролировать пространство на случай, если этого умом обделенного идиота даже ожоги не остановят. Откопав левой рукой в наружном кармане запасную маску, Вэй Ин натянула ее на лицо, скрывая подрагивающий оскал. На золотой — какая банальность! — рубашке Цзинь Цзысюня, расцвели огоньки, и ее несостоявшийся насильник, еще несколько секунд моргал мутными глазами, а потом по-поросячьи завизжал и, извергая проклятия, скинул усеянную дымящимися дырами рубашку. А потом, кажется, протрезвев, бросился прочь с криком: «Убивают!» Двери испуганно захлопали. Первой к Вэй Ин подбежала Цинь Су, целительница команды, и попыталась приобнять своего капитана. Вей Ин передернула плечами, скидывая чужие руки, и расхохоталась. Какая ирония, какая избирательная глухота! Еще чуть-чуть — и хохот бы перерос в истерику, поэтому она быстрым шагом, почти срываясь на бег, прошла в свой отсек, игнорируя чужие вопросы, полные больше липким любопытством, чем сочувствием. Раздвижные двери захлопнулись с тихим шипением, но это больше не давало ощущения безопасности, поэтому, помимо блокировки ключ-картой, Вэй Ин задвинула засов, привинченный на случай глобального сбоя электроники или же отключения электричества, и побрела в душ. Стоя под горячими струями воды, она десять раз намылила и почти до крови стерла мочалкой кожу, но так и не смыла липкость чужих рук и жуткое ощущение беспомощности. И Вэй Ин все же сползла по стенке и, свернувшись калачиком на полу, разрыдалась. А сверху все так же лилась вода.

***

В девять часов утра Вэй Ин стояла в золотом кабинете Цзинь Гуаншаня и оттягивала рукав желтой рубашки пониже, чтобы скрыть россыпь фиолетовых синяков, браслетом обхватывающих запястье. Показывать синяки, рассказывать правду не имело смысла - в холодной улыбке главы корпорации читался заранее вынесенный, но еще не озвученный приговор. В торжествующей улыбке Цзинь Цзысюня жило обещание проблем самого развратного характера, но эта улыбка побледнела и увяла, стоило поднять немигающий взгляд на несостоявшегося насильника. Чего ей стоило не дрогнуть при виде этого человека, знала только Вэй Ин и ее бешенным кроликом скачущее сердце. Повинуясь легкому кивку главы корпорации, из-за стола поднялся затянутый в пиджак и удушенный высоким накрахмаленным воротником юрист корпорации. Он сухо подчеркнул, что данных с камер видеонаблюдения, ввиду сбоя системы, не получено, и, таким образом, по статье двести тридцать четыре уголовного кодекса, за причинение тяжкого вреда здоровью молодому господину Цзинь Вэй Ин грозило до десяти лет лишения свободы. Пол под ногами качнулся, и Вэй Ин крепче сжала кулаки, пытаясь держать удар. Хорошо, что под маской не видно, как задрожали губы, а слез после ночной истерики просто не осталось. Краем глаза Вэй Ин заметила, что к пожирающему ее взглядом Цзинь Цзысюню проскользнул кто-то из многочисленных подручных Цзинь Гуаншаня, и Цзинь Цзысюнь, скривив недовольную рожу, выплюнул: «Дядя, я вас покину, надеюсь, правосудие совершится в полной мере». Ему, конечно же разрешили, и драгоценный племянник засеменил к выходу, прошипев, проходя мимо нее: «Ты еще приползешь, умоляя меня о внимании, и я, может быть, подумаю и отзову иск. Если ты будешь очень хорошей девочкой». Желчь снова подкатила к горлу, заныли синяки, но Вэй Ин промолчала, оставаясь такой же неподвижной, хотя как же хотелось со всей силы заехать локтем этому придурку в обожженный живот. Однако, если проводить аналогию с игрой, сейчас все ее активные навыки находились в откате, поэтому она копила силы и анализировала ситуацию. Если идиот не замечал, что его специально отсылают подальше, то это его проблемы и ее преимущество. Цзинь Гуаншань не хуже Вэй Ин понимал, что уголовное дело начнут расследовать и тогда нет гарантий, что полиция не найдет данные с камер. Точнее, это можно гарантировать деньгами, но всем известно, что больше женщин глава Цзинь любит только юани, доллары, евро, фунты и даже рубли. Поэтому, вероятно, ей будет выставлен астрономический счет. Вэй Ин не ошиблась в своих прогнозах, в гражданском иске по поводу лечения ожогов и ушиба полового члена стояла сумма с шестью нулями, которая съедала всю ее отложенную на счет зарплату. В носу защипало, потому что она копила эти деньги для возвращения в «Пристань лотоса» в качестве партнера Цзян Чена, потихоньку перенимавшего руководство курортным бизнесом у отца. Ничего, она справится, просто будет работать больше и, возможно, всё-таки начнет вести стримы. — Вэй Ин, — почти сочувственно позвал ее Цзинь Гуаншань, когда Вэй Ин, прикусив губу и до побелевших костяшек стиснув ручку все-таки поставила свою подпись под договором, — KPI Старейшины Илина сильно упал за последний год. Наши аналитики, — он постучал по одному из листов, подложенных ему личным помощником, — просмотрели записи последних соревнований и отзывы к ним. Зрители хотят видеть блестящую игру Старейшины Илина или хотя бы его лицо, ты же не даешь им ни того, ни другого. Командную игру мало кто может оценить, люди ждут зрелища, и тебе об этом, согласно отчетам, неоднократно напоминал менеджер Су, — в ушах Вэй Ин зазвенело, а горло свело спазмом. Она уже понимала, что все спишут на бизнес, хотя это была месть, просто гораздо более тонкая, чем уголовное наказание, — Jin Entertainment теряет около десяти миллионов юаней из-за твоих причуд. Поэтому я решил, что аккаунт Старейшины Илина перейдет более финансово перспективному игроку. Ах да, на твой псевдоним также тратится очень много средств, поэтому завтра я перестану скрывать, что настоящий Мо Сюаньюй находится в псих больнице. Это все, можете идти. Если бы маячивший перед ее глазами желтый пиджак менеджера Су внезапно исчез, Вэй Ин бы рухнула в знакомых коридорах, не добравшись до игрового сектора, потому что в голове у нее была вязкая предобморочная тишина. Но менеджер никуда не исчез, поэтому она, как привязанная, дошла до комнаты отдыха, использовавшейся чаще для разбора командных стратегий, чем по назначению. Было на удивление многолюдно, хотя ни одного из членов команды она так и не заметила. Неужели увольнение Старейшины Илина такое важное событие? Не до конца опущенные жалюзи пропускали пятна яркого утреннего солнца, и Вэй Ин не отрывала взгляд от солнечных бликов, делая вид, что ничего интереснее в жизни не видела. На Сюэ Яна, яркую звезду юниорских соревнований, пропавшего со спортивной арены на три года, она посмотрела только один раз, и, игнорируя его клыкастую улыбку и приветственно-издевательский окрик, села на свой крутящийся стул. Значит, Сюэ Ян станет следующим. Все разговоры слились в сплошной шум, где, как ни старайся, не вычленить отдельных слов, и Вэй Ин, прокручивавшая в голове прошлые матчи, где, как ей теперь казалось, она могла заметить приемы «Океана горькой полыни» в тактике демонических заклинателей, очнулась от грубого похлопывания по плечу. — Мо Сюаньюй, — менеджер Су странно посмотрел на нее, когда она чуть не упала со стула, уходя от прикосновения, — передайте карточку от аккаунта игроку Сюэ Яну. — Да, наставница Мо, окажите честь этому студенту, дайте соприкоснуться с легендой, — рывок карточки из ее пальцев граничил с грубостью, — ведь молодым уступают дорогу. Вэй Ин не разжала пальцы, и они с Сюэ Яном так и застыли, лицом к лицу, соединенные одним куском пластика. — Сюэ Ян, ты любишь Неукротимого? Не себя в игре, а саму игру? — презрительный взгляд Сюэ Яна сменился на недоуменный. — Если да, владей с честью. Вэй Ин заставила непослушные пальцы расслабиться. Как только карточка оказалась у него в руках, Сюэ Ян покрутил ее перед лицом и расплылся в кривой усмешке. — Наставница Мо научит этого студента Сюэ любить игру? Я бы не отказался от такого спарринг-партнера. Вдох. Выдох. Прикусив щеку, Вэй Ин попыталась сконцентрироваться на боли и не сорваться. Молчать. Слушать. — Да, Мо Сюаньюй, — менеджер обращался к ней по-старому, и она почти оценила то, что ей давали еще сутки пожить под привычным именем, — команда укомплектована, но ты, с твоим опытом и знанием бестиария игры, действительно можешь стать спарринг-партнером и консультантом Золотого пиона. — А если я откажусь? Менеджер Су усмехнулся и положил перед ней два заявления. На одном - увольнение по собственному желанию и обязательство выплатить неустойку за досрочный разрыв пятилетнего контракта в размере пятнадцати миллионов юаней в течение месяца. На втором - прошение об отставке, на котором стояло ее настоящее имя. — Не то, чтобы у меня есть выбор, — Вэй Ин усмехнулась под маской и поставила размашистую подпись под заявлением на отставку, — пусть великие ордена отдохнут от меня годик. Сделаю всем такой подарок. Вэй Ин не плакала, когда раздвижные двери башни Jin Entertainment захлопнулись за ее спиной, навсегда отрезав ее от прошлого. И она ни разу не оглянулась на подпирающий тучи столп стекла и золота, когда стояла на автобусной остановке в ожидании пятнадцатой маршрутки до Южного вокзала. Пекин давил на нее городским шумом, запахом дыма, рекламой, где упоминался летний кубок мира по киберспорту, на который она не попадет. Сбежать. Куда угодно, то есть, почти куда угодно. К Цзянам она такая — побитая жизнью, безработная — не вернется. Она справится сама. Отстояв очередь в кассу, Вэй Ин попросила билет на ближайший поезд, где еще оставались места второго класса, ориентируясь скорее стоимость поездки, чем точку назначения, и через три часа ожидания высокоскоростной поезд уносил ее в незнакомый город Сучжоу. За кадром: Цзинь Цзысюнь (натягивает медицинскую маску): Режиссер, вы жестокий человек, хоть и женщина. Меня же фанаты Вей Ин разорвут на тысячу маленьких Цзинь Цзысюнчиков! Вэй Ин (отбирая маску): А ну отдал маску, павлиний родственник! А то снова побью! Сюэ Ян (жует пятнадцатую конфету): Уважаемая съемочная группа, ставки на очередной поединок принимаются конфетами. Наставница Вэй, продолжайте, я отложил вашу долю. Цзинь Гуаншань (напевает): Ох вы деньги, деньги, деньги, рублики,/ Франки, фунты стерлинги да тугрики! Примечания: Старейшина Илина - аккаунт Вэй Ин. Направление - темный путь, класс «Демонический заклинатель». Океан горькой полыни - аккаунт Сюэ Яна. Направление - темный путь, класс «Демонический заклинатель». Ханьгуан-Цзюнь - аккаунт Лань Чжаня. Направление - светлый путь, класс "Воин Дао".