Решение окончательное

Алекс сидел на диване, поджав ноги, и лениво листал инсту. За окном лондонские улицы опять тонули в противном январском дожде. — Вот Кими родители отпустили путешествовать по Европе с друзьями, — Алекс произнес это таким тоном, будто сообщал о вопиющей несправедливости мироздания, и отбросил телефон на подушки. Ландо, который до этого делал вид, что листает рабочую почту (на самом деле слал Джорджу, который опять решил, что они с Максом садятся на диету, мемы про похудение), оторвался от телефона. — И? — переспросил он. — Ему семнадцать. Оскар, сидевший за кухонным столом с ноутбуком, тоже поднял взгляд от экрана: — Это Кими тебе сказал? Не знал, что заехать на четыре дня к дедушке в Нидерланды и потом на неделю к бабушке в Бельгию теперь называется путешествием по Европе, — в его голосе, обычно ровном и спокойном, вдруг проскочили смешинки. Алекс было открыл рот, но потом вздохнул и откинулся на спинку, уставившись в потолок. Там висела старая люстра — родители уже несколько лет планировали ремонт в гостиной, но у Ландо постоянно не находилось время на дизайн собственного дома, он был слишком занят тем, чтобы делать красивыми дома и квартиры других людей. На люстре виднелись несколько уже пожелтевших по краям наклеек — Арвид приклеил их довольно давно, когда Оскар в прошлый раз снимал ее при уборке. — Это нечестно, — сказал Алекс обреченно, его голос прозвучал более обиженно, чем ему бы хотелось. Он перевел взгляд на балкон: на улице было темно и явно холодно. Часы показывали половину четвертого дня. — Да, — серьезно согласился Ландо, — мы ужасные родители. — Пап.. — Просто кошмарные. — Пап. — Отправляем собственных детей на школьные каникулы в Австралию. — Я серьезно. — Какой ужас! — Ландо театрально вздохнул, — Представляешь, Оскар? Наши дети будут так страдать. — Невыносимо, — не отрываясь от экрана, явно с улыбкой подхватил его любимый муж. — Солнце.. — начал перечислять Ландо, чуть скривившись. Арвид наконец оторвался от своего рисунка и захихикал, посмотрев на папино лицо. — Кошмар, — сказал Оскар, щелкнув мышкой. — Океан... — Ужас! — Оскар уже не пытался сдерживать веселье. — Серфинг.. — Нарушение прав человека. С дивана напротив раздался голос Арвида, который подхватил общее веселье родителей: — И барбекю. — И барбекю, — согласился Ландо. — И мороженое. — И мороженое. — Предлагаю сообщить об этом социальным службам, — Оскар поставил точку в разговоре, от чего Ландо окончательно поплыл. — Детям явно приходится несладко. Арвид захихикал. Алекс закатил глаза. — Вы невозможны! Ландо вдруг перестал улыбаться и, подавшись вперед, притянул старшего сына в свои объятия. — Нет, правда, — продолжил Ландо, — ты серьезно думал, что мы оставим своего пятнадцатилетнего сына без присмотра? Нет, если ты так не хочешь увидеться с дедушками, ты можешь остаться здесь, Арвида туда может и Оскар докинуть. Но вот только ты, в таком случае, не увидишься с Марком и Себом еще минимум пол года. Неужели твои протесты стоят этого? Алекс дернул плечом, но не отодвинулся. Потому что проблема действительно была не в Австралии, да и не в дедушках. Он правда любил ездить к ним, их дом рядом с океаном, запах соли в воздухе, любил вечера на террасе. Себ и Марк действительно были классные, только такие люди как они могли воспитать такого крутого человека как Оскар. В прошлый раз, когда они приезжали к нему на день рождения, Себ даже разрешил ему выпить баночку эля, а Марк взял на себя всю ответственность, когда Арвид наябедничал об этом папам. Но ему пятнадцать. А в пятнадцать хочется чувствовать себя взрослым. А не ребенком, которого родители отправляют на каникулы к родственникам, да еще и с младшим братом. — Просто Кими едет сам, — пробормотал он в шерстяной воротник свитера Ландо, — я бы тоже справился. — Так ты тоже, — сказал Ландо, — на тебе даже больше ответственности, с тобой Арвид, и, заметь, я даже пока не капаю тебе на мозг из-за вашей пересадки в Сингапуре, хоть и очень волнуюсь. Но моей доверие к тебе все же побеждает. — Короче говоря, — подвел итог Оскар, — решение окончательное. --- Через неделю Алекс тащил чемодан по аэропорту Мельбурна. Одиннадцать часов полета на удобном месте (папа Оскар всегда бронирует его любимые сидения заранее) были почти бесконечными: он успел посмотреть оба человека-паука с Эндрю Гарфилдом, поспать урывками и раз 5 сходить в туалет, пока Арвид проспал почти всю дорогу от Сингапура. Двери терминала разъехались в стороны и в лицо ударил теплый воздух. Арвид, тащивший свой рюкзак, замер буквально на секунду, так что Алекс налетел на него сзади.... А потом закричал: — ДЕДУЛЯ! Александр хотел одернуть его, сказать «не ори», но было уже поздно: Арвид рванул вперед, оставив свой багаж посреди прохода, и Алекс машинально поднял его сумку, тяжело вздохнув. — Не бегай! — автоматически крикнул он, хотя и знал, что это бесполезно. Себастьян стоял у ограждения, в рубашке с закатанными рукавами и успел только раскрыть руки, прежде чем в него врезался одиннадцатилетний вихрь из кудряшек и отличного настроения. — Привет, чемпион, —услышал Алекс голос деда, и на секунду у него защипало в глазах. — Мы прилетели! — Арвид счастливо смеялся, пока Себастьян сжимал его в крепких объятиях и успевал ерошить его темные кудри. Марк тем временем уже подошел к Алексу. Его лицо, обветренное океанским ветром, казалось суровым, пока он не встретился взглядом со старшим внуком. Несколько секунд Марк внимательно его рассматривал, как будто пытался понять, когда тот успел так вырасти. — Ты опять стал выше. — Мне все это говорят, — голос Алекса дрогнул, но он быстро прокашлялся. — Потому что это правда, — сказал Марк, и крепко обнял его за плечи, притянув к себе. От дедушки пахло деревом и мятой, и этот знакомый запах так остро ударил Алексу в нос, что он зажмурился, уткнувшись лицом ему куда то в плечо. — Рад тебя видеть. И Алекс вдруг почувствовал, что тоже рад. Настолько, что это было даже немного неловко после недели жалоб. И, кажется, впервые за всю неделю перестал притворяться, что не хотел сюда приезжать. Арвид уже висел на Себастьяне рассказывая ему что-то про турбулентность и что, папочка просил его поцеловать Себа за него. Александр выдохнул, и, выпрямившись, взял свой чемодан, но Марк перехватил ручку: — Давай помогу, ты устал с дороги. И он не стал спорить.