Лиса останется лисой

Жаркое лето не давало ни единого шанса спокойно играть на улице. Хотя, не смотря на палящее солнце, "кролику", "канарейке" и "коту" это не мешало бегать кругами и называть это догонялками. Наблюдая за ними из окна Вашингтон не мог не задаваться вопросом как им удается смеяться, бегать и вприницпе двигаться в такую жару. Пес не мог найти в себе даже малейшую силу подняться и присоединиться к друзьям, как бы сильно ему этого не хотелось. Единственным спасатилем положения уже который час оставался холодный пол, на котором Вашингтон удобно развалился в позу звезды. А собачий костюм только подливал масла в огонь своим существованием, которое лис временами ненавидел. Мистер и Миссис Ливингстон оставались дома. Пес не мог их в этом винить; учиывая погоду на улице, выбор тут только один. Час за часом Вашингтон даже не думал вставать с прохладного места. Но когда позвоночник доканало отсутствие ковра под собой и ноющая боль стала раздраженно напоминать об этом, лис все таки соизволил заставить свои мышцы двигаться. Лениво перевернувшись на живот, Ваш выдохнул через нос и вновь расслабился. Ненадолго, конечно. Сразу через секунду после смены позиции глаза лисы широко распахнулись, а уши под капюшоном бешенно задвигались, пытаясь уловить звук и определить местоположение. Капюшон в момент из прикрытия превратился в преграду, от которой Вашингтон сразу же постарался избавиться, даже не подумав сперва. Тканевые уши и вторая шерсть тут же слетели на спину, освобождая настоящие лисьи уши. Левое ухо сразу же повернулась на север, а правое осталось на юге. Вот он. Снова этот звук. Вашингтон мягко опустил голову налево, пытаясь определить источник звука как можно точнее. Его зрачки судорожно сужались и расширялись, борясь со светом вокруг и собственным инстинктом. В голове промелькнула единственная мысль. Мышь. Мыши составляли значительную часть его рациона в лесу. Вашингтон поймал больше полевок чем число до которого он умеет считать. Конечно, с началом его домашней жизни нужда в охоте пропала, и мышей заменил корм, по вкусу ничем не хуже. Но инстинкты не пропали. Контролировать свои действия Вашингтон даже не думал; он впринципе больше не думал. Лис быстро перестроился; голова осталась максимально приближенной к полу, оба уха направлены строго в направлении писка добычи. Хвост не двигался ни на миллиметр, вмиг обретая роль противовеса. Вес перенесся на заднюю часть, и Вашингтон медленно, не издавая ни единого звука поднял левую переднюю лапу, согнул ее в кисти и так же медленно опустил на пол. Шаг. Второй. Еще один писк. Лис замер, словно статуя. Еще один шаг, и Вашингтон уже находится в полуметре от холодильника, под которым, судя по источнику звука, и прячется мышь. Лис снова замер, оценивая ситуацию. Он даже не думал над тактикой; все это было знакомым сценарием, где единственным изменением была локация. И возможная опасность быть замеченным, так как капюшон все таки оставался опущенным где то на спине. Но Вашингтона это не волновало. К сожалению. Совать нос под холодильник или агрессивно грызть его ножки Вашингтон не стал. Вместо этого он медленно опустился на живот, вытянул передние лапы и опустил голову в аккурат напротив щели между холодильником и полом. Вашингтон понимал, что выманивать мышь звуками опасно. На шум может выйти совсем не мышь, и тогда повестки в лес не миновать. Вместо этого лис решил выжидать, пока грызун не заинтересуется тишиной вокруг и сам не вытащит свою глупую голову из укрытия. Тогда и будет идеальный момент схватить ее. Его дыхание почти прекратилось; настолько оно было тихим. Вашингтон не вел счет времени и не считал секунды. Его зрачки застыли где то в среднем размере и больше не двигались, фиксируясь на щели, из которой в любую секунду может выглянуть добыча. Лис даже не знал, сколько прошло времени. Его это и не волновало, потому что мышь наконец то выглянула из под щели. Только совсем не в том месте, где ее поджидал хищник. Грызун выбежал слева, намереваясь выбежать из кухни и скрыться где то там. Жаль, что Вашингтон оказался быстрее. В ту же секунду, как мышь выбежала из под холодильника, Вашингтон дернулся вперед, отталкиваясь задними лапами. Острые когти "вынырнули" из лапы на инстинкте, тут же прижимая мышь к плинтусу. Не давая мыши и секунды на подумать, лис вонзил клыки в ее шею и вскинул голову вверх, отрывая окровавленное тельце от собственной лапы. Кровь брызнула на пол маленькими каплями, но Вашингтон туда даже не смотрел. Вместо этого хищник встряхнул голову по бокам, ломая мышиный позвоночник с характерным хрустом. Теперь она точно не будет дергаться. С добычей в зубах Вашингтон замер на пару секунд, прислушиваясь к звукам в доме. Кажется, никто сюда не идет. Оно и к лучшему. Потому что никто не хотел бы увидеть этот взгляд на морде Вашингтона, когда охотничий инстинкт отошел на второй план, дав место рассудку, и любимый песик Ливингстонов осознал, что только что поймал и убил мышь. Песик. Поймал и убил мышь. И прямо сейчас сидит как вкопанный с добычей в зубах и мелкой лужой крови на полу. Лапы начали двигаться быстрее, чем Вашингтон осознал это. Сперва капюшон. Все еще держа мертвую мышь в зубах, Вашингтон накинул верхнуюю часть костюма на голову, скрывая опущеные от страха лиьси уши, паралелльно занимаясь самобичеванием на тему "почему я не могу контролировать свои инстинкты". Следующим шагом было скрыться с места преступления, и единственное что пришло в напугунную голову Вашингтона это выпрыгнуть в открытое окно. И что вы думаете? Конечно лис так и сделал, подбежав к распахнатому окошку и поддавшись вперед, оттолкнувшись задними лапами. Уличная жара быстро напомнила о себе, ударив Вашингтона в лицо словно кирпичом. Хвала небесам он выпрыгнул с другой стороны дома, а не в задний двор, где играют его невинные друзья. Ему бы точно не хотелось быть замеченным в таком состоянии; напуганный до боли в животе, держащий в зубах мертвое доказательство фальшивости своей истории про бедную бездомную дворняжку. В голове промелькнула мысль; сталкивались ли его друзья с подобными казусами? Но поразмышлять на эту тему ему не дала вторая, более важная мысль. Соседи! Отсюда его легко будет заметить совсем не понимающим соседям, которые не оценят собаку, держащую мертвую мышь как добычу. Да черт дери эту мышь за ее глупое существование! Разве она не могла выбрать другой дом для пряток, желательно где нет лисы, которая, вообще то, пытается поддерживать образ собаки??? Вашингтон хотел шлепнуть себя по лбу. Не только за то, что не подумал про соседей. Впринципе за то, что обратил внимание на писк мыши. Запрыгнув обратно в дом через то же окно, глаза лисы начали бегать по полу, перебирая каждый вариант, где он сейчас может спрятаться чтобы тщательно все обдумать. Сразу же вспомнился тайник в вентиляции. Хороший вариант, но про него знает Виктория (и Сэм). Оставлять там дохлую мышь точно не лучшая идея. Но просто заглянуть на подумать может и прокатить, если конечно Виктория не окажется умной кошечкой и не спрячется там от жары. "Попытка не пытка" - мельком подумал Ваш и тут же рванул в сторону вентиляции. Перед этим он быстренько протер лужицу крови на месте преступления лапой, только сильнее размазав ее по полу. В порыве паники Вашингтон плюнул на это дело и все таки повернул в сторону тайника. *** Уже внутри лиса ожидал очень неприятный сюрприз. Виктория оказалось умной кошечкой. Она лежала на мягкой подстилке свернувшись калачиком, но услышав шум тут же подняла голову. Выпрыгивать смысла уже не было. Виктория слегка приоткрыла рот и вскинула бровь, даже не зная, с чего начать. — Я ужасен. — Вашингтон даже не стал выплевывать мышь перед тем, как говорить. Его слова эхом прокатились по стенам вентиляции. Взгляд медленно опустился в пол, на собственные задние лапы. — Я и не сомневалась. — Виктория пока до конца не понимала в чем дело, но упускать шанс поязвить над Вашом не собиралась. К ее легкому разочарованию Вашингтон не обратил внимания на ее слова. — Что это? — Кошачье любопытство переиграло язвительность, и Виктория указала лапой в сторону рта лиса, слегка сщурив глаза. — Это.. Мышь? Вашингтон не ответил, но по тому, как его голова опустилась ниже, а хвост дернулся в попытке поджаться ближе к телу, Виктория сделала выводы. — Ну и ну. А я думала ты не умеешь охотиться. — Несмотря на подкол, Виктория лениво поднялась и приблизилась к лису. Ее взгляд остановился на мертвой мыши в зубах ее "друга". Кошка должна признать, она действительно не ожидала увидеть такую картину когда нибудь. Это не вязлось с образом, который она представляла для Вашингтона. Но вспоминая что это, как никак, дикое животное, все вставало на свои места. Не дав Виктории нормально разглядеть мертвую мышь в своих зубах Вашингтон выплюнул ее в свои лапы, теперь уже самостоятельно разглядывая результат небольшой охоты. Будь он в лесу, лис был бы доволен. — Очень смешно. — На автомате ответил Ваш, даже не отрывая взгляда от добычи. — Собаки не ловят мышей. Что мне теперь делать? Виктория снова вскинула бровь. Что значит "что делать"? — Съешь ее. Или выкинь. — Виктория закатила глаза. Для нее весь этот вопрос был кристально прост. Что еще делать с мышами? Особенно мертвыми. Будь это ее лап дело Виктория бы еще поигралась с ней перед тем как наслаждаться ужином. Но предлагать это Вашингтону ощущалось.. Неправильным. — Ты не понимаешь, Вик. — Ваш прикрыл глаза, перед тем как вздохнуть и вновь открыть их, встречаясь взглядом с пустыми, стеклянными глазами когда то живой мышки. — Я.. Не могу. — Это уже твоя- — Но я знаю, кто может. — Вашингтон поднял взгляд на Викторию исподлобья, его рот расплылся в хитрой улыбке. Кошка точно знала, что эта улыбка никогда не сулит ничего хорошего. — Вик, мне нужна твоя помощь. — Нет. Никогда. Ни за что. Я не буду тебе помогать. — Виктория тут же развернулась, точно не намеренно проводя хвостом прямо перед носом лисы, села на подстилку и начала демонстративно облизывать свои лапы. Вашингтон лишь бесшумно подкрался сзади, сложил руки с мышкой за спиной и слегка наклонился, чтобы быть на одном уровне с ухом Виктории. — Разве ты не хочешь быть хорошей кошечкой, поймавшей плохую мышку для ее дорогих хозяев? — Вашингтон слегка сщурил глаза, внимательно наблюдая за реакцией Виктории. Избавляться от мыши самостоятельно было рискованно, а вот сбрасывать все это на Викторию, для которой характерна охота на мышей звучало куда легче и заманчивей. — Ну же, Вик. Они будут довольны тобой. Ты точно покажешь им что ты лучше другого непутевого кота, глупой собаки, кролика и канарейки. — Вашингтон расплылся в хитрой усмешке, замечая, как меняется взгляд Виктории. Тактика игры с ее эго была бы беспроигрышной, если бы Виктория не оказалась крепче, чем ожидал Ваш. — Они и так это знают. Разбирайся со своими проблемами сам, не обязательно впутывать меня во все твои тупые планы. — Виктория прикрыла глаза и развернулась в противоположную сторону, четко показывая свою незаинтересованность. Вашингтону это не понравилось. Если Вик не хочет соглашаться по хорошему, придется применять тяжелую артиллерию. — Если не согласишься, скажу Жене и Сьюзи что это ты стащила их любимую деревяшку. — Ваш бросил это фразу словно невзначай, деловито отворачиваясь спиной к Виктории, делая вид, что мертвая мышка перестала его пугать и в момент стала гораздо интереснее разговора с кошкой. Такой ультиматум заставил Вик молниеносно поднять голову и развернуться к лису. Вот хитрое животное. Кошка прекрасно помнила как много гнева вызвала пропажа какой то деревяшки у кабанчика и птички, несмотря на то, что это скорее всего их же вина. Становится мишенью такой злобы было равно смерти. Виктория инстинктивно вытянула когти и провела ими по металлу от беспомощности, издавая неприятный звук, заставляя ее уши придаться к голове. К ее разочарованию, Ваш не обратил внимания. Выбора нет. Придется включать свое актерское мастерство. — Ладно. Только потому, что я не хочу становится мишенью этих маленьких дьяволов. — Правильный выбор. — Лис развернулся и подбросил мертвую тушку мыши, которая оказалась в кошачьих лапах. Виктории захотелось раздавить эту тушку в собственных когтях. А еще лучше если бы это был этот наглый лис. *** Как назло, план Вашингтона сработал лучше, чем Виктория предпологала. Мистеру и Миссис Ливингстон было радостно (и немного противно) что их дорогая кошечка не растеряла способность ловить мышей и все также защищает дом от коварных грызунов. Даже размазанная лужица крови на полу в кухне сильно их не возмутила; два взмаха влажной тряпкой и пятна как не бывало. А Виктория даже получила дополнительную порцию вкусняшек за "свой" поступок. Пока корм сыпался в миску, а пара обсуждала какие из котов все таки хорошие охотники, пес и кошка перекидывались словами. — Знаешь, возможно это не был настолько тупой план. — Виктория не отрывала взгляда от собственной миски, в которую прямо сейчас сыпался вкусный корм со вкусом курицы. Вся эта беготня с мышками навела немаленький ей аппетит. — А ты сомневалась. — Вашингтон сидел в дверном проеме, наблюдая за картиной. На его лице все также оставалась улыбка, уже не хитрая, а более теплая. И так, Виктория стала героем в глазах Ливингстонов, а маленький секрет Вашингтона остался нераскрытым.