Минорный март: рассвет

Егор Котельников был не от мира сего. Его длинные белокурые волосы переливались под софитами, а холодные серые глаза видели то, что другим было недоступно. Острые скулы, бледные губы, длинные пальцы, скользящие по саксофону - он двигался по сцене, как призрак, оставляя за собой шёпот поклонниц. Максим же был пламенем. Его тёмные кудри прилипали ко лбу во время яростных барабанных соло, а серые глаза сверкали безумием. Мускулистые руки, перевязанные чёрными лентами, низ живота, обнажённый, когда майка задиралась в танце- он был грубым, резким, неотразимым. Никита Баглай - гитарист с малетомьи синими глазами, которые казались бездонными. Его худощавое тело изгибалось в такт музыке, а улыбка обещала опасные вещи. Тем временем Василий страдал в золотой клетке. Квартира Алина Иосифна была роскошной тюрьмой - мраморные полы, хрустальные люстры, кожаная мебель, которая блестела, как будто её только что вылизали. Но Василий ненавидел это место. Он просыпался на шёлковых простынях, в огромной кровати, где с другой стороны уже лежала Алина - женщина за пятьдесят, с идеальной укладкой, дорогим парфюмом и холодными глазами, которые смотрели на него, как на дорогую игрушку - Васечка, проснулся? - её голос был сладким, как сироп, но Василий слышал в нём лёд Он не отвечал, просто шёл в ванную, где зеркало в золотой раме отражало его измождённое лицо - тёмные круги под глазами, растрёпанные чёрные волосы, следы от её губной помады на шее. Завтрак ему подавали на серебряном подносе - икра, дорогой кофе, фрукты. Но он не мог это есть. - Ты опять ничего не трогаешь, - вздыхала Алина, проводя маникюрными пальцами** по его плечу. - Я же хочу, чтобы ты был красивым. - Я не собачка,- огрызался он. - Нет, ты мой мальчик,- она улыбалась, а потом крепко сжимала его подбородок.- И если я захочу, ты будешь сидеть здесь вечно Иногда Алина заставляла его надевать дорогие костюмы и ходить с ней на светские мероприятия. Он стоял молчал с фальшивой улыбкой, пока богатые старики обсуждали его "талант" - Он же такой милый!- говорили они. А ночью, когда она засыпала, он вылезал на балкон и смотрел в темноту, представляя, как гитара снова в его руках, как Егор смеётся, как Максим бьёт в барабаны, как Никита дёргает его за волосы и говорит: - Вася, ты идиот, но ты наш И тогда он закрывал глаза и мечтал о побеге