Институт "Генезис"

Звук не имел цвета, но Тэхён готов был поклясться, что он ослепительно-белый. Этот ровный, глухой, непрерывный гул вытеснял из него всё живое, что, пыталось оставать в нём. В этом гуле тонули шорохи собственной одежды, стук сердца и рваное, слишком частое дыхание. Белый шум лился из скрытых в потолке динамиков, проникал под кожу, вибрировал в барабанных перепонках и медленно, со вкусом выжигал изнутри черепной коробки любые связные мысли. Тэхён зажмурился, до боли вдавливая ладони в уши, но это не помогло. Звук уже был внутри него, и находился там долгое время. — Меня зовут Ким Тэхён, — хрипло произнес он в пустоту, просто чтобы услышать собственный голос, он пытался себя так успокоить, подумать, что он сумасшедший, и с ним всё будет хорошо. Потрескавшиеся губы едва повиновались. — Мне двадцать четыре года. Мой ID… мой ID… Память, всегда бывшая его главным союзником, его абсолютным оружием, впервые дала осечку. Цифры рассыпались, едва он попытался за них ухватиться. Вспыхнувшая паническая атака начала отображаться на нём. Он открыл глаза. Вокруг не было ничего, за что мог бы зацепиться взгляд. Стерильный, безупречный минимализм. Четыре гладкие белые стены, белый потолок, белый наливной пол. Ни углов, ни стыков — комната казалась высеченной из единого куска холодного, жёсткого и в тоже время гладкого металла. Здесь не было окон, не было часов, не было теней от освещения которое собиралось в скором времени потухнуть. Только ровный свет, из-за которого у парня начинали болеть глаза, так и норовившие закрыться и больше не проснуться. Он был здесь больше недели, так чувствовал его организм, когда он впервые открыл тут глаза. Тогда ему безумно захотелось пить, он начал тарабанить руками в такую же металлическую дверь, которая никак не поддавалась ему. Все руки после того случая до сих пор были в засохшей крови, ранках которые он так любил сдирать с самого детства, тёмных гематом и в множестве других повреждений. Ему казалось, что там где он находится, это всё игра его изображения, либо может он находится в коме, и где-то там, когда он проснется его будет ждать любимый брат, который каждый раз пытался его рассмешить тупыми шуточками и подколами. А сейчас, он абсолютно не знает что делать. Он просто лежит на полу, смотрит в потолок и больше ничего не делает. А зачем что-то делать? Ему и так, наверное, хорошо. Главное правило, которого он старался сейчас придерживаться было не смотреть на свет, всегда вспоминать кто он, и пытаться вспомнить как оказался тут. Резки стук, обрушившийся на камеру, показался Тэхёну оглушительным взрывом. Он замер, боясь пошевелиться, когда противоположная стена бесшумно раздвинулась в стороны. На пороге стоял человек. На нем не было халата ученого или камуфляжа охраны, на нём был только безупречный черный костюм, идеально накрахмаленная рубашка, которую его муж или жена гладила наверное час, ни одной лишней складки. Этот мужчина казался ему чужеродным, слишком четким темным пятном в этой слепящей белизне. Мужчина сделал уверенные шаги вперед. Его ходьба были абсолютно беззвучной, словно он не касался пола. Спокойное, бледное лицо, точеные черты и глаза — темные, глубокие, полностью лишенные каких-либо эмоций. В них не было ни злости, ни торжества, ни садизма. Только холодный, и любопытный интерес. Человек смотрел на Тэхёна так, словно перед ним лежал не живой, задыхающийся от страха парень, а сломанный спорткар, который нужно разобрать на детали и продать кому-нибудь подороже. — Добрый день, — негромко произнес визитер. Его голос, тихий и бархатистый, идеально заполнил тишину. В нем слышалась странная, почти гипнотическая мягкость. — Рад, что вы наконец пришли в себя, Ким Тэхён.Тэхён дернулся, глубже вжимаясь в стену, и процедил сквозь зубы: — Кто ты такой? Где я? Почему я тут? Зачем я вам нужен? Мужчина слегка наклонил голову набок, и на его губах появилась едва заметная, вежливая полуулыбка. Он неторопливо вытащил из кармана тонкий электронный планшет. — Малыш, от тебя сильно много вопросов. Меня зовут Мин Юнги, — ответил он, и этот спокойный тон пугал сильнее любого крика. — И я ваш куратор. С сегодняшнего дня, Тэхён, я — это весь ваш мир, от которого вы просто не можете отказаться.