Пончик со сливками

Октябрь 2018 "Громкий разговор”. Антон Шастун обожал эту часть шоу хотя бы потому, что шутить там особо не надо, зрителей разрывает с комичности самой ситуации. Хотя в большинстве случаев это заслуга Серёжи - умеет он ввернуть словечко ни к селу ни к городу, прямо как сейчас. – Пестик? – Какой пестик, я говорю “лестница”! Ты где в темнице пестик нашёл, Тычинка? Короткая передышка, пока зрители хохочут. Антон быстро окинул взглядом сцену: вроде нормально идёт, всё под контролем. Разве что Арс на заднем плане совсем не улыбался, что было на него не похоже. Обычно ржёт в первых рядах с одной только мимики Шастуна. Ладно, нужно продолжать. – Последний раз говорю: лестница. Лестница. – Вести! – Лестница! – Бесит! – Да, очень бесит, представь себе! Смотри на меня, - он приблизился к лицу Серёжи. – ЛЕСТНИЦА!! – Вестница! – Почти попал! ЛЕ-СТНИ-ЦА! – Ааа, лестница! Нужно взять лестницу! – Как это ты догадался? - Антон воздел руки к небу, быстро придумывая продолжение. Тем временем Серёжа поднял воображаемую лестницу и приставил к стене “темницы”. Нет, всё-таки отлично он играет. – Теперь! Пили! Решётку! Ножовкой! - максимально понятно произнёс Шастун. – Понимаешь? Пили решётку! – Бери трещотку? Какую трещотку, шеф? – ПИЛИ РЕШЁТКУ, ДЕБИЛ! НОЖОВКОЙ! – Кожу? – Какую кожу?? Ну какую ты мне бл***ь здесь кожу собрался пилить? Ножовка! Понимаешь, ножовка! Пила такая есть. – Бомжовка? – Я тебя, сука, бить сейчас буду! Пили решётку! – Пей водку? – Ну хочешь, пей водку! И бомжовку нам тут устрой! Последние слова Антона потонули в громе аплодисментов и хохота, а Павел Воля, ведущий шоу, наконец нажал на кнопку. – Достаточно! - смеясь проговорил он. - Можешь снять наушники. Серёжа молодец, всё правильно ты сделал! Это был “Громкий разговор”, ну а мы движемся дальше! Заиграла музыка, по сцене побежали “зайчики” и камеры приостановили запись. В зале всё ещё смеялись и хлопали, Серёжа в шутку поклонился публике, отдал наушники одному из ассистентов и с чувством выполненного долга направился к заветной бутылочке воды. – Короткий перерыв! - объявил Паша и поднялся со своего места, размахивая руками. - Отдыхаем, приходим в себя, готовимся к съёмке “шокеров”. Камеры выключили окончательно, и сцена погрузилась в привычную суету: ассистенты обустраивали локацию, зал негромко переговаривался, настраивали освещение и прочее оборудование. Антон Шастун привычно опустился на свой пуфик и глотнул воды. Длинный съёмочный день подходил к концу. На соседнем пуфике Дима тоже жадно пил воду - всё-таки жара в студии стояла ужасная. – Позов, в гримерную, - позвал кто-то, и тот быстро смылся, оставляя Шастуна в одиночестве. Он допил воду, закрутил крышечку и огляделся. Чего-то явно не хватало. Ответ нашёлся быстро - Арсений Попов молча сидел на своём месте, опустив голову. Ни привычных шуточек, ни подколов с его стороны не было последние несколько часов. Антон поднялся и пересел поближе. – Арс, - осторожно позвал он, чтобы не напугать парня, - всё в порядке? – В полном, - он натянуто улыбнулся и вскинул голову, но в глазах Шастун заметил немую просьбу о помощи. – Я вижу, - хмыкнул парень. - Скажи хоть что не так, может тебе ко врачу надо? Какой-то ты бледный. – Свет неправильный, - отмахнулся Арсений и устало провёл по лбу тыльной стороной ладони. – Забей, Шаст. Просто башка болит. Антон неодобрительно качнул головой, но не пересел обратно, предпочитая оставаться рядом. Обычно Арсений выглядел намного лучше, и частенько снимался с головной болью, но таким он видел его впервые. На пару секунд Шастун задумался, не попросить ли Пашу перенести съёмку (остался-то один фрагмент), но Попов довольно бодро поднялся с места и поправил рубашку. – Видишь, всё нормально, - сказал парень. На площадке появился Паша и деловито поправил микрофон. Он кивнул Арсу и Шастуну, потер ладони и что-то сказал ассистенту. Через несколько минут тот вынес четыре шокера и два пульта управления для них. – Ребят, зовём Серёжу и начинаем. Времени уже много, отснимем и по домам. Давайте, последний рывок. Арс, ко мне! Попов послушно приблизился и позволил закрепить шокеры на своих плечах. Антона кольнуло волнение, но вмешиваться он не стал, всё-таки огрести от Паши не хотелось. Чтож, возможно с Арсением и правда всё не так плохо и не стоит накручивать. Следом за ним шокеры надели на Серёжу. Вот он в отличие от напарника держался великолепно и даже перебрасывался шуточками - это после целого съёмочного дня. Из гримёрки пулей выскочил Дима, за ним “звёздный гость” и ассистентка, которая всё норовила что-то исправить кисточкой для пудры. Наконец суета улеглась. Последние приготовления окончились и ребята получили знак начинать. Паша одёрнул пиджак и ослепительно улыбнулся в камеру. – Итак, в эфире “шокеры”! Правила просты: Арсений и Серёжа будут находиться внутри импровизации, но у них будет запрет на определённую букву, которую будем знать только мы с вами! Каждый раз, когда кто-то из них произнесёт эту букву, его ударит током! Ну а пульты от шокеров сегодня будут у меня и у нашего гостя, Стаса Михайлова! Зал ожидаемо зааплодировал, и Антон с Димой, которые не были задействованы в импровизации и просто наблюдали со стороны, присоединились к ним. – Итак, рассказываю задание: вы два бармена, которые соревнуются за звание лучшего бармена города! Погнали! На экране перед зрителями высветилась какая-то буква, но ребята её не увидели. Арс и Серёжа прошли в свою локацию, аплодисменты стихли. – Итак… - осторожно начал Попов. - Сегодня здесь… намечается.. Вечеринкаааа!!! - он дёрнулся от удара током и подпрыгнул на месте. – Это повод… узнать… кто из нас лучше… делает коктейли! - подключился Матвиенко. – Передай мне… ААА!!! Удар тока настиг и его, заставив отбросить в сторону тарелку с колечками лимона. – Сам возьмёшь, - бросил Арсений и взял какую-то бутылку. – Я… хочу.. приготовить.. ААААЙ! В этот раз удар был длиннее, и Антон невольно поморщился, вспоминая эту резкую неприятнейшую боль. Он пригляделся и понял, что пульт от шокеров Арса находился в руках Михайлова. Вот уж кто точно не даст ему пощады. – Возьми… текилу! - Серёжа на секунду замер, но продолжил: - И налей… в бокал… – Какой бокал? – Прозрааааааааааачный! Я знаю! Знаю букву! Это буква “р”! – И Серёжа угадал! Молодец! Движемся дальше, покажите следующую букву! - прокомментировал Паша. – Я смешаю… водку и апельсиновый соАааааа! Черт! - взвыл Арсений, вздрагивая от удара тока. Неосознанно парень опёрся рукой о барную стойку, но чуткий взгляд Антона сразу уловил неладное. Арсу было тяжело стоять на ногах. Он тряхнул головой и осторожно продолжил импровизировать: - Надо… надо… сделать.. Отвертку! – Слишком легко, - фыркнул Матвиенко. – Тогда.. Какой… коктейль.. Ты предлагААААААААААешь сделать?! – Возьми виски… И перелей…Ааа! - подпрыгнул Серёжа. – Проклятье.. ААААА!! Треск шокеров стоял неумолкая. Паша и Стас посмеивались - конечно, для них это всего лишь весёлое зрелище, а вот Шастуну было совсем не до смеха. Арсений стоял вполоборота, спиной к камерам, и парень хорошо видел его лицо - слишком бледное для неправильного освещения. Что-то явно пошло не так, нужно немедленно остановить съёмку и снять с него чёртовы шокеры! Но кто бы ещё к нему прислушался, вот вопрос. Да и находящиеся в зале зрители могли вынести это за пределы здания, чтобы на следующий же день в новостях появилась “стопроцентная инфа” о тяжелом заболевании Арсения Попова. За такие шуточки Шастуну голову оторвут. Однако что-то делать надо. К счастью, Серёжа Матвиенко быстро сообразил, что с его напарником не всё в порядке и перехватил инициативу. Он уже разгадал букву, но специально вылез на передний план и забрал всё внимание на себя: – Сейчас я открою бутылку пиваааааааа!!! Ааа!! Откуда оно вообще взялось? Надо.. Налить.. Пиво в стакааааааан!! - от нового удара он эффектно выплеснул жидкость в воздух и она приземлилась прямо на его многострадальную голову. Зал взорвался аплодисментами. – Вы до сих пор не поняли, что это за буква? - со смехом спросил Паша. - Ну гадайте, гадайте. – Я сделаю коктейль.. По моему фирмен…ААААААА! - заорал Серёжа. - Или не сделаю… К черту ваше состязание, пусть он будет на первом, а я на вторОООООООМ месте! – Буква “п”! - собрал последние силы Арсений. Теперь по его лицу точно можно было прочитать, что всё не так хорошо, как кажется, но Паша зачем-то попросил ещё одну букву. Антон возмущённо присвистнул, но с места не двинулся. – Давайте ребят, последняя буква! - подбодрил их Воля и внимательно уставился на сцену. – Значит, смешаем коктейль… АААААЙ! - дёрнулся Арс и разбил какую-то посудину. – Осторожней ты, все бокалы нам переколотишь! АААААААА! – Лей сюда!! – Что лить? – Да что угодно, главное скорей!! Аах! - Арсения ударило настолько длинным разрядом, что он упал на одно колено. Стойка надежно скрывала его от камер, а вот Шастун в подробностях рассмотрел, как тот тяжело дышит и пытается выпрямиться. Фоном смеялся Михайлов. У Антона ехала крыша от невозможности навалять ему прямо здесь и сейчас. – Ты пол решил бухлом помыть? - выкрутился Серёжа и вздернул Арса на ноги. Теперь и он понимал, что парня пора спасать. - На вот. Перемешай. Попов на автомате сжал в руках шейкер и энергично его затряс, выигрывая несколько секунд. – Добавлю лёд! - сообщил Матвиенко. Хитрый, угадал букву и на этот раз, но тянет время, чтобы съемка получилась нормальная по длине. – Сколько ещё мешАААААААААА???? - взвыл Арсений, роняя чертов шейкер. Его руки затряслись от боли. Антон непроизвольно вскочил, но Позов быстро усадил его обратно, в надежде, что этот эпизод вырежут из шоу. – Я тоже заметил, - шепнул он на ухо Шастуну. - Осталось пара минут, потерпи. – Мне-то что терпеть, там Арса пытают! – Шш! Молчи. Не порть дубль. Шастун гневно сверкнул на него глазами и уставился обратно на сцену, натягивая на лицо фальшивую улыбку. Арсений уже почти терял сознание, опираясь на стойку обеими руками. Наконец Серёжа хлопнул в ладоши и повернулся к Паше. – Я понял! Буква “к”, верно? – И… Ты угадал! Спасибо ребятам! На этом всё. Не буду вас больше мучить. Он продолжал говорить что-то ещё, но Шастун сорвался с места, будто олимпийский чемпион и под удивленные взгляды людей подбежал к стойке. За ней Арсений согнулся пополам, потирая виски костяшками пальцев. На его щеках виднелись две еле заметные дорожки слёз. В очередной раз Антон мысленно поклонился декораторам, которые сделали стойку настолько закрытой от зала. – Эй, эй, держись! Арс! Арс, посмотри на меня! Всё уже закончилось, уже всё. Давай я сниму эту хуёвину.. - он дернул ремешки шокеров, ослабляя крепление и стащил устройства с рук парня. – Арс, слышишь меня? Держись. Я выведу тебя через чёрный ход, потерпи ещё чуть-чуть. Попов с трудом приподнял голову, а длинные пальцы Шастуна бережно погладили его по щеке. – Держись, Арс, - повторил он. Дима Позов что-то сообщил Паше, и съёмка прервалась в очередной раз. В целом, весь необходимый материал они уже отсняли, за исключением прощания со зрителями, но его можно было записать и в другой раз. Воля озабоченно перегнулся через стойку и покачал головой. – Шаст, как он? – Плохо, - огрызнулся парень. – Всё, Паш, на сегодня хватит. Ему надо отдохнуть. Арсений перекинул руку через плечо Антона и практически повис на нём, а тот медленно выпрямился, поддерживая его за талию. Видок у Попова был тот ещё: бледная кожа, дрожащие руки, синяки под глазами и мокрые от пота волосы выдавали сильную усталость и перенагрузку. Не обращая внимания на публику, Шастун прижал его к себе и потащил в сторону хода со сцены. Только когда они покинули площадку, Арсений немного пришёл в себя и застонал. – Держись.. - обеспокоенно выдохнул Антон. - Мы почти вышли. Давай, давай, ещё немножко. Спуск по лестнице оказался самым сложным. Антону пришлось буквально нести парня на руках, чтобы он не слетел со ступеней и не разбил себе что-нибудь. К счастью, лестница была всего одна. Уже внизу их догнал Дима и пихнул в руки Шастуну их с Арсом куртки. – Позаботься о нём, - попросил он. - Если нужно, мы с Серёгой отмажем вас от следующих съёмок, но постарайся поставить его на ноги поскорее. – Спасибо.. - благодарно кивнул Антон, когда Позов придержал им дверь, помогая выйти на улицу. Тот кивнул, махнул им рукой и удалился. Вызвать такси одной рукой оказалось тем ещё номером, но Антон провернул его почти идеально. Теперь предстояло дождаться машину - примерно 10 минут. Арсений окончательно перестал подавать признаки жизни, повиснув на Шасте, как на вешалке. Несмотря на это, тому удалось натянуть на него куртку и даже её застегнуть. Всё-таки ветер был холодным и сильным, а с неба летела противная морось. Капли дождя слегка оживили Попова, и он встал чуть ровнее. – Осторожно, не падать мне тут! Куда едем, ко мне или в больницу? – Никакой.. Больницы… - с трудом проговорил тот. – Домой… – Хорошо, хорошо, только не волнуйся.. Едем домой. Серебристая “Тойота” затормозила неподалёку от парней, и Шастун осторожно довёл Арсения до машины, усаживая на заднее сиденье. Водитель оказался смышлёный, не приставал с разговорами и спросил только адрес прибытия и вариант оплаты. Только когда они вырулили со двора студии, Антон облегчённо выдохнул. В салоне было тепло и уютно, из-за чего Арсений начал засыпать. Заметив это, Антон мягко привлёк его к себе и позволил положить голову на своё плечо. Находиться с Арсом так близко не под объективами камер было непривычно и приятно. Шаст в целом был весьма тактильным человеком, но прикосновения Арсения почему-то воспринимал иначе. Каждый раз, когда тот недвусмысленно трогал его на сцене по вынужденным причинам, Антон мысленно говорил себе, что это случайность. Чего стоила одна только “красная комната”, где они разыгрывали сценку “тренер и девушка в фитнес клубе” когда этот невыносимый Арс положил руку ему на задницу секунд на десять. Ну ладно. Это объяснимо, просто чтобы подогреть интерес зала и втянуться в сценку. Но сейчас, когда парню было плохо, он искал защиту и спокойствие в его, Шастуна, объятиях. И это выглядело настолько реально и абсолютно правильно, что Антон снова начал сомневаться, были ли многочисленные заигрывания всего лишь частью образа. На повороте машину качнуло, и Арсений автоматически схватил Антона за руку, переплетая их пальцы. Он по-прежнему не поднимал головы с его плеча, а только прижимался ближе, максимально сокращая дистанцию. Из лёгких Шастуна пропал весь воздух, а сделать новый вдох не получилось. Очень осторожно, чтобы не спугнуть парня, он приобнял его за плечи. Арс тихо застонал. – Мы почти дома, - проговорил Антон. – Потерпи ещё немного. Спустя пятнадцать минут автомобиль затормозил у подъезда многоэтажки. Антон быстро рассчитался за проезд, кивнул водителю и помог Арсению вылезти наружу. Тот выглядел ещё хуже, чем в студии, но всё равно пытался идти сам. Шастун подхватил парня под локоть и осторожно завёл в подъезд. К огромной удаче лифт работал исправно и быстро доставил их на седьмой этаж, где находилась съемная квартира Антона. В темноте было трудно рассмотреть замочную скважину, но дверь Шастун всё же открыл, пусть и не с первой попытки. – Арс, аккуратно. Где-то здесь Пончик, если наступишь на хвост, он тебя убьёт. Антон пробрался в небольшую прихожую, захлопнул дверь и щёлкнул выключателем. Здесь было уютно: нейтральные светло-голубые обои, вешалка для одежды и полки для обуви, какое-то ползучее растение в горшке и зеркало. Слева виднелась дверь, очевидно на кухню, а справа проход к спальне и санузлу. Потолки здесь были высокие, под три с половиной метра, но саму квартиру сложно было назвать роскошной. Дверь справа действительно вела в спальню, но сама комната чем-то напоминала и гостиную. Около широкого окна стоял письменный стол, рядом с ним шкаф, широкая удобная кровать и тумбочка. По другой стене тянулись многочисленные полки, стоял диван, над ним висел телевизор. Какой гений додумался вешать телик над, а не напротив дивана, Шастун и сам не совсем понимал, но давно смирился с этим фактом. Всё равно он включал ящик только фоном, чтобы в квартире было не так пусто. В любом случае, оценивать интерьер Арсений не стал и просто прислонился к стене, стараясь дышать. Шастун стянул куртку и не глядя швырнул в угол, сразу же переключаясь на Попова: – Давай сюда, держись. Вот, сейчас ляжешь, придешь в себя, таблетку выпьешь, я что-нибудь приготовлю. Хотя даже не знаю что тебе можно, а что нельзя… Он усадил парня на диван и снял с него куртку и обувь. Под голову подложил подушку с кровати, а сам присел рядом и взял его за руку. – Где мы? - с трудом сообразил Попов. – У меня дома. Не суть. Арс, скажи как тебе помочь. Что тебе нужно вообще? Как себя чувствуешь? – Нормально.. - выдохнул он, но наткнулся на осуждающий взгляд и признал - Ладно, не очень. Принеси пожалуйста что-нибудь от головы. Грёбаные шокеры рано или поздно меня доконают. – Не только в них дело, - Шастун сгонял на кухню и вернулся со стаканом и таблеткой. – Ты и раньше чувствовал себя плохо. – Наверное отравился.. - голос Арсения звучал непривычно тихо и мягко, будто у него не осталось сил на споры. Антон осторожно передал ему бокал и помог выпить. – Плохо. Я совсем не знаю что делать в таком случае, только что-то про молоко слышал. – Нееет… - Арсений с наигранным страданием закатил глаза. - Только не молоко. Шаст, мне правда ничего не нужно. – Арс, нужно поесть. Ты за сегодня слопал только ореховый батончик, это не еда. Я отойду ненадолго, сварю макароны. Если что зови, услышу. Сам никуда не ходи, мало ли что. – Договорились, мамаша.. - слабо усмехнулся он. Антон показал ему фак, но принес с кровати плед и бережно укрыл парня сверху. – Отдыхай. На кухне Шастун первым делом включил музыку - негромко, фоном. Играла его любимая Shallow. Пока на плите закипала вода, Антон загрузил посудомойку и поставил чайник. Он натёр немного сыра, порезал огурец и вскрыл банку фасоли всё ещё гадая, от каких продуктов Арсению не станет хуже. Когда макароны сварились, Шастун кинул их на сковороду и немного обжарил с морковью и томатной пастой. Готовить аккуратно он не умел, поэтому кухня оказалась под ударом. Повсюду что-то валялось, лежало вперемешку и висело в самых ненужных местах. Что сказать, творческий хаос. Антон переложил аппетитную жижу в тарелку, украсил сыром, зеленью, и осторожно вернулся в комнату. Арсений не спал. При появлении Шастуна он открыл глаза и улыбнулся. – Ты настолько заморочился? Я думал, дошик заваришь. – Ага, щас. Чтобы ты совсем тут откинулся. Арс, они же острые все. Ешь нормальную еду. – Спасибо, - в глазах Попова мелькнула теплота и он с благодарностью взял тарелку. Пахло невероятно. Антон на всякий случай отошёл, чтобы не мешать человеку ужинать и сел на край кровати. Бо́льшая её часть как обычно была завалена какими-то нужными неразобранными вещами. Среди них мирно дрых упитанный серый кот с черными полосками на хвосте. – Вот ты где, засранец, - улыбнулся Антон и погладил его по спинке. - Сварить тебе сосиску? На слове “сосиска” уши кота взметнулись вверх и он с интересом посмотрел на парня своими оранжевыми глазами. – Это и есть Пончик? - поинтересовался Арсений. – Ага. Живет у меня почти год, на улице подобрал. Кажется милым, но на самом деле это очень хитрая морда. Обожает пожирать документы и цветы. Пончик потянулся, деловито спрыгнул с кровати и подошел к Арсению, чтобы обнюхать гостя. Намного внимательнее он принюхался к его тарелке и издал требовательный мяв. – Угости огурцом, - подсказал Шастун. - Он их обожает, как и все овощи. – Какой-то необычный кот, - Попов протянул ломтик огурца и Пончик важно захрустел им прямо на ковре, а потом неожиданно благосклонно потёрся головой о штанину парня. – Познакомился со мной, да? Не выгонишь? - с улыбкой спросил тот, а котяра важно удалился на кухню, помахивая хвостом. – Ты это… Оставайся сколько хочешь. Хоть на ночь, хоть на более долгий срок, - случайно спизданул Антон. - Можешь вообще переехать, у тебя же в Москве жилья нет. Арсений отставил тарелку в сторону и посмотрел на него в полумраке комнаты. – Не могу, Тош. Сегодня видимо останусь, я до отеля никак не доберусь, а завтра с утречка съеду. Вы с Пончиком тут вдвоём привыкли, третий лишний только помешает. Тем более квартира съёмная, нужно с хозяевами договариваться. – Да это не проблема… Хорошо, - вовремя остановился Шастун. - Да. Да, давай я тогда тебе подушку нормальную дам и одеяло. Диван большой, вроде помещаешься. – Ну да, я не такая шпала как ты, - по-доброму рассмеялся Арсений. - Раз уж я у тебя ночую, можно в душ? – Конечно, вон та дверь. Полотенце сейчас найду, одежду тоже… Гель можешь мой взять, - он закружил по комнате и выдал парню футболку с шортами. - Ээ.. Точно помощь не нужна? Арсений приподнял бровь и покачал головой. – Тош, это будет максимально странно. Прибегай если услышишь грохот и мат, но я постараюсь не терять сознание. Шастун недоверчиво усмехнулся, но кивнул, соглашаясь. Арсений поблагодарил его и ушёл мыться. Под струями прохладной воды ему окончательно стало хорошо, видимо на самочувствие повлияла усталость, а теперь она полностью отступила. После десяти минут такой медитации он наконец вспомнил, зачем сюда пришёл и взял первую попавшуюся упаковку. – “Гель для душа со стойким ароматом зелёного чая” - прочитал он и усмехнулся: вот чем Антон пах в начале съёмок. На удивление, запах оказался не навязчивым, а приятным. Арсений улыбнулся, превращая гель в невероятное количество пены и счастливо закрыл глаза. Вышел он уже в новой, шастуновской одежде, благоухая зелёным чаем. Влажные волосы лежали мягкими волнами, на ресницах повисли маленькие капли воды, а кое-где одежда прилипла к телу - вытирался Арсений не очень тщательно. Антон залип, рассматривая мельчайшие детали и параллельно отметил, насколько сильно Попову шли его шмотки. Между тем Арс вальяжно развалился на диване и встряхнул головой, разбрызгивая воду с волос. Выглядел он при этом как нечто среднее между греческим богом и порноактёром. – Тош, а сколько времени? - неожиданно спросил он, выбивая Шастуна из транса. – Около десяти вечера. Не помню точно, часы на кухне. – Мне вроде получше стало. Спать ещё рано. Может телик посмотрим? - он взглянул на Антона. – Давай, - согласился тот и стал перекладывать одежду с кровати. - Сейчас, только откопаю нам место. Арсений осторожно поднялся на ноги, всё ещё придерживаясь за спинку дивана, но выглядел он намного лучше. Отдых и еда сделали своё дело. Он влез прямо на кровать и подложил под поясницу подушку, с наслаждением откидываясь к стенке. – Как удоооообно, Шаст… Ты живёшь в раю. – Съёмном раю. В любой момент могут дать волшебный пендель, - отшутился он и спросил: - Спина болит? – Скорее просто устала. Мы весь день на ногах. И да, я знаю что сейчас посыпятся шутки про мой возраст. – С чего? - возразил Антон, плюхаясь на кровать рядом. - 35 не так уж много. И ты в отличной форме. – Ого, комплименты от Шастуна? Редкость, редкость.. - Арсений пихнул его локтем и рассмеялся. В свою очередь тот взлохматил ему волосы, и завязалась небольшая драка, оба участника которой хохотали как ненормальные. Прервал это дело грохот с кухни и требовательный мяв Пончика, которому так и не сварили сосиску. Антон чертыхнулся и соскользнул с кровати, чтобы исправить несправедливость, пока серая морда не причинила большего вреда. За это время Арс перебрал с десяток каналов и остановился на привычном ТНТ. – Настолько привязался к нему? - хмыкнул Антон, скептически глядя на экран. - “Конная полиция”? Попов кивнул и похлопал по кровати рядом с собой, предлагая тому садиться. – Смотрю его с перерывами, прикольный сериал. Это вроде десятая серия. – В первый раз вижу, - отозвался Антон и сел по-турецки, протягивая Арсу тарелку с клубникой. Тот аж присвистнул от неожиданности. – Клубника в октябре? Ты летом не наелся? – Не, летом я поглощал черешню. А тут вот захотелось. На, держи сливки, с ними вкуснее. Арсений встряхнул баллончик, выдавил немного сливок на крупную красную ягоду и с наслаждением положил в рот. По его блаженной улыбке Шастуну стало ясно, что с угощением он угадал. Под сериал клубника со сливками улетала быстро. Ребята то смеялись, то обсуждали актёров, а когда становилось скучно, просто болтали на разные темы. Вскоре ягоды закончились, и Антон унес на кухню пустую тарелку. Вернулся он под бдительным надзором кота, который нагло втиснулся между парнями на кровати и замурчал. Арсений погладил пушистую голову и чуть мазнул сливками по его носу. – Тош, смотри: Пончик со сливками! Пончик презент оценил, слизнул лакомство и потребовал ещё. Антон уже откровенно хохотал в голос, наблюдая, как он выпрашивает каждую следующую капельку. – А ты чего смеёшься? - переключился Попов и быстро выдавил сливки на нос Шастуну. Тот расхохотался ещё сильнее и завалился на кровать. – Аааарс! Ну я же перепачкаю тут всё! – Пончик спылесосит, не переживай. Давай, это весело! – Ему нельзя столько! Антон с трудом отобрал у него баллончик и сам полез в атаку. Комната наполнилась визгами, смехом и сладким молочным запахом. Сливки были нежными, но очень быстро таяли, из-за чего почти вся одежда парней оказалась испачкана липкими пятнами. Наконец они отбросили в сторону пустой баллончик и отдышались. – Есть ещё? - с восторгом спросил Арсений. – На кухне. Сгоняю сейчас, минуту. Готовься ко второму раунду. Антон бодро соскочил с кровати, запульнул пустым баллончиком в мусорное ведро и умчался к холодильнику. На нижней полке стоял последний баллончик - его запас на крайний день. Парень сдёрнул колпачок и проверил, работает ли устройство, а потом вернулся в комнату. Арсений играл с котом хвостиком какого-то браслета и смеялся. – Пончик, иди отсюда, - махнул рукой Антон, заваливаясь рядом. - И не вздумай подъедать за нами сливки! Я тебе потом безлактозного молока налью. – Строго ты с ним. – Это безопасность, - вздохнул Шастун и выдавил немного сливок на губы Арсения. Пару секунд парень смотрел на него в упор, а потом облизнулся и расплылся в улыбке. – Тош.. Мне тут идея пришла.. Со сливками же можно много чего придумать, а не просто ими кидаться. – Например? - заинтересованно спросил тот. Арсений мягко забрал у него баллончик, мазнул сливками по щеке, потянулся и мягко поцеловал его, слизывая лакомство. – Например вот так. Антону потребовалось встряхнуться, чтобы осознать произошедшее. – Погоди, ты?.. Арс? – Да успокойся, это всего лишь игра, - пожал плечами Попов и нарисовал сливками маленькое сердечко на его губах, вынуждая заткнуться. Антон уже понял, что последует за этим, но новый поцелуй всё равно выбил из него дыхание. Арсений умело коснулся затылка парня и несколько раз поцеловал его в губы, сладкие от сливок. Из груди Шастуна вырвался полустон. – Не напрягайся так.. - прошептал Арсений и очень осторожно перевернулся. Теперь Антон беспомощно лежал на спине, а Арс нависал над ним. Происходящее всё больше напоминало абсурд. Попов нежными движениями стянул с парня футболку и погладил его грудь, давая привыкнуть к ощущениям. Следом тихо зашипел баллончик и кожи Антона коснулись холодные сливки, складываясь в необычные узоры. На контрасте с ними губы Арсения показались невероятно горячими. Антон зажал рот ладонью, чтобы не оглашать соседям происходящее, но мягкие поцелуи заставляли его выгибаться. Попов провёл кончиком языка по его шее, и Шастун рефлекторно вздрогнул, но не отстранился. – Умница… - прошептал парень ему на ухо. Он осторожно свёл запястья Антона вместе и поднял их к изголовью кровати, привязывая чем-то жёстким. То, что это ремень, Шастун понял гораздо позднее. Сейчас же все его чувства обострились до предела и реагировали на каждое прикосновение как на удары ебучих шокеров. Арсений больше не сдерживал своих намерений, видя на лице Антона полное согласие. Он целовал его везде, где мог дотянуться; нежно, грубо, с покусываниями, заставляя стонать своё имя сквозь сжатые зубы. Испачканную футболку Попов кинул на пол, и теперь они оба оставались раздеты до пояса. От сливок уже кружилась голова, их было слишком много. Мягкие белые облачка хаотично покрывали тело Антона, а такие же мягкие губы Арсения сцеловывали их отовсюду. По спине Шастуна бежали мурашки от контраста температур, глаза закатывались, колени сами собой разъезжались в стороны. Попов оседлал его бёдра, придавливая к кровати и вновь встряхнул баллончик, продолжая сладкую пытку. Он провел языком от его живота до груди, слизывая белые разводы. Сливки таяли между двух разгоряченных тел, стекали на кровать и впитывались в простынь, липли к рукам, волосам и остаткам одежды. – Открой рот.. - попросил Арсений. Он выдавил остатки сливок на два пальца и медленно провел ими по губам парня, чуть углубляясь. Шастун с готовностью стал облизывать лакомство своим горячим язычком, постанывая в процессе. От этой сцены Арсений возбудился ещё сильнее и сжал ладонь на выпуклости своих штанов. – Арс.. Пожалуйста.. - проскулил Антон. От происходящего у парня поехала крыша и он с остервенением начал тереться бёдрами о кровать и Арсения, сидящего сверху. Антон задёргался как рыба в сетях, но высвободить руки не смог и жалобно всхлипнул: – Аааарс… Тот зарылся лицом в его волосы и судорожно вдохнул такой родной и приятный аромат. Пальцы Арсения быстро нашли молнию на брюках Антона, а через мгновение сдернули их вниз. Вот тут пришлось повозиться - ноги Шастуна были буквально от ушей, а стягивать с них узкие джинсы - отдельным испытанием. Наконец ненужный кусок ткани полетел в угол. Попов медленно провел кончиками пальцев по резинке Антошиных боксеров и отогнул её. – Ты у меня невероятный.. - шепнул он на ухо парню. – Такой горячий, такой.. готовый. – Арс, хорош пиздеть! - взмолился Шастун и неловко толкнулся в его руку через ткань. Но не тут-то было, Попов явно хотел поиздеваться. Он нежно провел кончиком пальца вдоль резинки, не спеша снимать трусы полностью и заткнул поцелуем возмущенный стон. Антон рычать был готов от неудовлетворения. – Ааааарс! Как тебя ещё просить?? Ну Арс, умоляю, пожалуйста, пожалуйста! В его зелёных глазах уже мерцали слёзы, когда Арсений наконец прекратил свои игры и обхватил его член горячей ладонью. Парень заскулил, его подкинуло на кровати, связанные руки бешено забились об изголовье. Арсений принялся быстро дрочить ему, поглаживая головку большим пальцем. Шастун всхлипывал, кусал губы, изворачивался и подмахивал бёдрами. Ноги он раздвинул настолько широко, что Попов стал сомневаться, действительно ли Антон не умеет сидеть на шпагате. Стоны вырывались из губ Шастуна слишком непредсказуемо, он весь превратился в какой-то сгусток наслаждения и полностью растаял, как холодные мягкие сливки. Попов целовал его грудь, шею и плечи, кусал, зализывал повреждённые места и оставлял багровые засосы. Он чуть замедлился и сжал член Антона у основания, чтобы тот не кончил раньше времени. Трахать его не было и в планах - мальчик явно в первый раз с мужчиной, да ещё и на таких эмоциях. Арсению хотелось по-хорошему отблагодарить его за предоставленную квартиру и помощь на съёмках, поэтому он решил сделать всё нежно. Когда Антон в очередной раз вжался в кровать, Арсений скользнул к его входу двумя пальцами. Смазки под рукой не было, искать крем или другую замену означало сорвать момент, поэтому парень выбрал стандартный путь, по слюне. Шастун оказался настолько возбуждённым, что с лёгкостью пропустил один палец. Второй входил сложнее, растягивая колечко мышц со стонами, с “Арс, о боже, Арс, Арс!” и “Потерпи немножко, совсем чуть-чуть”. Двигать пальцами внутри Антона оказалось задачкой со звёздочкой. Там было настолько узко, что Арсений боялся причинить боль и просто удерживал их внутри. Наконец Шастун издал нетерпеливый стон, а Попов осмелился толкнуться вперёд и назад на одну фалангу. Восхищенный скулёж подсказывал, что всё он делает правильно. Антон вцепился зубами в руку Арса до синяков, но он не сдерживал, а наоборот направлял его. Попов стал двигаться увереннее, короткими но глубокими толчками, растягивая его дырочку как следует. Примерно через две минуты таких действий он нащупал чувствительное место, ради которого это всё и задумывалось. Антон полузадушенно пискнул и здорово куснул Арса за плечо, с дрожью утыкаясь в него лицом. Арсений начал нежно двигать пальцами внутри в правильном направлении, а свободной рукой снова сжал член, напоминая о его существовании. Шастун взвыл от двойной стимуляции. – Тише, тише, котик… - шептал Попов ему на ухо. Антон вздрагивал, выкручивал суставы в попытках освободиться, выгибал спину, бешено насаживался на его пальцы и кричал в голос, уже наплевав на соседей. Пусть знают, что хоть кто-то самозабвенно трахается. Кончил он почти одновременно с Арсом. Тот и сам не успел понять как это вышло, но его внушительный стояк, который тёрся о шорты всё это время, просто не выдержал. На тёмной ткани расплылось пятно, да и хуй с ним. Всё равно придётся переодеваться. В момент оргазма Антон до боли сдавил челюсти и чуть не откусил Арсению кусок плеча. Кончал он длинно, с воплями, хрипами и такой сильной дрожью, что трясло всю кровать. Пальцы Попова выскользнули из его сжимающейся дырочки почти сразу, но на Шастуна это никак не повлияло. Он рвался настолько отчаянно, что Арсению пришлось спешно сорвать ремень: парень рисковал вывихнуть оба запястья. Он прижал к себе содрогающегося Антона и несколько раз поцеловал в волосы. Минуты три стояла тишина. – Арс… - хрипло выдохнул Шастун, переплетая их пальцы, мокрые от сливок и спермы. – Ничего не говори. Он уткнулся лицом в его макушку и закрыл глаза. Любимый Антон… Любимый мальчик… Как же он охуенен во всём, от импровизации до постели. То, что произошло сейчас они обязательно повторят, только когда оба будут к этому готовы. Тоше точно надо дать время. Он дрожит - на самом деле дрожит от сильнейших ощущений. Такой расслабленный, такой сладкий… Антон приподнял голову, по его щекам катились слёзы. – Арс, я люблю тебя, - выдавил он и расхохотался. – Я тебя больше, - улыбнулся тот, поглаживая мягкие волосы. – Нам определённо нужно в душ. – Да… Согласен… И убираться. Много-много уборки. – Не переживай об этом, уберём всё завтра. Сейчас мыться и спать. – Спать… Точно. Кровать мы уделали, так что придётся на диване. – Ничего, он большой. Поместимся, - улыбнулся Арсений. - Только если ты меня обнимешь. – И даже поцелую. – Вот это мне нравится! Попов медленно встал на ноги и протянул Шастуну руку, помогая спуститься на пол. Ноги у того дрожали. Когда их взгляды пересеклись, оба парня счастливо рассмеялись. После душа никто не стал обременять себя поиском свежей одежды. В одних полотенцах на бёдрах они доползли до дивана и в обнимку свалились на него. Арсений укрыл обоих пледом и поцеловал Антона в уголок губ. – Спокойной ночи, счастье моё. – Сладких снов… - прошептал Шастун и вдохнул запах свежего зелёного чая: теперь так пахло от обоих. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Слишком реально, чтобы быть сном. В тишине квартиры раздался топот мягких лапок, что-то серое вспрыгнуло в ноги парням, свернулось клубочком и замурчало глубоким низким басом. The end.