Поле боя их вечной любви

— Теоман! Теоман, сынок, остановись! — кричала Шебнем, боясь приближаться к дерущимся парням. — Хакан! Сделай хоть что-то! Хакан только сделал шаг в их сторону, как Теоман, взглянув на него, с новой силой ударил Кутая по лицу. Почти вся школа собралась вокруг них. Многие, кто не хотел вступать в конфликт, пытались докричаться, а те, кто подходил ближе, получали раны — случайно или нет — не хуже, чем у самих Тео и Кутая. Теоман же словно не понимал, где он и что делает: как в каком-то тумане, он все бил и бил Кутая. Тот пытался бороться, выходило намного хуже, но иногда он мог удачно зарядить и отогнать друга на несколько секунд. — Теоман, прекрати! Ты же его убьешь! — кричала Лейла. В какой-то момент появился и Арас. Он довольно долго боролся с парнями, хотел разогнать этих двух бешеных, но в итоге и ему самому нехило досталось: Теоман врезал ему в живот. Дениз в этот момент не могла поверить своим глазам. «Что произошло? Сегодня утром все было хорошо. Что успело случиться, что Тео так изменился?» — крутилось вновь и вновь в её голове. Когда на помощь подбежали учителя, Кутай резко остановился. Казалось бы, подоспели учителя — и сразу все угомонились, больше содействие не нужно. Но нет. — Ха-ха, а Теоман весь в отца. Изменяет с мамой Дениз, а сам Теоман — с самой Дениз, — вырвалось из уст Кутая. — Что…? — вырвалось уже из Дениз, руки опустились вдоль тела. Она замерла. Даже зрачки не шевелились. — Мама…? Сейчас никто не мог отвести взгляда от Кутая из-за непонимания. Он специально ждал, когда соберется народ? Привлекал внимание, пока дрался, а теперь будет строить из себя жертву? Теоман ещё раз ударил того под дых, и он свалился на колени, корчась от боли. Больше Кутай ничего не предпринимал, наоборот, отполз подальше от Тео и всей их семейки. Трус. — Ах, так вы не знали? Ваши родители, как и вы, настолько жалкие, что не рассказывают вам. Дениз, дорогая, ты же знаешь, что твоя мама беременна от Хакана? — продолжал Кутай, смеясь. — Замолчи, поганец! — грубо крикнул Хакан. — Госпожа Шебнем, а вы знали, что ваш муж ходит налево? — Кутай, тебе жить перехотелось? — уверенно и высокомерно проговорила Шебнем, держа спину так же ровно, как это было пять минут назад, и не опуская головы. Да, она уже давно знала, так же как Хакан и Нурай, но говорить об этом ей было незачем. Сейчас лишними были абсолютно все слова. Сын и дочь — вот о чем она сейчас думала. Как же она, как же Хакан будут оправдываться перед ними…? — Ты реально думаешь, что сможешь выйти сухим из воды? — начал Тео, подходя к отцу. Он давно забыл про Кутая, ему было важно разобраться с родителем. — Ничего страшного, обсудим дома. Идём. — Хакан всем своим видом показывал, что это может быть неправдой. Но это правда! И уже все вокруг об этом узнали. Тайну, о которой не знали даже собственные дети этих семей. — Я никуда с тобой не пойду! Делай что хочешь! Карабкайся из грязи, в которую упал сам, но забудь о нашей семье! — Теоман пришел в ярость. — Теоман и Лейла, я сказал: идём. Быстро! Лейла послушалась отца и, быстренько сжав руку Эзги на прощание, выбежала из школы. Тео, наблюдавший за этим, лишь усмехнулся. — Папина дочка, — сказал он и вернул взгляд к отцу. События разворачивались слишком быстро: никто не понимал, как реагировать, и до многих ещё не дошел смысл всех слов. — Ты хочешь побыстрее свалить домой и замять дело, потому что беспокоишься о репутации? О деньгах? А нет, не говори ответ. Я знаю, что это так. — Всё, что накопилось, выходило из Теомана ручьем. — Замолчи! — повысил тон господин Аккая. — Ты бы лучше так о семье побеспокоился, когда решался на это! — также повысил голос парень. — Нет, ты лучше переспишь с кем попало и потом всю жизнь будешь это скрывать! На этом моменте с другого конца толпы послышался звук. Дениз, до этого стоявшая без каких-либо эмоций, в полном потрясении, специально кинула сумку на пол — с такой силой, что многие обернулись на нее. Тут же Теоман вспомнил, что его отец изменил маме именно с Нурай. С мамой Дениз! О Аллах, зачем он сказал именно так? Да ему должно быть все равно, плевать, как говорить и как выражаться, но это же мама Дениз. Дениз... Каково ей сейчас? Конечно, он не подумал. — Дениз… прости, слышишь? Это ошибка… — Нурай стояла возле дочери. До того как Дениз начала проявлять эмоции, казалось, что мать вообще не в курсе, что та всё услышала. Её волновало, как Хакан поступит, что он будет делать и что скажет. Сейчас же она вспомнила о стоявшем рядом с ней родном человеке. — Замолчи. — У девушки тряслись руки, она пыталась подавить злость и слезы. — Папе объяснишь! Я сыта по горло твоими выходками. — Как я и говорила, дочь похожа на свою мать, — подлила масла в огонь Шебнем. Дениз уставилась на ту, оскалившись. От её наглости сводило не только зубы, но и все тело. Брюнетке захотелось ударить женщину, да посильнее. — Мы не встречаемся с Теоманом, — только и смогла проговорить безэмоционально Дениз то ли в пустоту, то ли всем вокруг. — А я и не позволю, — твердо сказала Шебнем. — Дениз, пойдем, — потянул за рукав девушки Арас. Они с Барышем все это время стояли рядом с ней. Они говорили ей слова, чтобы успокоить, но та их совсем не слушала. — Что вы вообще знаете обо мне? — Дениз вышла вперед, ближе к Шебнем. — Дениз, давай поговорим, — подошел к ней Теоман. Он был таким высоким, что закрывал весь обзор впереди. — Отойди, — грубо бросила Дениз, пытаясь обойти его, но тот не давал. — Давайте вы не будете обсуждать это при всех, — вставил свои пять копеек Хакан, но его все проигнорировали. — Дочь, пошли, — Нурай подбежала к Дениз и уже хотела взять её за руку, чтобы увести. — Оставь меня! — сказала она матери. — Ты тут не мне рассказывай, подумай о других. Мое доверие ты никогда не вернешь! — Потом она переключилась на Теомана: — Отойди, или я за себя не ручаюсь! — Хорошо, не ручайся. Делай все что хочешь, но на свежую голову, — Теоман взял ее за локоть и повел к выходу. — Ты, придурок, отпусти! А Шебнем... вы что, ничего не говорите? Стыдно вам? — поняв, что Теоман её не отпустит, Дениз продолжила выяснять отношения с госпожой Аккая. — Я вижу тебя насквозь, Дениз. Увидела сразу, как ты оставила надпись на стене нашего дома, — спокойно и тихо ответила та. Теоман остановился и оглянулся на маму. С ним остановилась и Дениз. Он на мгновение отпустил её, и она, сообразив, что её не держат, выпуталась и подошла к Шебнем. — Сами того не понимая, вы подставляете Теомана. Это же он… — хотела было продолжить Дениз, но вовлекать в ситуацию Араса было не очень по отношению к нему. Потом ему еще выпутываться со всем этим грузом. Нет, она так не поступит. — Знаете что? Присматривайте за своим мужем. — А ты, дорогая, — за своей матерью, — улыбаясь, так же спокойно проговорила Шебнем. Нурай стояла буквально с открытым ртом, как и многие другие зрители этого цирка. Дениз сжала зубы от злости настолько сильно, что, наверное, было слышно, как они скрипят. Она поспешно развернулась и буквально вылетела пулей из школы, оставив там все свои вещи, так и не поговорив нормально, в нормальном состоянии. — Дениз! — крикнул вслед ей Теоман, но она уже бежала прочь, сметая все на пути от гнева. — Меня сегодня дома не ждите! — бросил Теоман маме и ринулся за девушкой. — Дениз! — крикнул Арас и тоже побежал за ней. Барыш последовал примеру друга. — Тео, стой! — только и успела проговорить Шебнем, прежде чем сын скрылся. — Уходим, Шебнем. Потом с ним отдельно разберемся, — подошел к ней Хакан, и они пошли следом за Теоманом. Напоследок у двери мужчина все же добавил: — Директор, позаботьтесь о том, чтобы никто об этом не вспоминал и тем более не обсуждал, а иначе вы знаете, что будет дальше. — Хорошо, господин Хакан, — задумчиво откликнулся директор. Наверное, он и сам думал так сделать, чтобы хотя бы о драке парней в его школе не вспоминали. — Вы слышали его! Ни единого слова о сегодняшнем, или же господин Хакан лично позаботится о вашем исключении из этой школы и любой другой школы Турции! Никто ничего не ответил, но этого и не требовалось. Когда никого из семьи Аккая, Нурай, учителей и директора не осталось, из толпы выпалила Сыла: — Кто-то все еще думает, что они не встречаются? Но никто ей не ответил. Все были в шоке от произошедшего, от заключительных слов директора и отца Лейлы с Теоманом. — Вы видели, как все за ней побежали? За этой «пикми»! Что они нашли в ней? — продолжала Сыла. — Тебя только это сейчас беспокоит? Ты только рассталась с Теоманом, зачем цепляешься за Дениз? — раздраженно спросила Эзги. Сыла лишь цокнула, но, ничего не ответив, ушла вместе с подругой и Кутаем на уроки.

***

Теоман, Арас и Барыш — все втроем бежали за Дениз. Она стала дорога им всем, и никто не мог пройти мимо или остаться в стороне. Но Теоман, заметив их, остановился и без всякой злобы, искренне сказал: — Я сам разберусь. Я натворил проблем, наговорил лишнего и обидел её, хочу извиниться. Арас, я напишу, когда извинюсь, тогда вы придете к ней. Я уйду. — Хорошо, только не делай еще больше глупостей. Не делай ей больно. — Я обещаю, — быстро молвил Теоман и побежал дальше. — Ну что, Барыш, а мы на уроки, — сказал Арас и похлопал друга по плечу. — Придется, — ответил тот, но что-то в нем изменилось. Весь день, начиная с того момента, как Дениз с Теоманом «почти» вместе заявились на урок, он ведет себя странно. Но Арас решил не расспрашивать его.

***

— Дениз! Стой! Остановись! — кричал сзади Теоман. Видимо, он выбежал следом. Дениз только ускорилась. — Дениз! Я не отстану! — Теоман, не надо, — не оборачиваясь, молила девушка. Она не успела далеко убежать: Теоман поймал её и встал перед ней, преграждая путь. — Дениз, послушай. — Теоман, я сейчас очень сильно зла. Уйди. — Нет, Дениз, я не оставлю тебя. Тогда Дениз с размаху дала ему пощечину и побежала дальше. По дороге, возле большого скопления магазинов, она пнула мусорку, лежавшую на пути. — Идиоты, кто оставляет после себя мусор прямо на дороге? — выпалила она настолько громко, насколько могла, продавцам, которые находились рядом. — Теперь сами и убирайте. Теоман, бежавший следом, ошалел, но, пробегая мимо, извинился за девушку, неловко улыбаясь, будто ничего страшного не произошло. Может, так и есть. Но точно не в их ситуации. Наконец догнав её, он, не спрашивая, встал перед ней, наклонился и закинул на плечо. Теперь он доминировал. К его удивлению, она ничего не сказала. — Что? Вымоталась, пока бежала? — спросил Тео, заметив, что Дениз никакая: не вырывается, ничего. — Да... Послушай, Теоман, извини за пощечину. Я правда была в… — она не договорила, и так из последних сил выжимая из себя слова, — в отчаянии. Слезы градом полились из глаз девушки. — Ну-ну, ты чего? — Теоман опустил её. — Я извиняю тебя за пощечину, — усмехнулся он. Она ударила его по плечу, но теперь это был лишь легкий толчок. Он погладил её по голове и внезапно прижал к себе. — Что ты… — Дениз хотела опять возмутиться, но парень её прервал: — Чшш, теперь ты меня послушай. — Он взял её за подбородок, начал поглаживать скулы, как тогда в туалете, когда ещё ничего из того, что они пережили в эти считанные дни, не было. — Мы не виноваты в том, что сделали наши родители. Извини, что я назвал так твою маму. Просто сам был на эмоциях. — Нет, тебе не за что извиняться. Я бы и сама так её назвала. Ничего страшного. — Хорошо, тогда… — он просканировал её с головы до ног и обратно, а потом опять обнял, и Дениз заплакала ещё сильнее. — Стой, телефон! Папа! Мне нужно сказать ему, но у меня нет телефона! — Дениз опомнилась и выскользнула из объятий Тео. — Хочешь мой? — предложил он ей, уже лезя в карман. Когда он дал ей его, она набрала папин номер. — Алло, пап, тебе нужно кое-что знать. Ты можешь говорить? — Дочка, я только приехал домой, устал, ещё и Нурай злая пришла. Не может потерпеть до вечера? — Пап, нет, это срочно. — Хорошо, Дениз. Что случилось? — спросил отец, но на фоне послышался голос: — Выруби телефон, положи трубку, я сказала! — Папа, а мама сейчас с тобой в комнате? Это она говорит? — тихо, будто кто-то посторонний, например мама, услышит. Но Дениз уже никто не ответил: отец положил трубку, как и велел голос на фоне. — Он отключил звонок, — расстроенно проговорила Дениз. — Теоман! Мне нужно домой! Если мама не хочет, чтобы я сообщила по телефону, значит, я сообщу лично. — Хорошо. Идём. — Ты тоже? — Я провожу тебя, — сказал Тео и взял Дениз за руку, но вместо того чтобы что-то сказать, она издала смешок. В итоге только через пару секунд Дениз, с уже давно высохшими слезами на глазах и улыбкой, проговорила: — Впервые ты взял меня за руку, а не за запястье. Достижение, — и она бессознательно сжала его руку в ответ.