Мытъянок

«А все из-за войны. Когда не было войны - был мир.»

Полина Жеребцова

Муравей в стеклянной банке

Утро Миши началось с заголовка ежедневной газеты, которую он увидел в руках женщины, ехавшей перед ним в трамвае. «Вооруженное нападение страны «К» на восток страны! Объявление войны!!!»- гласил заголовок газеты, дальше статья закрывалась пальцами женщины, и проглядывались только слова: «..нападение..в опасности..граница охраняется..сохранять спокойствие..закрывается выезд и выезд во всех восточных городах страны..розыск виновных..» И Миша словно погрузился под воду, он задержал дыхание, и тонул, тонул: «Агат что случилось напиши» Эта телеграмма без всяких вступлений и приветствий, обошлась Михе дорого, в целых «н» рублей. Они поссорились с Агатом на кануне его отъезда. Он...да в прочем, это секрет. (Но если мы все таки хотим узнать причину, то предлагаю вообразить себе Миху, который оглядывается по сторонам, понижает голос до шепота и опускает взгляд, рассказывая. Предлагаю не мучить его по таким пустякам, ведь это правда секрет, и не только Мишин). Поэтому их почти вынужденная переписка выглядела очень странно. Они оба писали мало и только по делу, но «по делу» - понятие растяжимое, поэтому Миха, конечно, в строгой такой манере, писал о том, как он ездил домой на выходные и о том как им устроили взбучку за испорченный просветчик. А Агат, так же как и Миха безэмоционально и коротко, писал о том, как он ходит купаться на речку и о том, как он вместе с Аксиньей и Власом подружились с местными ребятами и ходили к ним на шашлыки. Но писал он все это холодно, так холодно, что Мишу пробирало до самых костей, когда он вел пальцем по строчкам, читая. Он будто снова ребенок, и будто мама снова отмахивается от его проблем. Но он не ребенок. А Агат не его мать. И как же напуган был Миша от мысли, что последняя их встреча была такой, а теперь, когда они увидятся в следующий раз?