Повелитель Драконьей крови

      Анабу сидела на дереве. Это была Югао Узуки – капитан отряда и доверенная подчиненная хокаге. Куноичи со скрытным характером, идеально подходящая для своей работы.       Слежка считается легкой миссий, но когда целью становится сильная куноичи, глава клана и владелица шарингана – всë оборачивается сложнее.       Задание становится вовсе невозможным, стоит Микото зайти к лучшей подруге.       Однако, это можно считать благом. В мире мало людей, способных пробиться сквозь защиту Узумаки и дать бой сразу трем из них. Дижничурики Девятихвостого демона и его сестра ни в чем не уступят матери – Кушине Узумаки, о силе которой известно на весь мир.       Так называемый «Учиха Мадара» и ренегатка Итачи не смогут ей угрожать, а об остальных женщинах с выжившими детьми позаботятся члены отряда Югао.       Коноха не может рискнуть третьим Великим кланом. Пример Сенджу и Узумаки научил: слава прошлого не спасает от вымирания.       Уверившись, что Микото зашла не просто поздороваться и останется на неопределённый срок, а возможно на ночь, Югао расслабилась.       Она слишком ответственно относилась к работе, чтобы просто бросить пост, но сменить место слежки на снятую недалеко квартиру – звучит не так плохо. Окна как раз выходили на ворота с территории Узумаки, а значит, какая разница, откуда наблюдать?       — Проклятие, снова началось…       Югао почувствовала сладкий зуд у себя внизу и мигом рванула домой через окно. Тепло медленно окутывало изнутри, сердце билось чаще, голову посещали странные мысли с участием Джинчурики Лиса.       Парень был хорош. Красные вопросы, мускулистое тело, харизма и будущий статус главы Великого клана. Не важно, что внутри него демон – других качеств хватало, чтобы куноичи ложились по щелчку пальцев. Но Югао не считала, что одна из таких.       Новая волна пошла по её телу. Под майкой затвердели соски и она быстро ее сняла, отправив вслед за снаряжением Анбу. Навевало мысли о первом разе, сегодня, та паника казалась забавной.       Тогда, Югао приняла противоядие из аптечки, подумав об отравлении афродизиаком. Но подозрения не оправдались. Препараты действуют грубо, их эффект не может накапливаться и кто бы вообще решил ее отравить?       Она готовила сама, а сопротивление ядам отмечали как повышенное. Обращаться к Ирьенинам Анбу не решилась. Сказать было нечего, а жаловаться на сексуальное возбуждение… Придется выслушивать рекомендации найти парня и «Лечить болезнь в горизонтальном положении на кровати».       Лучше взять смертельную миссию S+ ранга, чем это!

***

      Кушина приветствовала подругу, крепко обняв её со всей силой. Для глав кланов, там более древних и великих, как Учиха с Узумаки, подобное было удивительно.       Никаких официальных одежд в особых цветах с гербами, никаких знамен и сопровождения верных ниндзя.       Просто встреча близких подруг, одинаково не любивших высчитывать градусы для поклонов. Если не знать их статусы, сложно догадаться о власти в руках этих женщин.       — Микото-чан, проходи. А то стоишь на пороге как чужая, ты же знаешь, здесь всегда тебе рады. Мой дом – твой дом! Учиха неуверенно вошла. Темные волосы спадали на лицо, подчеркивая настроение хозяйки. Это нельзя было списать на тихий характер, к которому привыкла Кушина за много лет дружбы.       — Ты нашла, что я просила? Пожалуйста, скажи, что ты поняла, что со мной происходит?       Не успела она получить ответ, как в коридоре показалась ярко-жёлтая макушка. Увидев гостью, Каори подбежала поздороваться с любимой Микото-сан, мигом разрушив атмосферу секретности. Обе женщины отвлеклись. Микото по-доброму улыбнулась и погладила Каори по волосам, отметив, как быстро выросла непоседливая девочка, какой красоткой стала.       — Микото-тян, вы посидите с нами за ужином? Пожалуйста - пожалуйста - пожалуйста!       — Конечно, солнце, она же не просто так в гости пришла, — быстро ответила Кушина, заметившая в подруге желание отказаться.       Вот, что значит «Загнали в угол». Микото ничего не осталось, кроме как принять приглашение и отложить планы на потом.       Теперь, оставалось продержаться пару часов и она намерена пройти испытание с честью, достойной клана Учиха.       Скрытая решимость дала трещину, стоило пройти в дом и увидеть Наруто. Аловолосый юноша встал из-за стола и поприветствовал ее коротким:       — Микото-сан, рад видеть вас.       Она замялась с ответом. Странно, пара фраз подействовали на нее сильнее, чем сыплющая словами Каори. Но Учиха не подала виду.       Куноичи способны держать эмоции под контролем, какая бы внутри них не была буря. Микото знала, что может так же. Её учили этому и холодный контроль над собой ни раз спасал ей жизнь. Однако, сейчас она засомневалась.       Этот ускользающий контроль над самой собой испугал сильнее, чем нож у шеи или разъяренный Девятихвостый.       Кушина развеяла повисшую тишину, усадив всех по местам. Микото всегда было приятно, что её так тепло принимают и буквально записывают в семью, невзирая на разные кланы.       После утраты собственной семьи, это стало еще ценнее. Здесь она чувствовала себя на своем месте, в кругу близких.       Поэтому, раз за разом возвращаться в пустой дом было всё тяжелее.       Микото никогда искренне не любила мужа, что не мешало ценить его и благодарить за детей. Но его смерть далась так же тяжело, как решение дочери – Итачи, самой подавить готовое к началу восстание. А еще Саске. Он тоже стал отступником, чтобы получить больше силы и отомстить сестре.       Погруженная в свои мысли, Микото смогла вернуть контроль над собой.       По крайней мере, хотелось так думать. Еще одного предательства, уже от своего тела, она не желала.       — Что-то не так? Микото-чан, вы не голодны? Если хотите, я могу принести чай или саке…       — КАОРИ! Никакого саке. Ты меня слышала?!       Короткая перепалка вернула обратно в реальный мир, где ужин остывал и все на неё смотрели. Смутившись, она быстро справилась с едой и заверила остальных, что все нормально, а переживать не о чем.       Только с Кушиной они обменялись многозначительными взглядами. Чтобы не донимать подругу ещё больше, Кушина незаметно кивнула и отказалась от обычных разговоров за столом, чтобы быстрее дать Микото то, что ей было реально нужно.       — Так. Сегодня ночуешь у меня. Нет-нет, даже не думай. Уже поздно и никуда ты не пойдешь.       — Н-но Куш…       — Твоя комната всегда свободна. Какая из меня подруга, если я не могу принять тебя ночь?!       Под тихий смешок Каори, пришлось согласиться. Глупо было дальше спорить, тем более, ей самой нужен повод задержаться. Пускай, Кушина как обычно перегнула палку – это в её стиле.       Только все разошлись по комнатам, Микото покинула свою и тихо проникла в соседнюю, где ждали. Кушина ждала в пижаме.       — Тебе хуже?       — … Да. С каждым днем, это чувство внутри мучает меня больше. Я уже не могу, будто сучка в течке и…       Она замолчала на полуслове. Сжала пальцами край простыни, не решаясь повернуться и посмотреть в глаза подруге.       — Даже в 16 мне не хотелось так сильно и много. А сегодня… Боги, я чуть не кончила прям за столом! Что со мной происходит?!       Микото резко развернулась, смотря в лицо Кушине активированным шаринганом.       Черные томоэ бешено крутились, в уголках этих красных глаз скопились слезы. Она даже не поняла, как активировала силу глаз.       В зеркале заблестел красный свет. Учиха пискнула от неожиданности и мигом прекратила поток чакры, превратив устрашающие глаза обратно в черные. Но слёзы никуда не делись, а стали только сильнее стекать по щекам.       Вдруг, её обняли. Плюнув на все, Микото уткнулась в плечо подруги и заплакала. Внутренний голос шептал: «Извращенка», от чего Микото только сильнее расходилась.       Спустя какое-то время, Учиха вытерла слезы и молча поблагодарила за поддержку. Ей это было нужно. Правда нужно.       — *Всхлип* Почему только я?       — НЕ ТОЛЬКО ТЫ, — крикнула Кушина, чтобы привести подругу в чувство.       Она стянула пижаму через голову, оставшись почти голой. На ней светился такой же узор, как на Микото. Буто клеймо, знак чего-то постыдного.       — Я понимаю понимаю тебя. Мне удалось ослабить это, но оно тебе не нужно. Лучше, продолжу искать ответ в библиотеке.       — НЕТ! Таблетки, печати, запретная техника? Может артефакт? Помоги мне, пожалуйста… О боги, да чем угодно!       Молча, Кушина поднялась с места и подошла к тумбочке. На глазах, она сложила пару печатей и шлепнула ладонью по дереву. Раздался тихий щелчок.       Сбоку выехал потайной шкафчик, куда она засунула руку и достала вибратор. За ним несколько игрушек – маленькие, большие, с пупырышками, ребристые. Пара Анальных пробок. Бусы с шариками. И несколько других вещей, о предназначении которых оставалось только гадать.       — Вот. Наслаждайся *решением*.       Микото опешила. Настолько, что засохшие дорожки от слез перестали сколько-нибудь волновать. Она ждала технику или таблетки. Возможно, Кушина смогла найти что-то, чего она еще не пробовала, но вот ЭТО… такого она ТОЧНО не пробовала.       — Разочарована?       Кушина склонила голову. Теперь её очередь стыдиться. Похоже, ничего лучше ей не удалось найти.       — Скорее удивлена. Должно быть, ты мучаешься больше меня.       — Не представляешь насколько. Я Узумаки, моя выносливость гораздо выше твоей. Либидо тоже. Мне даже этого мало.       — Мало?!       — МАЛО! Микото, я хочу секса, настоящего секса с мужчиной, но это невозможно! Я не шлюха, чтобы искать развлечений по всей Стране Огня и молиться, чтобы меня не узнали. А в деревне тоже никак! Без меня знаешь, сама глава клана без мужа!!!       Микото ничего не сказала на это. Она отлично понимала, что ничего ей не светит и попытка исправить положение разрушит репутацию навсегда.       Вдруг, Кушина свернулась калачиком и тяжело задышала.       — М~м~м Микото…       — Кушина!       Игнорируя подругу, она сдвинула набок мокрую ткань трусиков и залезла пальцами в киску, повторяя ритмичные движения. Кушина прикусила губу до крови, лишь бы мне выглядеть в чужих глазах еще хуже, но стоны все равно прорывались наружу.       Глядя на это, Микото намокла сама.       — Дай мне!       Учиха прижалась к подруге, остановила ее руку. После чего заменила своей. Пальцами она двигалась внутри самого интимного места подруги, чувствовала тепло и смазку на ладони, как Кушина дрожит внутри. Как киска целует ее пальцы и засасывает внутрь.       Необычное ощущение для той, кто никогда не пробовала женщин. Микото двигалась так, как привыкла на себе. Без резких движений и лишней скорости.       — А~хм~м~мах       Узумаки повторила жест и тоже вторглась внутрь неё. Словно дикий зверь, Кушина взяла быстрый темп. Она вошла в самую глубь киски, её пальцы буквально насиловали Микото. Грубо и жёстко.       Её дыхание сбилось, из горла вырывались сдавленные стоны. Чтобы раздавить остатки стыда и маски гордой Учиха, Микото привлекла Кушину к себе и впилась ей в губы.       Быстро проиграв борьбу языков, она отдалась этой похоти, перестав бороться за лидерство. Решила просто наслаждаться. Разорвав поцелуй, между ними осталась ниточка слюны. Их общей слюны.       Без предупреждения, Микото прильнула к груди и стала покусывать сосок, заставляя Кушину стонать как последнюю шлюху.       — Ааааа, М~Мик~ото дай… кончу! Я, сейчас, ММ~М~МММ~ММ!       Учиха не отставала. Она простонала так сладко, как никогда. Оргазм захлестнул обеих. Микото задыхалась от наслаждения. Ее била мелкая дрожь, каждая клеточка требовала ещё.       Из зеркала глядела темноволосая женщина со снова горящим шаринганом и таким выражением лица, что узнать в ней тихую, скромную главу Учиха и мать двух детей, было невозможно.       Растрепанные волосы. Тяжелое дыхание. Свободно вздымающаяся грудь, ведь лифчик валялся где-то в углу спальни. Трусики, мокрые до нитки и скомканные на одной ноге. Рука Кушины, которая до сих пор гладила плоский животик Микото, оставляя мокрые следы.       Узумаки выглядела ничуть не лучше. На её лице застыла блаженная улыбка. Микото попыталась вытащить руку из её промежности, но бедра так сильно её сжали, что пришлось прекратить.       — Мик~ото, это было волшебно!       — Спасибо наверное. Я… м-мы, не нужно было нам… — Бормотала Учиха, подсознательно желая отыграть назад.       — Тихо ты, мы никому не скажем, ага? Я знаю, ты хочешь еще.       Аловолосая мигом развернулась и уткнулась лицом в её текущую розовую дырочку. Не теряя времени, она проскользнула языком между половых губок, начав слизывать любовный сок, словно воду в пустыне.       — Это не правильн… МММ~МММ~М!!! Куш, прекратит-ти ММ~М~М!!!       Она ногтями впилась красные волосы. Противореча собственным словам, сильнее вдавила голову Узумаки в себя, услышав в ответ сдавленный смешок. Учиха ерзала на месте, не в силах прекратить.       Кончив несколько раз, она продолжила держать Кушину за волосы. Но почему она одна получает удовольствие? Извращенное чувство справедливости подтолкнуло       Микото сменить позу и устроиться между ног подруги, где простыни получили Мокрое пятно.       Она услышала мычание, когда повторила действия и проникла языком внутрь киски.       Спустя час, смертельно уставшая Микото с ужасом смотрела на Кушину, которая ни сколько не снижала энтузиазм. Учиха давно выпросила перерыв и обнимала подушку, готовая выключиться. В это время Кушина засовывала в себя новую игрушку. Учиха боялась, что порвется изнутри, если рискнет повторить.       — Ах-ах-ахмм ~Ах, давай вместе, не спи. Нуже!       — … Дальше сама. Выносливость – не моя сильная сторон… МММММММ! КУ~Ш~ШИНА!       Готовую заснуть Микото будто кипятком ошпарило, когда внутрь неё резко вставили вибратор и включили на полную. Усталость как ветром сдуло, она потянулась вниз, чтобы вытащить из себя инородный предмет, но Кушина скрутила ей руки.       — Думала, заснуть? Нет-нет-нет, Микото-чан… — Томно шептала на ухо Кушина, пока Учиха дрожала в преддверии очередного оргазма.       На руках появилось легкое жжение. Сосредоточившись, глаза заметили чернильные линии, ползущие вниз словно змеи. Кожа в тех местах немела. Микото больше не чувствовала собственных рук.       Тем временем, Кушина самодовольно и жутко улыбнулась. Похоже, она получила в свою коллекцию новую игрушку…

Эта ночь обещала быть долгой