Последний выживший

Я сел в машину. Мы ехали долго. Очень долго. За окном постепенно исчезал город. Дома сменились полями, потом густым лесом. Я уже давно перестал понимать, где мы находимся. Вдруг машина резко остановилась. — В-в-ввыходите! Хи-хи-хи! — радостно выкрикнул мужчина в гриме. У меня затряслись руки. Ноги не слушались, а сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Дрожащим голосом я спросил: — Г-где работа?.. Мне… мне обещали работу… Мужчина медленно повернулся ко мне и наклонил голову набок. Несколько секунд он просто смотрел мне в глаза. Потом громко рассмеялся. — Работа? Конечно работа! Очень хорошая работа! Не каждому такое предлагают! Совсем не каждому! Он резко хлопнул в ладоши. — Но сначала проверочка! Проверочка очень важная! Правила есть правила! Я медленно вышел из машины. Мужчина подошёл почти вплотную. Сначала он улыбался, а через секунду его лицо стало совершенно серьёзным. Он начал ощупывать мои карманы, забрал телефон, вывернул содержимое рюкзака и сложил почти все мои вещи в небольшой металлический ящик. — Телефончик сюда… Рюкзачок сюда… Кармашки пустые… Молодец! Люблю, когда всё по правилам. Хи-хи… Он вдруг посмотрел куда-то в сторону и тихо прошептал: — Видели? Послушный… Я обернулся. Позади никого не было. По моей спине пробежал холодок. Мужчина достал чёрную повязку. — Глазки закрываем! Подглядывать нельзя! Совсем нельзя! Иначе они будут сердиться… А когда они сердятся… Хи-хи… Лучше тебе не знать… Он завязал мне глаза и усадил обратно в машину. — Вот так… Молодец… Он похлопал меня по плечу. Я больше не смог произнести ни слова. Мне было безумно страшно. Kaжется, я слишком поздно решил изменить свою жизнь. Мне было страшно даже заплакать. Машина снова тронулась. И с каждой минутой я всё сильнее понимал: дороги назад уже нет. Мы ехали ещё почти час. Вдруг машина резко затормозила. — Выходите! — радостно выкрикнул клоун. — Проверка пройдена! Ты послушный! Он грубо схватил меня за руку и вытащил наружу. Я споткнулся, упал на колени, но он сразу поднялся, прижал меня к земле лицом вниз и начал. Сначала просто держал, а потом начал бить — кулаками по спине, по рёбрам, по почкам. Каждый удар сопровождался его смехом: — Больно, да? Слышишь? Вот это настоящее правило! Не надо смотреть! Не надо сопротивляться! А то хуже будет! Я кричал. Ревел. Пытался вырваться, но он был сильнее. Бил до тех пор, пока я не перестал чувствовать, где у меня руки, где ноги. Только слышал своё собственное дыхание и его хихиканье: — Вот так… теперь ты мой. Теперь ты послушный. Он поднял меня и повёл дальше. Я шатался, тело горело от ударов. Я уже не понимал, где нахожусь. Только знал одно: я не хотел умирать. Но и бежать — не мог. Потому что если я обернусь — он убьёт меня. Наверняка. Мы шли долго. Тропа стала всё уже, тьма сгущалась. Я чувствовал, как пот и кровь стекают по лицу. Вдруг впереди раздался звук — будто кто-то смеётся. Или это был он? — Последний выживший… — прошептал я себе сквозь разбитые губы. И в этот момент я понял: я уже потерял всё. Даже возможность умереть по-настоящему.