maglovita noć.

Дитер, сидя в кожаном кресле в углу своей домашней студии, смотрел на серебряные настенные часы, подаренные давным-давно каким-то фанатом из сербии. они показывали 27 минут одиннадцатого, а его жены, Эстефании, все еще не было дома. Женщина должна была вернуться еще сорок минут назад, однако ни звонка, ни сообщения о том, что она задержится на работе, не поступило. На весь мир начали греметь дела о жестоких и извращённых убийствах бывших женщин продюссера. Интересной деталью являлось то, что на каждом месте преступления находили записки с надписями «für N.B.», а ни намека на убийцу не было, однако эти преступления связывал один, можно сказать, забавный фактор - все жертвы являлись бывшими женами Дитера, из-за чего у полиции и некоторой части общественности складывалось стойкое ощущение виновности Болена, хотя это таковым не являлось. Мужчина растекся по в креслу, глядя на шумоизоляционную поверхность стен глубокого, графитового цвета. Тусклые светильники, встроенные в потолок, заливали помещение холодным светом, делая пространство неуютным и чужим. Головой мужчина понимал, что Кюстер уже не вернется домой, но душа все еще питала надежду на то, чтобы увидеть ее живой. Но чуда не случилось: в дверь позвонили, и это была далеко не с Эстефания, как он уж было подумал. Мужчина пошёл открывать, еле сдерживая слезы обиды и боли.