Бухгалтер тьмы

Очень немногие из нас являются теми, кем кажутся — Агата Кристи.

      Ночной Рвыт был по своему прекрасен. То ли славянский, то ли венгерский, то ли уже онемеченный, этот город всегда имел лёгкую таинственную привлекательность со всеми этими улочками Старого Града, устелёнными камнем мостовыми и замшелым замком князя Мирослава Яровитовича, который вёл происхождение своей династии от полузабытого славянского бога войны.       Вот в таком городе, с небезынтересной историей и жил вполне себе обычный парень Алексей, работая на довольно обычной работе бухгалтера в небольшой подрядной организации, которая в свою очередь находила другие подрядные организации, которые способны были выполнить необходимые заказчику работы. Зарплата немногим ниже средней, высшее образование, полученное после военной службы по призыву, нормальное воспитание, полученное от любящих родителей. В общем, Алексей был нормальным хорошим парнем. И это сыграло с ним злую шутку.       Пятничный майский вечер был тёплым, почти жарким. Забыв наушники-затычки на работе, Алексей шёл через старинные улицы и переулки Рвыта, ругая себя, что теперь его путь до дома пролегал без привычного саундтрека и оттого был довольно скучен. Поэтому вместо образов, предлагаемых музыкой, Алексей раздумывал о своей жизни и иногда делал большие глотки из стеклянной бутылки с грушевым лимонадом. Была ли его жизнь плохой? Нет, так сказать он не мог. Была ли она прекрасной? Этого он тоже сказать не мог. Как будто чего-то не хватало для того, чтобы жизнь начала играть всеми красками, которые только были в её пенале с карандашами и фломастерами, или что там у жизни припрятано такого, чтобы раскрасить заурядную жизнь обычного человека?       На этот раз это была кровь. Алексей не сразу увидел её. Сначала он услышал ругань и какую-то возню со стороны тёмного переулка. А затем женский вскрик. Одного этого звука хватило для того, чтобы парень рванул в темноту переулка, которая нарушалась слабым жёлтым светом электрической лампочки, подвешенной на чёрном проводе скорее для галочки, чем для реальной пользы. Алексей подходил тихо, стараясь не издавать лишних звуков. И это получалось у него на удивление хорошо, будто сама ночь скрывала его присутствие от шкафообразного типа, что возвышался над девушкой, лежащей на асфальте.       Девушка была симпатичной и очень напуганной. Волосы цвета вороньего крыла, стройность фигуры и изящность в каждой черте её тела. Картину дополняла тёмная кровавая лужа, подчёркивающая яркость красного приталенного платья, которое заканчивалось чуть выше исцарапанных колен. Увидев Алексея, девушка направила свой взгляд него, и он понял, что надо действовать.       Рука с бутылкой в руке сама поднялась, замахнулась и нанесла удар по затылку. Правда вместо того, чтобы как в кино красиво разлететься на мелкие кусочки, бутылка, ударившись о затылок, лишь издала звук удара по твёрдому черепу. Мужик, стоящей над девушкой, издал что-то нецензурное и, потерев затылок, повернулся к Алексею. От такого Лёша лишь сделал шаг назад, и уже готовился принимать бой, но верзила в чёрной кожанке с серебряной цепочкой на шее лишь сказал: — Братан, вот ты вообще не вовремя! В следующий момент Алексей увидел, как на голову мужика приземлилась бутылка из-под шампанского, которая также не разбилась, но, судя по выражению лица верзилы, причинила тому немало боли. Не теряя момента, парень выкинул руку вперёд в мощном джебе, который пришёлся прямо в подбородок. От такого удара мужик резко дёрнулся, развернулся и лицом рухнул на мусорный ящик, после чего уже опустился на землю, рядом с кровавой лужей. Признаков жизни «браток», как окрестил его про себя Алексей, не подавал. Девушка, прижавшись к кирпичной стене, чуть подрагивала и смотрела на своего спасителя с надеждой.       Алексей подошёл к ней. Беглого осмотра хватило, чтобы заметить колотую рану от ножа, которая была нанесена в плоский живот. Точно Алексей сказать не мог, но, кажется, атаковавший женщину маньяк целился в печень или желудок. — Давайте я помогу Вам дойти до безопасного места, пока этот в себя не пришёл.       Она только кивнула. Алексей закинул руку девушки себе на плечо, надеясь, что девушка сможет при его помощи дойти до ближайшей больницы, но идти ей было тяжело. Пройдя так пару метров, Алексей попросил разрешения взять её на руки.       И вот так на руках с девушкой в красном платье, Алексей надеялся как можно быстрее дойти до ближайшей больницы. — Как Вас зовут? — спросил он, осматриваясь по сторонам, словно ища помощь на этой ночной улице. Но здесь был только он и она. И никто не мог им помочь. — Илона, — она произнесла это тихо, выдохнув ему в шею, так, что он едва смог расслышать её имя. — Здесь через два квартала моя квартира… Помогите дойти туда… — Вам нужно в больницу, очень срочно, — Алексей постарался это сказать таким тоном, который бы показал, что отказы и возражения не принимаются, но посмотрев на девушку, которая подняла свой взгляд на него, Алексей понял, что согласится нести её до квартиры. Своя логика в этом была — неизвестно, где находится ближайшая больница, а вот квартира была относительно недалеко. — Хорошо, показывайте… То есть, говорите, как идти, — согласился парень.       И она стала говорить куда идти. Они петляли по безлюдным улицам ночного Рвыта, ища улицу, где находилась квартира девушки. Алексей уже и не мог сказать, в какой части города он находится, какой это приблизительно район и какие рядом есть остановки, чтобы добраться до дома. Сейчас это всё было не важно.       Они подошли к семиэтажному дому. В свете Луны он казался даже несколько зловещим, но почему именно Алексей сформулировать не смог. Что-то ему не нравилось в этом произведении советского строительства.       Девушка молча указала пальцем на арку, и Алексей понёс её туда. Зайдя под арку, парень чуть замедлил шаг. Сколько он уже бегал с этой девушкой на руках? Как минимум полчаса, если не больше. Руки уже начинали уставать, но тут он почувствовал, как она закинула руки ему на плечи, чуть подтянулась ближе и… …резкая боль обожгла шею. От такой сильной боли он вскрикнул, чертыхнулся и выпустил девушку из рук. Но девушка уже запустила одну руку в его волосы, а вторую держала на плече. Она даже не упала, когда он выпустил её из рук, а повисла на нём, прижавшись вплотную всем своим телом. Он постарался оттолкнуть её, но этого не вышло. А тем временем в глазах всё больше темнело и ноги стали подкашиваются. Шею страшно жгло, ноги сами подкашивались, устоять было всё тяжелее. Последнее, что он увидел, перед тем как провалился в беспамятство, был бетонный потолок арки семиэтажного дома. И лицо Илоны, со страшным оскалом окровавленных зубов и клыков…

***

      Проснулся Алексей около двенадцати часов дня. Яркий луч солнца проникал в комнату сквозь неплотно закрытые шторы и заставил сначала перевернуться на другой бок, а затем и встать с кровати. Скинув одеяло, он осмотрелся, надеясь понять, где он, но голова раскалывалась настолько сильно, что все мыслительные процессы было решено оставить на потом. На прикроватной тумбе стояли две открытые бутылки из-под вина и шампанского, пустая тарелка с крошками и остывшая бутылка минеральной воды. Голова раскалывалась. Протерев глаза, Алексей встал с кровати и направился в ванную. Воспоминания были смутными. Вечер после работы, затем переулок, какой-то маньяк и девушка… Девушка! Точно, он должен был отнести её на квартиру, она ведь была ранена. Значит, он скорее всего у неё. Но где тогда она сама?       Быстро умывшись, Алексей принялся рассматривать себя в зеркале. На шее было какое-то покраснение, а если точнее, то красовался засос. Погладив шею и рассмотрев себя внимательнее, Алексей усмехнулся своему отражению в зеркале и вышел из ванной. Кухни в квартире не обнаружилось, поэтому Алексей решил, что он находится в каком-то отеле. Одевшись, парень решил покинуть номер, но на тумбе у окна зазвонил телефон. Простояв с полминуты в нерешительности, Алексей поднял трубку. — Алло? — Добрый день! Мы Вас не разбудили, Алексей Викторович? — весёлый мужской голос, почему-то напомнивший голос русского актёра Абдулова. — Нет, а Вы, простите… — начал было Алексей, но голос из телефона вновь его прервал. — Ах, да! Простите! Я портье. Звоню уточнить, Вы будете проживать номер или сегодня выезжаете? — А… Напомните, пожалуйста, до скольки снят номер? — До двух часов дня. Вчера Ваша спутница сказала, что сегодня скажет будет ли продлевать номер. Так что скажите? — от слов портье и его весёлого тона стало совсем неловко. Значит, вчерашнее происшествие ему не приснилось, не почудилось, а было на самом деле. Впрочем, всё ещё может быть совсем иначе… — Нет, продлевать не буду. — Хорошо, тогда занесите, пожалуйста, ключи на стойку регистрации, как будите покидать наш отель. И, да, простите меня вновь — проклятая память! — Вам обед в номер доставить, или Вы спуститесь в столовую? Здесь Алексей уже потерял дар речи. Отель, оплаченный обед… Всё это говорило о том, что ночь явно была бурной. Но вот только в каком смысле этого слова? Такой бурной, какой её помнил — пускай, как в тумане, Алексей, или же в несколько другом смысле?.. Сказав, что спустится в столовую, Алексей положил трубку и посмотрел в окно. Вид из окна открывался на внутренний дворик отеля. Пара лавочек, круглый аккуратный столик, кусты розы и два дерева, вроде дуб и липа, но точно сказать Алексей не мог. В деревьях он разбирался хуже, чем в годовых отчётах, де́бетах и кре́дитах. Внизу с улыбкой его поприветствовал портье. От этой улыбкой стало неловко. Сам портье был ростом метр восемьдесят, или что-то около того, был сильно худым и носил дурацкие очки, которые держались на носу, под которым красовались не менее глупые усики. — Ах, как мы рады Вас видеть! Ступайте в столовую, ступайте! Ваш обед Вас уже ждёт. Смотрите, чтобы не остыл, чёрт бы его побрал! — радостным голосом объявлял портье, после чего добавил уже менее возбуждённо и более весомо, — И не забудьте сдать ключи. Не найдя, что на это ответить, Алексей кивнул мужчине и прошёл в большую комнату, где стояли круглые столы и стулья. Накрыт для приёма пищи был только один стол. За исключением бармена в столовой больше не было ни души. — Извините, — вежливо обратился Алексей к бармену, — а где все? — Смотрят достопримечательности нашего славного города, — ответил седой мужчина лет пятидесяти и вернулся к протирке стаканов. — Вы обедать садитесь, а то остынет всё.       Поняв, что сейчас с барменом вразумительного разговора не выйдет, Лёша прошёл к столу и сел за него, беря в руки вилку и нож.       Алексей подумал, что обед можно было назвать королевским. Говяжий стейк с брокколи в качестве гарнира, сюда же три перепелиных яйца, лежащие на листьях шпината. В качестве десерта шли ядра граната, аккуратно уложенные в пиалу, и полплитки тёмного шоколада. В качестве напитка предлагался компот из сухофруктов.       Закончив с обедом, Алексей направился к портье, чтобы отдать ключи от номера и как можно скорее покинуть это место, в котором ему всё же было некомфортно. Портье принял ключи, но отпускать Алексея не спешил. — Ваша спутница оставила Вам записку, — проговорил портье заговорщицким тоном, наклонившись к Алексею. Осмотревшись по сторонам, убедившись, что их никто не подслушивает, портье продолжил. — И я полагаю, что Вам стоит в неё заглянуть!       В руках Алексея оказался конверт, скреплённой сургучом. Повертев его в руках и осмотрев, Алексей не нашёл ничего подозрительного. Его имя и фамилия, указанные на конверте, его нисколько не смутили — было очевидно, что их раненая девушка узнала из паспорта Алексея при регистрации в отеле. На всякий случай, Лёша проверил сохранность паспорта, денег и других документов. Всё было на месте. Пока портье занимался своими делами и уже, по всей видимости, потерял всякий интерес к этой истории (или только делал вид), Алексей вскрыл конверт и достал небольшое письмо, написанное красными чернилами аккуратным подчерком.       Уважаемый Алексей! Благодарю Вас за помощь, которую Вы оказали мне сегодняшней ночью. Уверяю Вас, что я такое не забываю. В качестве благодарности за Ваш поступок, который я не могу назвать никак иначе, как героическим, прошу Вас сегодня вечером прийти к ресторану «Вольтер» по улице Освободителей, д. 12А. Прошу прийти к 21 часу. Вы получите более чем достойную награду и ответы на вопросы, которые у Вас имеются.

Искренне Ваша, Илона.

      Под завершающей надписью оставался след от тёмно-красной помады. Пробежавшись взглядом по письму два раза, а затем ещё два раза — для верности, Алексей убрал лист в карман и покинул отель, стараясь идти совершенно спокойно и как можно реже оборачиваться по сторонам.