Дом, которого больше нет

Соль чуть не вылетел из своих туфель. Его так и распирало от счастья. Всё будет по-другому! После этого корпоративного ада у Соля наконец начнется новая, мирная жизнь. Раньше боялся этих ужасных историй о призраках? Каждый день был на волосок от смерти, был вынужден работать на грани изматывания, бездумно рисковать своей жизнью? Это можно забыть! Сольым может заняться буквально чем угодно: хоть взять отпуск, хоть мирно отрабатывать свои будни в офисе, хоть встретиться… да, увидеть семью. В нерабочее время он больше не вынужден смотреть мультики, он снова может поискать свою вторую половинку и просто заняться тем, что он хочет! На спине словно выросли крылья, так в моменте стало легко. Соль испытал непередаваемое облегчение, сердце внутри стучало как об решетки. Соль широко раскрыл глаза, не сумев сдержать радость на лице. Он хотел падать и кружиться, он хотел бегать и прыгать. Он был готов хоть смеяться, хоть плакать. Он остановился на месте, приложив руки к груди. Надо успокоиться. Сердце вырывалось из рёбер. Новая жизнь. Он в безопасности, он не будет видеть то количество смертей, те реки крови и призраков, от которых кровь стынет в жилах. В тот же день Соль лег спать со странным ощущением. Внутри творилось что то неведомое ему. Он проверил двери, окна, плиту, мессенджеры, лег на свою кровать. Было неудобно, спать он никак не мог. Каждая мышца была натянута до напряжения, мозг не мог позволить себе отдых, а постель казалась тверже бетона. Сольым отложил подушку и подложил под голову руку, укрылся по пояс одеялом. Было неуютно. Он повернул голову на бок и увидел брелок кролика на тумбочке. — Спокойной ночи, Браун. Глаза той ночью так и не закрылись.

***

Эта дорога… Она была его? Соль встретился со своей семьей, но увидив их, не почувствовал и толики того, что ощущал при работе со своими коллегами или в разговоре с другом. Может, это и есть оно, семейные узы? Логично, что Солю это чувство кажется непонятным. Он ведь так долго был один. Нет, не совсем один, скорее без семьи. Нет, не так, он давно не был без кровной семьи. Шли недели и Соль уже не был так уверен. Его терзали сомнения. Семья относилась к нему как раньше, они определенно были живыми людьми и никак не программой, но в то же время Солю казалось, что они стали ему наименее родными. У него обливалось кровью сердце при этих мыслях, но так оно было. Они были ему родными до попадания в истории о призраках, они были родными в его воспоминаниях, но сейчас, к этому Солю, они просто хорошо относились. Сам Соль, как бы не хотел, не ощущал к ним того же самого. Он думал о том, рассказать ли, где был, что пережил, чтобы наладить семейные отношения. Но в то же время он не мог ни их заставить это слушать, ни себя заговорить. Ведь его семья имела брата и сына, но сейчас, возможно, уже нет. Они, должно быть, еще любили Ким Сольыма, но он им уже не был. Именно тогда Соль признал сам для себя, что остался один. В мире крипипасты своих близких он оставил, а с другими, в своем родном мире, не мог быть целиком откровенен. Всё закончится именно так? Слезами? Соль сидел в этот вечер в доме своих родителей, но чувствовал себя как никогда одиноко. Он вспоминал свои первые дни в компании, как он выжил в метро, как выжил на тв-шоу Брауна, как горько плакал в парке аттракционов, как завел своего первого настоящего друга. Соль вспоминал этих людей с теплом и это самое тепло потекло по его щекам. Ведёт себя как ребёнок. Он хотел их увидеть, он хотел чтобы всё у них было хорошо. Соль обессиленно уткнул горячие от слёз глаза в рукава. Он их оставил. А они ему это разрешили. Приближались тихие шаги. — Хён? Ты идешь есть мясо? Его младший приоткрыл дверь? — Хён? Соль незаметно вытер рукавом глаза и поднял лицо. Он скрыл в голосе свои чувства. — Попозже подойду, начинайте без меня. — Хён… Пойдем проедемся. А? — Тебе куда-то надо? — Сейчас вечер, хочу просто проехаться. Здесь слишком спокойно и тихо.

***

За рулем Соль невольно вспоминал свою миссию в бюро. Он потянулся к радио, включил, но знакомого голоса ведущего не последовало. Сзади не сидел призрак. На переднем сидении сел его младший брат. Он открыл окно и сказал ехать по пригородным улочкам, где почти не встречалось зданий. Именно тогда на радио заиграла одна душераздирающая композиция. Эта скрипка словно проходилась по самому сердцу Соля и измельчала его душу на терке. Соль прибавил скорости и газу. Руль держался не так крепко, руки вертели его из стороны в сторону. — Соль!! Хён! У тебя разбито сердце? Что-то на работе? Что с тобой? Соль круто повернул на повороте, чуть не врезавшись в чей-то дом, и по щеке снова скатилась слеза. Он смотрел на темно-синее небо с серебряной луной и вдыхал вечерний ветер с ароматом листвы. Спидометр уже перешел за отметку в сто километров. — Тормози, мы же не на трассеее!!!! — Слушай, — Соль остановился посреди дороги, – Прости. Поехали я отвезу тебя домой. — А ты куда..? — Мне нужно найти другую работу. — Как знаешь… Уже медленней, они ехали обратной дорогой, после того как развернулись в неположенном месте. Радио всё также громки било по ушам. — Соль. Я не знаю что с тобой случилось, но я хочу тебе сказать, что мы с семьей любим тебя и переживаем. Ты всегда можешь поделиться тем, что тебя ест. — Точно? Вы меня любите? — Соль остановился и положил голову на руль, повернул лицо. На нем застыло до странного измотанное выражение, — За что? Давайте я просто пойду на работу, ладно? — Хён, тебе необязательно быть с нами. Ты достаточно взрослый для того чтобы жить сам, самому выбирать себе друзей, влюбляться. Нам неловко от того, что ты выглядишь в нашем присутствии как мертвяк. Соль отвернулся и уткнулся в руль. Тот засигналил посреди пустой дороги. — Хён, ты даже не можешь при нас искренне улыбнуться или заплакать. Ты не обязан быть с нами. Если не послушаешь, я тебе и чапалах могу дать, чтобы обдумал получше. — Ты можешь больше не увидеть своего неблагодарного Хёна. — Ты так говоришь, словно на Марс собрался. Не вали на себя так много. — Я уже давно об этом думал. Слушай. С утра, наверно, я уйду на собеседование. — Хорошо, — только тогда мелкий потянул руку выключить радио, — если ты так хочешь, делай.

***

Камера? Почему кто-то снимает в таком месте, быть может это прибор ночного видения, или … В следующий момент камера щелкнула и из нее пулей вылетел снаряд. Быстрее чем Сахён успел подумать, он упал назд на пол, хватаясь руками за пол. Прямо перед его носом над ним пролетела… цепь? Нет, это больше похоже на неприлично длинный рукав. Он остановился только у стены. Сахёну пришлось вывернуть голову и чуть ли не стать на мостик, чтобы не упустить эту лапищу из вида. Та установилась аккурат у портретов на стене и как в замедленной съемке повернулась на него. Надо бежать. То ли позти, то ли подниматься на ноги. Молниеносно Сахён вскочил и выбежал в коридор. Он за считанные секунды добрался до противоположного конца этажа и вбежал в лифт, Сахён остервенело нажимал на кнопку закрытия дверей, но всё безрезультатно. — Быстрее, быстрее… Наконец двери сдвинулись с места. Их остановили белые перчатки, теперь немного грязные. Руки нечеловеческого размера раздвинули двери обратно. Смайлик на экране носил улыбку. Двери снова попытались закрыться, но сумасшедший ведущий попридержал их. Улыбка на экране горела неизменно. Чудовище повертело головой, словно довольный кот. — Ты правда думаешь, что я тебя не догоню? Сахён уже не сомневался. Он стал шницелем на чьем-то приеме пищи и едва ли обед сумеет спастись.

***

Тем временем Соль снова очутился на приеме дди. — Новый сотрудник? Проходите. К нашему эйчару. Сначала всё было так прилично, как это возможно. Чуть позже уже возникли и первые трудности. — Блять! Я страж дди границы, ты есть бандит. Открывай карманы, гастарбайтер. Соль не успел достать вещи, как в его карманы потянули руки. — Это что? Сигара? КОНТАРБАНДА!! Блять, за хуй вцепились. — Это что есть? Сука, за решетку!!! Охрана, то террорист, какой в жопу новичок!!! Собеседование окончено! В голове Соля была только две мысли. “Квака придется пустить на консервы” “Слава Богу Браун это не видит”