Часть 2 Пробуждение в объятиях
8 июля 2026 г., 16:59
Прошло еще около двадцати минут. Лучи солнца успели забраться выше, теперь они полностью заливали кровать, превращая одеяло в подобие светящегося облака. Алёна так и не уснула; она продолжала лежать на боку, подперев голову рукой, и безотрывно любовалась своей спящей девушкой. Ей нравилось изучать каждую деталь: маленькую родинку возле уха, изгиб бровей, длинные ресницы, которые сейчас начали мелко дрожать.Женя медленно возвращалась в реальность. Под ее закрытыми веками задвигались зрачки, она сладко, со звуком вздохнула и потянулась всем телом, словно ленивая кошка после долгого полуденного сна. Ее пальцы судорожно сжали край одеяла, а затем она медленно, с неохотой приоткрыла свои сонные, подернутые туманом глаза. Первое, что она увидела перед собой — это внимательный, полный безграничной любви взгляд Алёны.— Доброе утро, соня, — голос Алёны после сна звучал непривычно низко, с приятной, бархатистой хрипотцой. Она протянула руку и ласково провела ладонью по линии челюсти Жени, задерживая большой палец на ее нижней губе.— М-м-м... — Женя издала неопределенный, но явно довольный звук. Ее глаза снова на мгновение закрылись, а на лице расплылась сонная, блаженная улыбка. — Самое лучшее утро на свете. Который час?— Еще рано, — прошептала Алёна, продолжая перебирать темные шелковистые пряди. — Мы можем никуда не спешить еще как минимум целый час.Эти слова подействовали на Женю как лучшее приглашение. Она резко, но при этом невероятно плавно придвинулась ближе к Алёне, полностью ликвидируя то небольшое расстояние, что разделяло их. Женя перекинула свою обнаженную ногу через бедро Алёны, тесно переплетаясь с ней конечностями, а свои руки замкнула на ее талии, утыкаясь носом прямо в изгиб шеи Алёны.Алёна тут же крепко обняла ее в ответ, укрывая их обеих одеялом до самого подбородка. Это были те самые долгие, ленивые утренние объятия, в которых не нужно было ничего говорить. Они просто лежали, тесно прижавшись друг к другу, чувствуя кожей бешеное, но синхронное биение двух сердец. Женя периодически оставляла короткие, хаотичные поцелуи на шее и ключицах Алёны, заставляя ту судорожно вздыхать и сильнее сжимать руки на ее спине. Каждое прикосновение в этой утренней тишине казалось обостренным, почти интимным, связывающим их невидимыми, но прочными нитями.
