Три года войны, одна ночь перемирия

Исии уже три года соперничает с Рё, постоянно сталкиваясь во всех возможных аспектах — споры, физические конфликты, соревнования, гонка в учебном плане. Это бесконечная битва. Но теперь всё изменилось. Исии и Рё оба оказались пойманы из-за ссоры и отстранены на неделю. Родители Исии, как и родители Рё, решили, что наилучшим решением станет провести эту неделю вместе в доме Ноа, чтобы подростки осознали последствия своих поступков. Рё стоит в гостиной, скрестив руки, его привычная чёрная куртка спокойно свисает с плеч, а растрёпанные чёрные волосы закрывают глаза. Его выражение остается неизменным — раздражение, вызов и готовность вступить в спор даже по пустякам. Он смотрит на девушку с явным недовольством вынужденной близости. – Чёрт возьми, великолепно. Целую неделю с тобой, – ворчит он, голосом, полным досады. – Держись подальше. Мне плевать, что сказали твои родители - это твоя неразбериха, а не моя. Его осанка напряжена, каждый его жест кричит о вызове. Он делает шаг вперёд, глаза пылают от злости, словно подзывая Исию сделать первый шаг. Атмосфера между ними густая от давнего соперничества, и ни один из них не собирается уступать. Эта неделя обещает быть настоящим кошмаром. Ноа закатывает глаза и делает шаг навстречу, не отводя упрямого взгляда от его лица. – Моя неразбериха? Ты первый начал эту ссору, так что не строй из себя невинную жертву. Кухня в той стороне — если проголодаешься, готовь себе сам. И только попробуй зайти в мою комнату, я за себя не ручаюсь. Рё усмехается, его карие глаза сверкают вызовом. Он делает ещё один шаг ближе, сокращая расстояние между ними до неприличия малого. Его дыхание становится чуть более тяжёлым от сдерживаемого раздражения. – Ха! Я начал? Ты сама довела меня до этого. – Он резко разворачивается, его куртка развевается от движения, и направляется к дивану, небрежно бросаясь на него. – И можешь не волноваться насчёт твоей драгоценной комнаты. Мне и так тошно от одной мысли находиться здесь, не то что лезть в твои личные вещи. Он откидывается на спинку дивана, закинув руку за голову, его поза нарочито расслабленная, но в каждой линии его тела читается напряжение. Взгляд скользит по гостиной, словно оценивая территорию противника. – Родители сказали – неделя. Семь дней этого ада. Чудесно просто, – бормочет он себе под нос, но достаточно громко, чтобы Ноа услышала. – Может, хоть телевизор тут нормальный... *** День сменился тихим вечером. Приняв душ, Исии набросила на тело воздушную ночную сорочку, что держалась лишь на тонких ниточках бретелей. Босая, она вышла в полумрак кухни и наполнила свою любимую чашку горячим чаем, вдыхая ароматный пар. Рё сидел на диване, читая какую-то книгу, похоже триллер. Когда услышал шум на кухне, он обернулся через плечо, и его взгляд невольно задержался на девушке. На долю секунды его обычная маска раздражения дрогнула – глаза слегка расширились при виде короткой ночнушки, обнажающей её ноги. Он быстро отвернулся, чувствуя непривычное тепло, поднимающееся к щекам. – Чёрт... Ты что, серьёзно? – пробормотал он, пытаясь сосредоточиться на экране телевизора, но его взгляд предательски скользнул обратно. – Могла бы хоть что-то более приличное надеть, раз уж мы вынуждены делить одно пространство. Девушка пропустила мимо ушей его замечание. Он резко встал с дивана и направился к холодильнику, явно пытаясь отвлечься. Проходя мимо неё, он старательно пытался не смотреть в сторону Исии. Напряжение в воздухе стало ещё более ощутимым. Рё открыл холодильник и уставился в него, не особо понимая, что ищет. – Хотя, это же твой дом, делай что хочешь, – буркнул он, но в его голосе прозвучала нотка неуверенности, которой обычно не было. – Абсолютно, это моя территория – что хочу, то и творю, — Исии раздражённо вздохнула и устроилась за столом. Ткань сорочки слегка поползла вверх, лучше демонстрируя её бёдра, но она лишь спокойно сделала глоток чая. Рё достал из холодильника бутылку воды, закрыв дверцу чуть громче, чем требовалось. Обернувшись, он невольно бросил взгляд в её сторону и тут же пожалел об этом – подол ночнушки задрался ещё выше, обнажая бёдра. Его пальцы сжали бутылку сильнее, и он почувствовал, как горло пересохло. – Да ты просто издеваешься, верно? – выпалил он резче, чем планировал, отворачиваясь и делая несколько шагов к окну. Он сделал большой глоток воды, пытаясь остудить внезапный жар. В его голове крутились противоречивые мысли — раздражение смешивалось с чем-то ещё, чего он категорически не хотел признавать. Рё провёл рукой по волосам, делая их ещё более растрёпанными. – Знаешь что? Мне плевать. Делай что хочешь, – пробормотал он, но его голос звучал не так уверенно, как обычно. Он облокотился о подоконник, упорно глядя в темноту за окном, хотя его периферийное зрение предательски фиксировало каждое движение девушки. – Просто... просто пей свой чай и оставь меня в покое. – Чего-о? Я ж тебя даже не касаюсь, – непонимающе глядит на него Ноа. – Кажется, ты вчера башкой хорошо приложился, вот и несёшь всякую чушь. Рё резко обернулся, его карие глаза сверкнули от раздражения и чего-то ещё - смущения, которое он отчаянно пытался скрыть. Он сделал несколько шагов к столу, его челюсть напряглась. – Бредишь тут ты! – огрызнулся он, но в его голосе слышалась непривычная нервозность. – И это не от удара головой. Просто... блин, ты реально не понимаешь, как выглядишь? Он резко отвернулся снова, проводя рукой по лицу. Его уши слегка покраснели – деталь, которую он надеялся, что ты не заметишь в тусклом свете кухни. Рё подошёл к столу и плюхнулся на стул напротив Исии, демонстративно скрестив руки на груди и уставившись в стену.* – Забудь. Просто заканчивай свой чёртов чай и иди спать, – пробормотал он, его нога нервно притопывала под столом. – Чем быстрее этот день закончится, тем лучше. Осталось всего шесть дней этого кошмара... Несмотря на свои слова, он всё же украдкой бросил на неё быстрый взгляд, прежде чем снова отвести глаза. – Определённо, с головой беда, – пробормотала девушка еле слышно. – Мой вид не меняется, это ты наконец прозрел. – Поднявшись, она ополоснула кружку в раковине и направилась к столешнице, чтобы забрать телефон. Рё напрягся, когда Ноа встала и прошла мимо него к раковине. Его взгляд невольно скользнул вдоль её фигуры, задерживаясь на изгибах, которые подчёркивала короткая ночнушка. Он сглотнул, чувствуя, как сердце предательски забилось быстрее. – Всегда так выглядишь? Да я б заметил раньше, если бы... – он осёкся, понимая, что говорит лишнего. Рё резко поднялся со стула, его куртка соскользнула с плеча. – Неважно! Просто... чёрт возьми. Он подошёл ближе, оказавшись почти вплотную за спиной Исии, пока она тянулась за телефоном. Его дыхание стало тяжелее, и он сам не понимал, что им движет - раздражение или что-то совершенно иное. Расстояние между ними сократилось до минимума, и он мог уловить запах её шампуня. – Знаешь что? Может, у меня действительно крыша поехала, – прошептал он низким голосом прямо у её уха, его руки легли на столешницу по обе стороны от её талии. – От того, что приходится терпеть твоё присутствие двадцать четыре на семь. – Что ты делаешь?! – вырвалось у меня вместе с приглушённым вскриком. Прижатая им, я потеряла возможность развернуться и лишь упёрлась ладонями в столешницу. Рё замер, осознав, насколько близко он подошёл. Его дыхание участилось, и он почувствовал, как её тело напряглось под его близостью. Часть его кричала, чтобы он отступил, но другая – более упрямая и импульсивная - заставила его остаться на месте. – Я... я не знаю, – признался он хрипло, его голос звучал непривычно низко и неуверенно. – Ты меня бесишь. Постоянно. Три чёртовых года ты выводишь меня из себя, и теперь... Рё прижался к ней чуть плотнее, его тело полностью закрывало девушку со спины. Его руки на столешнице сжались в кулак, костяшки побелели от напряжения. Между ними повисла тяжёлая тишина, наполненная невысказанным напряжением. – Теперь я застрял здесь с тобой, и ты ходишь в этом... – его дыхание стало ещё более неровным. – И я не могу... блять, Исии..." Его рука медленно сползла со столешницы и легла на бедро Исии, пальцы слегка сжали мягкую кожу через тонкую ткань ночнушки. Он склонил голову ближе к её шее, его губы почти касались уха. – Мхх... – короткий стон сорвался с губ – когда его пальцы сжали бедро. Тело наполнилось чужим жаром и предательски задрожало, и девушка уже не различала, где страх, а где возбуждение. — Отойди, — не глядя, она повела рукой назад, пытаясь его отстранить. Попытка вышла жалкой. Будто Ноа и сама не хотела, чтобы он отходил. Рё почувствовал её слабую попытку оттолкнуть его, но она была настолько неубедительной, что только подстегнула его дальше. Стон эхом отозвался в его ушах, заставив что-то внутри него щёлкнуть. Его рука на её бедре скользнула выше, пальцы впились сильнее, оставляя лёгкие следы на коже. – Отойти? – усмехнулся он хрипло, его губы задели мочку её уха. – Ты же сама не очень-то стараешься меня оттолкнуть, Исии. Твоё тело говорит совсем другое... Он развернул девушку к себе одним резким движением, прижав спиной к столешнице. Его карие глаза потемнели от желания, которое он больше не мог скрывать. Рё навис над ней, его руки оказались по обе стороны от её тела, блокируя любой путь к отступлению. – Три года, Исии. Три чёртовых года мы друг друга ненавидели, – прошептал он, его лицо было всего в паре сантиметров от её. – Но знаешь что? Может, это была не совсем ненависть... Его взгляд упал на губы, и он медленно наклонился ближе, давая ей последний шанс остановить его. Тяжело дыша, девушка глядела ему прямо в глаза и чувствуя, как сердце бешено колотится. – Совсем с ума сошёл? Отойди от меня, Такеда... – Ложит руки ему на грудь, собираясь оттолкнуть, но пальцы невольно сжимают ткань его футболки. Рё почувствовал, как пальцы схватились за его футболку, и усмехнулся – торжествующе и одновременно немного безумно. Его дыхание смешалось с её в тесном пространстве между их лицами. – Не отойду, – прошептал он, его голос был низким и хриплым. Прижался ближе, его бёдра впечатались в её. Одна его рука скользнула вверх по её талии, задирая ночнушку ещё выше, в то время как другая крепко держала её бедро. Его губы зависли прямо над её губами, так близко, что она могла почувствовать тепло его дыхания. – Скажи мне остановиться, и я остановлюсь, – повторил он, но на этот раз его голос звучал как вызов. – Но ты должна сказать это так, будто правда хочешь... Рё впился взглядом в её глаза, ища в них хоть какой-то признак реального отказа. Его тело было напряжено как струна, готовое сорваться в любую секунду. Между ними повисла невыносимая пауза, наполненная электрическим напряжением трёх лет постоянных конфликтов и подавленного желания. – Остановись, – голос срывался, охваченный той же сладкой судорогой, что и всё её существо. Она судорожно стиснула его грудь, то ли отталкивая, то ли удерживая на грани. Рё замер, его глаза потемнели ещё сильнее. Он услышал её слово, но почувствовал совсем другое – её дрожащее тело, крепкую хватку на его футболке, прерывистое дыхание. Усмешка тронула его губы, но в ней было что-то хищное и опасное. – Ты хоть сама слышишь, как это звучит? – прошептал он насмешливо, его рука на её талии скользнула выше, большой палец очертил линию под грудью через тонкую ткань ночнушки. – Твой голос дрожит не от страха, Исии. И мы оба это знаем... Он не отступил. Вместо этого Такеда склонился ещё ближе, его губы едва касались её губ — дразнящий намёк, но не поцелуй. Его свободная рука оставила её бедро и скользнула вверх по спине к её шее, пальцы запутались в её волосах. – Последний шанс, – выдохнул он прямо в её губы, его самоконтроль висел на волоске. – Скажи мне остановиться так, будто ты действительно этого хочешь. Оттолкни меня по-настоящему. Потому что если ты этого не сделаешь... – Рё смотрел ей прямо в глаза, ожидая — провоцируя, бросая вызов. Его бёдра вдавились в неё с новой силой — и Ноа, словно разбуженная кошка, отозвалась изломом спины и пронзительным, томным стоном. Её стон и изгиб спины окончательно сорвали последние остатки самоконтроля Такеды. Что-то первобытное и голодное вспыхнуло в его глазах, когда он увидел её реакцию. – Вот именно, – прорычал он, и его губы наконец накрыли её губы в жёстком, требовательном поцелуе. Это не было нежностью — это была война, продолжение их трёхлетних баталий, только в совершенно другой форме. Его язык настойчиво проник в её рот, исследуя и завоёвывая, в то время как рука в её волосах крепко держала голову на месте. Другая рука скользнула под ночнушку, его горячие пальцы оставляли обжигающий след на коже Исии, поднимаясь всё выше к груди. Рё прижался всем телом, не оставляя между ними ни миллиметра пространства. Его возбуждение было очевидным, впечатываясь в её живот через тонкую ткань. Он оторвался от её губ только чтобы перевести дыхание, его лоб прижался к её лбу. – Три года я терпел твоё присутствие, – выдохнул он хрипло, его губы скользнули по её щеке к шее. – Три года ты меня бесила... но знаешь что самое худшее? – он укусил нежную кожу на изгибе шеи, оставляя след. – Я хотел этого чёртовски долго, Шидо. Томный стон стал ответом на укус и на волнующее давление его члена, вжимающегося в неё. Подчиняясь желанию, она прильнула к нему ещё теснее и откинула голову назад – безмолвное, покорное приглашение не останавливаться. Рё издал низкий гортанный звук, когда она прижалась к нему сильнее и открыла шею. Это была капитуляция, и он знал это. Его губы жадно впились в обнажённую кожу, оставляя дорожку поцелуев и укусов от ключицы до мочки уха. – Вот так-то лучше, – прорычал он между поцелуями, его рука под ночнушкой наконец достигла её груди, сжав её под тонким материалом. – Перестань сопротивляться тому, чего сама хочешь... Его бёдра непроизвольно толкнулись вперёд, создавая трение между их телами. Такеда застонал от этого ощущения, его зубы впились в её плечо чуть сильнее. Свободной рукой он схватил её за бедро и резко поднял, усаживая на край столешницы, встав между её ног. – Ты даже не представляешь, – прошептал он хрипло, – сколько раз я представлял, как заткну твой умный ротик именно так... Он снова поцеловал её, на этот раз медленнее, но глубже, его язык исследовал каждый уголок её рта. Его пальцы массировали её бёдра, постепенно раздвигая их шире, прижимаясь своим возбуждением прямо туда, где она нуждалась в нём больше всего. Она отвечала на его поцелуй с неутолимой жаждой, словно пыталась напиться им. Пальцы одной руки запутались в его волосах, сжимая и притягивая ближе, а ноготки второй — скользили по спине, оставляя на разгорячённой коже дорожки трепетного удовольствия. Рё зашипел от боли и удовольствия, когда её ногти прочертили царапины по его спине через футболку. Этот болевой укол только больше распалил его желание. Он оторвался от поцелуя, его губы покраснели и распухли, глаза затуманены страстью. – Чёрт, – выдохнул он, впиваясь взглядом в её лицо, изучая каждую деталь её возбуждённого состояния. – Ты выглядишь чертовски горячей, когда не пытаешься меня убить... Его руки скользнули к краю её ночнушки, и одним резким движением он стянул её через голову, бросив куда-то в сторону. На мгновение Рё замер, его взгляд жадно скользил по её обнажённому телу, задерживаясь на груди. – Три года, – повторил он хрипло, его руки легли на её бёдра, большие пальцы рисовали круги на внутренней стороне. – Три чёртовых года я хотел увидеть тебя вот так... потерянной, жаждущей... Рё наклонился, его губы обхватили один из её сосков, язык дразнил чувствительную кожу. Одновременно его рука скользнула между её ног, пальцы проскользнули под край трусиков, едва касаясь влажного тепла. – Уже такая мокрая для меня, – усмехнулся он против её груди, его пальцы медленно, мучительно медленно начали гладить её через тонкую ткань. – И это всё для твоего заклятого врага, Исии? Как не стыдно... С губ срывались лишь бессвязные, хрипловатые стоны — долгое, протяжное «Ахх...» заполнило собой тишину комнаты. Она уже едва соображала, что говорит; тело жило своей жизнью, реагируя на каждое, даже самое мимолётное касание. Но когда он склонился к её обнажённой груди и начал легонько покусывать — медленно, чувственно, с каким-то ленивым торжеством наблюдая за её реакцией, — терпение окончательно лопнуло. – Хватит уже... мучать меня, – жалобно, почти по-щенячьи проскулила она. В этих словах звучала не боль, а с трудом сдерживаемое желание, грань между мукой и восторгом, которую он так безжалостно и умело стирал. Рё усмехнулся против её кожи, довольный её мольбами. Его зубы аккуратно сжались вокруг её соска, заставляя её выгнуться ещё сильнее. – Мучать тебя? – прорычал он, отпуская грудь и поднимая взгляд на её лицо. – О, детка, я только начал... Три года ты мучила меня, так что теперь моя очередь. Его пальцы под трусиками стали двигаться более уверенно, один скользнул внутрь, проверяя её готовность. Рё застонал от того, насколько мокрой она была для него. Его свободная рука поднялась к её лицу, большой палец провёл по её распухшим губам. – Но знаешь что? – его голос стал ниже, более хриплым. – Я тоже больше не могу терпеть... Резким движением Рё стянул с неё трусики, позволяя им упасть на пол. Его руки схватили её за бёдра, притягивая к самому краю столешницы. Он отступил на секунду, чтобы расстегнуть джинсы, его взгляд не отрывался от её тела. – Скажи мне, что ты этого хочешь, – потребовал он, его член уже освободился из джинсов, твёрдый и готовый. – Скажи, что хочешь меня. Скажи это вслух, Исии. Он встал между её ног, кончик его члена едва касался её входа, дразня, но не входя. Рё держал её взгляд, требуя ответа. Слова почти застряли в пересохшем горле. – Я хочу тебя, – прошептала она, не узнавая собственный голос — такой тихий, но наполненный таким откровенным голодом, что он дрожал. Пальцы судорожно впились в его плечи, словно она боялась, что он исчезнет, не дослушав. Но тишина и недосказанность стали невыносимы, и внутри что-то сломалось, лопнуло, выпуская наружу всё скопившееся напряжение. Она вздрогнула всем телом и, запрокинув голову, почти прокричала срывающимся голосом: – Я хочу, чтобы ты меня трахнул! – В этом вскрике звенела уже не просьба, а приказ, отчаянное требование не медлить больше ни секунды. Её слова стали последней каплей. Рё издал низкий рык удовлетворения, его глаза вспыхнули торжеством и необузданным желанием. – Наконец-то, – прорычал он и одним мощным толчком вошёл в неё полностью, не давая времени привыкнуть. Его руки впились в её бёдра так сильно, что наверняка оставят синяки. Рё застыл на мгновение, его лоб прижался к её лбу, дыхание сбилось. Ощущение её стенок, обхватывающих его член, было почти невыносимым. – Чёрт... ты такая узкая, – выдохнул он хрипло, его пальцы массировали её кожу. – Три года я представлял, как это будет... но реальность лучше любых фантазий. Не дождавшись её разрешения, Рё начал двигаться — медленно сначала, выходя почти полностью и снова входя глубоко. Каждый толчок был наполнен всей накопившейся за годы фрустрацией и желанием. Его губы нашли её шею, покрывая её жадными поцелуями и укусами. – Ты моя теперь, – прошептал он между толчками, его темп постепенно ускорялся. – Моя соперница, моя головная боль... моя. Одна его рука скользнула между их телами, найдя её клитор и начав массировать его в такт движениям бёдер. Стол под ней начал скрипеть от интенсивности. — Ах... — громкий, ничем не сдерживаемый стон вырывался из её груди при каждом его глубоком, размеренном толчке. Звук этот заполнял всё пространство, отражаясь от стен, но ей было уже всё равно. Она прижималась к нему всё крепче, словно пытаясь врасти в его тело, раствориться в этом жадном ритме. Пальцы её вцепились в его плечи, сминая тонкую ткань футболки; ногти прочерчивали по ней горячие полосы, оставляя заломы на влажной от пота материи. А голова сама собой откидывалась назад — безвольно, обнажая трепещущую шею, подставляя её невидимым поцелуям воздуха. В этом жесте было всё: и полная капитуляция перед наслаждением, и безмолвная мольба не останавливаться. Рё зашипел от боли, которую причиняли её ногти, но это только подстегнуло его. Он схватил её за подбородок, заставляя смотреть прямо на него. – Смотри на меня, – прорычал он требовательно, его толчки стали жёстче, глубже. – Хочу видеть твоё лицо, когда ты кончаешь на моём члене. Его пальцы на клиторе двигались быстрее, создавая идеальное трение. Другая рука скользнула под неё, приподнимая её бёдра под лучшим углом, позволяя ему входить ещё глубже. Стол под ними опасно заскрипел, но Рё было всё равно. – Ты чувствуешь это? – выдохнул он между толчками, его голос стал ещё более хриплым. – Чувствуешь, как идеально ты подходишь мне? Как будто твоё тело создано для моего члена... Рё прижался губами к её губам, поглощая её стоны в глубоком, грязном поцелуе. Его язык доминировал, требовал подчинения точно так же, как его тело владело её телом. Темп стал почти безжалостным — он трахал её с накопленной за три года яростью и страстью. – Кончи для меня, – прошептал он против её губ, его пальцы на клиторе нарисовали особенно чувствительный круг. – Покажи мне, как сильно твоё тело меня хочет, Исии. Позвоночник изогнулся в крутую дугу — так резко и сильно, что мышцы заныли от напряжения. Грань между болью и удовольствием стёрлась окончательно, и именно в этот момент её настиг оргазм — мощный, всепоглощающий. Она кончила, содрогаясь всем телом, и протяжный, сорванный стон выплеснул в тишину всю ту бурю, что бушевала внутри. Её оргазм запустил цепную реакцию. Рё почувствовал, как её стенки сжались вокруг него в конвульсиях, и это ощущение было настолько интенсивным, что его собственный контроль рухнул. – Ебать, – прорычал он, его движения стали хаотичными, отчаянными. – Исии... чёрт... С последним глубоким толчком Рё замер, его тело напряглось как струна. Он кончил внутрь неё с низким стоном, его лицо зарылось в изгиб её шеи. Его руки крепко держали её, не позволяя упасть, пока волны удовольствия прокатывались по его телу. Несколько мгновений они оба просто дышали тяжело, прижавшись друг к другу. Рё медленно поднял голову, его карие глаза встретились с её глазами. На его лице промелькнуло что-то похожее на уязвимость, но он быстро прикрыл это своей обычной ухмылкой. – Ну что, – прохрипел он, всё ещё внутри неё, – это было... не так уж отвратительно. Его пальцы нежно провели по её спине, совершенно контрастируя с его словами. Рё поцеловал её плечо, почти мягко, прежде чем медленно выйти из неё. Он помог ей спуститься со стола, придерживая за талию. – Не смотри на меня так, – пробормотал он, отводя взгляд и натягивая джинсы. – Это ничего не значит... просто... разрядка напряжения. – Ага, конечно, –выдохнула она с усмешкой, в которой смешались усталость, нега и лёгкая ирония. До сих пор обнажённая, раскрасневшаяся, она вцепилась в него обеими руками, чтобы не рухнуть на подкашивающихся ногах. Её колени предательски дрожали, а бёдра подрагивали в такт затихающим отголоскам оргазма — тело всё ещё отказывалось подчиняться, живя своей собственной, томной жизнью. Такеда почувствовал, как она дрожит в его руках, и его хватка на её талии инстинктивно стала крепче. Он посмотрел на неё сверху вниз, и в его глазах промелькнуло что-то похожее на беспокойство, которое он тут же попытался скрыть за раздражённым выражением лица. – Тц, не можешь даже стоять? – проворчал он, но его руки осторожно поддерживали её. – Я что, так сильно тебя измотал? Несмотря на свои слова, Рё наклонился и подхватил её на руки одним плавным движением. Он понёс её к дивану в гостиной, стараясь не смотреть на её обнажённое тело слишком долго — хотя его взгляд всё равно блуждал. Он усаживает её на диван и тут же отворачивается, чтобы найти что-нибудь, чем её прикрыть. – Не могу же я оставить тебя голой... родители могут вернуться. Он схватил плед с соседнего кресла и накинул на неё, его движения были почти заботливыми, хотя выражение лица оставалось надутым. – И не думай, что это что-то меняет между нами, – добавил он, садясь рядом, но сохраняя некоторую дистанцию. – Мы всё ещё соперники. Просто... соперники, которые иногда... Рё замолчал, не закончив предложение, и неловко потёр затылок. – Трахаются вместе, – закончила она за него фразу, и в голосе скользнула тёплая, чуть усталая усмешка. Поежившись от прохлады, девушка плотнее закуталась в плед, утопая в его мягких складках почти до самого подбородка. – Можешь сходить в ванную и принести с полки противозачаточные? Рё замер на секунду, его глаза расширились от её слов. Он резко покраснел, что было редкостью для него, и отвернулся, пытаясь скрыть свою реакцию. – Ч-что? Противозачаточные? – он встал с дивана так резко, что чуть не споткнулся. – Ты серьёзно? Блять... я даже не подумал... чёрт! Рё провёл рукой по лицу, явно нервничая. Его обычная самоуверенность куда-то испарилась, заменившись беспокойством. Он направился к ванной быстрым шагом, бормоча себе под нос. – Идиот... как я мог быть таким безответственным... Через минуту он вернулся с упаковкой противозачаточных таблеток и стаканом воды. Такеда протянул их ей, всё ещё избегая прямого зрительного контакта, его щёки горели. – На, – пробормотал он, садясь рядом немного ближе, чем раньше. – Прости... я должен был подумать об этом раньше. Я просто... потерял голову. Он неловко почесал затылок, его взгляд скользнул по её лицу, прежде чем снова отвернуться. – Если что-то случится... я... я возьму ответственность, – добавил он тихо, его голос был непривычно серьёзным. – Не то чтобы что-то случится, просто... на всякий случай. – Ответственность он возьмёт... – протянула она с лёгкой, почти неуловимой насмешкой в голосе. Брови её чуть приподнялись, а губы тронула скептическая улыбка. Она ловко забросила таблетку в рот, сделала глоток воды и, глядя на него с искорками вызова в глазах, добавила. – Скажи ещё, что женишься на мне. Рё чуть не подавился воздухом от её слов. Его лицо моментально вспыхнуло ещё ярче, и он уставился на неё с выражением паники и смущения. – Ж-жениться?! – выкрикнул он, вскакивая с дивана. – Ты совсем охренела? Кто вообще говорил о свадьбе?! Несмотря на его бурную реакцию, в глубине его карих глаз промелькнуло что-то странное — будто эта мысль не была ему настолько отвратительна, как он пытался показать. Рё отвернулся, скрестив руки на груди в защитной позе. – Это был просто секс, ладно? – проворчал он, но его голос звучал менее убедительно, чем обычно. – Не надо делать из этого что-то большее. Мы просто... разрядили напряжение между нами. Он бросил на неё быстрый взгляд через плечо, его челюсть напряглась. – Хотя... – пробормотал он тише, почти себе под нос, – если бы теоретически что-то случилось... я бы не бросил тебя одну с этим. Я не такой ублюдок. Рё развернулся обратно к ней, его выражение было странной смесью раздражения и чего-то более мягкого. – Нам всего восемнадцать, чёрт возьми! Она со смехом рухнула на диван, приземлившись на спину и машинально придерживая плед у груди. Однако, увлёкшись, напрочь забыла о том, что ноги-то у неё тоже есть — и они предательски остались открытыми, вновь явив себя его взгляду во всей красе. Заметив это лишь мгновение спустя, она прижала ладонь ко рту и прыснула со смеху — легко, заливисто, совершенно не смущаясь. – Ты такой смешной, когда нервничаешь, – выговорила она сквозь смех, и глаза её сияли озорством. Рё замер, его взгляд непроизвольно скользнул по её обнажённым ногам, прежде чем он резко отвернулся, чувствуя, как кровь снова приливает к его щекам и... не только туда. Он сжал кулаки, пытаясь контролировать свою реакцию. – Заткнись! – рявкнул он, хотя в его голосе не было настоящей злости. – Я не нервничаю! И прикрой свои чёртовы ноги, ты что, специально меня дразнишь?! Несмотря на свои слова, Рё не мог удержаться от ещё одного взгляда. Звук её смеха делал что-то странное с его сердцем — оно билось быстрее, и ему это не нравилось. Или нравилось. Он сам не был уверен. – Ты... ты просто невыносимая, – пробормотал он, подходя ближе и натягивая плед обратно на её ноги, его пальцы случайно задели её кожу, отчего он снова дёрнулся. – Смеёшься надо мной после того, что мы только что сделали... Рё сел на край дивана рядом с ней, его взгляд стал мягче, когда он наблюдал за тем, как она смеётся. Уголок его рта непроизвольно дёрнулся в подобии улыбки. – А может, я тебя специально дразню, – произнесла она, вскинув на него лукавый взгляд, в котором плясали бесенята. Не дав ему опомниться, она чуть приподняла ногу и опустила её на его живот — прикосновение вышло лёгким, почти невесомым. А затем, не разрывая зрительного контакта, принялась медленно вести стопой вверх, сантиметр за сантиметром ощущая, как напрягаются мышцы под её пальцами. Рё резко втянул воздух, когда её нога коснулась его живота. Его мышцы напряглись под её прикосновением, и он схватил её лодыжку, останавливая движение вверх. Его глаза потемнели от желания, но в них также читалось предупреждение. – Исии, – прорычал он низким голосом, его хватка на её ноге была крепкой, но не грубой. – Ты играешь с огнём. Мы только что закончили, и ты уже хочешь ещё раунд? Несмотря на свои слова, его большой палец начал медленно поглаживать внутреннюю сторону её лодыжки, посылая мурашки по её коже. Рё наклонился ближе, его свободная рука легла на диван рядом с её головой, эффективно заперев её. – Ты такая дразнилка, – пробормотал он, его лицо было всего в паре сантиметров от её лица. – Думаешь, я не замечаю, что ты делаешь? Что ты пытаешься меня завести снова? Его взгляд скользнул по её губам, затем вернулся к глазам. Рё медленно провёл рукой по её ноге, от лодыжки к колену, его прикосновения были обжигающими. – Нам нужно быть осторожными... родители могут вернуться в любой момент, – прошептал он, но его действия противоречили словам — он явно не собирался останавливаться. По её телу снова пробежала дрожь — на этот раз не от холода, а от предвкушения, от той особенной близости, что вспыхнула между ними в одно мгновение. Она медленно, словно во сне, обвила его шею руками, притягивая к себе ближе. Губы почти касались его губ, когда она выдохнула едва слышный шёпот, горячий и многообещающий: – Их не будет до завтрашнего вечера... – Плед, забытый и ненужный, предательски скользнул вниз, обнажая грудь, но она даже не шелохнулась, чтобы поправить его. Рё застонал, когда почувствовал её руки на своей шее. Его взгляд упал на её обнажённую грудь, и последние остатки его самоконтроля испарились. Он провёл языком по губам, его дыхание участилось. – До завтрашнего вечера? – повторил он хрипло, его глаза потемнели от вожделения. – Значит, у нас есть целая ночь... Его рука скользнула вверх по её ноге под пледом, пальцы оставляли жгучий след на коже. Рё прижался губами к её шее, целуя и покусывая нежную кожу, оставляя новые отметины рядом с теми, что уже были. – Ты понимаешь, что ты делаешь со мной? – пробормотал он между поцелуями, его свободная рука легла на её грудь, большой палец провёл по соску. – Я не смогу остановиться... не теперь, когда знаю, какая ты на вкус. Рё оторвался от её шеи, чтобы посмотреть ей в глаза. В его взгляде была смесь желания и чего-то более глубокого — возможно, нежности, которую он отчаянно пытался скрыть. – Если мы продолжим... я буду трахать тебя всю ночь, – прошептал он, его голос был полон обещания. – Ты готова к этому? – Да... – выдохнула она в стоне, и в этом коротком слове было всё: и согласие, и нетерпение, и вызов. Подавшись вперёд, она впилась в его губы с намерением взять верх — настойчиво, глубоко, пытаясь задавать ритм и вести за собой. Но он не позволил. Его ответ был мгновенным и твёрдым: он перехватил инициативу, подавляя её напор своим, и её попытка доминировать растаяла в этом новом, более властном поцелуе. Рё усмехнулся в поцелуй, чувствуя её попытку доминировать. Он крепко схватил её за запястья и прижал их над головой одной рукой, его язык властно вторгся в её рот, не оставляя никаких сомнений в том, кто здесь главный. – Мм-мм, – промычал он в поцелуй, отстраняясь ровно настолько, чтобы прошептать у её губ. – Хорошая попытка, но я тут главный. Запомни это. Его свободная рука грубо сжала её грудь, прежде чем скользнуть ниже по животу. Рё укусил её нижнюю губу, затем спустился поцелуями по подбородку к шее, его зубы оставляли красные следы на коже. – Сначала я возьму тебя здесь, на диване, – прорычал он, его рука добралась между её ног, пальцы дразняще провели по чувствительной коже. – Потом на кухонном столе... в душе... в твоей кровати... Рё отпустил её запястья только для того, чтобы полностью стянуть с неё плед, обнажая всё её тело его голодному взгляду. Его глаза потемнели от вожделения. – Я сделаю так, что ты будешь кричать моё имя так громко, что все соседи услышат, – пообещал он, устраиваясь между её ног. – И к утру ты даже не вспомнишь, что когда-то меня ненавидела. Лицо её залилось алым — щёки пылали так, что, казалось, к ним можно было прикурить. Каждое его слово, каждый слетевший с его губ звук лишь подбрасывал дров в этот пожар, разгоняя кровь быстрее и делая желание почти невыносимым. Не в силах больше ждать, она просунула ладони под его футболку — пальцы скользнули по горячей коже живота, пробрались выше, и в этом молчаливом, но красноречивом жесте читалась отчаянная просьба: сними. Рё ухмыльнулся, увидев её румянец и почувствовав её руки под его футболкой. Он откинулся назад и одним резким движением стянул футболку через голову, обнажая свой подтянутый торс с чёткими мышцами пресса. На его груди виднелись царапины, которые она оставила ранее. – Нравится вид? – насмешливо спросил он, бросив футболку на пол. – Можешь трогать сколько хочешь. Всё равно через пару минут ты будешь слишком занята стонами. Он снова навис над ней, его обнажённая кожа прижалась к её коже. Такеда провёл языком по её ключице, спускаясь ниже к груди, его рука тем временем скользнула между её бёдер. – Ты уже такая мокрая для меня, – прошептал он, его пальцы начали медленно дразнить её вход. – Твоё тело такое честное... даже если ты пытаешься притворяться крутой. Рё впился зубами в её сосок, лаская его языком, в то время как один палец проник внутрь неё, заставляя её спину выгнуться. Его большой палец нашёл её чувствительную точку и начал рисовать медленные круги. – Скажи, как сильно ты меня хочешь, – потребовал он, добавляя второй палец и углубляя движения. – Я хочу услышать, как ты умоляешь. Позвоночник изогнулся дугой, и она застонала — низко, томно, не в силах сдерживать рвущееся наружу желание. – Прошу... трахай меня всю эту ночь... – проскулила она, и голос её был полон такой отчаянной, беззащитной мольбы, что эти слова прозвучали как самое сокровенное признание. Её ногти судорожно вонзились в его спину, царапая и оставляя пылающие полосы — будто так она могла удержать его, заставить не останавливаться ни на секунду. Рё зарычал от удовольствия, чувствуя, как её ногти впиваются в его спину. Боль только усиливала его возбуждение. Он резко вытащил пальцы, заставив её застонать от неожиданности и разочарования. – Вот так-то лучше, – прошипел он, его голос был низким и хриплым от желания. – Мне нравится слышать, как ты умоляешь. Рё быстро избавился от своих штанов, его эрекция уже была готова. Он схватил её бёдра и притянул её ближе к краю дивана, устраиваясь между её ног. Его кончик дразняще провёл по её входу. – Запомни эту ночь, Исии, – прорычал он, его глаза горели первобытной страстью. – Потому что после этого ты будешь только моей. Одним резким толчком он вошёл в неё полностью, не давая времени на адаптацию. Рё застонал от того, как туго она его обхватывала. Его пальцы впились в её бёдра, наверняка оставляя синяки. – Чёрт... ты идеальная, – выдохнул он, начиная двигаться в жёстком ритме. – И полностью моя. Только моя. Он наклонился, захватывая её губы в грубый поцелуй, его язык доминировал над её языком, пока его бёдра безжалостно вбивались в неё, заставляя диван скрипеть от каждого толчка. ​