Как я полюбил лето

Глава третья. Не сразу. И в этот самый момент за окном негромко хлопнула соседская калитка. По деревянному крыльцу раздались неторопливые шаги. Дверь открылась. На пороге появился тот самый парень. Теперь на нём уже была свободная светлая футболка, которая почти скрывала широкие плечи, и тёмные джинсы. Влажные волосы всё ещё не успели высохнуть до конца, несколько прядей небрежно падали на лоб. В одной руке он держал небольшой пластиковый контейнер. В другой — отвёртку. Тэхён невольно задержал взгляд. “Он что… даже с отвёрткой ходит?” — Бабуль, — спокойно произнёс парень, снимая обувь у входа. — Ты опять забыла. Он протянул соседке контейнер. — Ой… Женщина хлопнула себя ладонью по лбу. — Совсем из головы вылетело. — Я заметил. Он едва заметно улыбнулся. — Хорошо, что ты у меня есть, — ласково сказала она, забирая контейнер. Сан только кивнул, словно подобное происходило далеко не впервые. Он уже собирался пройти дальше, когда случайно встретился взглядом с Тэхёном. На мгновение замер. Совсем ненадолго. Будто пытался понять, чего ожидать. Потом спокойно кивнул. — Ещё раз привет. — Привет, — так же коротко ответил Тэхён. Повисла небольшая пауза. Юнги перевёл взгляд с одного на другого. Потом вдруг довольно ухмыльнулся. — Так вы уже поздаровались? Тэхён и Сан одновременно посмотрели на него. — Ну… — Юнги вопросительно приподнял брови. — Судя по тому, что вы оба не выглядите удивлёнными. Тэхён тихо кашлянул. — Случайно. — Очень случайно, — невозмутимо подтвердил Сан, опускаясь на свободный стул. Что-то в его голосе заставило уголки губ Тэхёна едва заметно дрогнуть. Юнги прищурился. — Мне уже нравится слово “случайно”. — И правильно, — спокойно сказал Сан, беря стакан с водой. — Потому что обычно после него начинаются длинные истории. — Так рассказывайте. — Не сегодня. Он сделал небольшой глоток воды, будто этим разговор и закончился. Юнги обречённо вздохнул. — Опять интригу напустил… — Любопытство полезно для мозга. — А я думал, книги. — И книги тоже. Тэхён молча наблюдал за ними. Странно. Они разговаривали так, словно знали друг друга всю жизнь. Без лишних слов. Без попыток казаться смешнее или умнее. И почему-то именно это цепляло сильнее всего. Он снова посмотрел на Сана. Тот уже о чём-то спокойно разговаривал с бабушками, попутно вертя в пальцах отвёртку. Совершенно обычный. И совершенно непонятный. Тэхён сам не заметил, как задержал взгляд чуть дольше положенного. В этот момент Сан поднял голову. Их глаза снова встретились. На этот раз первым взгляд отвёл именно Тэхён. *** Утро наступило слишком быстро. Тэхён даже не помнил, в какой момент уснул. Кажется, он собирался разобрать чемодан. Сначала где-то совсем рядом громко закукарекал петух. Следом залаяла соседская собака. Кто-то хлопнул калиткой. По улице с характерным тарахтением проехал старенький мопед. А потом сразу несколько голосов пожелали друг другу доброго утра. Тэхён медленно приоткрыл глаза. Несколько секунд он просто смотрел в деревянный потолок, пытаясь понять, где находится. Лишь потом потянулся к телефону. 06:21. — Это вообще законно?.. — сонно пробормотал он, снова уткнувшись лицом в подушку. В Сеуле в это время город только начинал просыпаться. Здесь же, казалось, половина села уже успела прожить маленькую жизнь. Полежать дольше всё равно не получилось. Из кухни уже доносился звон посуды и тихое бабушкино пение. Вместе с ним по дому медленно расползался запах свежей выпечки. Желудок предательски заурчал. — Предатель… Тэхён нехотя поднялся с кровати, пригладил растрёпанные волосы и машинально посмотрел туда, где вчера оставил чемодан. Его не было. Он удивлённо оглядел комнату. Потом подошёл к шкафу и распахнул дверцы. Все вещи уже лежали на своих местах. Рубашки висели ровно по цветам. Футболки были сложены аккуратными стопками. Даже носки оказались аккуратно рассортированы. Тэхён несколько секунд молча смотрел внутрь шкафа. Потом тихо закрыл дверцу. — Ба… Через пару минут он уже стоял на кухне. Бабушка ловко переворачивала блины на сковороде. Увидев внука, она сразу тепло улыбнулась. — Проснулся, Тэхён-а? — Доброе утро. — Доброе, золотой. Садись, сейчас завтракать будем. Он сел за стол. Несколько секунд молча наблюдал за тем, как бабушка ловко переворачивает очередной блин. Потом всё-таки спросил: — Ба… — М? — Ты мой чемодан разбирала? Она удивлённо посмотрела на него. — Конечно. Не оставлять же вещи мяться. Тэхён едва заметно улыбнулся. — Спасибо. — Нашёл всё? Он уже хотел кивнуть. Но вдруг замер. — Не всё. — Что потерял? — Где моя уходовая косметика? Бабушка задумалась. Потом виновато улыбнулась. — Кажется… всю в ванной поставила. — Всю? — А её… много было? Тэхён поднялся из-за стола. — Немного. Именно в этот момент на кухню вошёл заспанный Юнги. Он лениво почесал затылок, налил себе стакан воды и только потом посмотрел на брата. — Доброе… Но договорить не успел. — Стоп. Юнги медленно перевёл взгляд с Тэхёна на бабушку. — Ба… — Что? — Он сейчас сказал… Юнги сделал небольшую паузу. — Всю? Бабушка спокойно кивнула. — Да. Юнги театрально схватился за сердце. — Бабушка… Женщина как раз ловко перевернула блин, подхватила его лопаткой и, не оборачиваясь, отозвалась: — Что, сынок? — Ты представляешь, сколько теперь места в доме занимает его лицо? Тэхён молча сделал глоток воды. — Очень смешно. — Нет, подожди… Юнги окончательно проснулся. Он поставил стакан на стол и подошёл ближе. — Что у тебя там вообще? Крем? — Да. — Маска? — Да. — Сыворотка? — Да. — Что ещё? — Тонер. Юнги нахмурился. — Это кто? — Не кто. Что. — Ладно… Что ещё? — Эссенция. Юнги медленно повернулся к бабушке. Та как раз снимала со сковороды очередной блин и аккуратно перекладывала его на высокую стопку. — Бабуль. — М? — У нас дома теперь шаман живёт? Бабушка всё-таки рассмеялась. Так тихо и тепло, что смех сам собой наполнил кухню. — Не шаман, а красивый мальчик. Она поставила тарелку на стол, вытерла руки о полотенце и с улыбкой подошла к внукам. — Молодёжь сейчас за собой следит. И правильно делает. Юнги посмотрел сначала на неё, потом на Тэхёна. — Ба, он не следит. Он квартиру себе на лицо наносит. Женщина тихонько шлёпнула его полотенцем по плечу. — Не завидуй. — Я? Юнги искренне возмутился. — Да у меня уход проще. Умылся хозяйственным мылом — и красавец. Тэхён спокойно поднялся из-за стола. — Именно поэтому ты и выглядишь так. Юнги несколько секунд молча смотрел ему вслед. Потом перевёл взгляд на бабушку. — Ба… — Что ещё? — Он сейчас меня оскорбил. — А он соврал? Юнги трагично прижал ладонь к груди. — Вот даже ты… Тэхён только покачал головой и направился в ванную. Через минуту он уже спокойно наносил тонер, когда дверь снова открылась. Юнги заглянул внутрь и тут же встретился с его взглядом через зеркало. — Стучать не пробовал? Юнги невозмутимо пожал плечами. — А дверь закрыть не пробовал? Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. — Справедливо, — признал Тэхён и снова повернулся к зеркалу. Юнги довольно хмыкнул. Вместо того чтобы уйти, он облокотился о дверной косяк и с неподдельным интересом принялся рассматривать длинный ряд баночек. Взял одну. Повертел в руках. Поставил обратно. Потом вторую. Третью. С каждой новой баночкой выражение его лица становилось всё серьёзнее. — Слушай… — М? — Это всё реально нужно? — Да. — И ты каждый день этим пользуешься? — Каждый. — Добровольно? Тэхён тихо усмехнулся. — Добровольно. Юнги ещё раз окинул взглядом полку. — Сколько вообще времени занимает… вот это всё? Он неопределённо покрутил рукой в воздухе. Тэхён бросил взгляд на часы. — Минут пятнадцать. — Пятнадцать?! Юнги округлил глаза. — Да я за пятнадцать минут успеваю проснуться, умыться, одеться, поесть и получить от бабушки за то, что опять кружку не убрал. — Поэтому и выглядишь так. На несколько секунд воцарилась тишина. Юнги моргнул. Потом громко позвал: — Ба! Из кухни сразу выглянула бабушка, вытирая руки полотенцем. — Что вы опять не поделили? — Он сейчас сказал, что я страшный! Она перевела взгляд на Тэхёна. Тот спокойно продолжал втирать крем, словно вообще не участвовал в разговоре. Потом снова посмотрела на Юнги и, едва сдерживая улыбку, пожала плечами. — А он соврал? Тэхён всё-таки тихо рассмеялся. Юнги трагично закатил глаза. — Всё. Я больше не хочу жить в этом доме. Он развернулся и демонстративно направился к выходу. — Далеко не уходи, — с улыбкой сказала бабушка, возвращаясь к плите. — Блины уже готовы. Юнги остановился прямо в дверях. Постоял несколько секунд. Потом тяжело вздохнул. — Ладно… Ради блинов ещё поживу. Он уже скрылся за дверью, но через пару секунд из кухни донёсся его громкий голос: — Ба-а-а! А варенье клубничное есть? — Есть! — Тогда жизнь всё-таки прекрасна! Тэхён покачал головой, глядя в зеркало. — Идиот… Но уголки его губ всё равно дрогнули. Впервые за долгое время это утро начиналось не с тяжести в груди, а с чего-то удивительно тёплого. С ощущения, что дома можно просто… жить. Правда, продлилось это ровно до того момента, пока бабушка не поставила перед ним тарелку с блинами. — После завтрака поедете на дачу. Тэхён замер с чашкой в руках. — Что? — Черешня созрела. Юнги, до этого с аппетитом намазывавший блин вареньем, вдруг тяжело вздохнул. — Жаль, конечно. Все сразу посмотрели на него. Юнги скорбно опустил взгляд. — Но я не смогу. — Почему это? — прищурилась бабушка. — Очень важные дела. — Какие? Юнги задумался. — Личные. — Какие личные дела у тебя в восемь утра? — Очень личные. Тэхён сразу понял по его лицу, что сейчас начнётся. Юнги драматично приложил ладонь к груди. — Бабушка, некоторые вещи мужчина обязан пройти в одиночку. — Юнги. — Что? — На дачу поедешь. — Жестоко. Он обречённо вздохнул, а потом вдруг посмотрел на Тэхёна и широко ухмыльнулся. Так, будто хотел сказать: “Ну что, городской, теперь страдать будем вместе.” Тэхён ответил ему совершенно спокойным взглядом. Но внутри уже начинал подозревать, что это лето готовит для него слишком много подобных сюрпризов. Через полчаса они уже стояли во дворе. Тэхён успел переодеться в простую белую футболку и свободные шорты, не единой точки на себе не оставил без крема spf . Юнги рядом выглядел так, будто его вели на казнь. Воздух успел прогреться ещё сильнее. Где-то за соседними домами стрекотали кузнечики, а издалека доносился шум работающей газонокосилки. Тэхён поправил на плече лёгкий рюкзак и только сейчас заметил, что возле открытого сарая кто-то разговаривает. Дядя. И Сан. Они стояли возле старого мотоблока, капот которого был снят и лежал прямо на траве. Вокруг валялись ключи, отвёртки, какие-то провода и детали, назначения которых Тэхён даже представить не мог. Сан сидел на корточках, закатав рукава тёмной футболки почти до плеч. Сильные предплечья были испачканы машинным маслом, а на костяшках пальцев виднелись мелкие царапины — такие появляются у людей, которые постоянно что-то чинят. Одной рукой он придерживал металлическую пластину, другой уверенно затягивал болт. — Попробуйте теперь. Дядя потянул за стартер. Мотор несколько раз кашлянул. И вдруг ровно загудел. — Ну вот! — довольно рассмеялся он. — А я уже хотел новый покупать. Сан только пожал плечами и вытер руки старой тряпкой. — Там провод почти перегорел. Его заменить — и ещё лет пять спокойно проработает. Он говорил так буднично, словно ремонтировать технику было не чем-то особенным, а такой же привычкой, как утром почистить зубы. — Ты меня опять от лишних расходов спас. — Да бросьте. Он наконец поднял голову. Их взгляды встретились. Тэхён невольно задержался. Вблизи Сан выглядел совсем не так, как запомнился ему вчера. Большие тёплые глаза были почти круглыми — совсем как шарики тапиоки в бабл-ти. Они казались удивительно открытыми и добрыми, из-за чего наивная улыбка появлялась на его лице ещё раньше, чем он успевал что-либо сказать. И только спустя мгновение Тэхён заметил странную деталь. Когда Сан улыбался, глаза становились мягкими. Но стоило улыбке исчезнуть, взгляд неожиданно менялся. Становился внимательным. Собранным. Совсем не таким простым, каким казался сначала. Сан тоже несколько секунд молча смотрел на него. А потом уголки его губ едва заметно дрогнули. Тэхён первым отвёл взгляд. Сам не понимая почему. Ему вдруг стало неловко. Хотя обычно именно другие люди первыми отводили глаза, встречаясь с его собственным взглядом. Мама когда-то смеялась, что у него “кошачьи глаза”. Красивые. Такие, которыми он мог посмотреть совершенно спокойно — и человек напротив уже начинал чувствовать себя так, будто сделал что-то не так. Тэхён давно привык к этому. Но сейчас… Почему-то именно он отвёл взгляд первым. И это почему-то совсем ему не понравилось. — Кстати, — дядя захлопнул крышку мотоблока и посмотрел на бабушку. — Я хотел ребят на дачу отвезти, но мне ещё крышу над сараем закончить надо. — Не надо, — спокойно сказал Сан. — Мне всё равно в ту сторону. — Опять кому-то помогать? — с улыбкой спросила бабушка. — Ага. Тёте Сонхи обещал насос посмотреть. Опять воду перестал качать. Он слегка пожал плечами. — Заодно ребят отвезу и с черешней помогу, если никто не против. На последних словах он почему-то на мгновение посмотрел на Тэхёна. И почти сразу перевёл взгляд обратно на бабушку. Та только улыбнулась. — Конечно не против. Спасибо тебе, Сан. — Да не за что. Юнги тем временем подозрительно осматривал стоявший возле сарая чёрный мотоцикл. Потом посмотрел на Сана. Потом снова на мотоцикл. — Подождите… Он медленно поднял палец. — Нас вообще-то трое. — И? — спокойно спросил Сан. — Ты ведь не собираешься… Юнги ткнул пальцем в мотоцикл. — …везти нас на этом? Сан несколько секунд молча смотрел на него. Потом совершенно серьёзно кивнул. — Если хорошо обниметесь, поместимся. Юнги застыл. — Нет. Он покачал головой. — Нет-нет-нет. Я не настолько люблю черешню. Тэхён тихо усмехнулся. Сан тоже едва заметно улыбнулся. А потом молча достал из кармана ключи. Где-то за мотоциклом тихо мигнула фарами тёмная машина. — На ней, — спокойно произнёс он. Юнги шумно выдохнул. — Господи… Он прижал ладонь к груди. — Я уже успел представить, как мы втроём летим в ближайшую канаву. — Почему сразу в канаву? — невозмутимо спросил Сан, открывая машину. — Можно и в кусты. Юнги посмотрел на Тэхёна и трагично заявил: — Он опасный человек. Тэхён перевёл взгляд с него на Сана. — Вы всегда так разговариваете? — Каждый день, — невозмутимо ответил Сан. — Иногда по два раза, — тяжело вздохнул Юнги. Дядя не выдержал и громко рассмеялся. Бабушка тоже покачала головой. — Ну всё, хватит болтать. Езжайте уже.  И осторожнее на дороге. — Хорошо, — кивнул Сан. Он первым подошёл к машине и открыл заднюю дверь. Тэхён хотел сесть вперёд. Но Сан неожиданно остановил его. — Назад садись. Тэхён вопросительно посмотрел на него. — Почему? — Юнги укачивает сзади. — Неправда! — тут же возмутился тот. Сан спокойно повернул голову. — Прошлым летом ты всю дорогу жаловался. Юнги открыл рот. Закрыл. Потом недовольно пробормотал: — Один раз было… — Три. — Предатель. — Факт. Юнги тяжело вздохнул и полез на переднее сиденье. — Когда-нибудь я перестану с тобой общаться. — Не перестанешь. — Не перестану… Он захлопнул дверь. — К сожалению. Тэхён сел сзади. Сан сел за руль и спокойно пристегнулся, положил ладони на руль и, прежде чем завести двигатель, несколько секунд что-то искал в телефоне, подключённом к магнитоле. Через мгновение салон наполнили первые тихие аккорды. Carry You — Novo Amor. Музыка звучала совсем негромко. Не мешала разговорам. Скорее становилась частью дороги. Юнги только усмехнулся. — Опять её включил? — Угу, — коротко кивнул Сан, заводя двигатель. — Ты уже который год не изменяешь своему плейлисту. — А зачем? Юнги лишь покачал головой. — Вот ведь зануда. Сан ничего не ответил. Только едва заметно улыбнулся. Машина плавно тронулась с места. За окном медленно поплыли знакомые улицы. Тэхён молча наблюдал за тем, как июньское солнце ложилось золотыми пятнами на асфальт, скользило по белым заборам и цеплялось за молодую листву деревьев. Село уже совсем не напоминало то место, которое он помнил. Но жизнь здесь всё равно текла иначе. Неторопливо. Спокойно. Возле одного из домов женщина развешивала бельё. У дороги двое мальчишек гоняли старый футбольный мяч. Пожилой мужчина сидел на лавочке и читал газету, лениво обмахиваясь кепкой. Тэхён вдруг потянулся к рюкзаку. Щёлкнула молния. Через секунду в его руках уже была камера. Юнги заметил её первым и тихо рассмеялся. — Началось. Сан коротко взглянул на него. — Что? — Сейчас он начнёт фотографировать всё подряд. — Неправда, — спокойно ответил Тэхён, снимая крышку с объектива. И сразу поднял камеру. Щёлк. В кадр попала старая деревянная скамейка под яблоней. Щёлк. Солнечный луч, пробившийся сквозь густую крону деревьев. Щёлк. Рыжий кот, растянувшийся прямо на тёплом капоте старенькой машины. Тэхён быстро просмотрел снимки. Удалил один. Потом второй. Оставил только последний. — Я же говорил, — довольно произнёс Юнги. — Для него даже старое ведро может стать искусством. — Если красиво стоит, — невозмутимо ответил Тэхён, продолжая смотреть в объектив. — Видишь? Юнги победно посмотрел на Сана. — Я не преувеличивал. Сан ничего не сказал. Только на секунду посмотрел в зеркало заднего вида. Тэхён в этот момент слегка наклонился к окну, ловя удачный свет. Тёплое июньское солнце скользнуло по его светлым волосам, а тонкие пальцы привычно и уверенно крутили колесо настроек. Взгляд был спокойным и удивительно сосредоточенным. Будто в этот момент для него существовало только то, что видел объектив. Сан почти незаметно убрал ногу с педали газа. Машина стала ехать чуть медленнее. Настолько плавно, что никто этого даже не почувствовал. Разве что дорога будто стала длиннее. Он ничего не сказал. Просто подумал, что спешить всё равно некуда. Щёлк. Ещё один кадр. Тэхён удовлетворённо улыбнулся уголками губ, даже не заметив этого. Сан заметил. И сам не понял, почему снова посмотрел в зеркало. — Красивые получаются? — неожиданно спросил он спустя несколько минут. Тэхён поднял голову. И впервые посмотрел на него не через экран камеры, а через отражение в зеркале заднего вида. Их взгляды встретились всего на мгновение. — Пока не знаю, — честно ответил он. — Почему? Тэхён снова опустил взгляд на снимки. Провёл большим пальцем по экрану. — Хорошую фотографию понимаешь не сразу. Он немного помолчал. — Иногда ей нужно время. Сан едва заметно кивнул. — Похоже на людей. Тэхён почему-то запомнил именно эту фразу. За окном мелькали зелёные поля. Ветер лениво колыхал высокую траву, а где-то вдалеке уже виднелись аккуратные ряды черешневых деревьев. До дачи оставалось всего несколько минут. В машине стояла почти уютная тишина. Только тихий голос Novo Amor продолжал заполнять салон, смешиваясь с шумом шин по дороге. Юнги честно выдержал эту атмосферу минуты три. Потом тяжело вздохнул. — Не могу. Сан даже не повернул головы. — Уже? — Уже. Юнги быстро потянулся к магнитоле. — Извини, конечно, но если мы ещё хоть пять минут будем ехать под музыку, будто сейчас начнётся реклама дорогого парфюма, я усну. Не дожидаясь ответа, он нажал пару кнопок. Через секунду первые басы Trouble — Frank Ocean буквально взорвали салон. Музыка заиграла так громко, что, казалось, её слышала вся улица. Тэхён вздрогнул. Сан только тихо выдохнул. Будто ожидал именно этого. Юнги довольно откинулся на сиденье. — Во-о-от. Совсем другое дело. — Оглохнуть решил? — спокойно спросил Сан, не отрывая взгляда от дороги. — Нет. Хочу, чтобы о нашем приезде узнали заранее. — Поверь, — невозмутимо ответил Сан. — Уже узнали. Будто в подтверждение его слов женщина, пропалывавшая грядки возле одного из домов, подняла голову вслед проезжающей машине. Следом обернулся мужчина, чинивший велосипед у ворот. Даже несколько кур во дворе испуганно разбежались в стороны. Юнги довольно хмыкнул. — Видишь? Все рады нас видеть. — Они рады, что мы уже проехали, — сухо ответил Сан. Тэхён тихо рассмеялся. Сам того не заметив. Юнги тут же повернулся к нему. — О! Он ткнул пальцем назад. — Он смеётся. — Представляешь, — спокойно произнёс Сан. — Надо сфотографировать. — Поздно. Тэхён уже снова сделал вид, что внимательно смотрит в окно. Но улыбку спрятать так и не смог. Сан заметил её в зеркале заднего вида. И, сам того не осознавая, тоже едва заметно улыбнулся. Через несколько минут машина свернула на узкую дорогу, по обе стороны которой тянулись бесконечные ряды черешневых деревьев. — Приехали, — тихо сказал Сан, убавляя музыку. И почему-то именно в этот момент Тэхён поймал себя на мысли, что дорога закончилась слишком быстро. Машина медленно остановилась возле старой дачи. За невысоким деревянным забором шелестели черешневые деревья. Сан заглушил двигатель. — Приехали. Юнги первым выскочил из машины и сразу громко потянулся. — Если я сейчас умру на этой жаре, похороните меня под самым большим деревом. — Хорошо, — спокойно ответил Сан. — Только сначала помоги собрать черешню. — Жестокий человек… Тэхён улыбнулся и вышел из машины. Тёплый ветер сразу растрепал волосы. Он поднял камеру, собираясь сделать первый снимок. И в этот момент где-то совсем рядом раздался громкий женский голос: — Сан! Наконец-то приехал! Сан поднял голову. И впервые за всё утро его спокойное лицо изменилось. Совсем чуть-чуть. Но Тэхён почему-то сразу это заметил.