Long Live

Он стал уходить прочь от многочисленных репортеров, фотографов и фигуристов, собравшихся в холле, сразу же после того, как ответил на вопросы, попозировал перед камерами, и сказал пару слов Якову и Лилии. Ему нужно было лишь одно, и никто его не останавливает. Он чувствовал себя словно во сне. Шум вокруг стал далеким, а сердце бешено колотилось, прямо под золотой медалью, висящей на груди. Юра сжал ее в руке, напоминая себе что: да, это действительно было. Он молча поднял голову, проходя мимо Виктора и Свиньи. И действительно был рад за них, тем более когда оба собирались вернуться на лед, и это было тем, о чем он не мог даже мечтать! Следующий год обещал быть потрясающим. Но, тем немее, он не собирался останавливать, только чтобы поговорить с ними, а продолжил идти, пока не оказался в пустой части коридора, повернувшись ко всем спиной. Юра пулей достал телефон, выбрав первое имя в его контактах. “Дедушка”. Его рука тряслась когда он подносил телефон к уху, но он старался игнорировать это. Как только телефон запищал, оповещая о начале звонка, он почувствовал, как кто-то легонько стукнул его по плечу. Он повернул голову и увидел Отабека, который слегка улыбался ему. Юра нашел забавным то, как быстро изменилось выражение его лица на извиняющееся, стоило Отабеку заметить, что он разговаривает по телефону, но Юрио остановил его, прежде чем тот успел уйти, схватив за запястье. Он тоже хотел поговорить, но раньше просто не мог его найти. Он не успел ничего сказать, потому что в трубке послышался голос: – Юрочка? – Дедушка! Ты… Ты видел? Я сделал это! – Он не рассчитывал что его голос будет таким тихим, и это заставила его закусить губу, чувствуя маленькие слезинки на глазах. Просто услышав этот голос прямо сейчас, несмотря на то, что они находились за много миль друг от друга: вызывало у него гораздо больше эмоций, чем он когда-либо чувствовал. – Конечно я видел! – Возможно, Юра представлял себе сдержанность в его голосе, но при мысли об этом в груди разливалась теплота. – Я не могу поверить как быстро ты вырос с того, первого раза, как мы сходили на каток, и несмотря на свой маленький рост, ты всё равно старался со всеми, кто пытался тебе помочь, пока не смог самостоятельно встать на ноги. – Его дедушка не был сентиментальным человеком, он даже лучше Юры умел скрывать свои эмоции, поэтому услышанное значило для него больше, чем простые слова поддержки. – Юр, я… Я очень тобой горжусь. И твои родители гордились бы тоже. – Это был едва слышный шепот, который Юра все равно услышал. Ни один человек не знал лучше его дедушки как тяжело им было. Одиночество и печаль, когда они внезапно остались вдвоем. Все те жертвы, на которые шел дедушка, чтобы внук мог продолжать тренировки. Начиная с ранних подъемов, заканчивая поздними вечерами проведенные на катке. Вся боль, все усилия, все слезы. Когда второе место перестало быть чем-то стоящим – особенно после того, как у дедушки начала болеть спина и он больше не мог работать, как прежде. Когда мысль о том, что придется оставить любимое дело – фигурное катание, — причиняла невыносимую боль. И тогда он дал себе слово сделать всё возможное, чтобы достичь вершины, как бы трудно это ни было. И сейчас он был здесь. Он сделал это. Он смог переписать историю, заняв первое место в Финале Гран При со своей дебютной программой. Смог побить рекорд Виктора в короткой программе. И несмотря на все, через что им пришлось пройти – это того стоило. Он приглушенно всхлипнул, и слезы, скопившиеся в уголках глаз, сами покатились по щекам. У него не было слов, чтобы выразить, насколько счастливым и расслабленным он себя чувствовал. Он долго сдерживался, а теперь всё это вырвалось наружу. Сильная рука легла на его плечо, и внезапно его голова оказалась прижатой к груди Отабека, а его широкая спина скрывала его от взглядов тех, кто мог бы взглянуть в их сторону. Да, он был здесь все это время. Что он мог подумать, увидев его в таком состоянии? Впрочем, ему было все равно, он был рад, что находится здесь. У него появился друг, и он больше не одинок. – Дедушка… Я… – Юра пытался что-то сказать, но все слова застряли в горле. Но в них и не было необходимости. – Я знаю, Юра. Я тоже. Они оба на мгновение замерли в неловком молчании, непривычные к подобным разговорам. Первым продолжил дедушка. – Я сделаю пирожки когда ты вернешься. Будь осторожен во время полета.Ты знаешь. я не доверяю этим штукам. – Хорошо, я буду. – Ответил коротко он, не в силах больше поддерживать нормальный разговор. – Увидимся, дедушка. Закончив разговор, Юра убрал телефон и позволил Отабеку обнять себя, обняв того в ответ. --------------------------------------- – Ты в порядке? Что он сказал? – Спустя некоторое время, когда тот, казалось, успокоился, спросил Отабек. – Да. Он собирается готовить пирожки. Тебе стоит попробовать их если когда-нибудь решишь приехать в Россию. – Ответил Юра, все же отстранившись и быстро вытерев щеки рукавом толстовки. Отабек задумался. – Звучит неплохо. – Он не собирался больше расспрашивать о разговоре Юры с дедушкой. Он понимал, что это что-то очень личное, и что любое упоминание о слезах будет категорически опровергнуто младшим фигуристом. Вместо этого он поднял руку, чтобы взять золотую медаль и внимательно рассмотреть её. Он был так счастлив, что её получил именно Юра. Он знал, как много это для него значит, и что он этого заслуживает. – Тебе тоже следовало бы быть наверху. – Сказал блондин. – Вместо Джей-Джея, этого придурка. Да, возможно, Отабеку все же стоит расстроиться или рассердиться из-за этого. Он много работал ради этого и не допустил ни одной ошибки в своих выступлениях. Но как он мог расстраиваться, когда видел, как мальчик с зелеными глазами солдата наконец расцвел и осуществил свою мечту? Этот придурок мог оставить себе бронзовую медаль, а у него еще будут возможности в будущем. У него была дружба с Юрой, и этот русский фигурист был счастлив. А для него это более чем достаточно. – Прости за это. Я уже здесь, если это имеет значение. – Резко ответил он, отчего другой парень опустил глаза, прижавшись лбом к его груди. Тем не менее, Отабек мельком увидел легкий румянец на его щеках. – Конечно имеет, идиот. Ты мой друг. – Пробормотал Юрий. Отабек улыбнулся про себя. Ему так хотелось о многом поговорить с ним. О том, как он им гордится. О том, как он рад за него. О том, как он понял за день, что проведенное вместе время – это не просто дружба или восхищение. Но сегодня не подходящее время. Сегодняшний день должен быть посвящен Юре, и только ему. Он не мог отнять это у него, он не мог быть таким эгоистом. Для этого еще будут возможности в будущем. – Поздравляю, Юра. – Сказал он искренне. – Я знал что у тебя получится! Юра поднял голову и улыбнулся, ярче чем солнце, несмотря на слезящиеся глаза. Да, с него определенно хватит. – Я правда сделал это! – Почти кричал он, все еще не до конца веря в это. Отабек заправил за ухо прядь светлых волос, выпавшую из его конского хвоста и грозящую закрыть его прекрасные зеленые глаза. – Я очень рад за тебя. Улыбка Юрия стала еще шире, и он снова обнял его, уткнувшись лицом ему в плечо. – Спасибо, Бека. – Прошептал он, и оба проигнорировали тихий всхлип. Отабек прижался к нему и пообещал себе сделать все возможное, чтобы его русская фея всегда была такой же счастливой.