Ты невероятное что со мной случалось

Июнь. Новосибирск провожал их жарким ветром и пылью, а поезд «Новосибирск — Санкт-Петербург» уносил их на запад, туда, где солнце почти не садилось, а воздух пах морем и историей. Они взяли плацкарт, потому что Валя сказала: «Так романтичнее». И Лера была с ней согласна. --- — Я впервые еду в Питер, — призналась Лера, глядя в окно, где мимо проплывали берёзы и маленькие станции. — В детстве я думала, что там живут принцы и принцессы. Ну или хотя бы люди, которые знают, как жить правильно. Валя усмехнулась, открывая банку с тушёнкой, которую они взяли с собой, чтобы сэкономить на вагон-ресторане. — Принцев там нет, а вот белых ночей полно. Я была там два раза — с папой, когда мне было двенадцать. И после его смерти я обещала себе, что вернусь. И вот, вернулась. С тобой. Она посмотрела на Леру с такой теплотой, что у той перехватило дыхание. Они сидели на нижней полке, прижавшись друг к другу, пока поезд мерно покачивался, и Лера чувствовала, что это путешествие — не просто поездка. Это символ. Начало чего-то нового. Вечером, когда за окном стемнело (насколько это вообще возможно в июне), они лежали на своей полке, укрывшись одним пледом, и Лера шептала Вале на ухо: — Я хочу, чтобы мы пошли на развод мостов. Я хочу стоять и смотреть, как они разводятся, и целовать тебя прямо там. — Ты будешь замёрзшая и счастливая, — улыбнулась Валя, касаясь её щеки. — Как я. Они целовались под стук колёс, и Лера чувствовала, как её сердце бьётся в унисон с этим ритмом. Где-то далеко оставался Новосибирск, их квартира, Икс (которого оставили у Тани), а впереди был город, о котором она мечтала. --- Санкт-Петербург встретил их свежестью и светом. Было три часа ночи, а на улице было светло как днём. Они вышли с вокзала, и Лера замерла, глядя на Невский проспект, на архитектуру, на людей, которые гуляли так, будто и не было ночи. — Это нереально, — выдохнула она. — Я чувствую себя героиней фильма. — Ты и есть героиня, — сказала Валя, беря её за руку. — Моя героиня. Они сняли небольшую квартиру на Васильевском острове — уютную, с высокими потолками и балконом, выходящим во двор-колодец. Валя распаковала вещи, а Лера стояла у окна и смотрела на серое небо, которое, казалось, никогда не потемнеет. — Идём гулять, — позвала она. — Я хочу увидеть всё, что можно, пока мы здесь. Их первый день был сумасшедшим: они гуляли по Невскому, заходили в маленькие кафе, фотографировались у Казанского собора, купили мороженое и сидели на набережной, глядя на Неву. Лера рассказывала Вале о том, как она представляла этот город, а Валя слушала и смеялась, и её глаза блестели от счастья. — Ты знаешь, — сказала она, — я ведь хотела приехать сюда ещё когда мне было двадцать. Но у меня не было ни денег, ни сил. А теперь — есть ты, и я чувствую, что могу всё. Лера взяла её за руку и сжала пальцы. — Мы можем всё, если мы вместе. --- Ночью (которая на самом деле была «белой»), они пошли на развод Дворцового моста. Толпы людей стояли на набережной, музыка играла, где-то продавали шампанское. Лера прижалась к Вале спиной, а Валя обняла её сзади, уткнувшись носом в её шею. — Смотри, — прошептала Валя, когда мост начал медленно подниматься. Лера смотрела на эту громаду, которая словно оживала, на огни, отражающиеся в воде, на людей, которые аплодировали этому зрелищу. И в этот момент она поняла: этот город — красивый, но он не станет её домом. Её дом — там, где Валя. Где есть их квартира в Новосибирске, Икс и бабушка Таня. А Питер — это просто красивая сказка, которую они могут посмотреть и уехать. Она повернулась, взяла лицо Вали в ладони и поцеловала её под аплодисменты толпы. Долго, глубоко, чувствуя, как ветер играет с её волосами, а в груди разрастается что-то огромное и тёплое. — Спасибо, что привезла меня сюда, — прошептала она. — Но знаешь что? — Что? — улыбнулась Валя. — Я хочу домой. Не прямо сейчас, но после отпуска. В нашу квартиру, к нашему коту. Я поняла, что где бы мы ни были — я хочу быть с тобой. Валя обняла её ещё крепче. — Я тоже. Но пока — давай насладимся этим. Мы ещё не видели Петергоф, не были в Эрмитаже, не пили кофе в «Столовой» на Литейном. У нас есть десять дней. Лера рассмеялась и, взяв Валю за руку, потащила её вдоль набережной, где горели фонари и играла музыка. Они провели эти десять дней так насыщенно, как будто прожили год. Они ходили в музеи, в театры, катались на корабликах, потерялись в узких улочках, ели пирожки с капустой в дешёвых ларьках и пили кофе в дорогих кафе. Они смеялись, ссорились (из-за того, что Лера хотела идти в один музей, а Валя — в другой), но мирились так же быстро, как и ругались. Однажды вечером, когда они сидели на крыше их съёмной квартиры и смотрели на закат (который не спешил наступать), Лера сказала: — Я хочу сделать тебе предложение. Но не здесь, а дома, в Новосибирске. При бабушке. Чтобы она видела, что я серьёзно. Валя удивлённо подняла бровь. — Ты уже делала мне предложение. Ты сказала «да». — Я знаю, — улыбнулась Лера. — Но я хочу сделать это красиво. Официально. Чтобы мы были не просто помолвлены, а чтобы я могла назвать тебя своей женой. Прямо при всех. Валя смотрела на неё, и в её глазах стояли слёзы. — Ты серьёзно? — Абсолютно, — ответила Лера, целуя её в плечо. — Я хочу, чтобы мы расписались. В ЗАГСе. С гостями, с платьями, с цветами. И я хочу, чтобы бабушка Таня была свидетельницей. Валя не сдержала слёз. Она притянула Леру к себе, спрятала лицо у неё на груди и прошептала: — Я согласна. Я всегда согласна, когда речь о тебе. --- Когда они вернулись в Новосибирск, город встретил их жарой и запахом шашлыков. Икс, который жил у Тани, вырос и обленился, а бабушка уже знала о планах и восторженно хлопала в ладоши. — Ну, наконец-то! — воскликнула она, обнимая их обеих. — Я уж думала, вы будете вечно тайком. А теперь — свадьба! Настоящая! Валя и Лера переглянулись и улыбнулись. Впереди было ещё много дел: выбор даты, поиск платьев, организация праздника. Но это уже не было сложным — потому что они знали: всё, что они делают вместе, становится простым и правильным. Вечером, когда они остались вдвоём в своей квартире, Валя взяла Леру за руку и сказала: — Я хочу, чтобы наша свадьба была скромной. Только близкие. Мама... ну, бабушка, Вика, Ольга (она приедет из Москвы), твои друзья. И всё. — Идеально, — согласилась Лера. — А после свадьбы мы снова поедем в Питер. В медовый месяц. Потому что у нас теперь есть традиция — белые ночи и мы. Валя рассмеялась и поцеловала её, и Лера почувствовала, как внутри всё поёт. Она знала: эта история — только начало. У них будет дом, семья, дети, много-много лет. И всё это — с Валей. А за окном падал снег. Потому что в Новосибирске даже в июне иногда идёт снег. Но им было тепло, потому что они любили друг друга.