Мастерская-приют "Дикий хвост"

«Дикий хвост». Каждый питомец заслуживает второй шанс. Чонин бегло пробежался взглядом по вывеске и изо всех сил заколотил кулаком в дверь. — Пожалуйста! Откройте! Изнутри донёсся усталый мужской голос: — Если это не вопрос жизни и смерти, приходите в рабочее время! У меня обед. — Это вопрос жизни и смерти! Пожалуйста, помогите! Замок щёлкнул почти мгновенно. Дверь распахнулась. На пороге стоял высокий парень в тёмном рабочем фартуке. Рукава были закатаны до локтей, на пальцах виднелись следы машинного масла, а в одной руке он всё ещё держал кружку с давно остывшим кофе. Его взгляд скользнул по перепуганному Чонину и сразу остановился на роболисе. — Давай его сюда. В голосе больше не осталось ни раздражения, ни сонливости. Чонин нервно отбивал подошвой кроссовка по полу, сидя в старом потёртом кресле. Роболис не принадлежал ему. Они были знакомы всего каких-то полчаса, может и чуть больше. И всё же внутри неприятно сжималось. Чонин всегда питал слабость к роботизированным питомцам. Не понимал людей, которые покупали их как дорогую игрушку, а спустя несколько лет без сожаления отправляли на свалку только потому, что вышла новая модель. Он бросил взгляд на мастерскую. Повсюду лежали инструменты, разобранные сервоприводы, платы, механические лапы и хвосты. Вдоль стен тянулись стеллажи с аккуратно подписанными контейнерами, а в дальнем углу мирно подзаряжался пожилой робопёс, явно из первых моделей, время от времени тихо постукивая хвостом по полу. Чонин находился здесь уже больше часа. За всё это время мастер ни разу не вышел из своей «операционной». Стоило Чонину только попытаться заглянуть внутрь, как из-за двери тут же донеслось короткое: — Не входи. Будешь мешать. И с тех пор за дверью слышались лишь приглушённое жужжание инструментов, тихие щелчки и редкие металлические звуки, от которых сердце Чонина каждый раз уходило в пятки. Дверь «операционной» наконец открылась лишь спустя полтора часа. Мастер вышел наружу, устало вытирая тыльной стороной ладони лоб. Волосы торчали в разные стороны, на щеке темнела полоска машинного масла, а рабочий фартук был испачкан пылью и смазкой. На руках он держал роболиса. Стоило зверьку заметить Чонина, как его глаза ярко вспыхнули янтарным светом. Он ловко спрыгнул на пол, подбежал к парню и, тихо тявкнув, ткнулся холодным металлическим носом ему в ладонь, требуя внимания. — Жить будет, — устало произнёс мужчина. — Но ещё немного, и спасать было бы уже нечего. Чонин облегчённо выдохнул. — Спасибо... Спасибо вам огромное. Мастер кивнул в сторону лиса. — У него была серьёзно повреждена центральная плата управления. Несколько внутренних модулей были разбиты, а аккумулятор практически умер. Если бы ты привёз его хотя бы минут на двадцать позже, ядро отключилось бы окончательно. Он внимательно посмотрел на Чонина. — В следующий раз лучше следи за своим питомцем. Чонин неловко почесал затылок. — Вообще-то... он не мой. — М? — Я нашёл его в мусорном контейнере. Несколько секунд мастер молча смотрел на него. Затем устало прикрыл глаза и тихо пробормотал: — Опять... В его голосе не было удивления. Только горечь. — Часто такое бывает, да? — осторожно спросил Чонин. — Чаще, чем хотелось бы. Выходит новая модель и старую проще выбросить, чем продать или отдать. Некоторые даже не утруждают себя отключить питомца перед тем, как отправить его в контейнер. Чонин машинально погладил лиса между ушами. — Не понимаю таких людей. Мастер задержал на нём свой изучающий взгляд: — Я тоже. Повисла короткая тишина. Первым её нарушил Чонин. — Меня, кстати, Чонин звать. Он протянул руку. Мастер перевёл взгляд с ладони на его лицо, словно только сейчас вспомнил, что они до сих пор не познакомились. — Бан Чан. Он пожал руку Чонину. — Добро пожаловать в «Дикий хвост». — Тут такое дело... — неловко начал Чонин, присев на корточки и продолжая гладить роболиса по голове. — У меня... в общем... сейчас нет денег, чтобы заплатить за ремонт. Но они обязательно будут! Просто... не сегодня. Вы сможете немного подождать? Чан молча посмотрел сначала на него, затем на лиса, который довольно жмурил светящиеся глаза, подставляясь под ласку. — Не смогу. Чонин медленно поднял голову. — А?.. — Потому что платить тебе не за что. — В смысле? — Это мастепская-приют. Если животное попало сюда без хозяина, ремонт оплачивается из фонда мастерской. Чонин растерянно моргнул. — Но... это же дорого. — Дорого, — спокойно согласился Чан и на этом замолчал. — Спасибо вам ещё раз. Чонин в последний раз поклонился и, похлопав на прощание роболиса по макушке, направился к выходу. — До свидания! Я приду через пару дней навестить его. — Береги себя, — коротко ответил Чан. Едва выйдя за калитку, Чонин заметил у самого порога ярко-оранжевый конверт. Он поднял его и прочитал логотип в виде трёх переплетённых треугольников. «TRI Dynamics». Крупнейший производитель роботизированных питомцев. — О... Кажется, это вам. Чан молча забрал конверт. — Спасибо. Дверь мастерской закрылась. Несколько секунд он просто смотрел на логотип, после чего тяжело вздохнул и сорвал защитную ленту. Письмо оказалось именно таким, каким он и ожидал. УВЕДОМЛЕНИЕ Уважаемый господин Кристофер Бан Чан! Корпорация TRI Dynamics уведомляет вас о том, что деятельность мастерской-приюта «Дикий хвост» нарушает условия лицензионного соглашения на обслуживание роботизированных питомцев TRI Dynamics. Установлено, что вы систематически осуществляете несанкционированный ремонт, модификацию программного обеспечения и повторный ввод в эксплуатацию моделей, официально снятых с технической поддержки и подлежащих обязательной утилизации. Требуем в течение 30 календарных дней прекратить указанную деятельность. В случае невыполнения данного требования корпорация TRI Dynamics оставляет за собой право обратиться в суд с иском о защите исключительных прав, взыскании убытков и запрете дальнейшей эксплуатации мастерской-приюта «Дикий хвост». С уважением, Юридический департамент TRI Dynamics Чан безэмоционально сложил письмо обратно в конверт. — Как будто у меня и без вас проблем мало... Он бросил конверт на рабочий стол и перевёл взгляд на роболиса. Тот сидел у двери, медленно водя пушистым хвостом по полу, и внимательно наблюдал за Чаном, словно пытался понять, почему человек вдруг погрустнел. — Не переживай, малыш, — тихо произнёс Чан. — Тебя уже никто не выбросит. Он поднялся и вернулся в операционную. На одной из полок стояли десятки небольших прозрачных капсул с кристаллами памяти. На каждой — аккуратная подпись: модель питомца, дата ремонта и серийный номер. Чан взял капсулу, подписанную сегодняшним числом. Перед тем как приступать к ремонту, он всегда извлекал журнал последних событий. Иногда это помогало найти причину поломки. Иногда — владельца. А иногда... Он вставил кристалл памяти в считыватель. Голографический экран вспыхнул, готовясь воспроизвести последние часы жизни роболиса.