Hypnotic

I don’t wanna come back down

I don’t wanna touch the ground

Pacific ocean dug so deep

Hypnotic takin' over me

***

Будучи скованным в цепи, Джестро хоть и паниковал, но в глубине души уже смирился со своей судьбой. Он понимал: если бы не он, всего этого бы не случилось. И он не сожалел, что отдал Клэю Книгу Предательств. В конце концов, он должен был как-то расплатиться за свои грехи. Он пытался не думать о том, что в следующие минуты его не станет. Вместо этого Джестро думал о Клэе. О его голосе, тёплых объятьях, нежных касаниях и поцелуях. Их отношения не продлились долго. Какой-то месяц — после которого шут был пленён тёмными силами Монстрокса. Даже до того, как это всё произошло, шута терзали сомнения. Он был уверен, что недостоин такого, как Клэй. Кем был Мурингтон? Первым в классе, талантливым юношей, гордостью академии и любимцем преподавателей. Он с лёгкостью схватывал то, на что другим требовались недели, а его успехи вызывали скорее восхищение, нежели зависть. У него была поддержка в виде волшебника Мерлока, последнего мага в Королевстве, также были надёжные друзья. Некоторое время Джестро также входил в этот список. Кем был Джестро? Сиротой и уличной крысой, которой повезло попасть в Академию благодаря тому, что он помог рыцарю. Он пытался найти себя в разных сферах. Сражаться на любых видах оружия у него не выходило — они к тому же ещё и тяжёлыми были. Магическое дело у него тоже шло ужасно. Он искренне хотел верить, что Мерлоку не всё равно на него. У него неплохо получалось жонглирование. Он даже пытался показывать свои номера другим ребятам, но они лишь смеялись. Джестро хотел верить, что именно для этого он создан — для шутовства. Поэтому он ушёл из Академии и стал королевский шутом. Ему казалось, что о нём быстро забудут. Все, кроме Клэя. Даже после ухода Джестро Клэй продолжал приходить в замок и подолгу разговаривал с ним. Шут вспоминал, как они признались друг другу в чувствах и первый поцелуй. Джестро до сих пор помнил тот вечер. Признание вышло таким сумбурным, что, вспоминая его сейчас, хотелось одновременно смеяться и провалиться сквозь землю. Тогда они оба долго мялись, перебивали друг друга и краснели. Клэй, обычно уверенный и собранный, неожиданно начал путаться в словах, а Джестро так нервничал, что несколько раз пытался перевести всё в шутку. Пусть это и выглядело очень жалко. Даже после признания парень никак не мог поверить, что всё это происходит на самом деле. Ему казалось, что стоит моргнуть — и окажется, что это всего лишь очередная несбыточная мечта. — Ты ведь серьёзно? — спрашивал он снова и снова. Каждый раз Клэй лишь мягко улыбался. — Да, Джестро. Я не перестану это повторять, пока ты наконец не поверишь. По инициативе Муррингтона они не раз возвращались к этому разговору. Клэй терпеливо отвечал на одни и те же вопросы, уверяя, что его чувства настоящие, что он не жалеет о своём признании и не собирается исчезать из жизни Джестро. Шут слушал, кивал, но всё равно не мог до конца избавиться от сомнений. Поцелуй остаточно выбил его из колеи. Мурингтон медленно коснулся ладонью щеки Джестро, давая ему возможность отстраниться. Но тот лишь замер, не сводя с Клэя удивлённых глаз. — Можно? В ответ последовал едва заметный кивок. Именно тогда Клэй первым сократил расстояние между ними. Поцелуй был осторожным, почти невесомым, словно он боялся спугнуть этот шута. Когда они отстранились, Джестро всё ещё смотрел на него так, будто не мог поверить в произошедшее. Он обнял Клэя за плечи, упираясь лицом в его шею. Мурингтон же держал его в крепких объятиях, не желая отпускать. Сейчас, вспоминая всё это, он чувствовал себя так, будто смотрит в Рай из глубин Ада. Каждое воспоминание отдавалось тупой болью в груди, но он не мог отвести взгляда. Он лишь надеется, что Клэй сможет жить дальше. Что рыцари победят Некроманта в его теле. Что они спасут Найтонию. Что Клэй найдёт в себе силы отпустить прошлое и построить будущее — без него. Они поженятся. Будут воспитывать новое поколение. Мэйси станет самой прекрасной королевой. С остальными Джестро был не очень близок. Но почему-то внутри теплилась твёрдая уверенность: с ними всё будет хорошо. Джестро горько усмехнулся.

***

Клэй — упрямый идиот! Джестро не мог смотреть, как Мурингтона сковывают в те же цепи, где недавно был ещё сам шут. Он смог лишь на секунду сжать руку рыцаря, прежде чем покинуть зал. Бегая по коридорам замка к выходу, он чувствовал, как сердце бьётся с бешеной скоростью. Ещё чуть-чуть — и вот-вот выскочит из груди. Он должен провести рыцарей и спасти его, иначе он себе этого никогда не простит. Как и ожидалось, рыцари отнеслись к нему скептически, но другого выбора у них всё равно не было. Пусть даже по дороге они и попадали в ловушки, всё же не дали ему умереть. Добежав до зала, Джестро почувствовал, будто время перестало иметь значение. У него не осталось сил, но он всё равно старался отбиваться от монстров. Когда Монстрокс начал поглощать Клэя, у шута будто остановилось сердце. Он боролся с желанием кинуться к нему сейчас же, но что бы он мог сделать? За секунду ворвался большой чёрный рыцарь, кинув Мурингтону что-то похожее на меч, который светился золотым цветом. Мгновение — и оружие было во рту Книги. Её начало разрывать и во один миг она взорвалась, выпуская энергию. Джестро будто чудом не задели падающие камни замка, но всё же головокружение и лёгкая тошнота присутствовали. Он едва встал на ноги, направляясь к Клэю. Мэйси помогала ему подняться. Когда Клэй ощутил прикосновение Джестро, он повернул голову к нему. — Ты вернулся, — на выдохе, охрипшим голосом мягко сказал он. Шут мягко улыбнулся, придерживая Мурингтона за руку. — Не мог же я бросить тебя в беде в этом безумном месте. Тем более ты бы сделал то же самое, вернее — уже сделал. Клэй мягко отстранился от Мэйси, полностью поворачиваясь телом к шуту. Взяв в ладони лицо Джестро, рыцарь тихо спросил: — Можно? Шут заворожённо смотрел в лицо Мурингтона, разглядывая каждый сантиметр его лица. Поклав ладони ему на шею, Джестро привстал на цыпочки, целуя его. Клэй отвечал на поцелуй так, будто отвоёвывал жизнь обоих. Сместив руки на плечи Джестро, он обнимал его ещё крепче, будто тот мог исчезнуть в любую секунду. В то же время руки шута нашли место на щеках Мурингтона, ласково гладя их. Они целовались так, будто время сдалось им без боя. Камни падали, ветер выл в проёмах стен, где-то вдалеке были голоса — но всё это стало просто шумом, не имеющим веса. В мире остались только ладони, сжимающие плечи, тепло чужого дыхания на губах и сердце, бьющееся в унисон с другим. Отстранившись, они продолжали смотреть друг на друга. Джестро смотрел в эти тёмно-голубые глаза и не мог насмотреться. Ещё несколько мгновений назад они могли быть мёртвыми, а сейчас смотрят друг на друга, будто пытаясь разглядеть душу. Джестро даже не понял, когда у него намокли глаза. Последний раз он плакал перед Мурингтоном после неудачного выступления на церемонии. — Ты чего? — тихо спросил Клэй, убирая выбившуюся прядь с лица шута. — Всё ведь хорошо. — Я рад, что мы остались живы, — сбившимся голосом сказал Джестро, обнимая рыцаря и утыкаясь лицом куда-то между шеей и плечом. Послышался свист Аарона. Клэй с благодарностью улыбнулся друзьям, обнимая Джестро. — Ну всё, — Мэйси упёрла руки в бока, но в голосе её звенела улыбка. — Я официально заявляю: это самая милая сцена, которую я видела. — Спорим, я видел милее? — тут же подал голос Ланс, поправляя свой безупречный плащ, несмотря на пыль и копоть. — Моё отражение в зеркале каждое утро — вот где настоящая эстетика. — Мерлок! — подал голос Робин, пробегая к мечу, который остался лежать среди обломков. Все мгновенно напряглись. Шутки и смех исчезли, сменившись волнением. Клэй инстинктивно шагнул вперёд к мечу, держа Джестро за руку. Все погрузились в гнетущее молчание, глядя на клинок в руках Робина. Никто не решался даже дышать. Джестро чувствовал, как сердце колотится где-то в горле, а пальцы Клэя сжимали его ладонь чуть крепче — Мерлок пожертвовал собой, чтобы спасти нас, — сдавленно сказал Мурингтон. Робин внимательно осматривал меч, держа его в руках. Но внезапно клинок начал мерцать золотым светом. Значит ли это, что ещё не всё потеряно?