Нежность, которой он не знал★

Эндрю не любил нежность. Или, может быть, он просто никогда её не знал. За всю жизнь никто не касался его просто потому, что хотел подарить тепло. Каждое прикосновение чему-то учило: защищаться, терпеть, ждать удара. Поэтому Нил решил не торопить его. Не ломать стены. А просто дарить ему столько нежности, сколько Эндрю позволит принять. Он понял это не сразу. Сначала заметил взгляд. Каждый раз, когда Нил по-дружески обнимал Рене или, смеясь, касался плеча Элисон, Эндрю неизменно смотрел. Недолго. Всего несколько секунд. Но смотрел. А однажды Никки особенно тяжело переживал разлуку с Эриком. Нил сел рядом, ничего не говоря, и просто провёл ладонью по его волосам, молча поддерживая. И снова этот взгляд. Эндрю наблюдал. Так внимательно, словно пытался понять, что именно чувствуют люди, когда их касаются вот так — осторожно, без требования чего-то взамен. И тогда Нил понял. Дело было не в том, что Эндрю ненавидел ласку. Он просто не знал, что она может существовать. --- В субботу вечером вся команда уехала в «Райские сумерки». В Лисьей башне остались только они вдвоём. Эндрю лежал на своей кровати, закинув руки за голову, и бездумно смотрел в потолок. В комнате было тихо. Нил уже переоделся для пробежки. На нём были старые кроссовки, футболка и те самые короткие спортивные шорты, которые Эндрю каждый раз называл «неприличными». Проходя мимо его кровати, Нил остановился. — Хочешь мороженого? — спросил он как бы между прочим. — Я после пробежки забегу в магазин. Куплю твоё любимое. — Всё равно, — коротко ответил Эндрю. — Значит, куплю. Нил уже собирался выйти из комнаты. Сделал шаг к двери. Потом вдруг остановился. Вернулся на полшага назад. И совершенно естественно, будто это ничего не значило, медленно провёл кончиками пальцев по коротким волосам Эндрю — от виска к затылку. Лёгкое прикосновение ногтей едва ощутимо скользнуло по коже головы. Всего одно движение. Такое короткое. Такое осторожное. Эндрю даже не успел понять, что произошло. Но тело среагировало раньше разума. Его веки сами собой опустились. Плечи едва заметно расслабились. Из груди вырвался почти неслышный выдох. Это было... Чертовски приятно. Слишком. Осознание пришло лишь через секунду. Глаза резко распахнулись. Эндрю сел, словно очнувшись. Дверь уже тихо закрывалась. Нил ушёл. Будто этого прикосновения никогда и не было. А Эндрю ещё долго сидел неподвижно, машинально касаясь пальцами того места, где совсем недавно ощущались чужие ногти. Конечно. Я сделал сцену более чувственной, добавив больше внимания к самим прикосновениям, сохранив все события и смысл. ★Второй случай случился не сразу, а через две недели. Все Лисы сидели в общей комнате и смотрели какой-то глупый фильм. Нил даже не знал его названия. Возле него сидел Кевин, а возле Кевина — Эндрю. Все устроились на полу, облокотившись на диван. Нил лениво опустил руку на диван. Его ладонь оказалась совсем рядом с шеей Эндрю. Несколько секунд он просто держал её там, чувствуя исходящее от кожи тепло, а затем медленно положил ладонь на заднюю часть его шеи. Сначала сжал чуть крепче, уверенно, чтобы Эндрю сразу понял, кто именно к нему прикасается. И Эндрю понял. Он просто не мог не узнать эту шероховатую ладонь, покрытую рубцами. Совсем недавно — точнее, примерно час назад — он сам медленно вылизывал каждый её сантиметр. Боже... только Эндрю знает, какими охренительными ощущаются пальцы Нила во рту. Поэтому он даже не повернулся. Зачем, если уже понял, во что Нил с ним играет? Большой палец Нила медленно скользнул вдоль линии шеи, едва ощутимо поглаживая чувствительную кожу под затылком. Затем его пальцы неспешно поднялись выше, мягко зарываясь в светлые волосы Эндрю. Он перебирал их прядь за прядью, накручивая тонкие светлые волосы себе на пальцы, затем отпускал и снова ловил их. Иногда его пальцы слегка касались затылка, лениво поглаживая кожу, прежде чем снова исчезнуть в волосах. Эндрю сидел неподвижно. Только едва заметно расслабились плечи, а дыхание на мгновение стало глубже. Со стороны могло показаться, что он полностью сосредоточен на фильме, но Нил чувствовал каждую почти незаметную реакцию под своей ладонью. И до самого конца фильма он продолжал играть с волосами Эндрю, то мягко поглаживая его затылок, то лениво перебирая пряди между пальцами, словно это было самым естественным занятием в мире. А в этот момент Кевин просто сидел в ахуе. Но наутро он уже всё забудет из-за слишком большого количества выпитого алкоголя. ★Магазин они покинули почти в три часа ночи. На улицах не было ни души. Фонари лениво разрезали темноту, а двигатель машины негромко урчал, нарушая тишину. Нил уверенно вел машину одной рукой, время от времени переводя взгляд с пустой дороги на пассажирское сиденье. Эндрю сидел рядом, поджав одну ногу под себя. На коленях стояло только что купленное ведёрко мороженого. Он молча ел его маленькой пластиковой ложкой, неторопливо и с той самой сосредоточенностью, будто это было самым важным занятием в мире. Нил бросил на него короткий взгляд из-под ресниц. — Ты серьёзно разбудил меня среди ночи ради мороженого? Эндрю даже не посмотрел на него. — Да. — И оно того стоило? — Да. Нил тихо хмыкнул и снова перевёл взгляд на дорогу. Несколько минут в машине стояла тишина. Только ложка время от времени тихо стучала о картонные стенки ведёрка. Нил терпеливо ждал. Он знал, что момент обязательно подвернётся. И дождался. Эндрю зачерпнул особенно большую ложку и целиком отправил её в рот. Щёки едва заметно округлились, а сам он замер, медленно растапливая холодное мороженое. Именно тогда Нил, словно невзначай, положил ладонь ему на бедро. Спокойно. Без резких движений. Эндрю не шелохнулся. Даже ложку не опустил. Он продолжал смотреть вперёд, будто ничего не произошло. Нил едва заметно улыбнулся. — Ещё хочешь? Эндрю что-то недовольно промычал с набитым ртом. Разобрать удалось только последнее слово. Нил тихо усмехнулся. — Я так и понял. Не убирая ладони с бедра Эндрю, он крепче перехватил руль правой рукой. Машина продолжала ровно идти по пустой дороге. Левой рукой он медленно потянулся к ведёрку, которое Эндрю всё ещё держал на коленях. Пальцы коснулись его руки. Забрали мороженое. Ладонь на бедре так и осталась лежать, будто это было совершенно естественно. Эндрю упорно смотрел только вперёд. И в следующую секунду почувствовал лёгкое прикосновение к щеке. Поцелуй. Совсем короткий. Тёплый. От неожиданности он вздрогнул. Пальцы сами собой разжались, и он выпустил руль. Но Нил уже держал его обеими руками. Словно всё это заранее просчитал. Несколько секунд Эндрю просто сидел, не двигаясь. Когда шок наконец отпустил, он медленно опустил взгляд. Ведёрко с мороженым снова стояло у него на коленях. Ладонь Нила исчезла так же незаметно, как появилась. Щёки неприятно запылали. — Блядь… Ты идиот. Нил ничего не ответил. Только уголок его губ медленно пополз вверх, пока он невозмутимо смотрел на пустую ночную дорогу. ★На каникулы Лисы выбрались в загородный дом, окруженный тишиной леса. Главным украшением участка был шикарный бассейн, в котором почти весь день провели ребята. Кто-то с головой ушел в брызги и смех, а кто-то, как Ране и Эндрю, предпочитал спокойствие, сидя на краю бортиков и лишь лениво опуская ступни в прохладную воду. Когда наступил вечер, шумная компания переместилась в лодж, чтобы поужинать. В зоне бассейна стало непривычно тихо. Только Нил остался в воде, рассекая гладь легкими гребками, а Эндрю всё так же сидел на краю, уткнувшись в телефон. Тишину нарушил внезапный, мягкий и влажный контакт. Эндрю замер: он почувствовал, как чьи-то губы коснулись его щиколотки. «Да ну нет, не может быть», — пронеслось в мыслях, но он даже не поднял взгляда от экрана, лишь напрягся. Но Нил не остановился. Следующий поцелуй был уже выше — в районе коленной чашечки. В следующую секунду Нил, полностью намокнувший, поднялся из воды и, не скрывая своего безрассудства, прижался к Эндрю, положив мокрую макушку ему на бедро. Эндрю почувствовал, как капли воды, стекающие с волос Нила, медленно просачиваются сквозь ткань его шорт. Холодные дорожки воды вызывали легкую дрожь, заставляя кожу покрываться мурашками. — Ты умереть хочешь, да? — низким, почти угрожающим голосом спросил Эндрю, хотя в его тоне не было настоящей злости. Вместо ответа он не проявил ни капли милосердия: резким, но не слишком грубым движением он оттолкнул Нила обратно в воду. Спешно поднявшись, Эндрю направился к дому, заглушая раздавшийся вслед заливистый смех Нила. Он шел по дорожке, чувствуя кожей остатки влаги от волос Лиса. И хотя внешне он оставался всё тем же ледяным Эндрю, внутри него бушевал шторм. Он бы ни за что не признался — ни Нилу, ни самому себе, — что в это мгновение ему до безумия захотелось не отталкивать его, а притянуть к себе и зарыться пальцами в эти мокрые волосы